Читаем Холодный огонь онлайн бесплатно

Сосредоточенный шорох листьев и скрип пера в соседней комнате затих, и от неожиданной тишины две кимеи вздрогнули и насторожили уши. Дверная завеса приподнялась, и из-за неё выглянул растерянный Рэндальф.

— Кимеи! — воскликнул он. — Кто помнит — у умертвий есть щупальца? Милена и Амика удивлённо переглянулись. Юс, свернувшийся клубком в кресле, поёжился.

— Н-нет, — неохотно ответил он. — Они просто укутаны во мрак и чёрный туман. Т-ты их сейчас рисуешь? Рэндальф смущённо прижал уши.

— Ох! Юс, так ты здесь… Зайди, а? Что-то я не понимаю… Наблюдатель выбрался из кресла, придерживая повязку на правой лапе, и скрылся под завесой. В соседней комнате тут же зашелестело и зашуршало. Амика тихо вздохнула.

— Если бы Юс на самом деле сломал лапу, у него давно бы всё зажило. А тут — не знаешь, как и лечить…

— Берущий на себя чужую боль рискует всегда, — рассеянно откликнулась Милена, дочитывая свиток. — И тот, кто попадает в летопись вместо того, чтобы вести её… Амика, скажи, всё на самом деле было именно так, как пишет Руися? Ты тоже это видела? Вот это… с восточными притоками Реки? Оно в самом деле… вот так?

— Оно ещё и не так, — прижала уши Амика. — Оно хуже, чем взрыв ирренция. Страшно смотреть на эту воду… а на берега ещё страшнее!

— Боги мои, боги… — Милена вздрогнула и положила свиток на видное место. — А что маги? А сарматы? Что они говорят? Амика шевельнула хвостом.

— Сарматы не могут уничтожить то, чего не видят. А маги… испортить легко, исправить сложно, это все знают…

— Что-то надо думать, кимеи… — пробормотала Милена, глядя на чистый лист перед собой. — Что-то, что-то… Не помнишь, кто из наших бывает в восточной Кецани?

Год Дракона. Месяцы Нэрэйт — Айкени.

— Великие Туманы! Зачем этой реке столько воды?! Ветер взметнул прошлогоднюю траву и белые лепестки Хумы, хиндикса — странный небесный корабль — отчаянно захлопала плавниками, стремясь в облака, мохнатый Квэнгин не удержался на её носу и кружил теперь над обрывом, расправив чёрные крылья. Под обрывом клокотали и пенились тёмные воды Канумяэ. Переполненная река затопила уже нижнюю террасу со всеми тропинками, залила алтарь Реки-Праматери и медленно подбиралась к верхним пещерам. Их бывшие обитатели, наглухо закрыв и для верности заколдовав все входы и выходы, сооружали на самой верхней террасе шалаши и устанавливали навесы. Некоторые смельчаки топтались у верхних пещер, подкарауливая проплывающие мимо коряги и обломки брёвен — дрова на зиму, наводнение там или засуха, запасать надо с весны…

— Фрисс! — Квэнгин наконец приземлился и потянул Речника за край плаща. — Ты это видишь? И часто тут такое бывает?

— Инмес, ты уже два раза спросил об этом, и я тебе ответил, — покосился на него Речник. — Вода уйдёт так же быстро, как пришла, бояться тебе нечего. Если будет совсем страшно — лети вон к тем деревьям, их точно не затопит. Ветер дул неустанно, пах водорослями, свежей листвой и — еле уловимо — горькими цветками Хумы. Фрисс хотел бы закрыть глаза и только дышать им — воздухом Реки, несущим жизнь… а не запах плавленого фрила, тухлятины и гари! Просветы в облаках широко раскрывались и тут же исчезали — ветер неутомимо гнал тучи на север.

Три дня грозовых ливней остались позади, вот-вот должна была наступить жара — такая же внезапная и свирепая, как недавние дожди.

Хиндикса хотела лететь, и только четыре каната, наброшенных на самые прочные пеньки, удерживали её над обрывом. Речник внимательно посмотрел на плавники — ему показалось, что корабль вильнул в воздухе — но нет, всё было в порядке, и хиндикса, и её печь, и дрова, и те, кто собирался на ней лететь…

— Нуску, повелитель негасимого света! Пусть зажгутся путеводные огни, пусть развеется холодный мрак! Ни-эйю! — голос Кессы был еле слышен за плеском волн и шумом водопада. Чёрная Речница стояла на каменной кромке над пещерой, сжимая в руке осколок известняка.

Мягкий зеленоватый свет, вытекая из ладони, переливался на мокрых камнях.

— Да не погаснут огни Нуску, — прошептал Фрисс, тихо отходя в сторону. На краю зимы, когда он привёз Кессу к истокам Канумяэ, они вместе установили камень-маячок над входом в пещеру. Он горел всю зиму, даже тогда, когда выбираться наружу приходилось сквозь узенькую щель под потолком, а от воя метели за дверью Инмес заползал в самый дальний угол и заворачивался в крылья. Кто видел этот огонёк, кроме самого Нуску, бога света, да ледяных демонов, ищущих добычу по берегам Реки, Фрисс не знал. Но не ему было смеяться над чужими богами… Чей-то плотик качался на волнах у самого берега, изредка налетая на обрыв. Речник подошёл поближе и увидел соседа — Менно из рода Сия пытался устоять на плоту и одновременно вылавливал что-то из чёрной воды в большую лохань.

— Хаэй! Менно! Осторожнее там, вода неспокойна! — крикнул Речник и свёл пальцы вместе, направляя руки на бурный поток. Созданное магией маленькое течение отнесло плот от камней. Менно кивнул в знак благодарности и поднял над головой что-то, выловленное из реки.

— Листовики всплыли! Вот, ловлю, надо снова закопать их, пока не замёрзли! — крикнул он. — А ты что, летишь куда-то? А Кесса?

— Вместе летим, — ответил Фрисс, заглянув в лохань — свежевылупившихся Листовиков он не видел лет пятнадцать, если не больше. — Король призывает на службу! И Кессу тоже. Присмотри за Инмесом, пока не вернёмся!

— Менно! Там рыба есть? Крупная? — Инмес уже пробрался на последнюю незатопленную тропинку и свисал теперь над водой, помахивая крыльями.

— Порог уже затопило, — вздохнула Речница, забираясь обратно на край обрыва. Фрисс поймал её, поскользнувшуюся на мокром камне, и втянул наверх. Зелёный маяк остался гореть над пещерой, медленно исчезающей под водой. Чёрные волны плескались о невидимую преграду на её пороге.

— Ничего там не осталось? — спросил Речник, глядя на Кессу. У неё за плечами висели на ремнях небольшой круглый щит и клыкастый шлем, а у пояса, рядом с сумкой, неярко светился длинный кинжал — трофей из глубин Хесса, с гардой из пары клыков Гиайна. Кесса накинула плащ — ветер над обрывом был не слишком тёплым — и кивнула.

— Агва говорят — чуть выше Ивы буря вывернула дерево, а оно разметало камни, — сказала она. — Поэтому вода не может уйти.

Посмотрим, что там?

— Мимо не пролетим, — пообещал Речник, подтягивая корабль к самой земле и забираясь на борт. Хиндикса, освобождённая от канатов, радостно закачалась на месте, но взлетать не смела. Кесса крикнула что-то ободряющее Квэнгину — тот, кажется, не услышал её за спором с Менно — и заняла место на носу корабля. Фрисс кинул пару соломин в печь и оглянулся на уплывающий вдаль берег — в последний раз перед долгим расставанием.

— Фрисс… Это ничего, что я в такой броне? У меня другой-то нет, — смущённо сказала Кесса. — А с Зеркалом Призраков меня туда пустят?

— Пусть только попробуют не пустить, — проворчал Речник. — Хорошая броня. А Зеркало перед тренировкой можно и снять, а в другое время оно никому не помешает. На тренировке поцарапать могут. Кесса была уже в Замке, но совсем недолго, пролётом, и ей явно вспомнились теперь изумлённые взгляды со всех сторон. Что поделать!

Чёрные Речники несколько веков не заглядывали в Замок Астанена, там уже отвыкли от вида полосатой брони и чёрного чешуйчатого плаща…

— Ничего страшного в Замке нет, — на взгляд Фрисса, Речница слишком уж волновалась. — Астанен рад видеть Речников по весне, и тебе он обрадуется. Потом пойдёшь к наставнику… кому-нибудь из Старших Речников, узнаем на месте, кого Астанен озадачил в этом году… а там, может, отправишься в Храм, а то и на Остров Аста.

Сразу в Дельту навряд ли отправят, первый год будешь у Замка. Я полечу в Фейр, присмотрю там за порядком, а на Праздник Крыс загляну в Замок и тебя заберу на участок. Если захочешь, конечно. В Замке тоже празднуют нескучно… В сумке Фрисса лежали остатки прошлогодней награды — немало денег, но и не так много, как хотелось бы — и связка костяных дисков с именами древних героев, а на корме хиндиксы тихо стояли бочонки с хмельной беркой, хумикой и кислухой. Речник прикидывал уже, куда спрятать эти бочонки до осени, чтобы никто в Фейре не выпил всё раньше времени. Он намерен был мирно ловить Листовиков и готовиться к свадьбе, на которую уже третий год зазывал всех знакомых. Той осенью Астанен обещал не давать Речнику никаких заданий в этом году — разве что опять начнётся война, Вайнег бы её побрал… Вода ревела, клокотала и пенилась у корней Высокой Ивы и выше по течению, подмывая кусты на берегу и поднимаясь вверх вдоль края обрыва. Огромная Сосна, вывороченная недавней бурей и брошенная в воду, сломалась надвое о высокий берег и двумя обломками преградила реке путь. Сейчас на гигантских брёвнах и вокруг них суетились земляные сиригны, Агва и Речные Драконы — только грохот стоял, когда от дерева откалывалась очередная «щепка» длиной в двадцать-тридцать шагов. На пологом берегу толпа скайотов, наринексов и древесных сиригнов облепила корни Сосны и деловито разбирала их на дрова.

Жители высокого берега взирали на дерево с тоской — им было не спуститься с обрыва, пока там бесновалась запертая река, и носились в водоворотах обломки. Фрисс задержал хиндиксу над Сосной, прикидывая про себя, доплывут ли щепки до Фейра, или жители раньше выловят их и запасутся дровами на три года вперёд. До Островов Кануу щепки доплыли — всё население стояло вдоль берега с баграми, даже Речник Митиен выбрался из достроенного осенью дома — здания, которому суждено было заменить сожжённые Врата Зеркал — и стоял у воды, магией направляя обломки к острову. Фрисс окликнул его, Митиен помахал в ответ багром, но тут приплыла щепка размером с хиндиксу, и Речник устремился к ней. Фрисс посмотрел на новенький бревенчатый дом и посаженные вокруг него прутики Хумы и улыбнулся.

Трава уже затянула прошлогоднее пепелище, саженцы пытались цвести вместе с огромными деревьями… может статься, осенью Врата Зеркал откроются для Речников!

— Фрисс, смотри! — Кесса указала на обрыв, где зеленела молодая трава, уже поднявшаяся в рост человека, но на лес ещё непохожая.

Речник повернулся — и зажмурился, неловко мотнув головой. Ярко-рыжий мех сверкал среди зелени. Огненный зверь выглянул из зарослей и исчез, только клинок на хвосте блеснул синеватой сталью. Спустя секунду на берегу никого уже не было.

— А! Просто рыжий кот, наверное, с участка забрёл, — усмехнулся Речник, стараясь, чтобы голос не дрожал. «Аойген во плоти, да ещё так далеко от храма… Что-то будет, это точно. Хоть бы не война…

Не любят нас боги, что верно, то верно!» — неслышно вздохнул он.

Мимо Острова Аста Речник Фрисс пробирался бочком, прячась за башнями и висящими над причалом кораблями. Было где спрятаться — хиндиксы роем реяли над островом, и ничуть не меньше их висело у Изумрудной Лестницы — служитель Ир опередил двух помощников и первым поймал канат, брошенный Фриссом, но найти для корабля отдельное причальное кольцо не смог. Речник пристроил хиндиксу между двумя, уже привязанными к этой экхе, и спрыгнул на каменный гребень, протягивая Кессе руки. В отдалении моталась на ветру хиндикса Речника Форка, и Фескет тоже был где-то неподалёку… а вот Речницы Сигюн и её «Коршуна» не было здесь, и Фрисс немного огорчился. «На Струйне отдыхает, наверное. Загляну по дороге,» — подумал он и кивнул служителям.

— Перейди огневой перевал за горой! — условной фразой ответил ему Ир и усмехнулся. Двое помощников, не заставших последние дни прошлой осени на причале, ошарашенно глядели на пару Речников — в основном, разумеется, на клыки Гиайнов, украсившие собой гарды мечей Фрисса и кинжала Кессы. На лице и руках служителя пестрели узоры праздничной раскраски, подновлённые по весне — чтобы отметить победу над прошлогодней Волной, мало было десяти дней в конце осени!

— Красная луна сегодня в небе, — учтиво ответила Кесса и прикрыла гарду ладонью.

— Как тебе живётся, Ир? Ничего дурного не случилось? — спросил Речник, на всякий случай оглядывая крыльцо в поисках тревожных знаков. Ир поклонился.

— Всё тихо, хвала Реке-Праматери! — ответил он. — Речница Сигюн просила передать, что пятеро с твоего участка тут, и надо бы приглядеть за ними. А повелитель Иригин — что заждался вас двоих на Острове Аста.

— Ох ты, а я и забыл, — пробормотал Речник. Кесса устремила взгляд на носки сапог — она ещё не привыкла, чтобы правители её ждали.

Фрисс успокаивающе тронул её руку и спросил:

— Так Сигюн была тут? И… как она?

— Хромает, но убереги Река попасться ей на пути, — хмыкнул Ир. — Взяла и улетела на Хьяктамлон, зачем — то знают боги.

— Попутного ей ветра, — усмехнулся Речник, припоминая недавнюю войну с Инальтеками, лагерь у пещеры Дита и жутковатого, но любезного Некроманта из племени хьякта. — А где найти Астанена?

— Не знаю, спустится ли Король сегодня в залы, — помрачнел Ир. — Всего месяц, как он может вставать. Ты же помнишь, Речник Фрисс, какие страшные раны получил он от Волны… Фрисс кивнул и нахмурился тоже.

— Подожди, но той осенью…

— Знаю, и зиму наш Король перенёс, но в начале весны слёг, — покачал головой служитель. — Верно, он поговорит с вами, но…

— Ир, хватит трещать! — крикнул с хиндиксы рассерженный Речник, желающий пришвартовать корабль, и служитель кивнул Фриссу и поспешил к причалу.

— Наши тут, в Замке? — удивлённо прошептала Кесса, глядя на Речника. Тот покачал головой и направился к лестнице.

— Мы их найдём, но прежде навестим Короля Астанена. Не отходи далеко, я покажу тебе Замок. Осенью мы обойти его не успели… Они поднялись по Изумрудной Лестнице, недавно отмытой, начищенной до блеска и устланной свежими циновками. С причала долетел громкий взволнованный шёпот — служитель Ир пересказывал молодым помощникам все легенды о Речнике Фриссгейне, какие мог примнить, и ещё столько же добавлял от себя. В Замке, несмотря на переполненную пристань, было очень тихо — ни один Речник, маг или служитель не попался Фриссу навстречу. Он вполголоса рассказывал Кессе всё, что знал — о залах Замка, заколдованной Арке Звёзд, таинственных подвалах и навеки закрытых для чужаков верхних этажах.

— Как тихо здесь, — прошептала Речница, проходя мимо прикрытой двери в Залу Бирюзы. — Даже страшно…

— Это верно, — ответил из-за двери негромкий голос Астанена. — Кто блуждает по коридорам? Заходите, не бойтесь… Кесса вздрогнула и смутилась, Речник обрадовался и распахнул приоткрывшуюся дверь.

— Король Астанен?! Силы и славы!