Читаем Кардинал Слипый онлайн бесплатно

17 февраля 1892 года в крестьянской семье Ивана Слипого-Коберницкого-Дичковского и Анастасии Дичковской в богатом подольском селе Заздристь родился мальчик, которого назвали Иосифом. Какую фамилию носил отец будущего кардинала – вопрос, не до конца проясненный. Исследователь его биографии о. И. Хома считал, что Иван Слипый рано потерял отца, а мать впоследствии вторично вышла замуж за Алексея Коберницкого, приняв двойную фамилию Анна Слипая-Коберницкая. Эту двойную фамилию принял и ее старший сын Иван, потому что сын от второго брака носил фамилию Георгий Коберницкий [31, c. 51]. Вскоре у Ивана Слипого-Коберницкого умерла и мать, и тогда он был усыновлен жителем Хмелевки Романом Дичковским. Со временем Иван женился на дочери своего приемного отца – Анастасии. Отсюда и третья фамилия – Дичковский.

Это была обеспеченная семья, где честный и упорный труд был в почете. В отличие от других частей Галичины, земля Восточного Подолья была особенно плодородна, и работа на ней занимала все время.

Будущий кардинал вспоминал, что отец всегда что-то строил: то дом, то конюшни, то сараи, а кроме того, в выходные занимался общественной работой. Он пользовался большим авторитетом, и за трудолюбие, любовь к порядку в хозяйстве, набожность, чувство справедливости крестьяне выбирали Ивана Коберницкого сельским головой в течение двадцати лет. Уже пребывая в кардинальском чине, Иосиф Слипый рассказывал, что большую работоспособность он перенял от своего отца, потому что тот даже в воскресенье после обедни осматривал свою пасеку, а маленький мальчик учился у него азам пчеловодства [11]. Сохранился большой дом – такой на Тернопольщине называют «чворак», то есть «дом, состоящий из четырех комнат». Чтобы заработать на такое жилье, нужно было много и тяжело трудиться на земле. В своих воспоминаниях Иосиф Слипый писал, что «работа на полях кипела – весной и летом среди громкого пения и покрикивания на волов и лошадей, а поздней осенью и зимой под звуки монотонных ритмичных ударов трепалок и цепов, раздающихся на овинах. Привозили дерево из соседних лесов для строительства домов, сараев и хлевов, меньше – на дрова, потому топили соломой» [26, c. 25]. Он рос в атмосфере труда, песен, молитв, старинных историй и легенд, которые взрослые рассказывали долгими зимними вечерами, когда пряли пряжу. «Молись, трудись, учись» – с этим, провозглашенным еще в середине XIX века галицкими просветителями, жизненным кредо вырастало не одно поколение.

В семье, кроме Иосифа, было еще восемь детей: четверо сыновей – старший Николай, Михаил, Роман, Владимир и четверо дочерей – Мария, Розалия, Франциска и младшая Евгения. Иван Коберницкий-Слипый и Анастасия Дичковская уделяли большое внимание воспитанию своих детей в христианском духе и благонравии: предотвращали дурные влияния, учили быть сдержанными, вежливыми, послушными, уважать других, особенно старших, а еще – формировали у сыновей и дочерей культ труда. Эту традицию трудолюбия, честности, принципиальности и силы духа Иосиф Слипый пронес через всю свою жизнь: и когда неутомимо занимался научными исследованиями, и когда развивал Львовскую духовную семинарию и Львовскую богословскую академию, и во время 18-летних скитаний по тюрьмам и ссылкам, и когда взращивал Украинскую греко-католическую церковь (УГКЦ) в диаспоре.

Иосиф в детстве часто и тяжело болел. Чтобы ребенок стал здоровее, мать решила пойти с ним на богомолье в Зарваницу, к Чудотворной иконе Божьей Матери, веря, что Мария примет эту жертву и вернет мальчику здоровье: 24 километра Анастасия Дичковская несла маленького сына на своих плечах и молилась. И действительно, Иосиф выздоровел и вырос высоким и статным юношей.

Может, именно там, в чудотворной Зарванице, на маленького Иосифа и сошла Божья искра, вдохновившая его на самоотверженное служение Богу и украинскому народу? А может, этой великой любовью и жертвенным трудом на благо народа и церкви его наделила сама живительная земля Теребовлянщины? Ведь, кроме Иосифа Слипого, эта земля на юго-востоке Галичины подарила миру и другие значимые фигуры. В соседнем селе Островок родились будущий епископ Торонто Иосиф Борецкий, литературный и общественный деятель Роман Лубкивский, братья Гжицкие (Владимир – член Союза крестьянских писателей «Плуг» и многолетний узник советского тоталитарного режима и Степан – основоположник ветеринарной биохимии в Украине, имя которого носит Львовская ветеринарная академия). В селе Струсове прошли детские годы известного актера и режиссера Иосифа Гирняка – руководителя Ассоциации украинских актеров Германии и Украинского театра в США, продюсера и диктора украинской студии радио «Свобода». Село Романовка – родина художника-византиниста Михаила Бойчука (одного из основателей монументального искусства Украины ХХ века, представителя «Расстрелянного Возрождения»), а село Варваринцы – известного скульптора Михаила Паращука (члена Союза освобождения Украины, председателя дипломатической миссии УНР в Таллинне). Р. Лубкивский, обращая внимание на мощный пласт культуры, на котором рос и формировался будущий Патриарх Иосиф Слипый, писал, что украинский патриотизм жителей этого края проистекает из «ежедневного крестьянского труда, из подвижничества местных священников, которые были первыми энтузиастами в деле основания любительских театральных и хоровых кружков, читален и фестивалей, подписчиками украинских изданий, авторитетными деятелями просвещения» [9, с. 14–15].

До девяти лет Иосиф учился в начальной школе села Заздристь. Школа была построена добротно, ее здание сохранилось до сегодняшнего дня – здесь расположена школьная учебная мастерская. На маленького мальчика оказал большое влияние катехит о. Теодор Цегельский, приезжавший из Струсова. Всегда деловитый и активный, он был членом многих украинских институтов («Крестьянского совета», «Просвещения», ссудно-кредитного кооператива «Собственная помощь» в Струсове и еще 22 других организаций в Тернопольском уезде). На всех уездных мероприятиях он выступал с патриотическими речами, в которых убеждал слушателей в том, что, идя путем просвещения, хозяйственного развития и самодостаточности, украинский народ обретет лучшую долю.

В одиннадцать лет Иосиф окончил с отличными оценками четвертый класс народной школы австрийского типа в селе Вишневчик. В 1903 году поступил в Цесарско-королевскую русскую гимназию Франца-Иосифа I в Тернополе. Перед началом обучения, на праздник Успения Богородицы, Коберницкие повезли сына в церковь села Налужье – в этом храме хранилась особо почитаемая на Тернопольщине икона Богоматери, – чтобы помолиться о покровительстве в науке. Впоследствии Слипый вспоминал, что мать провожала его со слезами на глазах и наказывала, чтобы он молился и учился. Стоит напомнить, что 11-летнего мальчика отдали учиться за 40 км от дома [26, c. 35].

На время учебы в первом классе Тернопольской гимназии родители сняли у управляющего мельницей Райса квартиру для Иосифа за 12 гульденов; в плату входило и питание. До сих пор деревенский хлопец привык есть тогда, когда ему хотелось, и ему тяжело было привыкнуть к скромному трехразовому городскому питанию. Кроме того, польская семья, в которой жил Иосиф, позволяла себе выражать неприязнь к украинцам, и это его сильно ранило. К концу первого года обучения из-за плохого питания мальчик очень похудел, и во втором классе родители перевели его на другую квартиру, к вдове Бачинской, где больше заботились о качественном питании для квартирантов. Но приключилась другая беда: ребята, которые снимали квартиру вместе с ним, втянули Иосифа в карточные игры, и из-за этого он стал хуже учиться. Поэтому в третьем классе Иосиф перешел жить в бурсу (общежитие), но там он простудился, заболел воспалением легких и вернулся обратно на квартиру.

Гимназия Франца-Иосифа принадлежала к школам классического типа, где обязательными предметами были латынь, немецкий, украинский, польский, греческий языки, религия, история и география, математика, естествознание, физика и химия. В седьмом и восьмом классах обучали началам философии, логике и психологии. Факультативными предметами были: история родного края, французский язык, рисование, пение, физкультура, стенография, каллиграфия. В учебном заведении имелись две библиотеки – для учителей и для учащихся, кабинет географии и истории, природоведческий, кабинет моделей и образцов для рисунков, археологический кабинет.

Иосиф Слипый не слишком дружелюбно отзывался о своих суровых и чрезмерно требовательных учителях, особенно о классном руководителе, который преподавал латынь и украинский язык. Тот невзлюбил деревенского паренька и, несмотря на большие старания Иосифа, занижал ему оценки, считая посредственным учеником. Впоследствии кардинал Слипый вспоминал, что тогдашняя гимназическая методика «стояла низко, и конечно же, все предметы нужно было учить наизусть». Ученики, которые в конце семестра получали двойку, были вынуждены платить в кассу 20 гульденов, так называемый дидактрум (для сравнения напомним, что месячная квартплата составляла 12 гульденов), и Иосиф очень боялся, чтобы его родителям не пришлось дополнительно платить заработанные тяжким трудом деньги. Из всех предметов, изучавшихся в гимназии, Иосиф Слипый с удовольствием вспоминал уроки пения Ивана Левицкого, который распознал исключительные вокальные данные Иосифа и готовил его к сольным концертам в школьной хоровой капелле, организованной еще в 1903 году под влиянием встречи с известным украинским композитором Николаем Лысенко [26, c. 37–38].

В классе отношение учителей к Иосифу изменилось, и способствовало этому одно событие. Новый директор гимназии Емельян Савицкий пришел на урок математики с проверкой. Он вызывал к доске многих учеников, но все они получали двойки. На их фоне Иосиф Слипый, который правильно объяснил решение задачи, заметно выделялся. А когда директор задал ему задачу по геометрии, он от волнения стал отмерять отрезок на доске то линейкой, то циркулем, в конце – пальцами. В классе это вызвало смех, но директор остался доволен. После этого Иосиф Слипый приобрел репутацию лучшего ученика [26, c. 39].

В гимназии уделялось большое внимание религиозному воспитанию молодежи. Каждое воскресенье, а также в праздничные дни ученики ходили на богослужение в церковь, а три раза в год исповедовались. В первом классе Иосиф Слипый вступил в Братство Сердца Христова и с тех пор в соответствии с предписаниями этой организации ежедневно произносил по десять раз молитвы «Отче наш» и «Богородице, Дево, радуйся».

В этой же Тернопольской гимназии учились братья Гжицкие, актер Марьян Крушельницкий и известный режиссер Лесь Курбас, физик Александр Смакула, общественные и политические деятели: Василий Мудрый, Михаил Сорока, Ярослав Стецко и многие другие выдающиеся украинцы. Из ее стен вышли признанные Папой Иоанном Павлом II трое блаженнейших священномучеников УГКЦ кардинал Иосиф Слипый, отцы Николай Кондрат и Николай Цегельский. Последний был сыном всеми любимого катехита Струсовской школы Теофила Цегельского.

Помимо школьных предметов, ребята интересовались историей и социологическими науками, самостоятельно готовили доклады о популярных тогда общественных деятелях – Драгоманове, Грушевском, Масарике, Нуссбаум-Гиляровиче, Франко; читали «Литературно-научный вестник» Научного общества имени Т. Шевченко; устраивали концерты в годовщины выдающихся украинцев, в частности Тараса Шевченко и Маркияна Шашкевича. Такая атмосфера в гимназии способствовала формированию патриотической интеллигенции.

Гимназию Иосиф Слипый окончил с отличием. Матуру (государственный экзамен) можно было сдавать по выбору – письменно или устно. Иосиф Слипый выбрал устный экзамен. Завершил он экзаменационную защиту сатирическим стихотворением Самийленко: «Ще стоїть Україна! Не вмерла вона, і вмирати не має охоти. Кожна піч українська – фортеця міцна, там на чатах лежать патріоти» [26, c. 40]. Так в возрасте 19 лет он вступил во взрослую жизнь.

Что предпочесть: науку или церковь, философию или теологию? Подобные сомнения терзали юношу. Он должен был сделать первый шаг, совершить серьезный жизненный выбор. Иосиф Слипый выбрал религию, поступив в греко-католическую духовную семинарию во Львове. Но наука привлекала его в не меньшей степени, поэтому параллельно Слипый записался во Львовский университет для изучения теологии. Там же он посещал лекции по истории М. Грушевского [26, c. 41–42]. Однажды, когда семинарию посетил Андрей Шептицкий, Иосиф Слипый решился спросить митрополита, как согласуется вера с наукой и не препятствует ли последняя духовному совершенствованию. Биограф Иосифа Слипого епископ Иван Хома писал, что митрополит Андрей ответил тогда на этот вопрос такими словами: «Можно очень хорошо использовать знания во время служения Богу, и это совершенно не противоречит таинству священства».

Обратив внимание на природные дарования семинариста Иосифа Слипого, Андрей Шептицкий в 1912 году отправил его на учебу в Инсбрукский университет в Австрии. Требования для поступающих в это заведение были достаточно жесткими: пришлось сдать экзамены по истории, Ветхому Завету, экзегетике, фундаментальной догматике и схоластической философии, а также еврейскому, арабскому, сирийскому и арамейскому языкам.