Читаем Карл Великий онлайн бесплатно

Во время правления Карла Великого (768–814) Галлия впервые за всю свою историю заняла достойное место в ряду великих держав. До этого периода географы и историки средиземноморских государств рассматривали ее как окраину Европы. Среди огромных пространств, подвластных Риму, она была одной из многих провинций, завоевание которой не принесло римлянам ни чрезмерных богатств, ни громкой славы. Но благодаря усилиям трех варварских королей, чье правление предшествовало эре Каролингов, Галлия постепенно обрела свой неповторимый облик, отличающий ее от прочих государств, возникших после падения Римской империи; однако об объединении и о замирении этого края говорить было еще рано.

О непреходящем значении эпохи Карла Великого в истории как Галлии, так и всего Западного мира свидетельствуют сохранившиеся до наших дней письменные источники того времени. Источники многочисленны и разнообразны, среди них преобладают документы, составленные по указанию Карла в королевской канцелярии: капитулярии, обладавшие силой законодательных актов на всей территории королевства (regnum) и в ряде прилегающих областей и доменов; грамоты, пожалованные церквям и частным лицам; сохранились также анналы и хроники того времени, сочинения научного характера и поэтические труды. Свидетельства эти помогают нам лучше понять историческую ситуацию, сложившуюся на заре IX в. Эпоха Карла Великого оставила для истории поистине бесценные письменные источники. При дворе существовала обширная канцелярия, где грамотеи-латинисты занимались составлением королевских капитуляриев, облекая в правильную письменную форму королевскую волю, высказанную на заседании совета или перед королевским собранием. Но так как не все жители могли присутствовать на этих собраниях, а королевские решения должны были быть доведены до сведения каждого подданного, то постановления эти записывали и рассылали по всем областям и краям королевства. Эти тексты легли в основу постепенно формировавшейся модели административного документа, которой суждена была долгая жизнь.

Но не только присущее каролингской эпохе пристрастие к письменным указам свидетельствует об ее исключительной значимости. Многие дошедшие до нас письменные источники не имеют отношения к королевской администрации. В них содержится немало свидетельств того, что в начале IX в. народы и правители, соседствующих с Галлией государств, равно как и владыки далеких империй Восточного Средиземноморья, единодушно подчеркивали особую значимость западноевропейского мира и признавали, что своим подъемом он обязан Карлу Великому.

После падения Римской империи (476) на Западе не возникло ни одной великой державы, хотя и англосаксонские монастыри, и дворы вестготских государей, и двор в Равенне притягивали к себе философов, ученых и художников. В VIII в. местом сосредоточения крупных государств со сформированными административными структурами стало Восточное Средиземноморье; тамошние государи были в состоянии как обратить в свою веру варваров и язычников, так и насадить свою культуру и администрацию на издревле заселенных землях, где не было ни сильных правителей, ни отлаженного аппарата управления. Складывалось впечатление, что организованная, культурная жизнь, присущая структурно оформившейся и сильной державе, может развиваться только на Востоке, на землях, некогда входивших в состав обширнейшего римского мира. Однако когда в VIII в. вновь встал вопрос о том, кому в цивилизованном мире принадлежит пальма первенства, авторитет Восточной империи, несмотря на ее кажущееся процветание, уже далеко не всем казался незыблемым. Греческая христианская Византия, долгое время бывшая бесспорной владычицей Средиземноморья, на протяжении VII и VIII вв. под все усиливающимся натиском ислама постепенно сдавала свои позиции. Взбаламученный Восток больше не являл собой образец стабильной государственности.

Запад не мог извлечь выгоду из надвигающихся перемен, ибо он также подвергся нашествию исламских властителей. В 714 г. последним броском на северо-запад отряды мусульман-берберов достигли берегов Эбро, откуда открывалась дорога в Галлию. Испания перестала быть частью христианского мира. Италия в VIII в. представляла собой конгломерат народов, культур, сфер влияния и честолюбивых амбиций. Англия являлась некой аморфной массой доменов, где три выделившиеся своим могуществом королевства то объединялись друг с другом, то вновь начинали междоусобицу. В 751 г. в меровингской Галлии завершается медленная агония окончательно пришедшего в упадок, окруженного мятежной знатью правящего рода. Папы, стремясь обрести императорскую власть и встать во главе Западного мира, пытаются использовать для этого так называемый «Константинов дар», однако усилия их тщетны: они не в состоянии добиться поддержки даже в своей борьбе с лангобардами, мусульманами и Византией, конфликты с которой довольно часты.

И вот из политического хаоса, царящего в Западной Европе, возникает фигура Карла Великого. Шаг за шагом этот властелин методично создает и формирует свое королевство, умело используя все исторические традиции Галлии, которые, несмотря на упадок времен последних Меровингов, по-прежнему сохраняли свое влияние. Активизируется процесс слияния галло-римского общества с обществом франков. Культура, бывшая прежде прерогативой мирян, переходит в ведение клириков. Церковь превращается в одну из ведущих сил страны. Но вдали от центров сосредоточения власти продолжают действовать отношения, сложившиеся еще до начала римского завоевания. И все эти разрозненные процессы следует учитывать и находить способы гармоничного их сочетания.

История Карла Великого — это история короля, неразрывно связанная с историей подвластного ему народа. Обе они многогранны. И уделить им равное внимание не представляется возможным. Необходимо постоянно делать выбор, как приходилось делать его Карлу Великому. Определение границ своей власти и территории, на которую она распространяется, руководство народом франков, организация его материальной и духовной жизни, — вот, на наш взгляд, основные сферы приложения сил Карла. Решая эти проблемы, он повелевает, формирует, реформирует, утверждает. Его воля побуждает франков и его самою идти по пути исполнения божественной миссии, которую он взял на себя, потому что Господь возложил ее на его народ. Подобное видение задач, решавшихся Карлом Великим, отчасти вытекает из анализ текстов, созданных в королевской канцелярии, и, очевидно, является излишне абстрактным, оторванным от повседневных потребностей. Но не исключено, что в этих текстах много лакун.

Тем не менее письменные свидетельства, зачастую иллюстрированные, являются основой для изучении исторической эпохи, равно как и предметы искусства и немногие сохранившиеся с тех времен памятники. Хотя, разумеется, ни один из этих источников не относится к сфере повседневного. Образ далекой от нас повседневности складывается на основании археологических раскопок, результаты которых не могут не пробудить в нас интереса к эпохе Каролингов с ее укоренившимися традициями и новшествами. Данные, полученные таким путем, обогащают образ Карла Великого, сотворенный историком, помогают воссоздать облик городов и деревень его королевства.

Письменные источники, которые подкреплены результатами археологических изысканий, данными нумизматики и произведениями искусства, дают нам необходимый материал для изучения истории интересующей нас эпохи. И все это говорит в пользу того, что главное место в ней отводится деяниям короля, а затем императора.

В долгом правлении Карла можно выделить два периода. Став в 754 г. королем франков, он умер в 814 г. обладателем императорского титула. В легендах Карл предстает перед нами мудрым седобородым старцем. Однако до 800 г. он был молодым королем, который, возглавив франков, решил завоевать мир; при этом он не уставал напоминать своим подданным, что они — христиане. Карл заложил основы обширной империи, установил на подвластной ему территории свои порядки. После 800 г. он поселился в своем дворце в Ахене и трудился над созданием процветающего общества. Постепенно, шаг за шагом, пройдя путь от короля до императора, Карл, по словам Алкуина, становится «маяком христианского мира», или, как говорят теперь, зачинателем западноевропейской цивилизации.

Между меровингской эпохой, одновременно новаторской и изобилующей смутами, и серединой IX в., отмеченной набегами скандинавских викингов и дроблением подвластных территорий, правление Карла Великого, если верить источникам, характеризуется успешным объединением и обустройством огромной территории, раскинувшейся от Эльбы до Эбро.

Личность Карла поражала его современников: никакие «франкские» одежды не могли скрыть его стройную и величавую фигуру; он отличался простыми вкусами и неприхотливостью в еде, был необычайно деятельным, слыл великолепным охотником и пловцом. Он всегда был готов высмеять любого из своих графов за повышенный интерес к одежде, постоянное ношение шелков, а членов своей семьи, в том числе и дочерей, заставлял мириться с отсутствием комфорта и вести жизнь, подобную жизни воинов, выступивших в поход, или же путешественников, отправившихся в нелегкий и далекий путь. В отличие от Меровингов он пожертвовал бородой и волосами ради «романизации» нравов, но сохранил густые усы, которые мы и видим на двух сохранившихся его изображениях — мозаичном и скульптурном. Выросший в эпоху пересечения двух культур, варварской и латинской, он собирал под свое крыло людей ученых, очаровывая их непринужденностью в общении и неутолимым любопытством. Общительность Карла придавала особую прелесть королевскому двору и поражала иностранных гостей. Портретные описания, оставленные его современниками, подчеркивают его склонность быть изображенным при исполнении своих королевских обязанностей, однако следует напомнить, что подобные описания зачастую составлялись, согласно требованиям тогдашней моды, т. е. по образцу хвалебных речей, а также следуя античным образцам.

«Карл обладал крепким телосложением, довольно высоким ростом, но не был выше семикратной длины своей ступни.

Голова его была круглой, глаза — большими и выразительными, нос — довольно крупным. Благородная седина очень украшала лицо, живое, веселое. Все это весьма способствовало его обаянию.

Походка Карла была твердой, весь его облик — мужественным, но голос, хотя и звучный, не вполне соответствовал мощному телосложению…

Карл усердно занимался верховой ездой и охотился, влечение к коим было у него врожденным: едва ли найдется на земле народ, который мог бы сравниться в этом искусстве с франками.

Любил он также купаться в горячих источниках и достиг большого совершенствования в плаванье…

Карл носил народную франкскую одежду.

На тело он надевал полотняное белье, сверху обшитую шелковой бахромой тунику и штаны. Ноги до колен обертывал полотняной тканью…

Поверх всего набрасывал зеленоватый плащ и всегда опоясывался мечом, рукоять и перевязь которого были серебряные или золотые…

Был он красноречив и с такой легкостью выражал свои мысли, что мог бы сойти за ритора.

Не ограничиваясь отечественной речью, Карл много трудился над иностранною и, между прочим, овладел латынью настолько, что мог изъясняться на ней как на родном языке…

Прилежно занимаясь различными науками, он высоко ценил ученых, выказывая им большое уважение.

Карл обучался риторике, диалектике и в особенности астрономии, благодаря чему мог искусно вычислять церковные праздники, наблюдать за движением звезд.

Пытался он также и писать…» (Э. Эйнгард. Жизнь Карла Великого // А.П. Левандовский. Карл Великий. М., 1995. С. 195–197).

Быть может, будучи придворными, Эйнгард, а прежде Алкуин и Теодульф, и не решались критиковать Карла, однако они всегда питали искреннее почтение к своему повелителю.

Большое количество источников, сохранивших для нас сведения о первом императоре средневекового Запада, заставляет задаться вопросом, а не является ли период правления Карла Великого и действительно чем-то необычным или он был подготовлен всем ходом предыдущего исторического развития? В самом деле, мощь этого человека, величие его королевских свершений поистине удивительны. Может быть, он черпал силу у своих предшественников?

1. Политическая сила. Во многих капитуляриях Карл напоминает о деяниях своего отца и утверждает, что является продолжателем его дела.

«Желательно нам, чтобы постановления, утвержденные доброй памяти отцом нашим на собраниях и синодах, действовали по-прежнему» (Геристальский Капитулярий, 779. MGH Capitularia, I, р. 54).

Обычай помазания на царство проник в Галлию во время правления династии Пипинидов: в 751 г. Пипин Короткий впервые совершил этот обряд. В 754 г. его сын Карл, которому в ту пору было двенадцать лет, также получил помазание. Однако чтобы этот обычай утвердился, необходима была политическая воля предшественников Карла.

В начале VII в. в период нахождения у власти Пипина Ланденского Пипиниды становятся обладателями по крайней мере двух титулов, обеспечивающих им реальную власть, неуклонно ускользавшую из рук Меровингов. Постоянно получая звания майордомов и франкских герцогов, они сумели в полной мере ими воспользоваться.