Читаем Кали онлайн бесплатно

Сильны любовь и слава смертных дней.

И красота сильна. Но смерть сильней…

Джон Китс

ГЛАВА 1

Говорят, что смерть – это не самое худшее, что может случиться с человеком. Сказал бы мне это кто-нибудь вчера – я непременно бы стала спорить с такой точкой зрения. Но сегодня, сейчас, я уверена, что это так. Не самое худшее. На вопрос: а что же тогда? Отвечу: то, что сейчас происходит со мной.

Каким было самое тесное пространство, в котором вы когда-либо находились? Возможно, это был лифт? Мы ведь живем в современном обществе. Или, может, шкаф? Все мы играли в детстве в прятки. Кто-то, кстати, и повзрослев, не перестал прятаться в шкафу, играя в любовников. Да, вариантов может быть несколько.

А я вот обнаружила себя в гробу и ожидаю смерти. Не могу сказать, что терпеливо. Ногти сломаны, пальцы стерты в кровь, голос уже пропал. Истерика постепенно проходит, надежда на спасение растворилась, а скоро закончится и кислород. Знать бы, кому помолиться, чтобы это случилось поскорее. Да, терпением я не отличаюсь. Хотя, в этом случае вряд ли нашелся бы кто-то спокойный.

А пока можно в тысячный раз попытаться вспомнить, как я могла здесь оказаться. Вот, хоть убей, не выходит. Ха, хоть убей. А вот меня, кажись, убить, как раз, и забыли перед тем, как прикопать. Я точно умерла не своей смертью. Умру, точнее. И мои родственники сейчас вряд ли по мне скорбят в честь моих похорон, если они вообще у меня есть. Почему я сделала такие выводы? Ну, хотя бы потому, что гроб у меня, мягко скажем, не самый комфортабельный. Я лежу на доске. Босиком, в джинсах и майке. И грабить меня точно не собирались, на пальцах – кольца, на шее – цепочка с кулоном. Это было не ограбление, не изнасилование и, очевидно, даже не убийство. Это же как нужно было меня ненавидеть, чтобы вот так со мной расправиться?! Боюсь даже вспоминать, что я могла такого натворить. Самое смешное – я не помню даже, как меня зовут. Жутко болит затылок. Скорее всего, именно поэтому и не помню, и именно так я здесь и оказалась. Ударили и закопали. Странно, что, пусть и на такой, но на гроб-то раскошелились.

Глубокий вздох делать уже совсем тяжело. Еще чуть-чуть. Как страшно.

- Потерпи…, - раздался шепот над ухом.

Я затряслась, рыдая.

- Помогите! - надо же, во что способен поверить человек на краю жизни. Ведь здесь точно никого, я бы заметила. - Пожалуйста…, - еле слышно проговорила я.

- Готова заплатить? - это сказал совершенно другой голос.

Жуткий. Непонятно даже, кто говорит – мужчина, или женщина. Голос с хрипотцой, с каким-то эхом. Но сейчас не время об этом думать. Кто бы это ни был – пусть вытащит меня отсюда.

- Готова, - воздуха было уже катастрофически мало. - Что угодно…

Неожиданно (хотя не в моем, вроде, случае) кислорода не осталось совсем. Что-то силой надавило на грудь, в ушах оглушающе зазвенело. Я открыла рот и стала похожа на рыбу, выброшенную волной на сушу. Все, это конец. Сейчас я умру. Зажмурившись, я стала ждать. Только бы это скорее кончилось.

- К-а-а-а-ли, - пропел этот жуткий голос. Загробный, точно! Самое подходящее определение. - Кали, посмотри на меня, - сказано было с нажимом, что страшно не подчиниться.

Вдруг до меня дошло, что я (!!!) СТОЮ!!! Глаза распахнулись сами собой, хотя и не помню, чтобы отзывалась на странное имя Кали. Увиденное пригвоздило меня к полу намертво. Не от страха, а скорее, от удивления.

Золотой трон. А на нем – фигура размером с человека, ну… может, чуть больше среднестатистического, высокая, наверное. В черном балахоне и капюшоне, который прячет в своей темноте лицо. Но глаза точно смотрят на меня, я этого не вижу, а чувствую прожигающий взгляд. А руки – загляденье! Слишком бледные и костлявые, перстни на каждом пальце.

- Вы – Смерть? - шепнула я.

Всепоглощающий страх, который я испытывала, находясь в гробу, отступил. Чего бояться, если я уже умерла? А я точно умерла, потому что фигура напротив – стопроцентно именно Смерть. Я, честно сказать, была даже рада немного. Наконец, я больше не в гробу, а это не может не радовать.

- Люблю догадливых, - довольно ответила фигура. - Ты помнишь, что обещала мне?

- Я?! Вам обещала?! - а вот теперь снова страшно.

Что я могла обещать самой Смерти?! И когда это мы общались раньше?

- Мне. Обещала заплатить. Минуту назад.

Ах, вот она о чем. Ну, я просила о помощи. В смысле – о жизни. Но спорить, думаю, сейчас с ней не стоит.

- Что я вам должна? - замирая, спросила я.

Сейчас как пожелает… а что она может пожелать?

- Кали, отныне ты – моя Слуга.

- Так я умерла? - не то, чтобы я сомневалась, но уточнить не помешает.

- Что для тебя – Смерть?

- Вы? - ну, а что еще ответить?

Раздался треск. Фигура точно рассмеялась, только вот звук был такой жуткий, что смех поддержать желания не возникло. Знаете, вот есть люди, которые смеются так, что им и шутить не надо – становится весело даже от самого звука. Вот это – не тот случай. Я поежилась и сглотнула.

- Кали, ты умерла. Ты ведь этого просила. По крайней мере, если твою просьбу услышала только я – шансов у тебя не было. Я помогла тебе. Даровала бессмертие.

- Бессмертие? Я же умерла.

- Так это и является главным условием бессмертия! - со знанием дела ответила фигура в балахоне. - Уж поверь, дважды в одном теле еще никто не умирал. Я точно это знаю, - усмехнулась она. - Ты могла отправиться в Очередь Решений, но тебе выпала честь служить мне.

- Очередь Решений? - не поняла я.

Фигура устало вздохнула.

- Все это ты поймешь позже. У меня нет времени и желания объяснять. Кали, ты – моя Слуга отныне. Служи мне исправно, и я обязательно отблагодарю тебя.

- Что я должна делать?

- Приводить Души в Очередь Решений. Ты все поймешь, Кали.

- Меня всегда так звали? - это не может быть так, имя совершенно чужое для меня.

- Нет. Это я нарекла тебя именем Кали.

- А какое было раньше?

- Это все уже не важно. Теперь ты – Кали, Слуга Смерти.

Внезапно фигура растворилась, а помещение изменилось. Теперь я стою в темной комнате. На стенах висят подсвечники, в них горят свечи, но света это не сильно прибавляет. Стены из черного камня, на полу – пушистый черный ковер, потолок такого же цвета. В комнате есть шикарная кровать, а в углу – письменный стол и кресло. Собственно – все. Реально, абсолютно все. Ни окон, ни дверей. Но меня, как ни странно, это не сильно расстроило – в гробу было страшнее. А тут есть уютная кровать – уже что-то! Только вот, зачем она мне нужна, если я умерла? Не найдя ответа, я вздохнула и забралась на мягкую постель. И что дальше? Интересно, а Слуги Смерти так и должны выглядеть? Потому что я до сих пор в своих потрепанных вещах и без обуви. А руки исцелились, будто я и не пыталась совсем недавно выбраться из гроба. Только волосы растрепаны. Ладно, я подожду. Когда-то же что-то должно проясниться! Самое удивительное – мне абсолютно спокойно. Ах, ну да, я же умерла. А покойники – народ не суетливый.

Слуга Смерти…. Чем они занимаются? Это почетно? И что еще за Очередь Решений, куда я могла отправиться? Ладно, Смерть сказала, что этим я и буду заниматься – доставлять Души в эту самую Очередь, тогда и посмотрю. Ха, Смерть сказала, надо же. И почему она назвала меня Кали? Хотя – не так уж это и важно.

- Кали! - эхом раздалось в комнате.

Голос другой. Я приподнялась на кровати и огляделась. В кресле стал проявляться силуэт мужчины. Черные волосы, бледный, симпатичный. В темном строгом костюме и начищенных до блеска туфлях. На вид ему, наверное, лет пятьдесят. Проявившись полностью, он приветливо мне кивнул и сдержанно улыбнулся.

- Здравствуй, Кали. Рад, что ты теперь – моя сестра.

- Сестра? - не поняла я, сдвинув брови.

Он снова кивнул.

- Именно. Все мы – дети Смерти. Меня зовут Виктор. Я пришел ответить на твои вопросы.

Я вздохнула, собираясь с мыслями.

- Хорошо. Где мы, Виктор?

- Это - твои покои.

- Что я должна теперь делать?

- Во-первых – переодеться, - Виктор постарался сдержать улыбку.

- Как? Где мне взять одежду? - шкафа я тут не заметила.

- Придумай, - он пожал плечами. - Представь, в чем хочешь быть.

- А как, если я не знаю даже – как выгляжу?

Виктор взмахнул рукой, и на стене появилось зеркало, во весь мой рост. Я осторожно подошла к нему, вглядываясь в свое отражение. Вот теперь верю, что я его сестра. Мы похожи! У меня такие же смоляные, только длинные, волосы, черные глаза, слишком тонкий (как мне показалось) нос и бледная, будто прозрачная кожа. Порадовали густые ресницы и бровки симпатичной формы. А вот худощавая фигура и небольшой рост – расстроили.

- Я всегда так выглядела? - вид, конечно, достаточно болезненный. - В смысле, при жизни тоже?

- Волосы были другими, цвет глаз тоже. И кожа не такая бледная.

- А возраст? Мне же от силы – лет восемнадцать! И то – с натяжкой! - я махнула рукой на свое отражение, будто Виктор меня и без него не видел.

- Ну да, - согласился он. - Наверное, столько и было. Волосы у тебя при жизни русые были, но так тебе больше подходит.

- Вы видели меня раньше?! - обрадовалась я.

- Да. За несколько минут до смерти. Я ведь должен был отвести тебя в Очередь Решений, но Госпожа Смерть решила даровать тебе бессмертие.

- Почему она так решила?

- Мне это неизвестно. Но обычно она делает так, когда считает гибель человека несправедливой.

- А как погибли вы?

Виктор отвернулся.

- Не думаю, что это важно.

- Простите. А вы знаете, как я оказалась в гробу?

- Нет. Я появился, когда ты уже находилась там.

- Как мне узнать, кто со мной это сделал?

- Никак, - он пожал плечами. - Не думай о своей прошлой жизни, Кали, ее не было отныне. Есть только то, что происходит сейчас. Ты, все равно, ничего не изменишь. Это я тебе на личном опыте говорю.

- А вы давно… служите здесь?

- Достаточно. Честно говоря, особо и не считал. Думаю, лет пятьдесят.

- Ого! Не надоело?

- Это веселее, чем сидеть в Очереди Решений! - усмехнулся Виктор.

- Кстати, а что это за Очередь?

- В ней Души ожидают своей участи. Если Душа сделала хоть что-то хорошее в своей жизни – ей предоставляется выбор: отправиться на покой, в место, называемое людьми раем, либо переродиться в новое тело, снова жить среди людей. Если же ни одного хорошего поступка не было – Душа навсегда отправляется в ад. Что там – никто не знает, оттуда еще не возвратился ни один.

Я сглотнула. Слава Богу, я, кажется, туда точно не попаду.

- А кто все это решает?

- Госпожа Смерть.

- Значит, есть еще и Госпожа Жизнь?

- Конечно. Она – следующая инстанция для Души после Смерти. Решив вернуться к людям, Душа отправляется к Госпоже Жизни, туда ее отводят Слуги Жизни. Там решается, кем Душа переродится. В основном, Жизнь идет от исходника. Например, ты бы, скорее всего, вернулась к людям, родившись в мужском теле. Но есть и исключения.

- Так и что же мне нужно делать?

- Переодеться.

Я сникла.

- Как? Вы можете подсказать?

- Нет, ты должна сама. Не знаю, как это работает. Я захотел такую одежду, и получилось.

- Сразу получилось?

- Сразу, - похвастался Виктор.

- Ладно, попробую, - вздохнув, я зажмурилась и представила себя в другой одежде.

- Ну и выбор, - презрительно произнес Виктор.

Я открыла глаза и снова глянула на свое отражение. Черные штаны в облипку, такого же цвета рубашка и балетки. Волосы распущены.

- Не то? - странно, но я даже не удивилась, что у меня вышло.

Кажется, будто я не могу чувствовать. Ну, то есть – сильно чему-то удивиться, или испугаться… вообще ничего.

- Тебе решать, в чем ходить, - безразлично ответил он.

- Ладно. Что дальше?

- Жди зова.

- Зова?

- Да. Ты почувствуешь, когда Душа тебя призовет.

- И куда нам потом идти?

- Ты все поймешь, Кали.

- А как отсюда-то выйти? Ну, тут же нет выхода.

- Думаешь, тебе для этого нужны двери? - хихикнул Виктор. - Не заметила, как я появился?

- Я так тоже теперь умею?

- Конечно. Можешь попасть в любую точку планеты, стоит только подумать о ней.

- Просто так? А как же люди? Меня же заметят!

Виктор рассмеялся.

- Кали, люди тебя не могут видеть.

Я немного подумала над его словами.

- Хм. Так себе бессмертие получается.

- А ты что хотела?

Я снова задумалась.

- Ну… возможно – валяться где-нибудь на пляже, потягивая свежевыжатый сок, и знать, что спешить никуда не надо. Вот – хорошее бессмертие.

- А ты такое бессмертие заслужила? - он приподнял одну бровь.

- Аргумент, - согласилась я. - Но, только боюсь, мне такое уже и не светит, как бы я ни старалась.

- Не обязательно. Госпожа Смерть справедлива. Отслужишь ей преданно – она тебя наградит.

- И сколько же надо отпахать?

Виктор улыбнулся и пожал плечами.

- Только она знает.

- Но вы, например, долго уже на нее работаете. Где благодарность?

- Пятьдесят лет – очень мало для вечности. И я отказался от ее благодарности.

- А что она предлагала?

- Переродиться.

- Почему же вы отказались? - удивилась я.

- Кали, любопытство – не лучшая черта для Слуги Смерти.

Я вздохнула.

- Ладно. В общем, я жду зов, иду за Душой, веду ее в Очередь Решений, а потом?

- А потом – свободна, до следующего зова.

- И часто они бывают?

- Когда – как. И, Кали, мой тебе совет – не говори с ними, пока вы будете в пути в Очередь.

- Почему?

- Просто – не говори, - тихо произнес Виктор и растворился, будто его и не было.

ГЛАВА 2

Я снова забралась на кровать. И когда же будет этот зов? А ведь адская у меня работа – Души в последний путь провожать! У Слуг Жизни дело-то поприятнее. А Виктор, значит, меня собирался провожать… и почему он появился не раньше? Как же мне узнать, кто со мной так жестоко поступил? За что? И самое главное – кем я была? Закусив губу, я задумалась. Если зова нет – я свободна? Он будет для меня везде слышен, или обязательно ждать здесь? Ладно, рискну. Итак, Виктор сказал, что я могу попасть в любую точку планеты, стоит только подумать. Что ж, хочу оказаться там, где закопали мое тело.

Комната перед глазами стала расплываться, а через пару секунд я оказалась посреди кладбища. Под ногами – свежая могилка. Ни креста, ни какого-то опознавательного знака. Как я и думала, хоронили меня не с почестями. От осознания того, что в могиле лежу я, точнее, мое тело, стало не по себе. А на улице-то, кстати, темно уже. На кладбище – ни души, только мне заняться нечем. Ну, хоть кто-то ко мне на могилку пришел. Кроме меня это, кажется, больше некому сделать. Ладно, надо хотя бы попытаться узнать, где я. Пройдясь по кладбищу и читая надгробия, я мало что выяснила. Имена и даты, больше, в принципе, ничего. То, что написано – я понимаю, но могу предположить, что это такой бонус мне, как Слуге Смерти. Скорее всего, я теперь любой язык понимаю. В конце концов, мне за Душами по всей планете мотаться, наверное. А если Виктор советовал мне с ними не говорить, значит, понимать я буду всех. И почему не говорить? Так, позже об этом узнаю. Сейчас надо понять город, или хотя бы страну, в которой я жила. Ведь если меня здесь похоронили, то и жила я тоже здесь?