Читаем Канашибари (СИ) онлайн бесплатно

Внезапный удар откуда-то сбоку, казалось, выбил из меня весь воздух. Голова дернулась влево, и я почувствовала резкую боль в шее, которую почти сразу перебила боль во всем теле, особенно с правой стороны, она разлилась по мышцам и костям как внезапный ледяной ливень.

Перед глазами все потемнело и закружилось, но я не могла понять: это у меня в голове или мир вокруг сошел с ума. Все мысли, кроме резкого страха и жалящего удивления, покинули мою голову.

Все произошло очень быстро, но словно бы в замедленной съемке. Как издалека я услышала чьи-то резкие крики, грохот и скрежет. Мне даже показалось, что среди слившихся воедино звуков я расслышала голос Минори.

А потом все поглотила темнота. Из этой черноты я вылезала как из густого, вязкого болота. Веки словно слиплись, а отяжелевшая голова отказывалась подниматься, хоть я и чувствовала, что лежу в совсем неудобной позе, от которой затекли и уже начали слегка покалывать мышцы. На задворках сознания мелькнула мысль, что это единственные неприятные ощущения. Ни боли от сломанных костей или порванных мышц, ни горячей крови, ни жара стертой кожи я не ощутила. И, хоть это могло быть последствием болевого шока, всколыхнувшая мою душу паника улеглась.

Я глубоко вдохнула, ощутив странную свежесть воздуха, и подождала, пока слегка не отступит тяжесть в голове. Затем я медленно открыла глаза и осторожно приподнялась на локтях, отрывая щеку от чего-то шершавого и прохладного.

Зрение сфокусировалось не сразу, и какое-то время я лишь терпеливо моргала, ожидая, когда картинка перед глазами прояснится. О том, что произошло, напоминало лишь колотящееся сердце, внешне я была спокойна.

Наконец ко мне вернулось зрение, и я медленно встала на ноги, чтобы вдруг не спровоцировать новый приступ головокружения. Оглядевшись, я поджала губы, а сердце все еще билось в груди как сумасшедшее.

Я не понимала, где оказалась. Точнее, как я тут оказалась. Я ведь… только-только я ехала… Мы были вместе…

Мысли ускользали от меня, словно что-то мешало мне вспоминать, и размытость воспоминаний неприятно саднила разум, раздражая. Но я терпеливо собирала последние воспоминания по осколкам и внезапно испуганно оглянулась:

— Минори… — прошептала я. А затем почти крикнула: — Минори!

Ответом на этой пустынной улице мне была лишь тишина. Тогда я, подумав пару секунд, побежала в одну из сторон, свернула влево, но быстро наткнулась на тупик. Развернувшись, я вернулась туда, где очнулась, и внезапно из-за угла чуть дальше по улице появилась Минори.

Я облегченно выдохнула, увидев знакомое лицо. Оглядев подругу с головы до ног, я отметила, что и она, вроде как, не пострадала. Разве что выглядела совсем бледной и потерянной, словно только что проснулась. В ушах внезапно раздался крик Минори, который, казалось, я слышала только что. Вот только чем он был вызван? И не кричала ли я сама, не слыша собственный голос в какофонии других вскриков и странного грохота?

— Хината-тян[1], — выдохнула Минори и ускорила шаг. Подойдя ближе, она также окинула меня взглядом. — Ты как?

Я покачала головой:

— Все в порядке.

Затем я отвернулась, решив оглядеть место, в котором мы очутились.

— Точно все нормально? Ты была как раз справа от меня… Ничего не сломала? Голова не болит?

Я с легким раздражением взглянула на Минори, но потом слегка выдохнула и взяла себя в руки. Она просто проявляла заботу. Как и всегда. А сейчас как раз есть повод, в отличие от многих других моментов.

— Точно. Все хорошо, — я выдавила легкую улыбку, посмотрев на подругу, а потом вернулась к изучению улицы. Та была пустынной и тихой. — Где это мы?

Минори, прищурившись, тоже огляделась.

— Надеюсь, это Токио, — пробормотала она. — Хотя я бы не отказалась от того, чтобы внезапно очутиться в Париже…

— Нужно выйти на большую улицу, там сможем понять, куда нам идти, или спросим дорогу, — произнесла я, игнорируя шутку Минори. Подруга кивнула.

— Пойдем туда?

— Я была там, идти некуда, дорога ведет в тупик, — отозвалась я. — А что там?

Я указала в ту сторону, откуда появилась Минори. Она пожала плечами:

— Я очнулась за углом, прошла чуть вперед и увидела на этой дороге тебя. Так что стоит проверить…

Её голос прозвучал неуверенно, поэтому я кивнула, словно не волновалась. Сейчас у нас появилась цель — это придавало сил и успокаивало. Мы не помнили, как тут оказались, но сейчас надо было просто найти кого-то, кто подскажет, где мы, а там уже легко найти метро или взять такси… Можно поехать домой или же заглянуть в больницу, но это уже следующий шаг, и я надеялась, что все прояснится, и помощь врача нам не понадобится.

Я пошла вперед, а после оглянулась, увидев, что Минори стоит на месте и смотрит куда-то в сторону, но словно в никуда.

— Минори? — спросила я, смягчая голос. — Что случилось?

— Мне как-то не по себе… — пробормотала подруга. — Не знаю, какое-то плохое предчувствие.

— Это не плохое предчувствие, — я пожала плечами. — Просто ситуация странная… Тревожиться из-за внезапной потери памяти нормально, было бы странно, если бы ты не обратила на это внимание.

— Наверное, ты права, — кивнула Минори и слегка вздохнула. — И есть очень хочется… Я сегодня почти не ела.

— Да и место тут… странное, — пробормотала я, оглядываясь. Мы находились в безлюдном переулке, где двери магазинов были закрыты рольставнями, исписанными граффити, асфальт был кривым и местами раздробленным, а с покосившихся столбов свисали запутавшиеся и даже рваные, явно нерабочие провода. Сами стены, между которыми мы стояли, были побитыми, с облезлой краской и глубокими трещинами.

— Нужно выбираться отсюда, — повторила я, придавая и себе, и подруге уверенности. Минори кивнула, и мы обе поспешно пошли вперед.

Завернув за угол, мы увидели другую улицу, немного более широкую. Она шла чуть вверх, но дальше виднелся, кажется, выход с пешеходной улицы на трассу.

Меня что-то напрягало, но я не могла понять причину этой смутной тревоги. Не отчаяние, не страх, не опустошенность… Именно тревога, смутное напряжение.

Странным казалось отсутствие людей. И на этой дороге никого не оказалось. По обе стороны располагались входы в кафе и комбини[2], но ни покупателей, ни случайных прохожих не было. Более того, некоторые из заведений были заперты, а открытые двери других демонстрировали выключенный свет. Еще больше удивляли разбитые окна, покосившиеся вывески, некоторые из которых висели так, что не внушали доверия.

— Что за ужасный район… — пробормотала Минори, поежившись, и попыталась поплотнее запахнуть свой укороченный пиджак из ткани букле.

Я пожала плечами, хотя мне тоже было не по себе. И я наконец поняла причину, по которой по коже бегали мурашки. Отсутствие звуков. Ничего, кроме наших шагов и дыхания. Ни звука двигателей, ни чужих голосов, ни музыки. Словно вокруг нас на сотни метров не было никого.

— Давай пойдем быстрее, — предложила Минори и ускорила шаг. Я последовала за ней, хотя и не умела ходить так быстро. Все-таки подруга была капитаном волейбольной команды, а я со спортом не дружила.

Слегка запыхавшись, я догнала Минори, которая застыла в конце улицы.

— Что такое?.. — начала было я, но от удивления замолчала, поняв реакцию подруги. Перед нами открылся вид на город…

Высотки с обвалившимися этажами, ощетинившиеся обломками арматуры, взирали на нас темными провалами окон, а зазубренные осколки стекол в рамах казались застывшими слезами.

Полуразрушенные современные дома перемежались заброшенными магазинчиками, то тут, то там попадались то здание школы с поблекшими надписями, то библиотека с обвалившейся крышей, то больница, напоминающая декорации для дешевого фильма ужасов.

Весь этот пейзаж разваливающегося на куски современного города разбавляли дома в традиционном стиле. Они привлекали особенное внимание своей чистотой и целостностью. Казалось, прошедшийся по городу ураган аккуратно огибал эти невысокие строения. Они словно бы сошли с оживившего суми-э[3] или же это мы попали внутрь такой картины.

— Смотри, — тихо выдохнула Минори.

Я проследила за ее взглядом. Впереди стояла ухоженная матия[4] — длинный деревянный дом в стиле цумаири[5], где вход расположен с узкой стороны. Последний раз я видела подобные дома, когда была в Киото.

Вот только эта матия, с крышей, покрытой чёрной черепицей, и стенами, облицованными черной плиткой, не была похожа на наследство прошлого в Киото — она была мрачной и даже пугающей. Тем сильнее был контраст с яркой вывеской: «?????????». Начало нового кайдана.

— История о сверхъестественном? Что это? Как думаешь, зайти? — сдвинув брови, протянула Минори.

— Не знаю, выглядит подозрительно…

— Да тут все выглядит подозрительно, — нервно усмехнулась девушка. — В этом доме хотя бы на голову крыша не обвалится. Пойдём, может, там будет, у кого спросить, что произошло.

Я поморщилась, но, промолчав, кивнула. Выбора у нас действительно не было.

Из переулка рядом с матия вышли девушка и парень. Они огляделись и, посмотрев на вывеску, зашли в дом.

— Отлично, туда кто-то пошел! — воскликнула Минори. — Пойдем быстрее.

Я поспешила за Минори, едва не переходя на бег, чтобы не отстать.

Подруга подошла к дверям, но замешкалась, нервно оглядываясь. Я, не сдержавшись, вздохнула и сама отодвинула дверь.

Мы оказались в небольшой передней комнате, сейчас в матия в таких обычно располагаются магазинчики. Там стояли те парень и девушка, которых мы заметили на улице, и еще одна женщина. Все взгляды сразу же обратились к нам, и я незаметно отодвинулась подальше, предоставив слово Минори.

— Здравствуйте! — поклонившись, преувеличенно бодрым тоном поздоровалась девушка. Присутствующие что-то вяло пробормотали в ответ. — Скажите, пожалуйста, не знаете ли вы, где мы?

Девушка, на вид немногим старше нас, неуверенно посмотрела на парня, ее ровесника. Она хотела что-то сказать, но он дернул ее за рукав платья и, помедлив, пожал плечами:

— Не имею ни малейшего понятия. Я… мы не помним, как тут очутились.

Я хмуро посмотрела на этого парня. Почему-то мне показалось, что он солгал.

— Мы были на вечеринке… — дрожащим голосом добавила девушка, кинув взгляд на своего спутника. — Веселились с друзьями, — она всхлипнула, и парень, сжав ее руку, притянул девушку поближе к себе.

Минори перевела вопросительный взгляд на женщину, но та настойчиво сохраняла молчание, обхватив себя руками. Я же все еще смотрела на парня и девушку, но, подумав, решила, что мои подозрения надуманы. Зачем им что-то скрывать?

— Эм-м… а что там дальше? Вы не заглянули? Зачем сюда приглашают людей? — натянуто улыбаясь, продолжила подруга.

— Двери не открываются, — глухо ответила женщина.

— Может, пойдем отсюда, Минори? Не думаю, что мы здесь что-то узнаем…

— Зачем так торопиться?

Минори рядом со мной вздрогнула от неожиданности. Я слегка оглянулась.

— Кажется, ты не Минори. А я обращалась к ней, — хмуро произнесла я. Голос незнакомца прозвучал слишком уж снисходительно.

У входной двери, прислонившись к стене, стоял парень лет двадцати пяти. Прямая спина, руки скрещены на груди, на губах полуулыбка — он явно не разделял общей нервозности. И одежда его выделялась как на фоне развалин, так и на фоне зданий в традиционном стиле: качественно сшитый костюм темно-серого, почти чёрного оттенка, под расстёгнутым пиджаком — белоснежная рубашка, лакированные туфли начищены до блеска.

Взгляд незнакомца упал сначала на Минори, а потом перешел на меня, и мне показалось, что в глазах парня мелькнуло удивление, но эта искра исчезла слишком быстро.

— Хозяева, скорее всего, заканчивают приготовления к приему гостей, — проговорил парень. С его лица не сходила холодная улыбка.

Минори встрепенулась и только хотела спросить у незнакомца что-то ещё, как сёдзи[6] раздвинулись, открыв следующую комнату, погруженную в непроглядную темноту.

По коже пробежали мурашки. Казалось, из глубины дома повеяло морозным холодом. Прикусив губу, я присмотрелась, но ничего не разобрала, слишком уж было темно.

— Некрасиво заставлять… хозяев ждать, — на секунду запнувшись, проговорил последний из пришедших и оттолкнулся от стены. Все с той же странной полуулыбкой парень, не оглядываясь, исчез в темноте комнаты.

— Пойдем, — как можно более уверено проговорила я, разбив воцарившееся в прихожей молчание, и пошла вперед. — Минори? — я обернулась.

Подруга стояла, обхватив себя руками за плечи. Она уже не выказывала бодрость и уверенность, как минуту назад. Я с легким недовольством выдохнула и протянула Минори руку:

— Пойдем, ты же так хотела узнать, где мы. Или предпочтешь и дальше слоняться по развалинам?

— Нет. Конечно, нет. Пойдем, — непривычно тихо ответила Минори и схватила мою ладонь.

За нами двинулась молодая пара, и женщина, немного помешкав, тоже пошла к дверям.

Как только все мы оказались в темноте, сёдзи закрылись, отрезав нас от последних лучей света. Мы оказались в таком мраке, что я не могла разглядеть даже свои руки.

Страха я еще не чувствовала, но тревога, казалось, уже бежала по моим венам. Я услышала, как учащенно задышала Минори, как всхлипнула незнакомая девушка. Но никто не произнес ни слова.

Рядом с нами вспыхнул свет, на секунду показавшийся мне ослепительным. Однако через пару мгновений я поняла, что это была всего лишь свеча. Вернее фонарь, внутри которого горела эта свеча, создав посреди темноты островок света, в котором очутились все мы.

Я огляделась. Несмотря на то, что дальше освещенного пятачка ничего не было видно, мне показалось, что пространство вокруг, погруженное во тьму, гораздо больше, чем одна простая комната…

Легкий ветер, сырость, странный запах. В неясном мне самой порыве я, присев на корточки, провела рукой по татами[7]. И похолодела.

Никакого татами под нами не было. Моя рука ощутила лишь холодный шершавый камень. Я пригляделась, насколько позволял скудный свет единственного фонаря: это действительно был камень, даже не каменистая земля. Как будто бы мы оказались в горах или на валунах у берега реки.

Я ощутила на себе взгляд и, подняв голову, встретилась глазами с тем невозмутимым парнем, что пришёл последним. Он беззастенчиво наблюдал за мной и даже не попытался отвести взгляд. Преодолевая дискомфорт, я продолжила эту игру в гляделки, однако вдруг в тишине раздался голос, так что я непроизвольно вскинула голову и встала, чтобы увидеть говорящего.

— Добро пожаловать! Сейчас вы станете героями нового кайдана!

Голос звучал как будто бы из ниоткуда и при этом отовсюду. Он был сильно искажён, словно размноженный эхом, и оттого звучал как нереальный. Даже зловещий. В нем не было искусственности, как у компьютерного голоса, но… не было и чего-то человеческого.

— После сотворения мира Аматэрасу[8] и Цукиёми[9] стали править на небе, а Сусаноо[10] — на море. Сусаноо, младший из триады великих божеств, был подобен шторму, которым мог повелевать. Пренебрегая своими обязанностями, он насылал на сушу и море несчастья, строил козни другим божествам. Ничего удивительного, что терпение богов иссякло, и они решили изгнать Сусаноо в Ёми[11], Страну Желтых Вод — царство мертвых.