Читаем Хранитель онлайн бесплатно

"… во времена, когда по земле человеческой ходили дети Хаосом порожденные, чада кровожадной и жестокой Фесы, Хаос тот создавшей, люд мирской не знал ни света, ни тепла. Ибо не было солнца, и мир напоенный страхом, объятый ужасом от деяний безнаказанных Хаоса непобедимого, замер в тени извечной, стуже нечеловеческой.

Создания тьмы влекомые человеческой кровью и плотью нападали на люд честной, осушали их тела, разрывали их сердца. Люд селился в единстве друг с другом, дабы давать детям Фесы отпор. Скоро кровавая забава наскучила Фесе, и решила она создать себе мужа. Надежного, дабы не вздумал он Хаос отнять. Сильного, дабы смог вместе с ней разделять кровавые забавы. Умного дабы не заскучать. И взяла она горсть земли, шепот ветра и капли нескончаемого ливня, обвязала власом человеческим и бросила в костер…"

Слово о Начале времени, и конце Хаоса. Слово об Избавителе Алдоре, и матери тьмы Фесе.

*примечание. В тексте в качестве единицы измерения расстояния неоднократно употребляется "скачок" равный среднему скачку лошади = 4,5 метра.

Мальчишке было не более шести лет. Всего шесть. И уже такая сила.

Пальцы начинали неметь и чуть покалывать. Лаер раздраженно отдернул руки, и мальчишка до того словно парящий на невидимых крыльях в локте над землей, мешком рухнул на неровный дощатый пол. Глаза закатились и худенькое тельце сотрясала мелкая дрожь.

Откуда-то из-за угла печи всхлипнула его мать, удерживаемая мертвой хваткой свекрови. Лаер тяжело вздохнул и слепо зашарил рукой в пространстве в поисках хоть какой-нибудь опоры. Мужчина, отец мальчишки, с готовностью подставил плечо, мужественно сдержав стон боли от бесцеремонно сильного захвата руки.

— Пить, — хрипло выдавил Лаер, с трудом удерживаясь на ногах.

Свинцовая тяжесть заполнила тело, отдаваясь отвратительным набатом ударов сердца в голове. Вожделенная прохлада, плескаясь через края ковша, поданного до онемения перепуганной девчушкой лет десяти, приятно скользнула по полыхающему пищеводу. Лаер вытер капли пота выступившие на лбу рукавом дорожного плаща, мимоходом отметив мелкую прореху на перчатке, между средним и указательным пальцем.

— Господин! — умоляюще простонала женщина возле печи, безумными глазами глядя на свое чадо, — Господин, позвольте… Пожалуйста!

Лаер, все еще с неудовольствием глядящий на свою перчатку, перевел взгляд на мальчишку. Дрожь постепенно стихала. Лаер присел подле него, прищурился, пытаясь разглядеть следы столь рано проснувшейся магии, но увидел лишь большую брешь в ореоле. На месте зарождения неукротимой силы, отныне была пустота.

Мальчишка не станет магом. Ведуном, пожалуй. К концу его жизни острые грани пробоины затупятся и позволят удержать немного магии.

Лаер кивнул, с трудом поднимаясь на ноги. Мать тут же бросилась к своему сыну, заливая тонкую рубашку слезами и беспрестанно вознося благодарственные молитвы.

— Извещение о зачислении в скит придет через полтора года. Разумеется, если вы того хотите. — Сухо напомнил Лаер, массируя указательным и большим пальцем левой руки переносицу.

— Нет-нет. Он не будет зачислен в ваш… — мужчина резко замолчал, с трудом подавляя желание высказать наиболее распространенное среди народа название магического скита, — Скит.

— Прекрасно, — заключил Лаер и повернулся к выходу.

— Да благословит вас Алдор! — запоздало поблагодарил глава семейства.

Лаер равнодушно покинул хижину, прекрасно зная, что селянин держит за спиной фигу, чтобы не дай боже, собственная благодарность возымела свое действие.

Ночной ветер бесцеремонно швырнул Хранителю в лицо пригоршню прелых листьев, павшей горячей пылью в пяди от лица. Лаер не выносил грязи, не позволяя даже природе и ее капризам коснуться себя. Раздраженно повел головой, мысленно выплетая заклинание, и успокаивая тем самым безжалостный ветер на пять шагов по кругу. Хранитель удовлетворенно вздохнул и медленно сошел с крыльца.

Его Смотритель, кутаясь в хлипкую куртку и держа под уздцы двух гнедых коней терпеливо ожидал своего хозяина.

— Все успешно, господин? — негромко поинтересовался Смотритель, помогая Хранителю забраться в седло.

Лаер не удостоил его ответом, полностью погруженный в свои мысли. Большинстве своем мрачные. Он возлагал большие надежды на мальчишку. Его вспышка, его проявления силы, всполошившие карту неделю назад, весьма заинтересовали Лаера. С последнего момента обряда, прошло почти два года. Осталось три каких — то жалких месяца. А он с остальными Хранителями все топчется на месте. Карта молчала, никак не желая раскрывать местонахождение людей с мощно пробудившейся магией. Атер, младший из трех Хранителей, уже начинал действовать на нервы своими опасениями, Лаер пока милостиво проявлял терпение. Ноктур, все больше склонялся к мысли, что возможно им придется снизойти до питания этими жалкими вспышками магии, вместо того чтобы ждать Талант — неописуемый по мощности источник первородной энергии.

Лаер брезгливо поморщился. Это все равно, что питаться красной икрой, а затем жевать березовые листочки. Да и для Лаера дело было даже не во вкусах. Он не мог себе позволить упустить Талант. Просто не мог.

Лаер тронул коня пятками, пустив того рысцой, только сейчас осознав что его Смотритель о чем то все это время вещал.

— Что? — недовольно бросил он взгляд через плечо.

Смотритель, худенький черноволосый паренек лет восемнадцати, наклонившись всем корпусом вперед и пустивший своего коня след в след за конем хозяина, восхищенно ловящий действие чудодейственного безветренного заклинания, сжался под давящим взглядом светло-зеленых, по-волчьи бледных глаз Лаера.

— Господин… к северо-востоку отсюда карта зафиксировала новую вспышку магической активности. Господин Ноктур просил вас проверить, ведь мы находимся не так уж далеко…

— Сколько? — сквозь зубы поинтересовался Лаер останавливая коня, и с печалью глядя на змеящуюся нить дороги уходящую в ровную линию ельника у горизонта.

— Примерно триста скачков. Селение "Старые колки"…

Лаера перекосило.

— Триста — не так уж далеко? — Хранитель потянул поводья на себя, вынуждая лошадь остановиться, а Смотрителя взмокнуть от страха. — Ты согласился без моего ведома?

— Господин… — прошептал Смотритель, обреченно зажмурившись- Он же меня не спрашивал… Велел передать и все.

Ленивые ублюдки. Нашли мальчика на побегушках. Привыкли, что все приносят на блюдечке. В последнее время среди простого люда гуляет имя лишь Лаера, Хранителя магии Иксилоны, главы магического скита Иксилоны и Ордена Полыхающей руки. Люди почти не помнят имен Ноктура Везильвийского и уж тем более Атера Мийского. Эти Хранители засели в своих позолоченных конурах, а Лаер бегает и ломает голову, и человеческие ореолы, в безуспешном поиске Таланта.

До восхода оставалось шесть часов. Впрочем, Лаер торопиться не собирался. Развернув коня на северо-восток и съехав с дороги, Хранитель неспешно тронулся через степи. Как известно, самый короткий путь — напрямик.

"И возродился в том огне великий муж Алдором нарекшийся и подал он руку кровожадной Фесе, и облетели они ее владения со тьмами демонов своих ненасытных.

Алдор, видя мучения рода людского истязаемого нечестивыми порождениями Хаоса, сжалился и просил Фесу отпустить их. Разгневалась проклятая мучительница и молвила, что обратит и его в человека и отдаст на позабаву дитям своим. Не испужался ее великий Алдор, но затаил мысль об избавлении рода людского.

Призвал он нечестивых чад Хаоса, покуда Феса спала, и убиев их выковал из ледяных сердец меч, не знающий поражений. И согнал Алдор Хаос и прочертил в земле круг, да и проклял его. Тут же разверзлась бездна, и канул в нее Хаос. Затворил Врата той бездны великий Алдор, окропив кровью своей и землю, и круг порочный с бесчинствами тварей темных."

Слово о Начале времени, и конце Хаоса. Слово об Избавителе Алдоре, и матери тьмы Фесе.

То, что и он засиделся в резиденции, изнеженный своим всевластием, Лаер осознавал каждые два часа, когда приходилось спешиться с лошади и брести сбивая сапоги впотьмах на буераках и поминая тихим злым словом извращенную фантазию Фесы и тугоумость Смотрителя.

Последний, терпеливо сносящий проклятия на свою ни в чем не повинную голову, пытался задремать в седле. Хранителю он служил четыре года, и давно привык к столь специфическому обращению, беспрекословно подчиняясь иногда просто диким капризам хозяина. Но он хорошо платил. Семья Смотрителя не знала бед все четыре года. И ради этого стоило помучаться и подумать над тем, где среди ночи в пустыне достать две бочки воды, потому что хозяину приспичило искупаться. Или где взять пластину бирюзы вместо отколовшегося янтаря на мечи Хранителя, на окраине деревни помирающей от голода.

— Все. — Лаер остановился, — разводи костер.

То, что Смотрителю придется мучатся с кремнем, когда самому Хранителю достаточно взгляда чтобы вспыхнул к примеру, вон тот раскидистый дубок, Лаера как-то не волновало. Расседлав своего коня, и вытащив из чересседельной сумки небольшой, испещренный сложной вязью древнеиксилонских заклятий деревянный ларец, опустился на седло.

Отпихнув носком сапога множество поломанных сучков, пожухлой листвы и травы Лаер поставил ларец на землю. Стянул перчатки, повернув сложное узорчатое кольцо с треугольным изумрудом на указательном пальце правой руки книзу, приложил камень к маленькой выемке в центре ларца.

Лаер не выносил безделушки. Это кольцо-ключ, да и пожалуй знак Алдора на цепочке на шее, кои носили настоятели Храмов (знак того что Храм не имеет ничего против магов, а великий Алдор равно внимает всем чадам своим), в который Лаер заключил дюжину охранных заклятий, чтобы не болтался без дела — все что он носил из украшений.

Хранитель ощутил липкие щупальца охранной магии, слепо скользящие через кольцо по его телу и осторожно касающиеся ореола. Лаер поморщился, сдерживая желание выставить блок от собственноручно поставленной на ларец охранной магии.

Наконец он признал хозяина, щупальца скользнули обратно, просочившись через порядком нагретое кольцо. Крышка с тихим щелчком откинулась, явив хозяину его маленькие секреты.

Если снаружи ларец был длиной в две ладони и шириной в одну, то изнутри представлял почти сундук способный вместить рыцаря в боевых доспехах. Но Лаер предпочитал держать там совершенно иное: доклады тайной стражи, неофициальные распоряжения к совету Ордена, компрометирующие копии переписок высокопоставленных лиц при дворе Везильвии и Иксилоны, несколько украшений в связке — от золотых с элементами платины, до грубо сработанных из дерева, подрагивающие от скрытых в них колоссальных зарядов магии, шкатулка с ядами и противоядиями, шкатулка с редкими или исчезнувшими алхимическими ингредиентами, около полудюжины запрещенных книг, ну и еще много чего подобного.

Лаер умильно улыбнулся, пробежавшись пальцами по амулетам, и распахнув крышку шкатулки с ингредиентами, вытянул несколько пузырьков. Достав деревянную плошку на глаз отмеряя и напевно читая заклинание, медленно смешивал содержимое ногтем мизинца. Жидкость из трех пузырьков, почти одинакового синеватого оттенка, едва покрыла дно, приобретая черный цвет. Вспенилась с неясным шипением достигая краев чаши, но не смея коснуться пальцев Хранителя. Лаер недовольно нахмурил брови, думая, где же он ошибся. Заклинание он знал великолепно — даже при желании не сбиться. Вытяжка из яда иглобрюхой рыбы, настой запрещенной иглицы, и слезы самоубийцы. В расчете один к трем. О Феса! Ну конечно! Лаер быстро пробежал в уме содержимое шкатулки с ингредиентами, и огорченно вздохнул. Четвертого ингредиента у него не было. С собой.

Лаер откинулся на сумку, задумчиво отставив чащу, и тут его взгляд уперся в Смотрителя, смешно надувавшего щеки, раздувая огонь.

— У тебя была женщина?

Смотритель поперхнулся. И густо покраснел.

— Ясно. Подойти ко мне. — Непререкаемым тоном приказал Лаер.

Мальчишка в нерешительности поднялся и на несгибаемых ногах медленно приблизился к Хранителю.

— Руку дай. — Лаер вытянул из-за голенища сапога небольшой легкий нож.

Смотритель громко сглотнул, и обреченно зажмурив глаза, протянул тонкую бледную руку ладонью вверх. Лаер, предварительно натянув перчатки, мертвой хваткой зажал кисть Смотрителя в своих пальцах и требовательно дернул на себя, вынуждая Смотрителя пасть на колени перед собой, резко, но не глубоко полоснул лезвием по ладони. Мальчишка тонко взвизгнул и рефлекторно дернул руку на себя.

— Трус. — Надменно бросил Хранитель, сдавливая кисть до хруста и склоняя кровотачащую ладонь над пенившейся чашей. Тут же рассерженно заклокотавшей и сменяющей черный цвет на белый. — Пшел прочь.

Смотритель баюкая раненную руку отскочил от Хранителя, отбежав на добрые десять шагов.

Лаер приподнял чашу и опрокинул на землю, речитативом выплевывая заклинание и жадно всматриваясь в несмелые движения матово-белой жидкости, против всех законов не впитывающейся в землю. Тонкая струйка, наконец, прекратила хаотичные метания, решительно вытянулась стрелой прямо на позабывшего от удивления о раненной руке Смотрителя. Который тут же резко побледнел и в ужасе уставился на хозяина.

Лаер сдержал рвущийся смех, ограничившись улыбкой, которая обычно пугала людей, но заметив, что его Смотритель вот-вот потеряет сознание от ужаса, миролюбиво заключил:

— Значит, мы все же движемся в верном направлении.

Пока Смотритель судорожно соображал, что речь идет о магической вспышке отмеченной Ноктуром, Лаер поднялся, щелкнув пальцами, возродил ревущий огонь, пожирающий куцые в чахнувшем костерке ветки и направился к дубу.

Смотритель нерешительно тронулся вслед за хозяином.

— Я свою нужду справляю сам. Сколько раз повторять? — остановил его грозный оклик Лаера.

Бестолковый, маленький Смотритель. Но он забавный. Лайер по привычке посмотрел по сторонам, остановившись у дуба. Ноктур выражал изумление длительностью службы этого Смотрителя у Лаера. Ведь их положено менять каждый год.