Читаем Хочу тебе верить онлайн бесплатно

Стоя у зеркала в своей комнате поправляю черные как вороново крыло волосы. Вообще я от природы светленькая, но уже давно прячу свой натуральный цвет волос. Как и свою фигуру под слоями невзрачной, безразмерной одежды. Так спокойнее. Это мой своеобразный щит от этого мира.

На мне простая белая рубашка на два размера больше и черные свободные брюки. Никаких украшений, ни одного яркого пятна, даже макияж выполнен в мрачных серых и черных тонах.

Еще раз оглядела себя в зеркало, осталась довольна своим внешним видом и вышла из комнаты, плотно прикрыв ее за собой. Нет, в мою комнату никто не войдет, но я все равно всегда закрываю ее за собой.

Прохожу по темному коридору прямо к входной двери и начинаю обуваться. С кухни появляется мама в своем старом застиранном халате.

— Вик, ты уже уходишь? А как же завтрак?

— Не хочу есть. Вернусь и тогда поем.

— Удачи в школе.

— Спасибо. Пока.

Прощаюсь с ней и выхожу в подъезд. Иду к лифту где уже стоит улыбчивая и одинокая соседка из квартиры напротив. Это один из немногих людей, кого я рада видеть. Эта старушка с таким теплом относится ко мне, что иногда мне кажется что она моя бабушка. Родная со стороны мамы давно отказалась от нас, а с папиной стороны умерла два года назад.

— Здравствуй, Викуля.

— Здравствуйте, Антонина Петровна.

— Ты куда такая нарядная?

Усмехаюсь про себя, только эта добрая бабушка и может назвать мою одежду нарядной, слишком добрая и светлая. Давно я не встречала таких людей. За свои почти восемнадцать лет я, к сожалению, успела узнать всю гниль человеческой души.

— В школу, Антонина Петровна. Сегодня же первое сентября.

— И правда. Как быстро пролетело лето. Поди соскучилась по своим одноклассникам, считай целое лето не виделись.

— Ага, соскучилась, — улыбнулась старушке.

Ей незачем знать что за три года учебы в этой школе, друзей я так себе и не завела. Хотя я в принципе и не стремилась это сделать. Мое единственное желание — стать незаметной для окружающих. Я бы предпочла учится дистанционно, вообще не выходя из дома, но мне не разрешили.

Двери лифта растворяются перед нами, и улыбчивая соседка заходит первая, а я за ней. Мне нравится с ней общаться и даже не тяготят вопросы про родителей и школу. Наверное это потому, что чувствую от нее искреннюю заботу и участие.

— А вы куда, гулять?

— Решила сходить воздухом подышать.

— Это хорошо.

— Ты бы тоже чаще ходила бы гулять.

— Пока нет времени. К экзаменам готовлюсь.

— Так ты же еще не начала даже учиться.

— К вступительным.

— Учеба это хорошо, но и гулять нужно. Молодость пролетит и не заметишь.

Лифт наконец-то приехал на первый этаж и я вышла из подъезда под руку с нашей соседкой. Попрощалась с ней и отправилась в школу.

Школа находилась недалеко от дома, всего лишь минут двадцать обычным шагом. Раньше это была обычная общеобразовательная школа, но в том году она стала школой с уклоном на иностранные языки и теперь в нее хотели попасть очень многие. Мне же было плевать, я мечтала скорее получить аттестат и убраться отсюда как можно дальше, желательно туда, где меня никто не знал.

Медленно никуда не торопясь я брела по тротуару вдоль одинаковых типовых многоэтажек. Перешла по пешеходному переходу дорогу и остановилась напротив входа в школу.

— Ну здравствуй, дворец знаний. Последние тридцать пять недель и мы навсегда простимся друг с другом.

Прошептала себе под нос и вошла на школьный двор. А здесь кипела жизнь: учителя выстраивали свои классы в ровные шеренги для парадной линейки, посвященной дню знаний, а школьники дурачились и болтали без умолку.

Тяжко вздохнув, направилась к табличке "11а', рядом с которой толпился мой класс. Мои одноклассники весело переговаривались друг с другом то и дело начиная весело смеяться, да так, что многие соседи косо на них смотрели.

У меня был очень дружный класс, просто я не влилась в коллектив. Частенько этот сплоченный класс дружил против меня. Но за три года я отрастила такую броню, что мало кому удавалось забраться под нее. И уж точно нападки глупых восемнадцатилеток не могли сильно меня задеть.

Мое приближение заметили и теперь все одноклассники практиковались в остроумии, комментируя мой внешний вид. Вот идиоты, можно подумать самое большое счастье в жизнь это крутые шмотки. Когда-нибудь даже они это поймут.

Проигнорировав комментарии вроде «прикид отрыла у бабушки в сундуке» или «в каком секонд-хенде прикупила такое убожество» прошла в самый конец шеренги и молча встала на свое место. Полностью игнорируя одноклассников.

Буквально через пару минут на крыльцо вышла директор школы и торжественная линейка началась. Сорок минут мы слушали хвалебные оды от администрации школы, от учителей и первоклашек, от родительского комитета и даже от какого-то политика. Время тянулось ужасно медленно и я устала уже стоять. К тому же то и дело меня задевал придурок Григорьев, самый бестолковый одноклассник, который не мог пройти мимо меня ни разу не толкнув и не задев. Я перестала на него реагировать уже давно. И теперь все его нападки были для меня как слону дробинка, но зачем же рассказывать ему об этом, вдруг еще обидится и начнет лезть с удвоенной силой.

После линейки все классы разошлись по своим кабинетам на классный час. Зашла в наш кабинет и заняла свою парту. Я всегда сидела на последней парте крайнего к окну ряда. И всегда сидела одна. Вот и сегодня на соседний стул никто так и не сел. Все ребята весело расселись по своим местам. Только место Лощинина рядом с его подружкой все еще пустовало.

Они считались королём и королевой нашего класса, а может даже и школы. Меня они не интересовали, если не трогали меня. Но эта гламурная кукла Анна не могла не отпустить в мою сторону колкость, правда при Максе она всегда молчала. А он, мне кажется, даже и не знал о моем существовании, всегда проходил мимо словно я призрак. Но меня это устраивало.

Со звонком к нам вошли Ольга Анатольевна, наш классный руководитель, тот самый Максим и директор школы Александра Владимировна. Поздоровались и дождались пока все ребята усядуться на свои места. При этом Максим продолжал стоять между директором и классным руководителем.

— Еще раз добрый день, дети! Поздравляю вас с началом заключительного учебного года в школьном обучении и желаю удачи.

— Спасибо! — нестройным хором отозвались мои одноклассники.

— Минуточку внимания, класс, — призвала к порядку Ольга Анатольевна.

Дождавшись когда в классе утихнет гул, директор продолжила:

— У нас объявление. С этого дня и до последнего звонка Максим Лощинин будет сидеть с Викторией Быковой. Теперь она его подопечная, он помогает ей в учебе и ограждает от вашего негатива.

Только что успокоившиеся ребята начали в голос возмущаться с чего вдруг все это? Громче всех конечно же была Анна. А я молча переваривала услышанное и мысленно выжигала дыру во лбу у директора.

Призвав еще раз к порядку разбушевавшийся класс, Александра Владимировна уточнила что решение администрации школы обсуждению и осуждению не подлежит и покинула кабинет.

Лощинин ленивой походкой мартовского кота, начал двигаться в сторону моей парты и буквально через пару мгновений плюхнулся на соседний стул. Окинув меня внимательным взглядом своих зеленых глаз, сказал:

— Ну привет, моя новая соседка.

А я молча отвернулась. Похоже это будет очень веселый учебный год.

Усмехнулась про себя, Александра Владимировна все никак не оставит попыток социализировать меня. Она искренне верит что я смогу быть счастливой, если найду друзей. Проблема в том, что я этого не хочу. Лишь ради директора этой школы я и продолжаю сюда приходить каждый день.

Чему меня точно хорошо обучили родители, так это умению быть благодарным. И я очень благодарна Александре Владимировне, которая одна из немногих осталась с нашей семьей после всего что мы пережили. Непросто осталась, она всеми силами поддерживает родителей и очень переживает за меня. Являясь моей крестной, она иногда заменяла мне настоящую мать, от которой сейчас не то что заботы, внимания не допросишься.

Именно семья крестной протянула нам руку помощи: помогли продать старую и купить новую квартиру, организовала мой перевод в новую школу, где работает сама. И мои регулярные походы к психологу это именно ее заслуга. Не могу сказать что мне помогает, но после сеансов мне иногда бывает легче. Невыносимо тяжело все это носить в себе, а тут можно хоть с кем-то обсудить весь пережитый ужас.

Теперь помимо психолога мне подсунули в помощь одноклассника и ни кого-нибудь, а Макса Лощинина. Похоже я совсем достала крестную раз она пошла на такие крайние меры.

Максим Лощинин отличник, староста нашего класса, член школьной команды по футболу и конечно же красавчик и любимец девчонок. Как говорят? «Студентка, комсомолка и просто красавица?» ну вот все тоже самое только про парня — это и есть Лощинин. А еще он мажор, его отец владелец какого-то немаленького бизнеса. Какого именно не знаю, мне неинтересно, но в интернете при желании, это легко найти. А его мама профессор в одном из лучших вузов города. Говорят там такая корона, что можно задевать потолки. Хотя мне плевать и на самого Макса, и на его родителей.

Ну и конечно у такого «потрясающего» парня, по классике жанра, есть подружка. Самая гадкая девица нашей школы. Нет, на моську она конечно красотка — миловидное кукольное личико, пухлые губешки, большие глаза и пушистые ресницы. Идеальная фигура, которую Анна подчеркивает при каждом удобном случае. И при всей этой ангельской внешности сама Аня та еще мерзость. Скандальная, избалованная и крикливая девица, которая никого кроме себя не любит.

Она при каждом удобном случае цепляет и меня, и других одноклассников, упиваясь своим величием. Что можно сказать о Максе, раз он встречается с такой девушкой, а встречаются они уже давно. Так что я сделала вывод что и сам Макс недалеко от подружки ушел. И теперь вот я должна с ним общаться?

Еле досидев до окончания урока, сорвалась к директору. Подойдя к ее кабинету, получила разрешение войти и влетела внутрь с желанием поскандалить.

— Теть Саша, что это было?

— А что было? — невинно смотрела она мне в глаза.

— Серьезно? Сидеть с этим придурком и еще и заниматься?

— Юная леди, выбирай выражения.

— Пф, хорошо. Александра Владимировна, не соблаговолите ли Вы, разъяснить мне такой дурынде не умной, почему барин Лощинин должен сидеть с плебейкой вроде меня?

— Он хороший мальчик и поможет тебе.

— Мне не нужна помощь, тем более от него.

— Вик, выдохни, расслабься. Ты юная, молодая девушка. А зарыла себя под всеми этими проблемами и тянешь себя ко дну. Пора выбираться.

— А может я не хочу?

— Надо. Ты любишь свою жизнь. Если твои родители сдались, то тебе я не дам этого сделать. Бороться за тебя я буду до последнего, ты мне как дочь.

Ее слова отозвались в моей душе теплом и безумным потоком слез. Я кинулась в объятия крестной и она обняла меня крепко-крепко в ответ.

— Теть Сашь, я попробую, но ничего не обещаю.

— Попробовать это уже много.

— Наверное.

— Иди на уроки, то что ты на короткой ноге с директором не дает тебе поблажек.

— Иду.

Вздохнула, подняла с пола рюкзак, который туда бросила когда влетела в кабинет, и направилась на выход.

— Не забудь, у тебя сегодня психолог.

— Помню, как будто ты даешь мне об этом забыть.

— Не ворчи.

Послала воздушный поцелуй крестной и вышла вон, закрыв за собой дверь. Пока шла к нужному кабинету, прокручивала в голове слова директора. Ну вот зачем я на это подписалась? Да потому что Александра Владимировна умеет надавить на нужные точки. Ладно. Прорвемся, может Макс и сам сольется, было бы отлично.

На подходе к кабинету, задрала подбородок и постучав вошла в класс. Надела на лицо непроницаемую маску безразличия и уверенной походкой прошла к своему месту. К слову, Лощинин сидел за моей партой, когда увидел меня оживился сразу же. Неужели настолько скучно что даже мое общество ему не в тягость?

Проходя мимо подружки Лощинина услышала злобное шипение в спину: «дрянь, теперь ходи и оглядывайся». Даже смешно, эта дура, не понимает что я тут не причем? Неужели перекись весь мозг разъела? Меня таким не испугать, но пусть не думает что я буду молчать, уж что-что никогда не делала, так это молча не хавала оскорбления.

Подошла и тихо села за парту, замечая боковым зрения как Аня полностью развернула корпус в нашу сторону и теперь не отрываясь пялилась на нас.

— Привет, — улыбаясь проговорил Макс.

Я же его окатила холодным взглядом и опять отвернулась. Все же связываться с ним себе дороже.

— Чего молчишь? Я знаю что ты не немая.

— Вот это открытие!!! Тебя не смущает что сейчас урок в самом разгаре?

— Да нет.

— А меня да.

Сказала и отвернулась к доске, переключив все внимание на учителя. Если бы я знала что в этот день моя жизнь так круто измениться, то ни за что бы сегодня в школу не пришла бы. Но мы имеем что имеем и теперь мне нужно быть настороже: ни Максим, ни его подружка доверия мне не внушали.

Сегодня в первый день учебы всего два урока и классный час. Зачем эти уроки мне не понятно, ведь никто из учеников даже не пытается притвориться что слушает. В классе царит настоящий хаос, еще бы, их любимчика отсадили от барби и пересадили к серой мышке.

Да я новость номер один в классе, а то может и во всей школе, ведь по Максу фанатеют как по суперзвезде. Не удивлюсь если кто-то из этих ненормальных девчонок создал фан-клуб имени Максима Лощинина и теперь в тайне пускает слюни на него. Но меня это все не интересует. Единственное мое желание это скорее сбежать отсюда.

Уроки тянутся бесконечно долго и терпеть вынужденное соседство с Лощининым мне все труднее. За три года я привыкла быть серой и невзрачной, незаметной мышкой и редкие нападки одноклассников воспринимались мной в разы проще чем это внезапно свалившееся на мою голову внимание.

Наконец-то услышала звонок и резко вскочив со стула отправилась на выход из класса. Я слышала как меня звали по имени и судя по голосу это был мой сосед, но останавливаться не стала, наоборот прибавила скорости. Здесь сегодня мне делать больше нечего. На сегодня у меня еще поход к психологу и лишь потом я смогу спрятаться от всего мира в своей комнате.

Кабинет, где меня три раза в неделю принимает мой психолог расположен недалеко от школы. Всего каких-то пятнадцать минут неторопливой пешей прогулки и я на месте. В пятиэтажном современном здании, на третьем этаже, прямо как в американских фильмах, лежа на удобной кушетке и глядя в стену, окрашенную бежевой краской, я буду изливать свою душу в течении часа.