Читаем Кандидат онлайн бесплатно

Я не знаю, зачем мне просыпаться, поэтому долго лежу с открытыми глазами. Вместо будильника мой сон прервало жужжание робота-пылесоса, который запускается по таймеру каждый день в 8 часов утра. Не понимаю, зачем мне чистые полы в жизни без смысла, но пусть работает. Хоть что-то у меня будет в порядке. Может вообще не вставать сегодня с постели? Что изменится в мире, если я решу не вставать? Ах да, его не станет.

Я всё-таки поднимаюсь после того, как кровать начинает вибрировать, в неё встроен так называемый датчик пробуждения, который я ласково зову палачом блаженства. Если лежать на кровати после 8:05, то она начинает причинять дискомфорт всё сильнее с каждой минутой. Выбора нет, придётся вставать. Первым делом, поднявшись на ноги, я от души пинаю табличку с надписью “АО “ЗАСЛОН”” на кровати. Мой ежедневный ритуал. Эта надпись украшает абсолютно всё в моём жилище от тостера до пульта управления ядерными боеголовками. В этом весь я – мастер на все руки, могу поджарить планету также легко, как кусок хлеба.

Душ. Зубы. Бритва. Я стараюсь реже смотреть в зеркало, пока бруски жёсткой чёрной щетины тонут в сливе раковины. Холодильник. Кофе. Может чай? Кофе. Тост. Хрустящий, нужно побольше масла. Интересно, если я всё-таки запущу ракету, поверхность Земли будет такой же шершавой и сухой? Нужно меньше думать о таком, пожалуй, сломаю тостер.

Я всё же утыкаюсь взглядом в зеркало после завтрака. Я в отличной физической форме, регулярно тренируюсь, несмотря на изоляцию, благо у меня под рукой есть всё необходимое. Турник, брусья, набор гантелей и большая, тяжеленная груша, впившаяся в потолок металлическим крюком. Она принимает на себя всю мою ярость, когда мне это нужно. Да, со мной такое случается, несмотря на то, что на отборе меня признали самым уравновешенным кандидатом. Может 14 лет назад я и правда был таким, но сейчас вряд ли бы меня вообще выбрали.

Я внимательно изучаю своё лицо в отражении. Кажется, в нём больше нет ни капли жизни. Мои зелёные глаза поблекли, щёки впали, несмотря на то, что питаюсь я нормально, из-за этого нос кажется слишком большим, а лицо страдальческим. Волосы всегда коротко стрижены, на нашей орбите пока что нет барбершопа. Как и парков, кино, пабов и концертных залов. Зато у меня есть все фильмы, сериалы, ток-шоу, мультфильмы, книги, комиксы, песни и клипы, выпущенные до 2060 года. Именно в этом счастливом году планета выплюнула меня в тягучую бесконечность космоса. Точнее не планета, а люди, которые решили, что так будет лучше. Если ещё конкретнее, то я так решил и отдал годы жизни сложнейшему отбору для самой важной миссии – быть на страже человечества.

Люди безумны. С начала времён мы отличаемся легковнушаемым разумом, сумасшедшим эго, искажающим реальность, и нездоровой тягой к насилию. Мы думали, что чем прогрессивнее будет человечество, тем более развитым оно станет. Нет, не стало. Война 21 века отличалась от войны 20 века только тем, что её смотрели в прямом эфире. И, конечно же, горячо обсуждали. Родные люди ругались из-за того, что читали новости об одних и тех же событиях из разных источников. Казалось, что интернет, доступность информации и свобода слова должны были работать на истину, но в умелых руках они стали инструментами, с помощью которых правду замуровали под землёй. Когда человечество было всего в одном шаге от ядерной катастрофы, страх породил благоразумие, и люди наконец поняли, что пора что-то менять, они наконец смогли договориться и жить в мире. Это произошло в 2054 году.

Пару лет всё было на самом деле хорошо. Но сущность некоторых существ, которых мне не хочется причислять к людскому роду, противится миру, они начали подтачивать устоявшуюся систему. Чтобы не допустить очередную войну, люди пошли на крайние меры. Из всего населения отобрали четырёх человек, которых запустили в космос и дали управление ядерным оружием. Международный совет решил, что это будет гарантом безопасности, так как теперь нарушение закона давало право одному из четверых, ответственному за зону полностью стереть её с лица Земли. Был составлен строгий свод правил, нарушение которых влекло за собой абсолютное уничтожение. С тех пор на Земле воцарился безусловным мир.

Я снова утопаю в мыслях, а ведь уже пора работать. Моя зона – это Евразия. У меня есть доступ абсолютно ко всем камерам, а автоматические алгоритмы отслеживают применение оружия и прочие преступления. Вот и вся моя работа – следить за тем, чтобы не было нарушений, если они есть, то оценить степень их тяжести, а если какой-то сектор не справляется с контролем уровня опасности, то уничтожить его. Без колебаний. И не важно, сколько мирных людей погибнет и какой вред я нанесу экологии. Мне так ни разу и не пришлось применять оружие, иногда я даже думал, что это сраный розыгрыш, и всё человечество ухохатывается, глядя в прямом эфире, как я брожу из угла в угол и пинаю свою кровать. Но эти мысли смело волной взрыва, который устроил один из моих коллег. В Австралии начались народные волнения, правительство не смогло их удержать, и началась гражданская война. Продлилась она недолго, так как ответственный за эту зону вовремя нажал кнопку. Бум! И нет больше Австралии. Никаких больше кенгуру, расходимся, тут не на что смотреть. Смотреть и правда было не на что, континент был полностью уничтожен. Может именно после этого, я засомневался в своём выборе. Хватит ли у меня духа убить миллионы людей одним щелчком? Я не хотел это выяснять.

Нас называли куарты – четверть по латыни. Мы не были знакомы между собой и не могли ни с кем контактировать. На Земле осталась моя любимая девушка. Мы познакомились с ней в лаборатории, в которой меня готовили к миссии, и наслаждались нашей тайной связью, пока не настал час обменять мою жизнь на спокойствие в мире. Она с пониманием отнеслась к тому, что я не стал оставаться на Земле ради неё, и дала мне обещание, что утопит чувства ко мне в море полноценной, счастливой жизни.

Я и не подозревал, что такое скука, пока не провёл 14 лет в полном одиночестве. Если ваша работа кажется скучной, попробуйте посидеть и посмотреть в окно 10 часов подряд. Только у меня вместо окон были камеры, которые сканировали каждый метр континента. Но ничего не происходило. В первые 2 года я пристально следил за работой полиции, за статистикой преступлений и важными мероприятиями. Боязнь совершить ошибку отгоняла прочь мой сон, заставляя меня сутками погружаться в мониторы, пока я не доходил до полного истощения. Вдруг именно в момент, когда я закрою глаза, мир рухнет? Нет. Ничего подобного. Максимум, что я обнаружил за все годы работы – это пара мелких краж и несколько драк. После “Австралийского инцидента” – так люди предпочли назвать уничтожение континента безжалостными ракетами – ни у кого даже в мыслях не было нарушать закон. А от тех, кто решался на преступление, люди довольно быстро избавлялись сами. Под прицелом смертельного оружия почти все они смогли усмирить свои пороки.

Достойно ли человечество жизни как вид? Интересно, что думают остальные куарты по этому поводу. Было бы неплохо собраться всем, устроить небольшой корпоратив, выпить, может поиграть в крокодила1. Просто немного побыть живыми людьми. Может кто-нибудь бы загадал ядерную катастрофу, а другому пришлось бы её показывать.

Я включил Игру престолов2 фоном и сел за рабочий монитор. Сегодня был день выборов президента Франции. Пока на экране телевизора казнили вымышленного короля, на моих мониторах происходили выборы настоящего. При отсутствии живого общения приходится самому создавать иронию. Всё шло спокойно до безумия. Никто даже не пытался подтасовать результаты, люди в очереди вели себя спокойно и дружелюбно. Скука смертная. В одной серии Игры престолов теперь убивают больше людей, чем за год на всей планете. Кажется, я становлюсь настоящим маньяком, раз думаю о таком. Разумно ли, что именно я имею право применить оружие массового уничтожения?

Старушка на экране ковыляла к цифровой панели для голосования. Когда она наконец дошла до неё, спустя вечность или две, то начала непонимающе оглядываться по сторонам и трогать панель. Спустя минуту бесполезных попыток, к ней подошёл молодой человек и, взяв её за руку, приложил палец к сканеру отпечатков. Забавно, что она фактически живёт в несвязных пятиминутных отрывках своей жизни, зачастую не понимая, что вообще происходит вокруг, но всё равно имеет право голосовать.

Гражданская война в Австралии началась как раз из-за нового способа подсчёта голосов. Сразу после ввода терминалов для избирателей, оказалось, что прежние результаты несколько расходились с действительностью. Примерно в 6 раз. Отпечаток пальца, который моментально обрабатывался системой, подделать намного сложнее, чем бюллетень с подписью. Правящая партия постаралась сразу же свернуть проект, сославшись на сбой в работе терминалов, но было слишком поздно. Недовольство, годами зревшее в людях, выплеснулось на улицы зажигательной смесью из кристально чистой ненависти и надежды на достойное будущее. Люди были правы, они всего лишь хотели справедливости. Но… Бум! И нет больше Австралии. Неважно, кто был прав и почему. Те, кто разложились на атомы, больше не имеют права голоса, ни один терминал их не учтёт.

Я никак не могу сосредоточиться. Сегодня я чувствую себя хуже, чем обычно. Есть ли какая-то причина или стоит уже признать, что моя личность закончилась? Меня хватило на 14 лет, не знаю, хороший ли это результат. Осталось решить, влачить ли дальше жалкое существование или в следующий раз, когда буду брить шею, вогнать себе лезвие в горло, да поглубже. Чтобы мои иссохшие капли крови стали красочным посланием для людей, которые доберутся до моей станции. Не берите на себя слишком много, скорее всего вы не выдержите. Но ещё один вопрос кипел открытой раной в моём сознании. Тихо уйти одному или прихватить с собой целый континент? Чики-брики-пальчик-выкинь…

Лёгкий толчок привёл меня в чувство. Станция периодически качалась, чтобы у человека на посту не было чувства, будто он висит в пустом пространстве. На мониторе люди мирно голосовали, я проверил область вокруг здания мэрии, где всё это происходило, и отвернулся от экрана. Может ещё раз позавтракать? Объесться сладким так, чтобы это стало моей главной проблемой. Я усмехнулся. Голод не кастрировать, он вечно будет моим спутником. Игра престолов была намного интереснее реальности, но я всё же поглядывал на монитор. Всё происходило очень медленно. Внезапно экран на секунду погас – это было странно, оборудование всегда работало безупречно. Когда изображение вернулось, в верхнем правом углу появилось небольшое чёрное окно с текстом. Что за чертовщина. Я приблизился к экрану, чтобы понять, что это – программная ошибка или что-то с монитором.

– Михаил, ты не сможешь ответить, но внимательно прочитай всё, что я напишу.

Я тупо уставился в монитор, не в силах отвести взгляд. Какого хрена. Что происходит.

– Тебя обманули. Мир на грани войны.

Я нажал на кнопку перезагрузки так сильно, что она захрустела. Может от грязных мыслей о человечестве мои мозги закипели и остудили себя порцией галлюцинаций. Да и что это может значить. “Тебя обманули. Мир на грани войны”. Бред какой-то. Система успешно перезапустилась, и я вновь наблюдал на экране безжизненные выборы президента. Никаких чёрных окон и анонимных информаторов. Я встал и налил себе воды. Думай. Связь с планетой односторонняя – это сделали осознанно, чтобы никто не мог повлиять на куартов. Лишь раз в месяц с нами связывался куратор, он хотя бы немного разбавлял одиночество. Я поймал себя на мысли, что мне страшно подходить к монитору. Вдруг там будет написано что-то важное. Глупость. Или нет? Мне захотелось упереться лицом в противоположном от экрана углу, чтобы больше ничего не видеть.

Несколько минут я провёл в ступоре, от напряжения разболелась голова. Я пил воду, пока меня не начало тошнить. От звука звонка я чуть не подпрыгнул. Сегодня я не жду звонка от куратора, а кроме него связаться со мной никто не может. Я почувствовал, как окружающий мир расплывается вокруг меня. Не упрекайте меня в излишней чувствительности, когда 14 лет каждое мельчайшее событие было по плану, любое отклонение воспринимается как катастрофа. Я потерял сознание всего на секунду, но именно это дало мне силы подойти к компьютеру и ответить на звонок.

– Михаил, привет! Как твои дела?

Я молчал.

– Ты меня слышишь? – куратор сразу же занервничала.

За мной приглядывала красивая девушка по имени Ева. Она всегда использовала видеосвязь, широко улыбалась и старалась зарядить эмоциями нашу банальную болтовню. Её голубые глаза даже через камеру поражали своей чистотой и резко контрастировали с густыми чёрными волосами, которые всегда были небрежно распущены. Мне было стыдно за сумасшедшее влечение, которое я испытывал к ней. Звука её голоса было достаточно, чтобы моё сердце пустилось в танец, а кровь стала быстрее течь по венам. Иногда я возбуждался, просто глядя на то, как она улыбается. Я мечтал прикоснуться к её манящим, чувственным губам и белоснежной коже. Я проводил долгие часы, фантазируя о том, какой интересной была бы моя служба, если бы дежурить можно было парами, и частенько мои дневные мысли перетекали в бурные сновидения.

– Михаил!

– Я здесь.

– Всё в порядке?

– А у тебя?

Она замялась. Мы впервые отклонились от дежурного сценария, в котором мои дела хорошо, и совсем нет мыслей об уничтожении человечества.

– У меня всё в порядке, спасибо, что спросил, – ответила Ева.

Я только сейчас обратил внимание, что её камера выключена, но продолжал молчать.

– Как у тебя дела? – спросила Ева.

– Почему ты сегодня не включила камеру?

– Что-то с компьютером, видеосвязь не работает, – сказала Ева, но её дрожащий голос шепнул мне, что есть другая причина.

– Сегодня странный день, слишком многое происходит впервые.

– О чём ты говоришь?

Как же сложно пытаться вывести кого-то на чистую воду, когда ты фактически изолирован от людей, я чувствовал себя ребёнком, пытаясь нащупать истину в разговоре, но у меня нет выбора, я должен это сделать.

– Не бери в голову, – бросил я, пытаясь сдержать мой гудящий от напряжения голос. – Как дела в мире?

– О, всё отлично! Всё мирно и тихо, как всегда. Это благодаря тебе, ты ведь знаешь?

– Да.