Читаем Катарсис онлайн бесплатно

Свет фонарей, освещающих мой путь, расплывался в ночи. Словно кто-то влез в голову, взял кисть и размалевал картинку. Казалось, я давно привык к подобным пейзажам: годы работы за монитором давали о себе знать. Кстати, давненько я так не напивался.

На улице было довольно сыро, осень распахнула свои холодные объятия, но чувствовал я их очень и очень мутно. Одет был в своей обыкновенной манере – всё для ощущения небольшого холода, дабы сохранять свой организм в состоянии лёгкой тревоги. Хотя о какой лёгкости могла идти речь? Тревожно, словно мне нужно было назвать моего начальника пидором на глазах у всего отдела. А это было бы неплохо.

В это время редко кого встретишь, да и не очень-то хотелось. Скорее только ради того, чтобы разбить тому везунчику физиономию, но и в этом я не мастак. Стоило бы задаться вопросом: «А с какой целью?» Хм, а нужна ли она?

Интересно, она уже спит?

Моя милая, прости. Надеюсь, ты не увидишь сегодня меня в этом состоянии таким, но выхода у меня не было. Хотя… кого я, блять, обманываю? Выбор есть всегда, ты это знаешь, и мог бы справиться с подошедшим к глотке потоком дерьма, который на меня сегодня полился, не прибегая к помощи бутылки, но я уже и перестал вовсе задумываться о том, какое же я ничтожество.

Надеюсь, ты сдохнешь, сука. Я же люблю тебя. Какого чёрта ты натворила? Ох, Эни, что же в нашей жизни так тебя не устроило?

А, ёбаная человеческая натура. Жизнь неустанно стремится к валянию своего бренного тела на диване, которое в тайне мы мечтаем забросить на экраны наших сверкающих ящиков в роли главных героев голливудских блокбастеров.

–Скучно жить, когда всё стабильно и хорошо, верно? Может, из-за этого постоянно ведутся войны? Кому-то просто скучно тратить свои заработанные «кровным» трудом бабки на всякую херню, которая и вовсе не нужна в этом мире, вот и создают войны.

– Да нет же, всё из-за денег, которых у одних хоть жопой жуй, а у других едва наберётся пару монет. А также из-за власти, которую нужно чем-то поддерживать, соединять в общем порыве ненависти к кому-либо белых и чёрных, гетеро и гомо, мужчин и женщин и так далее. Но что-то я далеко залез в своих размышлениях.

– А что тогда нужно человеку?

– Счастье.

– Его не существует, ты это знаешь. Ты в этом сегодня сам и убедился.

– Давно я заделался в философы? Или так только по пьяни моча в голову лезет?

– Кажется, тот чувак идёт ко мне. Надо попросить у него закурить.

– А с каких пор ты куришь?

– Отстань, я просто хочу потравить себя. Не только же душевным ядом давиться. Только бы дойти до него. Да и язык, надеюсь, выдаст нужную фразу. Хм, взгляд у него явно…

– Эй, мужик, есть закурить? – гаркнул этот огромный мешок с дерьмом, не прекращая шага в мою сторону.

– Оу, какая интересная ситуация, – с улыбкой ответил я. – Я и сам хотел попросить…

– Ты у меня хотел требовать что-то?! Не самая лучшая твоя идея.

Я видел, как у него в руках что-то сверкнуло. И эта мерцающая штука теперь у моего горла. Наверное, я бы смог отреагировать на это, но состояние совсем не то, да и такая апатичность ощущалась в данный момент, что полосни он мне по горлу, упал бы я, не пошевелив ни одной мышцей на лице. А как хотелось бы ему тот нож в жопу запихнуть. Ну, или хотя бы попытаться убежать. Трудный выбор всегда настигает врасплох, и от этого не легче.

– Теперь придётся заплатить за грубость, – сказал отчаянный парниша.

Он явно не профессионал: постоянно оглядывался, действовал неуверенно. Хотя и выглядел довольно крепко. Эх, дружище, мы ещё встретимся, я верю в это. Ты похож на бизона: тупой и огромный. Я достал кошелёк, но налички там не было.

– Сегодня явно не твой день, приятель. Может, ты карточки принимаешь? – с усмешкой ответил я.

Мощный толчок в области живота чуть сбавил мой задор. Благо я был в стельку пьян, боли почти не было, но прилечь всё же пришлось. И вот уже мой кошелёк у него в руках.

– Шутить вздумал, ебучий выродок? Пароль от карты! – сказал бизон.

– Шесть четыре ноль семь, – валясь на земле, через спазмы в животе произносил я.

– Тебе крупно повезло, сучёныш, раз ты такой сговорчивый.

– Это точно, пойду куплю лотерейный билет.

О, привет, кроссовок. Дзынь.

Звёзд на небе не было видно из-за света фонарей и окон окружающих домов. Стоит летом выйти в поле, посмотреть на них, – успокаивает.

Кажется, он разбил мне губу – железный оттенок вкуса крови очень приятен и мил. Банкомат минутах в пятнадцати езды отсюда. Этот дегенерат скоро поймёт, что карточка уже не действительна. Вот он обрадуется. Мне нравится ощущать чувство справедливости, которое не возникает почти никогда, оттого оно и так сладко. Спасибо, Эни, что забрала мою рабочую карточку с утра. Видимо, не такая уж ты была и плохая.

Поднявшись с асфальта, я стал медленно, но уверенно топать в направлении своего дома. Оставалось недолго. Я уже иду, дорогая. Так, где же ключи?

Кажется, я сильно хлопнул дверью, но реакции не последовало. Сняв верхнюю одежду, с трудом разулся. Так и побросал все вещи в коридоре, не пытаясь дотягиваться до крючка, хотя и не так много сил на это нужно было. Нужно было смыть всё накопленное за день говно, но что-то мне подсказывало, что нет в мире такой щётки, которая ототрёт подобного рода кляксы.

– Привет, Вик, – шёпотом говорил я себе в зеркало, стоя в коридоре. – У тебя вся морда в крови. Надо умыться, паршиво выглядишь. Не дай Бог проснётся принцесса и увидит тебя таким. Да и зубы почисть, подумай о жене в конце концов.

– Тогда вообще лучше не буду мыться, – ответил я туда же, – пусть поймёт, что она в такой же грязной жиже, как и я.

– Будь мужчиной, в конце концов, пьяная скотина! Твои действия сегодняшним вечером и так не назвать достойными образца мужественности, который у тебя давным-давно в голове.

– К чёрту образец, я тот, кто есть.

После холодного душа стало легче, зубная паста, кажется, убрала запах перегара. А, быть может, и нет, я сам не знал. Теперь нужно было идти в спальню к монстру, поэтому я решил сначала зайти к ангелу. Перед смертью не надышишься, как говорится. Я вошёл в комнату. Она смысл моей жизни, моя крошка Ди. Я люблю её куда больше жены. Она была тем, что я пытался все эти годы отдать полностью жене – моим сердцем. Воплощением моих чувств. Как сладко она спала. Хотелось поцеловать, но я по-прежнему был вдребезги пьян, так что мне стоило спуститься обратно в ад. Мало ли, разбужу свою красотку. Я страшно боялся идти в противоположную комнату и не знал, что мне делать. Меня всё ещё беспокоил вопрос, что говорить жене, если она проснётся.

– Иди уже, ослина, – шепнул я.

Я лёг на край кровати, но мне было до жути паршиво находиться рядом с ней.

– Мразь. Что ты наделала? Я тебя никогда не прощу.

– Вик, где ты был? – сонным голосом промямлила Эни. – Я тебе звонила. Господи, что с тобой? Твоё лицо…

– Всё в порядке, Эни, – буркнул я в сторону.

– Ты что, пьян?! – её лицо было готово нарезать овощи и мясо.

– Угу.

– Что на тебя нашло, мать твою?!

– Утром поговорим, киса. Я очень устал, правда. Дай поспать.

– Но…

– Отъебись, ладно?! – тут я не сдержал эмоций, слегка повысив голос. Кажется, она поняла.

Я отвернулся и, пытаясь не блевануть от нагрянувших вертолётов, отдался в объятия сна.

С утра зазвонил будильник, что не придало мне бодрости – как и любому среднестатистическому человеку мне нужно было на работу. Голова разрывалась, будто в ней происходили боевые действия времён второй мировой. На полу была лужа блевотины. Я удивился.

Пока я отправлял свои нужды, мне стало чуть поганее от одной мысли, что моя красавица всё это видела. Хотя она же ещё не должна была проснуться, верно? Стоило бы прибрать всю эту хрень, чем я и занялся.

Запах свежих блинов был слышен ещё из комнаты, но идти на него мне совсем не хотелось. Нужно было привести себя в порядок: утренний душ, бритьё. Губа всё ещё немного опухшая, да и чёрт бы с ней. Эх, не так уж я и плохо выгляжу по меркам моих лет, даже жирка не набрал, а угловатые скулы даже добавляют какой-то мужественности. Я причесал свои карие волосы, которые всё равно потом начнут виться. Потом я собрал весь свой внутренний мир с пола и пошёл одеваться.

Как же мне было херово. В шкафу была открытая бутылка коньяка, который мы открыли по случаю прихода каких-то там друзей Эни ещё пёс знает когда. Как их там звали? Плевать на этих уродов, только и умеют, что занимать бабки. Что она в них нашла, понять я не в силах. Друзья детства, наверняка, трахались когда-нибудь давно. Почему от этой мысли мне не становилось так же паршиво, как вчера, когда я узнал, что моя милая жёнушка трахается с моим коллегой по работе? Чёрт его знает, но жить с этим мне явно не хотелось, нужно было что-то менять. Положительный герой этой осени явно не я. Отпил немного.

Одевшись в свой изношенный рабочий костюм, я всё же нашёл в себе силы зайти на кухню. Там за большим деревянным столом сидели Эни и Ди, смакуя стряпню первой и что-то вяло обсуждая. Но пришлось нарушить беседу своим появлением, сразу в воздухе повисло молчание. Я поглядел на них: обе спрятались за своими чёрными прядями, свисающими до стола, а сейчас мне хотелось бы больше всего увидеть серые глаза своей дочурки. У неё, кстати, в отличие от мамаши, волосы были моего типажа, но не цвета. Стянул один блинчик из тарелки, немного заляпав скатерть, запил приготовленным для меня крепким кофе.

– Доброе утро, красотка, – я погладил Ди по голове.

Она не ответила мне. Эни довольно неплохо проводит воспитательную работу в отношении моей дочурки, могла даже настроить её против меня же, своего отца. За это я хотел порой убить свою жену.

– Вик, что вчера с тобой произошло? – спросила Эни, выставив, как обвинительный приговор, свои карие глаза.

– Я бы не хотел обсуждать это при ребёнке, – ответил я, взяв со стола один блинчик.

– Почему же, она также беспокоилась, переживала. Думала: «Где же мой папочка?»

– Пришлось слегка задержаться на работе, – говорил с набитым ртом я, – дел было невпроворот, которые требовали немедленного решения.

Врал я как Бог. Интересно, в такое поверит хотя бы первоклассник?

– Неплохо ты работал, вся квартира пропахла твоими трудами. А твой телефон? Ты вообще слышал его? – продолжила жена.

– Я на допрос пришёл? – хлебнул кофе. – Ди, нам пора ехать, пока не опоздали.

Она встала, поцеловала маму и, не взглянув на меня, пошла в коридор одеваться и обуваться. Одарив свою супругу взглядом, полным пустоты, я вышел вслед за ребёнком. Надеялся, что это произвело впечатление на Эни, хотя она, кажется, и не поняла ничего. Да и чёрт бы с ней. Дверь открылась, Ди вышла из квартиры, а я напоследок сказал:

– Передавай привет Карлу, когда он в следующий раз будет спускать в тебя. Надеюсь, он оценит!

Кстати, моя карточка! Лежала в прихожей, пора бы её забрать.

На улице был туман такой, словно я оказался в фильме ужасов, и где-то недалеко, выжидая нужного момента, спрятался монстр. Хотелось бы верить, что он не собирается смаковать меня, ведь на вкус я очень желчный. Ди уже сидела в машине. Ремень, зажигание, фары – вроде бы ничего не забыл. Моя старушка тронулась в направлении дороги, где толпились с виду такие же люди. Но кто знает, может среди этой груды металлолома сидит такая же тупая морда с оленьими рогами. Я бы с ним сейчас осел где-нибудь в баре за горячей беседой о насущных проблемах. Высказал бы все свои мысли, как будто его ебёт моё горе. Кого в этом мире вообще волнуют чьи-либо проблемы, кроме как его собственные?

– Где ты был ночью, пап? – наконец, хоть и с большим трудом, заговорила Ди.

– Пил.

– Что у тебя случилось? Мы же с тобой всегда обсуждаем мои проблемы. Так почему же ты не пришёл ко мне со своими?

А вот и ответ на моё рассуждение: только моего ангела интересуют мои проблемы.

– Потому что они касаются твоей матери. Кажется, скоро мы разойдёмся, детка, – с большим и тяжёлым выдохом протянул я.

– Но почему?! – глядя на меня своими большими блестящими серыми глазами, закричала она.

– Она полюбила другого мужчину. Ты же сама влюблялась не так давно, верно? Вот и думай теперь. Кстати, как поживает тот парень? Ты ему нравишься? – с не менее божественными попытками перевести тему продолжал я.

– Я не хочу этого!

Она заревела так, словно сейчас на её глазах будут насиловать мать. Ей стоило бы посетить нашу квартиру чуть раньше, нежели она приходит из школы, чтобы застать эту картину. Да и насилием это не назвать, скорее акт вновь воспрянувшей в сердце моей сладкой жены любви. Рад за неё, хотя и самому было гадко, будто на меня нассал бомж (странно, что я сравниваю таким оборотом, ведь на меня никогда ранее не ссал бомж; всё, быть может, ещё впереди). Мы и подъехали к школе.

– Хэй, киса, – сказал ей я, она обернулась, – послушай, давай, вытри слёзы и соберись. Всё, скорее всего, будет непросто, но ты не сдавайся. Нужно учиться в школе, помнишь, зачем?

– Чтобы не быть тупой, – вытирая лицо платком, говорила Ди.

– А почему нельзя быть тупой?

– Потому что государству не нужны умные люди.

– Умница, а почему государству не нужны умные люди? – я пытался раззадорить её, заставить улыбнуться. Кажется, она успокаивалась.

– Потому что умные будут больше требовать с него, нежели тупые.

– Ты же моя умница! Дай поцелую, – я потянулся к ней, чтобы поцеловать в голову, а она попросту вышла из машины. Эти слова она, конечно, заучила, ведь я ей это с детства пытаюсь объяснить. Надеюсь, она когда-нибудь осознает их смысл.

Я помахал ей рукой и сказал, что всё будет хорошо. Обманщик я, правда, плохой, но практикой попытаюсь наработать. Пора было ехать на работу. Ди – способная девочка, в конце концов она должна стать умной, по крайней мере умнее своей матери.