Читаем К-9: мистер Бэггинс онлайн бесплатно

Часть 1: Знакомство

"Оно, знаешь, с перепугу люди иногда так резко умнеют..."

Торин с сомнением смотрел на ворота питомника. Приглушенный лай множества собак заставил его остановиться и вновь обдумать свое предприятие. Правильно ли он поступил, явившись сюда?

Дело было связано с наркотиками. Место-то он нашел, а вот доказательств не было. А нет доказательств и улик – нет ордера на обыск частной собственности. Все что у него имелось, это анонимный звонок неизвестного, любезно сообщившего, что гангстер по кличке Азог имеет линию наркотрафика. И часть товара прибудет такого числа на склад в порт. Даже номер склада Торину был сказан – 13. Мило, что тут скажешь.

Торин был копом, и копом хорошим, а значит, был на плохом счету у начальства. Дать ему ордер на обыск и дать прочесать склад, потому как ему кто-то там, шутки ради, позвонил… Торин прекрасно знал то место, куда его пошлют. Сам не раз посылал туда же многочисленных напарников, что сбегали от него спустя максимум месяц.

С одной стороны Торин не мог быть уверен в том, что сигнал правдив и дело стоит выделки. Но… у него был зуб на Азога. Этот скот отправил на тот свет его младшего брата, в лучших традициях мафии утопив в океане, предварительно залив его ноги цементом в ведре. Даже в гроб брата положили с остатками цемента на ногах. А потом, когда его дед-прокурор стал «копать», эта бледная сука подорвала его машину. Машину, в которой был дед и отец Торина.

Если есть хоть какая-то зацепка, что позволит выйти на Азога… он обязан ей воспользоваться. А это значит, надо обыскать склад. Огромный склад. Проверить тихо, проникнув незаконно. Если наркота найдется, то и все остальное будет правдой, и он сможет прищучить хвост Азогу. А может и взять оного. Вот только склад огромен, и единственное существо, которое может быстро обнаружить наркоту – был здесь. Служебный питомник, где зверье натаскивали на розыск наркоты, мин, трупов и прочей гадости. И на его радость у него был здесь свой человек, который может в обход всего «одолжить» ему четверолапую тварь.

Но Ганди был… личностью эксцентричной.

Это мягко говоря…

Предчувствуя неприятности, Торин нажал на кнопку звонка в воротах. Коробочка громкоговорителя на воротах рядом тут же отозвалась с шипением:

— Кого надо?

— Ганди, это я, Торин… — тут Торин на миг задумался и решил побыть вежливым, вспомнив о хорошем воспитании. – Доброе утро.

— Доброе? Что ты этим хочешь сказать? – проскрипела коробочка, до неузнаваемости исказив голос старого друга семьи… по совместительству ветеринара. – То, что это утро доброе, и ты познал всю его доброту или…

— Ганди, не грузи мне мозг! – не выдержал Торин издевательства. – Впусти меня и дай мне ту блохастую тварь, что обещал! И я свалю отсюда!

— Сразу? – уточнила коробочка.

Торин зарычал.

— Да! – рявкнул он.

— Что-то я тебе не верю… — усомнилась коробочка. – Заходи, так и быть!

И ворота – о, чудо! – открылись перед мужчиной.

Торин прошел по тропинке к главному зданию, в правом корпусе которого находился ветеринарный отсек. Ганди обнаружился за работой, в смотровой. На его руках обретались длинные резиновые перчатки, а перед ним на железном столе лежал пес, задом к нему. Ганди крепко держал песий хвост, подняв его верх, и с нехорошим прищуром примеривался… Торин осознал, что не хочет кое-что видеть прям щас и поспешно захлопнул дверь. Вовремя. Горестный визг бедного пса заставил Торина содрогнуться и преисполниться сочувствием к бедолаге. Подобный ужас он мог пожелать прочувствовать только Азогу. Многократно.

— Тихо, тихо! Молодец, мальчик! Еще чуть-чуть… есть! Нащупал!

Торин даже думать не хотел, что там нащупал Ганди!

— Вытаскиваю!

Содрогнувшись, мужчина сбежал из подразделения ада на улицу. Слава скандинавским богам предков, в кармане обреталась пачка сигарет. Самое то, чтобы отвлечься и взять себя в руки. Торин успел скурить две палочки, когда худощавая старческая ладонь буквально выдернула бычок из его рта и бросила на землю, где оный растоптала нога в коричневом ботинке.

— Как дитё малое! Кто курит рядом со зверьем?! – праведно возмутился возникший рядом сухой старик.

— Привет, Ганди, — обреченно поприветствовал его Торин.

— Только не говори про доброе утро! – предупредил его старик, сверкнув взором. – Я его уже оценил! Та лохматая скотина вечно проглатывает…

— Я не хочу знать! – взмолился Торин. – Я не затем сюда приехал! Ты обещал мне дать зверя, способного на раз найти наркоту! Вот и дай, и я исчезну отсюда! Клянусь всеми богами Асгарда!

Ганди хмыкнул.

— Ну, пошли… будет тебе зверь. Но сначала тебе придется кое-что одеть. Для безопасности.

— Что значит, для безопасности? – насторожился Торин.

Что за зверюгу ему хотят всучить?

Через пять минут Торин недоуменно смотрел на шлем, какие надевают американские футболисты. Кроме него в руках Ганди обретался стеганный фартук и перчатки.

— Это… зачем? – подозрительно спросил он.

— Если хочешь получить пару шрамов на лицо и перестать покупать презервативы… можешь не надевать, — щедро предложил Ганди, усмехаясь.

— Ты шутишь, — уверился Торин. – Нет, спасибо, я лучше так.

Ганди пожал плечами и сам надел шлем.

— Как хочешь, — сказал он. – Пошли.

И они пошли.

Питомник был… большим. Торин оценил добротные клетки и мощных псов за их решетками, недружелюбно провожающих мужчин лаем и оскалом острых клыков. Звери… и вот ЭТО ему нужно?

Да, определенно.

Они прошли по длинному коридору между клетками, свернули во второй ряд справа и остановились у решетчатой клети с табличкой.

— К – 9: мистер Бэггинс, – прочел Торин. И подняв бровь вверх, ехидно повторил: – Мистер?

— На твоем месте я настоятельно советую именовать это существо исключительно полностью, – предупредил Ганди. – Более мстительного животного я в жизни не видел. Впрочем, и более умного тоже. За пять последних лет он сработался только с одним человеком и накрыл с ним более ста точек с наркотой… на сотый раз его напарника приласкали дюжиной пуль и бедолага оказался здесь. Печальная история, что сказать… будь с ним помягче, у него психологическая травма.

— Я сама доброта, – хмыкнул Торин.

Он же шутит, да? Психологическая травма…

Ганди вздохнул и вытащил из кармана серого халата упаковку кошачьего корма.

— Мистер Бэ-э-ггинс, – пропел старик, открыв клетку и осторожно входя внутрь. – Я принес «Виски-ис»!

— Мау? – вопросительно отозвались ему… и у Торина отвисла челюсть.

Над спинкой старого кресла, по нелепости обретавшегося в клетке, появилась рыжая кошачья морда.

— Что за… – пробормотал мужчина.

Ганди поспешно надорвал пакетик и выдавил корм в железную миску у ног. Утробно взвыв, кот пулей метнулся к миске и утробно ворча, вгрызся в еду. Торин скис, наблюдая за этим зрелищем. И вот это тот легендарный зверь, обнаруживший сотню точек?! Кот, от которого стоило надевать шлем и прочее?!

Ганди…

— Заходи, — прошипел ему Ганди, делая знак рукой. – Пока он занят едой, он не опасен… да и «виски» на него действует умиротворяюще. Та еще наркота, кстати… вот за что сажать надо!

Хмыкнув, Торин без страха и трепета вошел уверенными шагами в вольер. Скептиз из него так и лился, нагнетая атмосферу. Кот слизнул последнюю каплю «виски» и поднял на него взгляд изумрудных глаз. Обычный рыжий кошак… не самый крупный, кстати.

— Ну что… кися... – стоило слететь столь уничтожительным словам с губ Торина, что с дуру наклонился к коту, как тот страшно ощерился и зашипел…

Торин молниеносно отшатнулся и в мгновение оказался по ту сторону решетки вольера. Вовремя. По ту сторону бесновался котяра, утробно воя и прожигая мужчину злобным диким взглядом.

— А он не бешеный? – нервно спросил Торин, самый храбрый коп полицейского участка Лос-Анжелеса.

Ганди, прилипший к стене вальера позади кота, нервно ответил:

— Нет. И дверь открой, идиот! Я же предупреждал! Уважительно надо, уважительно! Извиняйся, живо!

Что?

Чувствуя себя ужасно глупо, Торин кашлянул, прочищая горло, и выговорил:

— Прошу прощения, мистер Бэггинс.

Стоило прозвучать волшебным словам и кот перестал бесноваться. Он спокойно сел у решетки, обвил лапки пушистым хвостом и, склонив ушастую головенку на бок, мурлыкнул:

— Мау?

Часть 2: Полицейский и кот

—… это опытный образец под номером 9. Ганди говорит, что ученые и зоопсихологи пытались вывести особую породу кошек, которые были бы так же способны к обучению, как и собаки. Собаки служебных пород слишком подозрительны, а на кошек никто не обращает внимания. Наркодиллер не станет менять точку, если рядом пройдет человек с кошкой. А нюх у кошек ничуть не хуже и при этом они ловчее. Могут забраться куда угодно. В общем, это то, что мне нужно, – заключил Торин, с удовольствием допивая свой кофе.

Его лучший друг (настолько, насколько с его характером это возможно) с кислым видом глушил рядом кислый йогурт, облокотившись тылом на капот своей «крошки».

— У тебя унылый вид, – снизошел заметить очевидное Торин. – Проблемы?

— Мама приехала… – тоскливо вздохнул друг, будто это было что-то ужасное.

— Я помню твою мать, – кивнул Торин. – Хорошая женщина… и хорошо готовит.

— Да… она приехала и стала готовить… будто я с голоду умирал. Блинчики, тефтели со спагетти под соусом… пастуший пирог… яичница с беконом, стейк, хлопья с молоком… и что-то еще, не помню, – с тоскливым выражением лица перечислил Фундин.

— … если бы меня кто так кормил утром, днем и вечером, – по хорошему «позавидовал» Торин, качнув головой.

Двалин непередаваемо посмотрел на него.

— Это все было на завтрак.

— Оу, – заценил Оукеншильд.

Это было серьезно.

В этот миг с сиденья машины послышалось раздраженное шипение и мужчины оглянулись. Сквозь прутья пластмассовой переноски тянулась лохматая лапа с выпущенными когтями. Лапа бессильно загребала воздух в сантиметре от бумажного пакета.

— Что там у тебя? – спросил Торин.

— Это еда. Я же «ничего почти не съел», – едко ответил друг, явно процитировав свою мать.

Под заинтригованными взглядами двух полицейских, лапа дотянулась кончиком когтя до пакета и… пакет пал к решетке переноски. Победное «мау-у!!» огласило воздух и уже две лапы, протянувшись сквозь прутья, радостно обхватили пузатый кекс с белой глазурью и подтянули его к решетке. И… ехидные ухмылки расцвели на лицах двух товарищей. Решетка переноски была достаточна, чтобы просунуть в ее просветы лапы, но кекс через них пролазить отказывался напрочь. Все что мог кот, это утробно жаловаться миру, тяня на одной ноте «оу-у-уу!» и пытаться облизать кекс несмотря на решетку.

Веселье мужчин прервала ожившая рация в машине Двалина.

— Фундин, прием! По Прайвет Драйв 15 попытка суицида!

Двалин застонал:

— Опять этот малахольный!

Торин заинтригованно поднял бровь, а Двалин раздраженно снял рацию.

— Прием, вызов принял!

— Фундин, шевели ластами. Там уже «шакалы» кружат! – предупредили по рации.

— Едешь? – спросил Фундин, но Торин покачал головой, подхватывая переноску.

— Нет, спасибо что подбросил, — сказал он, вытаскивая из машины кошачью переноску. Кот внутри разочарованно и шумно вздохнул. Кекс был не до облизан. — У меня отпуск.

— Везет же, — вздохнул Двалин и с места стартанул вдаль.

Служебка Двалина вильнула хвостом и исчезла за поворотом улицы, а Оукеншильд неспешно побрел к своему дому.

Он жил в не ахти каком домишке. Бывает и лучше. Сестра его отказывалась признавать его обиталище хоть сколько-нибудь приемлемым для жилья. Кухня, совмещенная с гостиной и… одновременно спальней. Ванная и санузел были единственными «комнатами», обособленными от прочего пространства. Ах, да… еще коридор мог этим же похвастаться. Зато на заднем дворе дома росли две пальмы, являвшиеся идеальными опорами для гамака.

Идеальное жилье для конченного холостяка.

Зайдя в дом, Торин без почтения вытряхнул из переноски кота, с приглушенным «вяк» приземлившегося попой на пол.

— Добро пожаловать, мистер Бэггинс, – «радушно» приветствовал кота Оукеншильд. – Это мой дом и если вы его загадите, я вас убью.

Кот мрачно посмотрел на мужчину, возмущенно фыркнул и с гордым видом, отвернувшись, пошел исследовать территорию.

— Ню-ню, – сказал Торин и пошел включать телевизор.

По рации сказали, что на той улице, куда рванул Двал были «шакалы». Это значило только одно – телевизионщики настолько затосковали, что были готовы снимать что угодно. На третьем канале он обнаружил искомое.

На острой крыше трехэтажного дома балансировал смутно знакомый рыжий парень, а из окна мансарды торчала лысина Двалина, ярко блестевшая на солнце. Журнашлюшка в прямой эфире что-то вещала, но Торин ее не слушал, наблюдая как боявшийся высоты друг карабкается по черепице вверх.

«Не подходи!» — вопил рыжий парень, психуя на остром изломе крыши. – «Не смей! Я прыгну!! С меня хватит!»

И тут камера телевизионщиков выхватила из толпы у дома знакомое лицо… Торин быстро увеличил звук.

«Молодой человек» — возвестила пожилая дама. – «Я тоже мама и у меня есть сын! Двалин, помаши людям ручкой!»

Двалин на крыше сделал попытку упасть с крыши.

«Мама!!» — прогремел вопль души несчастного Фундина на весь Лос-Анжелес.

Торин злорадно заухмылялся.

«Да, это мой сын!» — продолжила не смотря на этот вопль благородная дама. – «Он очень добрый мальчик, очень отзывчивый и он не женат, девочки! И он любит мои блинчики! Когда умер его отец, он и его брат – это все что у меня осталось. Он мой младшенький…»

«МАМА, НЕТ!!»

«… в детстве он был милым мальчиком, с розовыми щечками… у меня есть его фотографии с собой!»

С крыши дома послышался вой. Рыжий парень заткнулся, и даже с крыши было видно, как округлились его глаза. А между тем дама на экране демонстрировала всем желающим в толпе, какие щечки были у Двалина в детстве и каким милым карапузом он был, сидя на горшке…

Проржавшись, Торин выключил телевизор.

Теперь по крайней мере он знал, почему старший брат Двалина уехал миссионером в Африку… маму боялся.

После долгого дня хотелось есть и Торин решил озаботиться о хлебе насущном. В холодильнике было не густо… на верхней полке что-то зеленело и кажется даже дышало… Торин не был уверен, чем это было ранее. Но прикасаться к этому… э-э-э… нечто, не хотелось от слова «совсем». В морозильной камере обнаружился шматок стейка с макаронами.

— «Разморозить и разогреть в микроволновке 5 минут на максимальной мощности…» — пожав плечами, Торин бросил каменный вымороженный кусок мяса в раковину, обмыл под горячей струей воды и «размороженный» кусок мяса на тарелке с макаронами отправился в микроволновку.

Через пять минут по дому поплыл аромат жареного мяса. В животе Торина забурлило и он с радостью достал из микроволновки мясо. Отломав себе от батона кусок хлеба, он уложил его рядом с тарелкой.

Так, где кетчуп?

— Мау!!! – возопили снизу, и Торин чуть не грохнулся на пол, споткнувшись о рыжую заразу.

— Пошел к черту! – в сердцах ругнулся мужчина, отшвырнув кота от себя.

— Мя! – обиженно мявкнул кот и зло сверкнул глазами.

— Ты сегодня ел, а я нет! – отрезал Торин, доставая из холодильника еще банку пива, вместе с неизменным кетчупом.