Читаем Капелька ванили (ЛП) онлайн бесплатно

Пролог

— ОН УШЕЛ, ПРИС.

Я пряталась в кладовке, как обычно. Это было мое любимое место для уединения, потому что я не только могла закрыться там и побыть немного вдали от сестер, но и потому, что там было что перекусить.

Я услышала мамин голос, и так как она сказала «Прис», то поняла, что она, должно быть, разговаривает по кухонному телефону со своей сестрой Присциллой.

Я отодвинулась подальше в кладовую, втиснув свое маленькое восьмилетнее тельце в угол, на случай, если она решит открыть дверь и заглянуть внутрь в поисках чего-нибудь.

— То есть, совсем ушел… одежда исчезла, его кабинет пуст… он сбежал. Бросил нас, — сказала мама, ее голос повысился, как когда она собиралась заплакать. — Он с ней, я знаю.

На мгновение я задумалась, о ком она говорит, и почему ее голос звучал так, будто вот-вот заплачет, хотя она никогда не плакала, затем вернулась к чтению любимой книги «Нэнси Дрю». Сюжет приближался к интересному моменту и я должна была знать, что произойдет дальше.

У меня был фонарик, пакетик с сырными крекерами «Золотая рыбка» и шоколадное молоко, — всего вдоволь, по крайней мере, на час.

Пару глав спустя я услышала за дверью движение и, подняв глаза, увидела, как ручка медленно поворачивается.

Дверь открылась, и на пороге стояла моя сестра-близнец Милли. Ее длинные каштановые волосы были взъерошены, а лицо залито слезами.

— Что случилось, Миллс? — спросила я, когда она опустилась на колени и поползла ко мне.

— Папочка ушел, — сказала она, всхлипнув.

Я отложила книгу и притянула ее в свои объятия.

Ее тело сотрясалось от рыданий, поэтому я погладила ее по спине, надеясь, что это поможет.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что он ушел? — спросила я, мысленно возвращаясь к телефонному разговору мамы с тетей Присциллой.

Речь шла о папе? И если да, то что она имела в виду, говоря, что он с ней?

— Папа уехал, Дрю. Таша сказала, что видела, как этим утром он садился в машину, набитую коробками и чемоданами.

В ту ночь Милли с мамой сидели на крыльце дома, ожидая, что папа вернется, и на этот раз уже мама обнимала Милли, пока та плакала.

Таша, наша младшая сестра, отказалась выходить из своей комнаты. Она не поужинала, не приняла ванну и даже не вышла посмотреть телевизор.

Я не злилась, как Таша, и не грустила, как Милли.

Я оцепенела. Я никогда не была его любимой дочерью, в отличие от Милли, или той, кто получал лучшие оценки, как Таша. Всю жизнь я чувствовала, что недостаточно хороша для его внимания, так что его уход, на самом деле, мало что для меня значил.

Если бы нас бросила мама, это уже была другая история, но отец? Я просто никогда больше не хотела его видеть.

Глава 1

Дрю

Я ОГЛЯДЕЛА банкетный зал, который мы превратили в кафе для вечеринки по случаю моего двадцать девятого дня рождения, и заставила себя улыбнуться.

Да, выглядело все прекрасно. Оформлено именно так, как я хотела, нет, на самом деле, даже более потрясающе, чем я ожидала, но это не изменило того факта, что это была вечеринка в честь только моего дня рождения, а не моего и Милли.

Впервые с момента рождения мы не договаривались о тематике, не искали часами идеальный торт и не спорили о том, кто первый откроет подарки. В этом году Милли попросила, чтобы мы отметили дни рождения порознь, и каждая из нас могла бы сама выбрать себе праздник.

Она решила устроить небольшой обед только с сестрами, — Милли, Таша и я, — и своим парнем Джексоном. В то время как я пошла более похожим на Дрю путем, организовав грандиозный кутёж.

Предполагаю, такова была точка зрения Милли, она хотела чего-то более сдержанного и не желала портить мою праздничную вечеринку, и хотя я сказала, что понимаю и согласна, это все равно ранило мое сердце.

Все начинало меняться, и я ненавидела это.

Милли влюбилась в Джексона и уже дала понять, что нам нужно нанять больше помощников в «Кейтеринг трех сестер» и перестать работать до изнеможения. Их отношения продолжали развиваться, и не за горами тот час, когда она съедет из своей квартиры над нашим магазином и поселится у Джексона, оставив нас с Ташей одних в доме.

Также выяснилось, что Таша многие годы скрывала от нас любовную связь с Джерико Смайтом, владельцем ресторана «Прайм Биф», располагавшегося через улицу от «Трех сестер».

С тех пор как умерла мама, и мы открыли совместный бизнес, сестры были тем связующим звено, помогавшем мне держаться. Этот внезапный переворот в моей, наконец-то, налаженной жизни потряс меня, и предложение Милли разделить наш день рождения стало вишенкой на быстро крошащемся торте.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, покачивая бедрами так, чтобы мое черное платье с бахромой колыхалось вокруг бедер, я попыталась позволить голосу Луи Армстронга поднять мне настроение.

— Не хочешь потанцевать?

Я подняла глаза и увидела ухмыляющегося мне красавчика.

Он был другом клиента, внешне приятный, и сегодня, черт подери, мой день рождения, поэтому я улыбнулась в ответ, допила свой напиток и приняла его протянутую руку.

После еще нескольких танцев и большего количества напитков мои улыбки и смех стали искренними, особенно, когда я увидела Джексона, одетого в костюм Элвиса, который тащил мою близняшку через зал.

Хотя я боялась перемен, мне нравилось, что сестра встречается с Джексоном. Он был милым, забавным и романтичным… именно таким, кого заслуживала Милли.

И, поскольку я знала, что на ее день рождения он собирался удивить ее поездкой в Грейсленд, не могла сдержать слез при мысли о том, как она будет счастлива. Милли была одержима Элвисом, и Грейсленд значился в ее списке желаний. Она будет на седьмом небе от счастья.

Я танцевала, пока не заболели ноги, и пила, пока не стала всем признаваться в любви.

Только когда Джексон и Милли попытались затащить нас с Ташей наверх по лестнице, мои страхи вернулись в десятикратном размере.

Нашей мамы не было больше года, Милли влюбилась в Джексона, выйдет за него замуж и нарожает детей, а Таша, вероятно, снова сойдется с тем парнем, Джерико, хотя они еще не разговаривали друг с другом.

А с чем останусь я?

Я дремала под дверью своей квартиры, пока Джексон и Милли укладывали пьяную Ташу в постель, и пыталась поймать мысли, мелькающие в одурманенном сознании.

— Бери ее, а я открою дверь, — услышала я Милли, а затем меня подняли и перенесли через порог в квартиру.

Я посмотрела на Джексона и меня осенила идея, прочистив горло, я начала:

— Тот парень, который нашел твою жену…

— Мик, — подсказал Джексон.

— Да, он… как думаешь, он мог бы найти нашего отца? — спросила я, а затем быстро замолчала, когда в комнату вернулась Милли.

Будущая бывшая жена Джексона была матерью-неудачницей. Бросила Джексона и их дочь Кайлу и, по сути, исчезла. Желая найти ее и развестись, Джексон нанял частного детектива.

Я позволила Милли уложить меня в постель и залить мне в рот «Геторейд» с аспирином, а затем притворилась спящей, чтобы она ушла.

Как только дверь за ней закрылась, я встала и на дрожащих ногах подошла к столу.

Достала ручку и бумагу и записала все, что помнила об отце, когда видела его в последний раз, и обрывки информации, которые слышала от мамы и тети за прошедшие годы.

Милли, Таша и я много лет назад договорились, что никогда больше не захотим его видеть. Черт возьми, прошли годы с тех пор, как мы даже упоминали о его существовании, и я знала, что они не поддержат меня в его розысках.

Поэтому решила не упоминать об этом. Во всяком случае, пока. Я бы узнала у Джексона, как связаться с этим Миком, а затем, если бы он его нашел, сказала бы все сестрам.

Отец бросил маму много лет назад, чтобы начать отношения с женщиной, с которой он ей изменял. Возможно, у нас могли бы быть еще братья или сестры. Конечно, отец был мерзавцем, и у меня не было никакого интереса встречаться с разлучницей, ради которой он нас бросил, но, возможно, у нас имелось больше родственников, о которых мы даже не подозревали… что было бы классно.

И, может быть, только может быть, я могла бы выяснить, почему он ушел от нас, даже не оглянувшись назад.

Я встала и решительно кивнула.

Я сделаю это.

Глава 2

Мик

— ДА, МОГУ. Приеду после того, как закончу кое-какую работу. И, Хилер, поздравляю, мужик, — сказал я в телефон, затем отключился.

Джексон Хилер был клиентом, ставшим другом, он только что вернулся из поездки в Грейсленд со своей женщиной, Милли. Он позвонил, чтобы рассказать об их помолвке и что сегодня вечером они устраивают в баре импровизированное празднование, только для друзей.

Я был не из тех парней, кто любит вечеринки по случаю помолвки или свадьбы, но мог бы немного выпить и поиграть в бильярд с друзьями.

С тех пор, как я закрыл дело о поиске никчемной бывшей Джексона, я пару раз тусовался с ним и его приятелями. Они были приятными ребятами, а их женщины — забавными и классными, поэтому я обычно принимал предложение Хилера зависнуть с ними, если у меня не намечалась работа или встреча с женщиной, с которой я мог бы развлечься.

— Майкл, кто это звонил?

— Мой приятель, Джексон. Он и его дама только что обручились, так что позже я с ними встречусь, — объяснил я маме, пересекая маленькую комнату, которую она называла домом.

— Хммм, должно быть, здорово иметь сына, готового остепениться с хорошей женщиной и завести детей.

Я покачал головой, но не смог сдержать усмешку.

— Очень тонко, ма.

Мама пожала плечами, ее слишком худое плечо выступало из-под ткани поношенной ночной рубашки.

— Что на повестке дня на сегодня? — поинтересовался я, помогая ей устроиться в ее любимом кресле.

— Днем состоится турнир по пиноклю, а сегодня вечером в комнате отдыха показывают «Во власти луны» с Шер, — ответила она, взяв предложенный мной пульт и включив телевизор.

Она остановилась на шоу о судебных слушаниях, которое ей так нравились, а я отошел наполнить кувшин сладким чаем.

— Ты пойдешь? — подтолкнул я, сдержав проклятие, когда увидел, что у нее закончились пирожные «Литтл Дебби». Я забыл их купить по дороге сюда.

— Не знаю. В последний раз, когда я играла в пинокль, клянусь, Роберт жульничал. Неинтересно играть с мошенником.

Я усмехнулся, протягивая ей напиток.

— Знаешь, если переедешь ко мне, я научу тебя жульничать в карты, — заявил я, пытаясь каждый раз, когда приходил в гости, уговорить ее покинуть этот чертов дом и остаться у меня, где ей и место.

— Лучше бы тебе не жульничать в карты, Майкл О'Доннелли, я не так тебя воспитывала, — отчитала она.

Я присел на корточки рядом с ней и взял за руку.

— Давай, ма, позволь позаботиться о тебе. Ты заслуживаешь лучшего, чем это место.

Я проигнорировал тот факт, что глаза мамы затуманились, потому что она бы разозлилась, если бы я указал на это, и нежно сжал ее руку.

— Здесь прекрасно, сынок. У меня есть друзья, своя комната и столько желе, сколько душе угодно. Ты должен жить своей жизнью, иметь дом, куда можно привести хорошую женщину, а не делить его со своей матерью.

Она выдернула руку из моей руки, затем похлопала по макушке.

— Любая женщина, достойная моего внимания, поняла бы, что ты должна жить в моем доме. В конце концов, я жил у тебя почти двадцать лет, — возразил я, зная, что она снова отвергнет предложение, как делала это с тех пор, как решила продать дом, в котором прожила шестьдесят лет, и переехать в дом для престарелых.

— Микки, я люблю тебя, — сказала мама, возвращая внимание к телевизору и фактически заканчивая разговор до следующего раза.

— Я тоже тебя люблю, ма, — ответил я, вставая и собираясь застелить ей постель.

Я привел в порядок ее комнату, как делал во время каждого визита. Убедился, что у нее на тумбочке есть несколько книг в мягкой обложке, коробочка с фруктовыми карамельками и полный кувшин сладкого чая.

— Завтра я заеду в магазин и куплю тебе что-нибудь. Какие будут пожелания? — спросил я, хватая с тумбочки телефон и ключи.

— «Литтл Дебби»… о, и у меня заканчивается гель для душа.

— Понял.

Я наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Звони, если тебе что-нибудь понадобится.

— Повеселись сегодня на вечеринке.

Я расписался в журнале посещений, кивнул дежурному за стойкой регистрации, вышел на улицу и глубоко вдохнул. Я ненавидел запах этого места. Ненавидел тот факт, что мама предпочитала жить здесь, а не у меня. Но мама всегда была сильной и независимой женщиной, и я бы ни за что не отнял у нее право выбора и не заставил переехать.

Это не значит, что я не чувствовал себя хреново всякий раз, оставляя ее в этом месте.

Я уже собирался забраться в свой старый, потрепанный армейский джип, когда зазвонил мой телефон. Взглянув на экран, я увидел, что это неизвестный номер, и нажал «ответить».

— О'Доннелли, — сказал я в качестве приветствия, полагая, что это по делу.

— Привет, Мик, то есть… Майкл О'Доннелли? Меня зовут Дрю, ваш номер мне дал Джексон. Джексон Хилер, — сказала женщина с того конца линии.

Ее голос был низким, знойным, сексуальным, но я отбросил это в сторону и сохранил деловой тон.

— Это я, чем могу помочь? — спросила я, усаживаясь на водительское место.

— О, хорошо, я бы хотела нанять вас… чтобы найти своего отца. — Я услышал ее глубокий вздох. — Но, понимаете, мои сестры, Милли и Таша… Милли — та, что с Джексоном… ну, они не хотят его искать, поэтому я бы хотела оставить это между нами.

— Без проблем, все будет конфиденциально, — ответил я, роясь в памяти, чтобы вспомнить, встречал ли я когда-либо сестер Милли.

Кажется, нет.

— Отлично, спасибо, — выдохнула она с явным облегчением. — Что вам нужно от меня, чтобы начать?

— Не могли бы вы прийти ко мне в офис завтра утром? — спросил я, жалея, что у меня нет перед собой календаря. Я не был одним из тех людей, кто верил в цифровые носители. Мне нравилось иметь на столе старый добрый бумажный календарь.

Таким уж я был — приверженец старой школы.

— У меня в девять встреча с клиентом, но я могла бы выкроить время в обед. Двенадцать тридцать устроит?

— Да, узнаете адрес от Джексона или мне сказать?

— Он дал мне вашу визитку, так что адрес у меня есть.

— Отлично, тогда увидимся, Дрю.

— Спасибо, — снова сказала она.

Я кивнул, повесил трубку и направился в офис. Сидя за рулем, я задавался вопросом, будет ли Дрю выглядеть так же сексуально, как звучал ее голос, а затем отодвинул эту мысль на задний план, где ей и место.

Глава 3

Дрю

ПРОШЛО несколько месяцев с вечеринки по случаю моего дня рождения. На следующий день я проснулась с убийственным похмельем и рассмеялась, увидев заметки об отце.

Я пыталась забыть о глупой идее найти его, говоря себе, что нам всем будет лучше без него. Но когда Милли вернулась из поездки в Грейсленд помолвленной, а Таша, наконец, набралась смелости поговорить со своим бывшим, Джерико, и извинилась за то, как поступила в прошлом, я поняла, что все еще хочу найти его.

Даже просто для того, чтобы спросить, почему он ушел, как мог полностью исчезнуть из жизни трех дочерей, и, возможно, сказать, что мама умерла с его именем на устах, и как сильно я ненавидела его за это.