Читаем Холодные саги онлайн бесплатно

Маленькая сага о вольвикингах!

Кто не знает о викингах! Суровые жители Скандинавии, отважные бородатые воины и первоклассные мореплаватели. Не зная истории, можно подумать, что весь регион был заселен ими, но, конечно, на деле все было немножко сложнее: викинги представляли лишь малую часть населения, являясь эдакими профессиональными войнами-грубиянами. Суровые были времена, и Скандинавия – отличное тому доказательство.

Как бы то ни было, едва заслышав слово «викинг», мы представляем себе двухметрового мужлана с топором и цветастым щитом, орущего и машущего всем подряд. Давайте так и будем представлять, даже если мы и приукрашиваем.

Чем они занимались? В общем и целом, захватами и грабежами. Сначала – где-то в конце восьмого века – они больше занимались пиратством. Позвал друзей, доплыл до неизвестного берега, побил монаха-другого, украл припасы и домой. Возмутительно!

Затем походы становились все более организованными, очень часто их возглавлял король – конунг. Дошло до того, что они облагали захваченные территории данью, и даже строили военные укрепления и лагери, чтобы лишний раз не плавать туда-сюда. Кошмар, ей богу!

В это же время многие викинги предпочитали торговать, ну или становиться наемными кулакомахателями – таких было много в Англии, Византии и Руси. Уже лучше!

Вот так жили примерно все викинги, пока им не надоело плавать веке в одиннадцатом. Результатом их бурной деятельности стала целая череда походов, которые нам с вами могут показаться преступно скверными. Давайте сразу договоримся: конечно, торговля викингов и их потуги в градостроительстве имели свои плюсы, но грабежи беззащитных нам не нравятся!

К счастью, герои нашего времени – архивисты и историки – рассказали мне нечто такое, что перевернет наше представление о них в лучшую сторону! Оказывается, существовала особая, практически испарившаяся для современных ученых ветвь викингов, которая на протяжении всей эпохи этих воинствующих моряков следовала за ними по пятам в попытках “залечить раны”, нанесённые остальным народам. Более того, есть все основания полагать, что они стали первой экстренной службой в мире, были необычайно добры, а также передвигались на машинах Вольво!

Ну знаете, не я это придумал, так что просто смиритесь: хорошенькие незаметные викинги колесили на Вольво, спасая мир, и все тут. Отсюда, кстати, и их название: вольвикинги. Порывшись в архивах (поразительно, как много можно там найти, оставшись на ночь!), я нашел целую сагу, посвящённую их деяниям. Как она там оказалась и почему о ней никто не знал – до сих пор загадка. В любом случае, сотрудница, отругав меня за ночные брожения, с готовностью согласилась её перевести.

И вот, объединив обрывочные сведения историков с ужатой версией этой саги, в которой оказалось ОЧЕНЬ много ненужной информации – например, почему не стоит гладить животных против шерсти и зачем дружить с вампирами – я создал её маленькую версию, охватывающую самые важные вехи их жизни, а также размышления о том, что с ними произошло и есть ли они сейчас. Итак, о вольвикингах!

Как они жили

По всей видимости, вольвикинги жили обособленно. Изначально, в эпоху их обычности и непримечательности (хотя уже тогда очевидцы называли их “забавными”), они проживали на острове в проливе Каттегат, который назывался Лесё. Но там было так скучно и уныло, что они решили переселиться поближе к цивилизации. Долгие скитания закончились в районе современного Гётеборга – одного из крупнейших шведских городов. Конечно, тогда там базировались разве что овцы, птицы, жучки-паучки, и неприятные осадки.

Место оказалось идеальным как для будущих амбиций, так и для обыденного благополучия: по морю можно было быстро доплыть до основных территорий Дании и Норвегии, а по суше – добраться до шведских поселений. Климат был достаточно мягким, еды – много, воды – еще больше. Хоть плавай, мойся и ешь одновременно – мечта сонного летнего викинга!

Вдоль близлежащей реки Гёта-Эльв уже начали появляться торговые поселения, что позволило наладить взаимовыгодный обмен с соседями – так вольвикинги стали не только сытыми, но и обеспеченными современными технологиями и материалами. Да что уж там, зачастую они даже оказывались на шаг и на два впереди своих неразговорчивых соседей! Особую роль здесь сыграл специальный отряд вольвикингов, уснувших в реке и на спине (через все море) доплывших до самой Бирки – крупнейшего торгового города, куда стекались волшебные товары с Востока, последние новости и научные предположения всех мастей.

Почему и как их прибило именно туда – загадка для физиков, но не для романтиков!

Случайно подслушав самые дерзкие теории и догадки, подкрепившись напоследок рыбой и выбравшись на сушу как ни в чем не бывало, они возвращались в родное поселение и рассказывали о своих находках. Поразительно, но такие вылазки происходили чуть ли не каждое лето, при этом отряд всегда комплектовался из разных людей и каждый раз их прибивало в разных местах!

Короче говоря, кажется, они просто засыпали и доплывали до других городов.

Слухи, собранные таким нетривиальным образом, формировали уникальную целостную картину мира, которую с необычайной детальностью фиксировали местные скальды, эдакие поэты-историки.

Так, вольвикинги узнали о многочисленных войнах того, старого света. Империи воевали с дикими племенами, племена становились новыми империями, потом империи сталкивались с другими империями, одна завоевывала другую, потом она распадалась, затем…эх, словом, можете представить себе удивление обычного народа. Оказалось, что воевать особого смысла не имеет! С одной стороны, торговля у вольвикингов шла хорошо, а еды и земли было предостаточно. И за что тут драться? С другой, когда они познакомились со всем букетом религий и мифов дней минувших, биться стало ещё и страшновато: получалось, что порадовав тысячу богов хорошим сражением, тысяча других в это время сокрушалась от ненужной жестокости. И кому в этом случае поклоняться? Стоит ли вообще о них думать?

Вместе с этим, многочисленные заплывы привели к накоплению весомого научного арсенала. Как меньше болеть, лучше одеваться, рыбачить, обрабатывать землю, и многое другое – все стало немножко проще и комфортнее. Дома стали теплее, да и жизнь не такой суровой. Но интерес к науке не угас, и обрывочной информацией теперь уже было не обойтись.

Озарение и жажда знаний привели к появлению учёных-мореплавателей, годами колесивших по миру и привносивших крупицы нового в жизнь вольвикингов. Довольно часто они приглашали пожить к себе самых смелых – а из-за этого отверженных – заморских исследователей, изобретения которых могли перевернуть мир! Конечно, зачастую они и правда были чересчур смелыми: один восточный мудрец предложил строить дома без крыши, чтобы она никогда не намокала. Но, в общем и целом, стратегия себя оправдала, ведь буквально за пару десятилетий вольвикинги превратились из чудаковатого племени викингов-пацифистов в невообразимо развитое общество. И чем развитее они становились, тем незаметнее им приходилось действовать. Но об этом попозже.

Итак, потихоньку рождался скандинавский народец, фанатевший от науки. Наука давала процветание, процветание делало войны бессмысленными, а без войн не было и героев-вождей. Вместо них каждый вопрос решался на народных собраниях, тингах. Голосом обладал каждый мужчина и женщина, а совсем маленькие дети могли давать рекомендации. Так исчезли предпосылки для любых противоречий.

Жилось им хорошо – факт! Но вот беда: что делать дальше? Вольвикинги знали, что могут помочь соседям и даже всему миру, но не знали как. Их корабли плавали лучше любого драккара! Их навыки земледелия заставили бы завидовать римских императоров прошлого! Их домашние животные, хм…плакали от радости? Что ж, так говорит Сага, и последние археологические находки и правда свидетельствуют об огромном количестве счастливых овец и курочек – видать, всё бремя питательной ценности взяла на себя рыба. С наукой не поспоришь!

Сначала они попробовали научить своим навыкам соседей, но сделать так, чтобы о вольвикингах никто не узнал – все же нравы были иными, поэтому рассчитывать на однозначное добродушие не приходилось. Отрастив маскировочные усы (вольвикингши, шутки ради, перевязывали две прядки длинных волос под носом), они путешествовали по Скандинавии в попытках научить другие племена более эффективной рыбалке, строительству, вышиванию – а мужчины-швеи у вольвикингов были отменными – философии и всему такому. К сожалению, конунгам и их дружинам такие достижения были ни к чему: воевать они обожали, а любой прогресс в мирном развитии тотчас же уравнял бы всех между собой, на что те были совсем не готовы. Вежливо поворчав, накормив и настоятельно попросив не распространять эти идеи на их территориях, вольвикингов попросили вернуться домой. Поражение!

После тяжелых вздохов, грустных посиделок на камнях и меланхоличной ловли рыбы, народ собрался вновь. Стало понятно, что суровое средневековье настороженно относится к незнакомцам, предлагающих помощь. Гораздо проще и разумнее выручать тех, кто уже оказался в беде: отказаться от помощи было бы глупо, а способности вольвикингов, скорее всего, очень пригодятся пострадавшим, которые навсегда запомнят урок-другой от этого мистического народца.

Конечно, было бы гораздо лучше, если бы они могли помогать всем на свете без риска для себя. Но история всегда суровее сказок, поэтому даже такой вариант был идеальным. Единогласно поддержав план (хотя один 8-летний парень во время тинга рекомендовал бросить все это и пойти покушать да побегать за местными котами), вольвикинги приступили к формированию особых отрядов быстрого скандинавского реагирования. Собственно, так они и доросли до вольвикингов официально. А вы думали, они себя так называли с самого появления? А вот нет!

Как вольвикинги стали вольвикингами

Новому народу – новая одежда. Вольвикинги решили отдать честь своим главным благодетелям, обеспечивших им безбедное и счастливое существование: рыбе и науке. Недолго подумав, был разработан своего рода герб – счастливая селедка (насколько селедка может чувствовать себя счастливой от осознания того, что люди ей питаются, конечно) на красной книге. Странно, но просто; глуповато, но понятно.

Одежду было решено выкрасить в широкие диагональные ярко-синие полосы – так, согласно Саге, “не спутать ни с камнем, ни с грубияном”. В случае незаметного перемещения поверх надевали обычный плащ.

Более того, вольвикинги и вольвикингши наносили черную краску вокруг левого глаза, и красную – вокруг правого. Здесь сага еще более категорична и даже поэтична:

“Оттенки яркие

Для глаз вольвикингов

Черный – левому, красный – правому

Для друзей знак надежды и спасения вестник

Неприятелям устрашением служит

Впредь и до скончания мира”.

Принципиально разделавшись со стилем, началось обсуждение тактики и всего такого. Нам это может показаться глупостью, но это суперважно в мире, где почти всё приходилось делать пешком. Как прикажете эвакуировать больную уточку, если до неё брести неделю? И, простите, куда брести-то? Наугад бегать по лесам, а?

Кого, в конце концов, спасать?!

Не углубляясь в подробности, договорились вот о чём: обманчиво усатые разведчики выведывали информацию у обычных викингов по поводу планируемого военного похода – поход хоть как наломает дров во всех смыслах. Подготовка к ним, как правило, шла долго, поэтому у разведчиков было достаточно времени, чтобы вернуться домой и рассказать о своих находках. Затем вольвикинги снаряжали свои корабли, тихонько подплывали к отчалившему флоту и сливались с остальными. Ну а как действовать потом – неизвестно. То есть на самом деле неизвестно – на страницах Саги прямо нарисован вольвикинг, пожимающий плечами, словно говорящий «потом разберемся». Полноценное планирование, видать, было открыто кем-то попозже.

На этом моменте местные ученые согласились, что лучше им разобраться сейчас, чтобы Отряд имени «потом разберемся» мог на самом деле помочь кому-нибудь, а не заблудился и в слезах упал на заморскую полянку с цветочками и пчелками. Не подумайте: их план для того времени был великолепен! И все же для его полноценной реализации нужно было нечто большее; большее, чем все остальные достижения, вместе взятые, среди которых, напомню, была зубная нить и настоящий противоштормовой зонт! А не эти вот…ну да ладно.

Так мы переходим к самому таинственному отрывку Саги. Единственное, что стоит между началом работы ученых и результатом их трудов – маленькая поэма и совсем крохотная зарисовка. Очень сомневаюсь, что кто-либо разрешит эту загадку на нашем веку, но рассчитывая на глубокие познания читателей, не могу ею не поделиться.

Итак, стих о Вольво:

“Кузнецы науки собравшись

Воедино выше реки плодородной

В закате весны,

Снотру приветствуя, Хлин почитая,

Идею призвали о мифе движенья;

Корабль земной, он едет не с гор и не ветром,

Колесница стальная, мысль богов дерзновенных,

Несется, но не вихрем, с заботой о тех

Выполняющих правое дело.

Вольво, мы призываем тебя навсегда

И до последнего времени,

Помогать и оберегать жизнь очагом домашним!”.

Да, все верно: кажется, они изобрели древнейший прототип современной машины. Очевидно, что она едет сама по суше, но за счет чего? И самый главный вопрос: почему Вольво? Я уже связался с их представителями, но они избегают общения со мной! Неужели они знали о вольвикингах?!

Но вернемся к истории, как ее описывает Сага. Создав несколько машин, напоминающих современный автомобиль, ученые привезли их в поселение и показали на очередном тинге. Объяснив, насколько они удобнее ножек, и показав, как ими пользоваться, они предложили испытать их в реальных условиях. Это заняло порядка месяца.

После тысячей «а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а» ужаса и «у-о-о-о-о-о-о-о-о» восхищения в поездках по малопроходимым лесам, каждый житель овладел навыками вождения. Поклявшись никогда и никому просто так не рассказывать о Вольво и обучать детей вождению каждый год, машине начали искать первое настоящее задание – финальный тест. Через пару дней оно само упало им в руки.

Нужно было спасти заболевшую семью уточек.

Сам не поверил, но надо же с чего-то начинать?

Итак, выше по реке Гёта-Эльв цвела, цитирую, «Империя животных». Под этим названием подразумеваются угодья вольвикингов, разводившие овец и коровок. Угодьями постепенно заинтересовались обитавшие неподалеку соседи – утки, ежи, зайцы, ондатры, лани и бобры. Были они дружелюбными и никого не беспокоили, зачастую попросту ища укрытие от многочисленных хищников. Фермеры, проявив милосердие, выделили для них большой участок земли. Два дня в неделю туда можно было прийти всей семьей – даже в те времена, когда природа по праву чувствовала себя хозяйкой планеты, такого мирного сожительства самых разных животных было не сыскать. Да и вообще делать было нечего.