Читаем Кексик (СИ) онлайн бесплатно

- УБЬЮ!

Дин рванул вниз, я, перелетая через три ступеньки, гналась за ним.

Дети хохотали.

- Опять Кексик и Дин!

Винчестер, хохоча, выбежал на улицу. Я – за ним. Дин запнулся и, размахивая руками, чуть не упал. Я догнала его и в прыжке сбила Дина с ног. Мы покатились по земле.

- Ты сожрал мои апельснки!

Посвящение:

Моей Лизке и всем, кто будет это читать)

Публикация на других ресурсах: Запрещено в любом виде

Примечания автора:

Одна из ранних работ. Да, снова Мэри Сью.

====== Знакомство ======

— Мимо нас, мимо нас, пьяное солнце.

Оно уйдёт и больше не вернется.

Ну что же ты молчишь, не поднимая глаааааз.

Мой папа выключил музыку.

— Дочь, ну че ты слушаешь? Вот что надо слушать.

Вставил диск в магнитофон. На всю нашу машину грохнул Мэнсон. О да, мой папа рубит фишку.

— Пап, сейчас направо.

— Агааа.

С заднего сиденья мне на плечо легла голова Лизки.

— Таньк, вот нахрена ты уезжаешь?

Я похлопала ее по голове.

— Если я не уеду на этот месяц куда-нибудь, я вас задолбаю. Ты же знаешь меня.

Пока мы едем, я расскажу о себе.

Меня зовут Таня, мне 16 лет. Я живу с родным папой и старшей сестрой Лизой. Она родная мне только по отцу, у нас разница чуть больше года. Наши мамы умерли 10 лет назад, и тогда папа взял нас к себе. Мы долго привыкали друг к другу, дрались часто. Ведь нам пришлось делить одну комнату. Носы ломали друг другу, руки вроде тоже. Несмотря на то, что у нас один отец, мы абсолютно разные. Я выше Лизы почти на голову, а я ведь младше ее. У нее зеленые глаза с оттенком желтого, мои же очи чистого голубого цвета. Ее волосы темнее, чем мои, и короче. С фигурами у нас все в порядке, только, раз я выше, значит, ноги у меня длиннее. Стиль одежды у нас примерно одинаковый. Джинсы, рубашки в клетку, ботинки из кожи. Только Лиза носит рубашки в обтяжку, я же тащусь от больших свободных рубах. Ее ботинки из темной кожи, мои же светло-коричневые.

Теперь обо мне и куда я уезжаю. Я особа гиперактивная. В школе постоянно участвовала везде и всюду, вечно делала что-то новое. Без меня не обходился ни один праздник, соревнование и тому подобное. Я постоянно требовала что-то новое. Чуть ли не каждый месяц обновляла все стенды в школе. И я прям услышала вздох облегчения учителей, когда наш класс выпускался. Но дальше я пошла в колледж. И началось. Я там развернула такую деятельность! Все везде кипело и бурлило! Только я на порог класса, все сразу: «Что сегодня нового скажешь?». Я участвовала всегда и везде. Во всех видах деятельности — песни, танцы, волейбол, баскетбол, театральные постановки, игры с маленькими — я была первой. Все тянулись ко мне, я знала каждого человека в колледже, и мы были в хороших отношениях. И педагоги знали, что если на лето меня куда-нибудь не сплавить, я проведу революцию в их колледже. Вот они и отправили меня в детский летний лагерь «Звезда». Нет, не отдыхать, а работать помощницей вожатого.

И сейчас мы подъезжаем к лагерю.

Я вылезла из нашей машины. Папа достал из багажника мой чемодан.

— Дочь, сама донесешь?

— Пфф, пап, он на колесиках.

Я осмотрелась. На парковке перед лагерем стояли автобусы, штук 20. Также, напротив нас, стояла машина, которая сразу привлекла мое внимание. Шевроле Импала 1967 года. Я любила машины этой марки, и они всегда приковывали мое внимание. Интересно, кто это здесь на такой машинке?

— Дочь, ты опаздываешь.

Я обернулась к своей семье. Бросилась на шею папе.

— Папка мооой. Не скучай. У тебя Лизка есть. Я же всего на месяц. Я буду звонить. И если что, можете приезжать.

— Обязательно.

Папа чмокнул меня в щеку и отпустил. На меня тут же налетела Лизка.

— Браааат! Как я без тебяяяя!

Я похлопала ее по спине.

— Ниче, переживешь. Я звонить буду. И приезжать будете.

— Все-все мне рассказывай!

— Конечно, брат.

Мы чмокнули друг друга в щеки. Я взяла свой чемодан и пошла к воротам лагеря. Обернулась. Папа, обнимая Лизку за талию, махал мне рукой. Я помахала им и зашла внутрь. Ну, держись, «Звезда», наведу я вам тут шороху!

Я быстро сориентировалась и побежала к зданию администрации. Влетела внутрь. Чуть не сбила кого-то по пути. Ко мне вышел директор лагеря.

— Здравствуйте, я директор этого лагеря. Прошу за мной, сейчас начнется собрание всех вожатых.

Я пошла за ним. Мы вошли в большой зал. В центре стоял длинный стол. Вокруг него уже сидели люди, но еще не все пришли. Я поставила чемодан в общую кучку возле входа и, не раздумывая, уселась на стул. Пробежалась взглядам по присутствующим. Девушек мало, я и еще три. Зато парней — человек 20. Этот очкарик, этот худой, этот ботаник, у этого нос картошкой. Мое внимание привлек один молодой человек. Он сидел почти напротив меня, навалившись на спинку стула и скрестив руки на груди. Ежик темно-русых волос, большие зеленые глаза, нос в веснушках. Симпатичный. Потихоньку собирались люди. Наконец, директор заговорил.

— Дорогие мои! Сегодня начинается первая смена в нашем лагере. И вы были приглашены на нее в качестве вожатых, наставников для своих воспитанников. Всего у нас 7 отрядов. На каждый отряд — по 2 вожатого. Ну, один старший вожатый, а второй — помощник вожатого. Сейчас я называю двух человек. Вы поднимаетесь, я говорю вам номер вашего отряда и корпуса, и вы уходите.

Директор читал по списку. Симпатичный парень явно скучал. Как будто все это ему не нужно. И вот, за столом остались только мы вдвоем. Директор улыбнулся.

— Ну, я думаю, вы сами все поняли.

Мы уже задремали и после его слов резко вскинули головы. Парень оценивающе осмотрел меня, насколько это было возможно сидя, и усмехнулся.

— Ваш отряд седьмой, корпус 3. Ну, познакомитесь вы сами. Удачи.

Мы встали из-за стола. Я взяла свой чемодан. Парень взял свою сумку, открыл дверь и ждал, пока я пройду.

— А, это ты мне?

Симпатичный усмехнулся.

— Ну, а кому еще. Проходи.

Я прошла вперед, он вышел за мной и закрыл дверь.

Лето было в самом разгаре. Деревья зеленели, солнце светило. Лагерь был большой.

Мы с симпатичным медленно шли по аллее к нашему корпусу. Я засунула руку в карман шорт и насвистывала любимую песню. Симпатичный шел рядом. Вдруг около одного корпуса он взял меня за руку, останавливая.

— Подожди меня.

И побежал к корпусу. Ему навстречу шел высокий парень с длинными волосами, мой ровесник. Они о чем-то поговорили. Мой попутчик похлопал высокого по плечу и пошел ко мне. Высокий же пошел к выходу из лагеря.

— Братишка мой.

Я усмехнулась и мы пошли дальше. Наш корпус был в самой жопе лагеря. Мы шли и шли. Он решил начать разговор.

— Тебя как зовут-то?

Я усмехнулась.

— Кексик.

Парень засмеялся. А у него красивая улыбка…

Да, вот такое мое прозвище. Я не знаю, как и почему, но Кексик. Это Лизка придумала.

Я хлопнула его по плечу.

— Хватит ржать, а.

Парень заливался смехом.

— Кееексииик!

Я засмеялась вместе с ним.

Наконец, он успокоился. Взъерошил волосы.

— Фууф. Кексик, значит. Ладно. А мне можно тебя так называть?

Я улыбнулась.

— Можно. Я не люблю свое имя, поэтому не скажу его тебе. У тебя не остается выбора.

Парень усмехнулся.

— Меня зовут Дин. Дин Винчестер. Мне 20 лет.

Протянул мне руку.

— Приятно познакомиться, Кексик.

Я протянула ему руку. Дин легонько пожал мою ладонь.

— А тебе сколько лет?

Я уперла руки… не, не в бока, как нормальные люди, а в подмышки. Это у нас с Лизкой такая фишка, руки в подмышки упирать.

— У девушек неприлично возраст спрашивать.

Дин уже ржал. Потом тоже упер руки в подмышки.

— Бляяять, это че за куриные крыльяяя?

Я пнула его под зад.

— Сам ты курица! Это так нада!

Дин хохотал.

— Мне 16 лет.

Дин замолчал.

— Сколько?!

— 16.

— Хуууяяяя… Ой, прости.

Я приподняла брови.

— За что?

Дин пожал плечами.

— За маты. Ты ребенок еще.

Я отмахнулась от него.

— Ой, я тебя умоляю! Мой батя так матерится, уши в трубочку сворачиваются.

Дин засмеялся.

— Ну ладно, Кексик.

Ему было в прикол.

Тем временем мы дошли до нашего корпуса. Большое двухэтажное здание, наверху — балкон. В корпусе уже носились дети.

Винчестер пихнул меня в бок.

— Кексик, а нашим детям сколько лет?

Я аж подпрыгнула.

— ШТООО?

Дин рассмеялся.

— Наш отряд — это наши дети. Это общепринятое выражение, здесь так говорят.

— Ааа, ладно. Эм, щас, погодь.

Я заглянула в документы.

— Таак, седьмой отряд… Девять-десять лет.

— Ага. Ладно. Пошли, чтоли?

— Ну, пошли.

Мы поднялись на крыльцо. Дин открыл мне дверь и пропустил вперед.

— Дорогу Кексику!

Я рассмеялась. Мы зашли внутрь.

Дин хлопнул в ладоши.

— Ребят, внимание!

Двадцать детей замерли и уставились на нас. Я взяла инициативу в свои руки.

— Давайте сейчас сядем на диваны в холле и будем знакомиться.

Ребятишки побежали в холл. Мы с Дином бросили чемодан и сумку у входа и пошли за

ними.

В холле на четырех диванчиках сидели наши дети. Я прошла вперед и заняла пятый диванчик. Похлопала по нему, приглашая Дина сесть. Винчестер уселся рядом со мной. Я посмотрела на ребят.

— Ну, здравствуйте, седьмой отряд. Мы ваши вожатые.

Дин усмехнулся.

— Так та. Я тут вожатый, а ты помощник.

Я пихнула его в бок.

— Иди в сраку. Так вот. Давайте знакомиться. Знаете игру «Снежный ком»?

Мне дружно ответили «Да».

— Чудненько.

Дин уставился на меня.

— Ты че?

Я охренела.

— Че я?

— Это мое слово.

— Ничо не знаю.

Дети тем временем уселись в круг на полу. Мы сели к ним.

— Давайте я начну. Я Кексик.

Дети засмеялись. Мне нравилось смотреть на улыбки детей. Я вообще детей люблю.

— Нет, ребят, серьезно. Я Кексик. Зовите меня так. Меня даже он Кексиком зовет.

Я пихнула Дина в бок. Тот улыбнулся.

Рядом со мной сидела девочка.

— Кексик, Нелли.

И так по кругу. Дин сидел последним. И тут он понял, что ему нужно повторить имена всех.

Он посмотрел на меня. Я кивнула.

— Тааак. Кексик, Нелли…

С горем пополам у него получилось.

— Дин.

Он назвал свое имя и откинулся назад. Мы рассмеялись.

Я посадила его обратно.

— Теперь давайте расскажите, кто чем любит заниматься, ну и вообще о себе. Дин, ты начинаешь.

Винчестер замялся.

— Ам. Нуу. Мне нравится слушать музыку, рок, особенно в машине. Много путешествую. Занимаюсь… ам…

Он почему-то замолчал. Я решила подсказать.

— Спортом?

Дин закивал.

— Да, спортом. Сразу говорю, что я не рисую, не пою, и не танцую.

Очередь шла по кругу. Дети рассказывали о себе. Дошло наконец и до меня.

— Ооо, наконец-то я. Так. Я такой ходячий позитивчик. Я пою, танцую, играю на гитаре, много читаю, рисую, занимаюсь каллиграфией, играю в постановках, пишу сценарии для выступлений, и еще люблю детей. Я не такая бука, как Дин. Да и он не очень бука, просто он еще не привык к вам. Ребят, если что-то вас волнует, всегда обращайтесь, мы поможем, правда. Мы ваши вожатые. И на эти 21 день мы с Дином — ваши папа и мама. Спрашивайте, что интересно.

Дин широко раскрытыми глазами смотрел на меня.

— Фига ты Кексик.

Я уперла руки в подмышки.

Все засмеялись.

— Так, ребят, вы тут уже давно сидите, весь корпус уже оббегали?

Дети закивали.

— Покажите нам, где наши комнаты.

Томми взял меня за руку и повел наверх.

— Эй, Кексик, ничего не забыла?

На лестнице я обернулась. Дин стоял внизу и демонстративно держал одной рукой мой

чемодан.

— Ой, блин.

Я спустилась к нему и протянула руку за чемоданом. Дин попятился.

— А вот не отдам.

Я вскинула брови.

— В смысле? Это мой чемодан.

Дин улыбнулся.

— Сам понесу теперь.

Я пожала плечами.

— Ну неси.

Мы поднялись наверх. Томми показал нам на дверь и убежал вниз. Мы с Дином уставились на дверь.

Она.

Была.

Одна.

====== Первый день ======

Мы переглянулись.

— Ам.

— Мда.

— Это же не то, что я думаю?

— Я уже не уверен.

Дин подошел к двери и открыл ее. Мы заглянули внутрь.

Одна комната. Две кровати по бокам. Выход на балкон напротив входной двери. Большой шкаф. Тумбочка возле каждой кровати. Мы переглянулись и зашли внутрь.

— Ага. Пиздец.

— Согласен, Кексик, согласен.

Я быстренько оценила обстановку и нацелилась на кровать справа. Дин тоже времени даром не терял. Мы вместе с разбегу упали на нее.

— ЭТО МОЯ КРОВАТЬ!

— Я ПЕРВАЯ ЕЕ УВИДЕЛА!

— НЕ ПИЗДИ!

— ИДИ В СРАКУ! ЭТО МОЯ КРОВАТЬ!

Мы барахтались на кровати. Наконец, я спихнула его на пол и развалилась на кровати.

— ДААА!

— ТВОЮЮ МААТЬ!

— УАХАХАХА!

Дин встал с пола и сел на кровать напротив.

— Одна комната?

Я кивнула.

— На двоих?

Я снова кивнула.

— Никого не волнует, что мы разного пола?

Я кивнула.

Дин лег на свою кровать.

— Жесть.

— Согласна.

Я встала и, бахнув чемодан на кровать, расстегнула его. Достала оттуда мини-магнитофон и включила музыку.

— Мимо нас, мимо нас,

Пьяное солнцеее,

Оно уйдет и больше не вернетсяяя,

Что же ты молчишь, не поднимая глааааз.

Я доставала свои вещи из чемодана и распихивала их по шкафу. Дин же просто лежал на своей кровати и наблюдал за мной.

— Ну, я все.

Закрыла чемодан и запихнула его под кровать. Я заняла ровно половину шкафа.

Я легла на свою кровать. Дин встал и нагнулся за своей сумкой. Я случайно бросила на него взгляд. Его задница, Божеее… Тут же в моей голове закрутились шестеренки.

— Диин, а Диин.

Винчестер достал стопку футболок из сумки и пошел к шкафу.

— Чего тебе, Кексик?

— А я тебе прозвище придумала.

— Ну давай, жги.

— Булочка!

Я заржала в подушку. Дин уткнулся лбом в дверцу шкафа и хохотал.

— Буулоочкааа!

Мы просмеялись минут 10. Дин встал с пола, на который благополучно скатился.

— Бляя, я не могу. Булочка так Булочка. Что тебя натолкнуло на это?

Я пожала плечами.

— Незнаааю.

Дин продолжил разлаживать одежду в шкаф. Достал рубахи. Меня с кровати как ветром сдуло.

— Оооо Булочка у тебя рубааахии, дай посмотреть!

Дин протянул мне одну рубашку. Большая, как я люблю, зеленая в черную клетку.

— Ты же мне дашь ее поносить? Да? Ну и чудненько.

Дин даже ничего сказать не успел.

К нам постучались.

Я выглянула.

— Да-да?

Там стоял директор.

— Вас все устраивает?

Тут над моей головой показалась голова Дина.

— Простите, а почему у нас одна комната на двоих?

Директор пожал плечами.

— Так спланирован корпус. Ничего не могу поделать. Ну, а в отряде все хорошо?

— Да, все замечательно. Дети хорошие.

Директор кивнул.

— Ну вот и ладно. Сегодня никаких мероприятий не будет. Вечером один из вас должен прийти на планерку в здание администрации. И да, вам нужно придумать вместе с детьми название и девиз отряда.

Мы кивнули.

— В час дня обед. Выстраиваете детей и ведете в столовую. Там у каждого отряда свой стол. И рядом с их столом — ваш, на две персоны. Потом сончас. Как придете с обеда, и до четырех. После сончаса — полдник. В семь часов вечера — ужин. Так же выстраиваете детей и ведете в столовую. И после планерки вам выдают в коробках второй ужин, и вы раздаете его детям тут, в корпусе, после свечки. Они покушают, и отбой. До полуночи дежурите в холле, можете вдвоем, можете по одиночке, как вам удобно. Подъем в семь, у детей — в полвосьмого. Умывание, одевание, и бегом на стадион на зарядку. Ну, остальное я на планерке вечером расскажу.

Мы кивнули.

Директор ушел.

Дин сел на кровать.

— Так, теперь объясни мне, что такое свечка?

Я там и села.

— Ты приехал работать вожатым и не знаешь, что такое свечка?!

Дин пожал плечами.

— Я вообще до конца смены здесь не задержусь. У меня тут другие дела. Разберусь с ними и сразу уеду.

Я охренела.

— А я?!

— Тебе другого вожатого дадут.

Я подскочила и, нависнув над ним, уперла руки в стену.