Читаем Хроника детства маленькой женщины онлайн бесплатно

Вместо предисловия

«Зачем ты проснулся?»

Если бы одним промозглым весенним утром я не оказался в почти пустой электричке, то эта невероятная для современной заборной лексики фраза так и осталась бы обращенной в безответное пространство.

Вопрос: «Зачем ты проснулся?», написанный аккуратным школьным почерком на бетонном заборе подмосковной станции, был из разряда тех «Для чего ты живешь?». Шестьдесят шесть лет тому назад я мог бы ответить на него со всей определенностью, хотя в силу возраста даже не задумывался над ним.

Ответ нашелся сам собой, когда родители купили мне явно не предназначенную для первоклассника книгу Николая Островского «Как закалялась сталь». Я прочитал её, что называется, запоем. Книга потрясла, приоткрыв дверь в неведомый взрослый мир человеческого противоборства. В третьем классе я прочитал её снова и где-то в пятом или шестом – ещё раз. И каждый раз словно заново. Книга оказала на мою жизнь колоссальное влияние, несравнимое с влиянием родителей или кого-либо из окружавших меня людей. Прежде всего, примером необыкновенного личного мужества и верности своим идеалам главного героя – Павки Корчагина.

Это ему – Павке – принадлежал девиз, выстраданный всей жизнью писателя: «Самое дорогое у человека – это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жег позор за подленькое и мелочное прошлое, чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому главному в мире – борьбе за освобождение человечества. И надо спешить жить. Ведь нелепая болезнь или какая-либо трагическая случайность могут прервать ее».

Девиз Николая Островского, олицетворенный в судьбе Павки Корчагина, – переложенная на понятный язык известная формула категорического императива, в основе которого – нравственный закон, данный человеку самой природой и требующий действовать в любых обстоятельствах, повинуясь лишь голосу совести. Но именно благодаря Островскому, нравственное завещание Иммануила Канта получило реальное воплощение в девизе целого поколения советских людей.

И неслучайно роман «Как закалялась сталь» на протяжении почти семидесяти лет являлся самым издаваемым в Советском Союзе произведением. Книгу перевели на 75 языков, а её неслыханный по современным меркам суммарный тираж составил более пятидесяти миллионов экземпляров. Уверен, только благодаря таким людям как главный герой романа Николая Островского почти в безнадежно-трагических условиях удалось создать уникальное государство, выстоять и победить в Великой Отечественной войне.

Но наступили другие времена, появились иные императивы. Стремление действовать по-человечески, руководствуясь лишь голосом совести, стало восприниматься чем-то вроде анахронизма. Мораль и нравственность обрели вполне определенные торговые расценки. И чем дольше мы продолжаем сосуществовать в явном противоречии с данным нам самой природой нравственным императивом, тем всё более непросто найти ответ на вопрос «Для чего ты живешь?». И всё чаще, особенно когда от тебя уже мало что зависит в этой жизни, неизбежно возникает другой, более актуальный – «Зачем ты проснулся?» Иногда возникало стойкое ощущение, что просыпаться в отдельно взятое утро не так уж и важно. И вообще лучше бы этого не делать.

Но тем и интересна жизнь, что когда ты вроде как за бортом и тебя все дальше и дальше относит от корабля, рядом вдруг оказывается спасательный круг и появляется реальный шанс на продолжение плавания.

Этот шанс мне подарила моя юная любовь. А всякий влюбленный, как утверждал один самонадеянный писатель, с которым я чаще соглашался, нежели спорил, неизбежно превращается в биографа.

Зарисовки с натуры

Каждый из нас остается ребенком, пока живы родители. Их исход – первое напоминание о грядущей старости. О ней всегда помнишь, но никогда скоро не ждешь. И только рождение внуков помогает осознать, что большая часть жизни уже позади.

Свои дети – не в счет. Их детство поневоле приносится в жертву собственной карьере – извечное противоречие, о чем можно лишь сожалеть, но преодолеть которое удается не каждому.

Период раннего детства наших сыновей совпал со временем моей службы на базе атомных подводных лодок на Крайнем Севере, и этим, пожалуй, все сказано: и Андрей, и Кирилл росли на руках у жены. К тому же из года в год – с мая по сентябрь – жены офицеров с детьми уезжали на Большую землю за солнцем и витаминами, и наш флотский городок почти на полгода оставался исключительно мужским приютом. Дети надолго отвыкали от отцов, а отцы – от детей.

По-настоящему первый опыт общения с малышами я начал приобретать лишь с появлением в семье старшего сына Андрея – нашего первого внука Василия. К тому времени военная служба уже осталась в прошлом, и оседлый образ жизни подарил надежду на личную жизнь. А когда Василию исполнилось десять лет, в семье младшего сына Кирилла и его жены Оксаны родилась Даша. И если какой-никакой опыт общения с юными представителями сильной половины человечества уже был накоплен, то перспектива иметь дело с девочкой сильно озадачивала – наблюдения за юными дочерьми друзей и знакомых уже успели сформировать у меня далеко не благостное представление об этой довольно капризной и переменчивой в настроениях поросли рода человеческого.

Не удивительно, что с появлением на свет Даши я постоянно сравнивал. Первое открытие – девочки в младенческом возрасте ничем не отличаются от мальчиков: тот же режим кормления, те же прогулки, те же игры. Будучи довольной упитанной при рождении, Дарья с первых недель жизни начала демонстрировать активный образ жизни, благодаря чему быстро привела себя «в форму».

Это наблюдение позволило мне сделать очередное открытие из жизни девочек – борьба с весом, которая давно приобрела эпидемический характер среди прекрасной половины человечества, заложена в каждой женщине ещё от рождения. Но если взрослые, пытаясь привести себя в форму, вполне осознанно выстраивают определенную линию питания и физических нагрузок, то младенцу выбирать не приходится: ест, что дают, рефлекторно овладевая набором разных хаотичных упражнений, которые в итоге все равно приводят к нужным результатам.

Пребывая преимущественно в горизонтальном положении, в перерывах между приемом пищи и сном Дарья демонстрировала активный образ жизни – двигала руками и ногами, пытаясь дотянуться до игрушек, развешанных над кроватью. При этом она зорко отслеживала окружающую обстановку, стремясь вовремя заметить приближение не всегда знакомых ей «объектов», которые тоже были не прочь поиграть в её игрушки. Это обстоятельство её необыкновенно радовало, но главное, что радовало ещё больше – их желание взять её на руки и, тем самым, предоставить невероятно захватывающий обзор разных привлекательных предметов, которые она ещё не пробовала на ощупь.

Но вот вопрос: как до них добраться? В младенческом возрасте ребенок не способен задавать себе подобные вопросы. Переворачиваясь на живот и становясь на четвереньки, он руководствуется не умом, а инстинктами, заложенными природой. А вставая с колен, даже не догадывается, что тем самым всего лишь повторяет движение, перевернувшее мир миллионы лет назад, а недавно возведенное в ранг национального подвига в нашей стране.

Выполняя это довольно примитивное по нынешним меркам физическое упражнение, мы редко задумываемся о законах эволюции, действие которых в режиме онлайн можно наблюдать в любой семье, где есть маленькие дети. В их поведении, как в капле воды, отражена вся многовековая история человечества, которая, как считают многие ученые, связана с малосимпатичными представителями животного мира, обитающими сегодня едва ли не в каждом зоопарке. Хотя немалая часть нашего образованного сообщества упорно относит человека к потомкам существ внеземного происхождения. Признаться, я разделяю и эту точку зрения, особенно, когда общаюсь с малышами младенческого возраста. Они и впрямь – инопланетяне, не в пример немалой части взрослых прямоходящих, поведение которых все-таки заставляет склоняться в пользу теории эволюции Чарльза Дарвина.

Впрочем, антропологи – народ в своем большинстве консервативный и никаких иных вариантов происхождения человека в расчет не берут. Положа руку на сердце, заметим, что с ними трудно не согласиться даже в наше ни с кем несогласное время. Достаточно сравнить очевидные факты: на выполнение такого элементарного физического упражнения как вставание с колен нашим предкам понадобились миллионы лет. Нынешние малыши овладевают этим приемом в течение года. Это ли не наглядное свидетельство торжества эволюции?

Каждый современный малыш «эволюционирует» по-своему. Наша Дарья не сразу перешла от передвижения на четвереньках к ходьбе на двух ногах. В увлекательной истории обретения вертикальной устойчивости ей пришлось пройти некий промежуточный этап. Прежде чем встать с колен, маленькая Даша упорно пыталась… прыгать, причем, по-лягушачьи. Хотя лягушек не видела, и по этой причине копировать оригинал не имела возможности. Её прыжки стали её собственным и, возможно, даже первым в жизни ноу-хау.

Дарьины попытки «воспарения» над полом казались мне выражением неосознанной мечты человечества, которую образно выразил Водяной из известного детского мультика «Летучий корабль»: «А мне летать, а мне летать, а мне летать охота».

Если первые попытки далеких предков оторваться от земной поверхности чаще всего заканчивались увечьями и гибелью, практика Дарьи выглядела гораздо благоразумнее и безопаснее. Опираясь на прямые руки, она садилась на согнутые в коленях ноги, принимая тем самым классическую позу лягушки, затем в таком положении несколько мгновений раскачивалась взад-вперед, пытаясь придать телу нужное ускорение, а потом также, как лягушка, вдруг резко прыгала вперед. Но в отличие от лягушки, Дарья с её ещё слабыми ножками вместо движения вперед всякий раз утыкалась носом в ковер, что её, впрочем, ничуть не обескураживало. И она раз за разом повторяла свои «прыжки», демонстрируя невероятное упорство в достижении поставленной цели, что не могло не вызывать уважения.

То ли эти «прыжки», то ли упорство, а может быть и то, и другое помогли ей быстро встать на ноги и научиться ходить. Сначала в кроватке, держась за перила и передвигаясь вдоль бортика, и потом, когда она открыла для себя ещё более удобный полигон для упражнений в ходьбе – широкое сиденье дивана.

Почему она выбрала именно диван? Ведь она уже вполне успешно пыталась ходить по полу вдоль дивана, используя сиденье лишь в качестве страховки. Что заставило её залезть на диван? Как она вообще смогла догадаться, что учиться ходить по дивану удобнее, чем по полу?

Крохотная Даша ставила передо мной такие вопросы, на которые у меня не было ответа. Пришлось обратиться к признанным авторитетам. Психологи из американского Университета Джона Хопкинса, основываясь на результатах своих исследований, доказали, что наши крохи рождаются с некоторым базовым набором знаний о мире. И уже отталкиваясь от этой «базы», дети узнают новое об окружающей реальности. По сути, младенцы по своей природе являются исследователями: необычные свойства объектов вызывают у них не только интерес, но и желание провести эксперимент по их изучению.

Выбор Дашей дивана, наверное, был также получен через опыт и собственные эксперименты – мы часто играли с ней на диване в разные игры, и когда ей надоедали игрушки, она в качестве разминки совершала свои непродолжительные рейды вдоль спинки дивана. Так, скорее всего, был получен первый бесценный опыт – падать в случае неудач на сиденье дивана было не так болезненно, как на твердый пол, пусть даже застеленный ковром.

Но прежде чем использовать диван в качестве новой экспериментальной площадки, надо было ещё умудриться взобраться на него.

Мне посчастливилось запечатлеть эту увлекательную процедуру на фотоаппарат: сначала малышка добиралась до дивана. Его сиденье было в ту пору где-то на уровне её груди, но Дарью такая высота не смущала. Покорение дивана напоминало известный в легкой атлетике прыжок перекидным способом. Она забрасывала одну ногу на сиденье и, уцепившись за обивку, переваливалась на него всем телом. Добравшись до мягкой высокой спинки дивана, она вновь ухватывалась за обивку, вставала и начинала передвигаться по периметру сиденья. Причем, очень осторожно, прижимаясь к спинке дивана всем телом, и, тем самым, страхуя себя от падения. Её неокрепшие ножки иногда подкашивались, она беспомощно плюхалась на пятую точку, но через мгновение снова поднималась и упорно шла вперед. Уже в этом возрасте у нашей малышки четко просматривалась в характере воспетая Владимиром Высоцким воля к победе.

Разумеется, я не мог оставаться беспристрастным свидетелем, наблюдая за героическими усилиями нашей крохи. Но любая попытка оказать ей содействие отвергалась на корню. Причем, в удивительно корректной форме. Она раз за разом терпеливо отводила мою руку, давая понять, что в помощи не нуждается. Позже, когда Даша научилась членораздельно произносить первые слова, я в подобных случаях слышал неизменное «сям», что в переводе на «взрослый» означало знакомое по её прежним жестам – «убери руки».

Своим «сям» наша малышка решительно ломала сложившиеся стереотипы о слабых женщинах, всегда нуждающихся в крепком мужском плече.

Что в имени тебе моем?

Первое реальное увлечение Дарьи проявились в то время, когда она только-только научилась сидеть. Известно, дети чутко реагируют на яркие музыкальные картинки, особенно в рекламных телевизионных роликах. Едва заслышав музыку, маленькая Даша, играя на ковре пред телевизором, начинала активно подпрыгивать на попе, и довольно ритмично наклоняться в разные стороны настолько, насколько позволяла ей гибкость позвоночника.

«Встанет на ноги, надо отдавать на танцы», – твердо решил я для себя, даже не пытаясь объявлять во всеуслышание о своих стратегических замыслах. Как нередко бывает в подобных случаях, инициатива наказуема, поскольку почти всегда натыкается на глухую ревность окружающих, особенно когда кто-то из них уже успел обнаружить в облике младенца «свой» цвет глаз, форму носа, а также личные таланты и способности. Как будто эти радостные сходства уже сами по себе гарантировали новорожденному наследование лучших человеческих качеств рода, а не сопутствующие пороки предков до седьмого колена.