Читаем Карина. Путь в никуда онлайн бесплатно

Шлёп. Очередная ложка жидкой каши, с весёлым чпоком упала на пол. Шлёп. Маленькие пальчики полностью погрузились в тарелку и начали жамкать завтрак, задорно перекатывая овсянку между ручками. Шлёп. Шлёп! ШЛЁП!

Я стояла у стенки и просто смотрела на творившийся беспредел, а по щекам текли слёзы. Моё нормальное состояние последние полгода, мешки под глазами от вечного недосыпа, беззвучные слёзы от бессилия, от обесценивания. А я всего-то хочу на часок выйти из дома одна! Не в игровую, не на развивашки или в поликлинику, а просто одна выйти, сука, на улицу! Бесцельно побродить по улице, да даже пусть по делу, но, сука, чтобы одна! Но нет, из каждого утюга твердят: ты же мать, это же, блядь, великое счастье, как ты можешь хотеть что-то для себя.

А как я могу, если я стала приложением к ребёнку? Няней, сиделкой, кормилицей, воспитателем, да кем угодно, только не Кариной Беловой. Есть только мать, остальную меня искоренили вечные упрёки Димы: не убрано, грязно, ребёнок плачет, жрать дала вчерашнее. А херли я сделаю, если у него зубы режутся, и доза лекарств уже выпита? Зато, он может благородно уйти спать в гостиную, чтобы нам не мешать спать, ведь храп, на который и мне и Артёму, откровенно насрать, нам будет очень сильно мешать, ещё и дверь полотенцем снаружи заложить, чтобы нас ни в коем случае не разбудить. Мразь эгоистичная.

— Нина Борисовна, доброе утро, — заискивающе лебезила в трубку, самой тошно, но что делать, свободу надо заслужить, и хрен с ним, что цена свободы — унижение перед свекровью. — Вы не смогли бы часик… да, да, я понимаю, простите.

Блядь, вот везёт же кому-то и даже в свои почти шестьдесят может вести активную социальную жизнь. Дожила, в свои тридцать, я яро завидую женщине на пенсии.

— Дима, привет, — почти бодро поздоровалась с мужем. — Ты когда будешь?

— Не знаю, дел вагон, чего хотела? — Нервно бросил он в ответ.

Да, блядь, жизни я хотела, жизни!

— На маникюр вечером съездить, часика на полтора, не больше, — и опять заискивающие нотки в голосе, за которые я себя тихо презирала.

— Едь с Тёмкой, у меня проект, хотел вечером поработать, — отбрил меня муж, но хрен там, я не сдамся без боя.

— Может в машине с ним посидишь или погуляешь? Давай беби-ситтера вызову? — Накидывала варианты, отчаянно не желая проигрывать свой час жизни.

— Ну, Карина, какой беби-ситтер, это же посторонний человек, а если уронит или ударит? — Завёл свою шарманку Дима.

— А если я его ударю? — Прошипела зло в ответ, отходя подальше от стульчика, в котором Артём увлечённо размазывал остатки каши по столику.

— Будь готова в шесть, на моей поедем, — раздражённо бросил он и повесил трубку.

Ну и не больно то и хотелось, кто я для него? Инкубатор, который пытается отстоять право на час своей жизни в неделю? Да пошёл он в жопу со своими одолжениями, имею право и точка.

Стрелки часов, будто назло еле двигались, застывая на месте и утопая во временном киселе. Готовка, уборка, опять готовка, опять уборка. Ненавижу этот день сурка!

Робот-пылесос лениво ползал по ламинату, размазывая кашу, которую я пропустила на кухне. Плевать, высохнет, сама отпадёт.

Крышка блендера зацепилась за пазик и, поддавшись наконец-то моим усилиям, оросила весь кухонный фартук оранжевыми брызгами. Насрать, тыква полезная.

Фасоль, с которой Тёмка развивают мелкую моторику, а по факту просто рассыпает её по коврику, бойко стучит по коридору. По хуям, пылесос потом загонит куда-нибудь в угол.

Единственная радость, стакан кофе в сквере у дома, куда мы выходим на прогулку в дневной сон. И даже этот ритуал уже приелся и не радует больше не модная коляска, которую я всю беременность выбирала и за которую, скрепя зубами Дима выложил-таки две своих зарплаты. Ни кофе, который сегодня получился с несвойственной этой кофейне горчинкой. День-поебень, но традиционное селфи со своей натянутой улыбкой на фоне коляски, в мамский чат я всё же отправила. Улыбаемся и машем, хули.

Скорее бы уже творожок и можно собираться. О да, отмерять временные отрезки едой это тоже выработанная привычка. Творожок из них самый приятный, ведь после него можно ожидать явление Христа народу и свалить в душ, или сбегать в магазин, пока муж демонстративно злясь, будет отрабатывать папскую повинность.

Но стрелки еле двигались, растягивая очередной день, как резину. Тик-так. Шлёп, бах, бух. Насрать. На всё насрать. Тик-так.

Почти шесть и естественно именно сейчас Тёмке приспичило обосраться, ну спасибо хоть дома, а не в машине. Пробовали менять подгузник в машине? Тот ещё аттракцион.

— Карина, сколько можно вас ждать? — Раздался вечно недовольный голос мужа из коридора.

— Сейчас, подгузник свежий одену и готовы, — проорала в ответ.

— Жду внизу, — пробурчал в ответ Дима, и вслед за этим хлопнула входная дверь.

И переноску он, конечно, же, оставил в коридоре. Мне же не тяжело. Подумаешь. Я же лошадь ломовая.

Слип, шлем, комбинезон, сапоги, пока утрамбовала Тёмку, по спине уже ползли противные струйки пота. А на выходе, кинула случайный взгляд в зеркало и только поморщилась. Ну, как я, яркая прежде брюнетка, превратилась в эту бабищу? И дело не в лишнем весе, которого у меня и нет, разве что в сиськах, осели пару лишних килограмм, а в общей ущербности. Материнство же счастье, тебе же уже почти тридцать, часики-то тикают. Убила бы на хрен всех советчиков.

— Почему так долго? — Забирая переноску и укладывая в неё ребёнка, что уже еле туда помещался, процедил муж. Так и хотелось проорать в ответ что-нибудь правдивое, но я промолчала, велик риск тогда остаться у разбитого корыта, знаем — плавали.

Путь до салона проделываем в гробовой тишине, если не считать многообещающие пожелания о здоровой коже на жопе и сбалансированной диете от долбанутого профессора из магнитолы. Ехать минут пятнадцать, но сегодня путь занимает рекордные десять, и я с чистой совестью вламываюсь в салон пораньше. В жопу всё, это моё время и ни что не испортит мне его.

— Видела новости? — Протягивая мне смартфон, обескуражено спросила Альбина.

— Откуда? Только синий трактор, только хардкор, — весело ответила, ещё не въезжая, что такого могло случиться в мире, чтобы загрузить не очень то вдумчивую подругу.

А стоило запустить ролик, как челюсть отпала сама собой. Видео было скорее всего из Америки, и на нём складывался небоскрёб, подгребая своими обломками здания поменьше. Вот только шар, что на огромной скорости врезался под углом в здание, не оставлял никаких сомнений, что он ни хуя не ракета.

— Что это? — Вмиг осипшим голосом, спросила подругу.

— А я ебу? — Пожала она плечами. — Но не фейк, таких ещё много, с разных стран, даже в новостях уже успели показать.

Маникюр как-то резко отлетел на самые дальние позиции списка дел, а я в спешке одевалась обратно. Рвать когти срочно из города. Город миллионник, вполне могут и по нам долбануть.

Не успела натянуть куртку, как над головой раздался низкий гул, пробирающий до самых костей. Внезапно, рокот стих и через долгие несколько секунд, слуха достигли взрывы, грохот, крики.

— Альбина, — в панике повернулась к девушке и уставилась на застывшую подругу, с остекленевшим взглядом. — Альбина, ау, не время, у меня там мужики в машине, отомри, — тормошила её, но безрезультатно.

Что за херня то? У неё вроде отродясь панических атак не было. Ладно, поймёт, когда очухается.

— Альбин, прости, но я побежала, — выпалила я, разворачиваясь к выходу.

Но, стоило развернуться, как сзади раздалось рычание, утробное такое, ни разу не нормальное, ведь в комнате кроме нас никого не было.

Медленно поворачивая голову, я уже знала, что мне не понравится то, что я увижу. Почему? А хуй знает, вот знала и всё тут. И угадала, потому что Альбина стояла и слегка покачиваясь, рычала.

А потом она кинулась на меня. Поймала я её на самом подлёте ко мне, схватив на плечи, но девушка продолжала переть тараном вперед и клацать зубами. Что за хуйня? Нервный срыв?

— Альбина, мать твою, это же я, — орала я на неё, продолжая удерживать на расстоянии вытянутых рук.

Из коридора послышался отчаянный крик. Пиздец, приплыли. Не одна Альбинка кукухой сдвинулась. Отвлёкшись на крики, на секунду потеряла концентрацию, и подруга успела совершить рывок, чуть не вцепившись мне в глотку. Ну, уж нет, хрен я дам себя сожрать вот так, даже без кетчупа и соли.

Швырнув её в стену, схватила первое, что попало под руку, и приготовилась уже отбиваться от девушки. Но, Альбина не двигалась, а я так и стояла, выставив перед собой стул. Под белобрысой головой, вывернутой под не самым естественным углом, расплывалась липкая лужа.

Осознание, что я только что убила подругу приходило рывками, в глазах помутнело, и я грузно шлёпнулась на не пригодившийся стул. Ещё и хрень какая-то начала перед взором маячить, тоже по стопам Альбины отправлюсь?

С трудом сфокусировалась на мельтешении и чуть со стула не упала. Точки сложились в буквы, а буквы в слова, которые я могла прочитать, хоть осознать реальность происходящего было и не так легко. Но буквы, настойчиво мерцающие перед взором твердили, что миру настал пиздец.

Игрок, наши поздравления!

В твоём мире запущена процедура глобальной интеграции.

Твой генетический код позволил активировать интерфейс.

Дерзай! Развивайся! Только сильнейшие из выживших, вступят в новый мир!

Внимание. Доступны разделы «характеристики», «инвентарь» и «справка».

По достижении десятого уровня, возможно получение расширенной справки.

Убив, существо, подверженное мутации и активировав интерфейс, ты получил +1 уровень.

Какая нахер интеграция?! Куда?! Кого?! У меня там ребёнок в машине!

Времени на размусоливание ситуации не было. Если свихнулась не одна Альбинка, надо срочно бежать к мужикам. Хмм, а вдруг Дима тоже рехнулся. Но, бежать сломя голову глупо, стоит хотя бы вооружиться.

На периферии зрения настойчиво маячили какие-то символы и полоски, но я решила пока не заострять на них внимание. Вот будем с сыном в безопасности, там и полюбуюсь.

Альбина так и лежала, продолжая пачкать пол кровью, а вот сбоку от неё светился шарик размером с кулак. Что за новогодние спецэффекты? Граната?

На улице раздался очередной вопль, призывая к немедленным действиям. Включив динамик на телефоне, набрала Диму и в ожидании ответа, подняла-таки шарик.

Муж на звонок не отвечал, заставляя сильнее нервничать и мять злосчастную елочную игрушку.

— Ну, извини шарик, присвоила бы тебя, да не могу, хотя Тёмке бы ты понравился, вон как переливаешься, — стараясь отломить ножку от стула, пыхтя, пробурчала в сторону мерцающей игрушки, а шарик возьми да лопни.

Хрен бы с ним, что шарик просто лопнул, мало что китайцы делают, но вот появившиеся над ним карточки с рисунками, убили наповал остатки моего самообладания.

Телефон всё также издавал длинные гудки, а я протянула руки к карточкам. Если это не игрушка, то это творение из той же песочницы, что и буквы перед глазами, значит, я как-то заставила его лопнуть. Что я там говорила? Мысленно повторив фразу, вычленила «присвоить», вроде подходить. Вот только, карточки на слово не реагировали, и я начала перебирать сходные по смыслу глаголы. На «открыть» на месте прямоугольника с перекрещенными мечами появилась пика и карточка пропала.

— Охренеть не встать, — крутя в руках пику? Копьё? Короче оружие, протянула я.

Оружие было странным, во всяком случае, я такого вида не знаю, хотя я и в принципе то не особо разбираюсь в разновидностях, тем более средневекового оружия. Единственное, что было очевидным, что это именно оружие. Длинная палка где-то полтора метра в длину, с одной стороны заканчивалась длинным нешироким наконечником, похожим на ромб, а вот второй конец плавно переходил то ли в косу, то ли в нож. В общем, в скошенный острый край. И как вот это называется?

Взмахнув пару раз в воздухе копьём, плюнула на попытки придумать этому предмету название, пусть будет копьё и открыла остальные карточки. Выпала куртка и монетки, которые с шелестом сразу исчезли. Налог? Мысли не мешали мне, натягивать куртку и аккуратно приоткрыть дверь.

В салоне творился какой-то пиздец, будто в дешёвый ужастик попала. На полу в коридоре, вдоль кабинетов отчётливо выделялся кровавый след, уползающий куда-то вглубь помещения, судя по интенсивности кровопотери неведомой жертвы. Да и на стенах остались кровавые отпечатки рук. Фу, бля.

Сбросив вызов и сунув телефон в карман, медленно покралась на выход, старясь не наступить на чьи-то останки. Какая хрень с людьми всё-таки приключалась? Инопланетяне напали? Те, огненные шары причастны? Выходит, что да.

Неожиданно дверь соседнего кабинета распахнулась, явив коллегу Альбины со стеклянными глазами и нервно поворачивающуюся в мою сторону. Хотела бы я вспомнить слова хоть какой-нибудь молитвы, да толку то? Ясен пень, было бы кому вмешаться, то этой херни бы с нами не случилось, а раз на меня двигается Светочка, временами высовывая язык и порыкивая, значит что? А значит, хер нам кто поможет. Вот и не зачем память напрягать.

Девушка приближалась, я отступала, пока не упёрлась лопатками в стену. Не думаю, что она предложит сделать экспресс-маникюр, но один хер страшно, а если только я с ума сошла? Приедет сейчас скорая, скрутят меня крепкие ребята, вколют мне седативчиков позабористее и всё, привет кризисное отделение, привет суд и казённая койка с баландой через трубочку. И будет Тёмка всю жизнь стыдливо глаза прятать, боясь, лишний раз упомянуть моё имя. А с другой стороны, если рехнулась только я, то мне уже от транквилизаторов не отвертеться, так что я теряю?

Мои размышления, а заодно и жалкие потуги настроить себя на воинственный лад, прервала Светочка, издавшая нечто среднее между рёвом и визгом и рванувшая на меня. Ну, а я что? А у меня копьё в руках, зря, что ли подругу детства мачканула? Пусть и случайно, но факт есть факт. Выставив оружие перед собой на уровне груди, и уперев лезвие в стену, не особо полагаясь на силу своих мышц, аж глаза зажмурила. Страшно, капец как. Она ж ещё и рычит, люди в принципе не должны таких звуков издавать, правда и пытаться сожрать себе подобных они тоже не должны. В этом момент, девушка налетела на навершие копья довольно пышной грудью, легко насаживаясь на него. Да так легко, что из спины наконечник вылез, с которого крайне неаппетитно, но отчего-то завораживающе стекали густые красные капли.