Читаем Изобилие онлайн бесплатно

В процессе написания этой книги моя жена Кристен родила наших двух сыновей, Джеймса Диамандиса и Дэкстона Гарри Диамандиса. Именно ей, а также им, я и посвящаю эту книгу. Пусть Дэкс и Джет живут в мире истинного изобилия.

Когда я был совсем юным, пятеро мужчин научили меня тому, как важно дерзко мечтать: это были Дэниел Камионковский, Джошуа Лобер, Стив Пепперкорн, Говард Шэк и Майкл Вартон. Когда я стал постарше, три женщины научили меня, как усердно нужно бороться за то, чтобы эти мечты превратились в реальность: моя жена Джой Николсон, доктор Кэтлин Рэмси и доктор Патриция Райт. Всем вам я посвящаю эту книгу.

Мы живем в бурные времена. Стоит мельком взглянуть на заголовки, как уже начинаешь нервничать, а учитывая, насколько интенсивно бесконечный медиапоток в последнее время пронизывает нашу жизнь, не смотреть на заголовки очень сложно. Хуже того: эволюция сформировала человеческий мозг таким образом, что он тонко настроен улавливать любую потенциальную опасность. Как будет показано в дальнейших главах, эта неприятная комбинация оказала огромное влияние на человеческое восприятие: она буквально перекрывает нам способность видеть хорошие новости.

И это создает для нас, авторов, некоторую проблему, ведь книга «Изобилие» – это история о хороших новостях. В основе своей книга анализирует ясные факты из области науки и технологий, социальные тенденции и экономические силы, которые с большой скоростью меняют наш мир. Но мы не настолько наивны, чтобы думать, что на этом пути нам не встретится никаких ухабов. Некоторые из них окажутся весьма серьезными: экономические кризисы, природные – катастрофы, террористические атаки. В эти моменты концепция изобилия будет казаться чрезвычайно умозрительной, чуждой, даже бессмысленной, однако быстрый обзор истории показывает нам, что прогресс неостановим как в счастливые, так и в тяжелые времена. XX век, например, был эпохой и невероятных достижений, и чудовищных трагедий. Пандемия гриппа 1918 года убила пятьдесят миллионов человек, Вторая мировая война унесла жизни еще шестидесяти. Не обошли прошедшее столетие цунами, ураганы, землетрясения, пожары, наводнения и даже нашествия саранчи. И все же, несмотря на эти потрясения, детская смертность за этот период снизилась на 90 %, а смертность при родах – на 99 %; в общем же и целом продолжительность человеческой жизни увеличилась более чем на 100 %.

В последние два десятилетия Соединенные Штаты также испытали огромные экономические потрясения. И тем не менее сегодня даже беднейшие американцы имеют доступ к телефону, телевизору и туалету со смывным устройством – даже самые богатые наши предки на заре XX столетия не могли помыслить о подобной роскоши. На самом деле, как вскоре станет понятно, практически по любому критерию качество жизни улучшилось за прошлый век больше, чем когда-либо раньше. Поэтому, хотя нас, скорее всего, ждет еще много грубых помех и серьезных неприятностей, глобальные стандарты качества жизни, как продемонстрирует эта книга, продолжат повышаться, несмотря на все ужасы, которыми пестрят заголовки.

Книга посвящена повышению глобальных стандартов качества жизни, а эти стандарты прежде всего нуждаются в улучшении в развивающихся странах. И тут возникает второй вопрос. Почему это должно волновать тех из нас, кто живет в мире, который уже развился? В конце концов, есть ведь много важных проблем и у нас дома: в США растет уровень безработицы, все больше людей лишается недвижимости из-за невозможности оплачивать ипотеку, – так что, если оставить в стороне гуманистические соображения, стоит ли нам впустую тратить наши время и усилия на продвижение к эпохе всемирного изобилия?

Короткий ответ на это: да. Дни самоизоляции остались позади. В сегодняшнем мире все, что происходит «где-то там», отдается «здесь». Пандемии не уважают границ, террористические организации действуют по всему миру, а перенаселение представляет собой общую проблему человечества. Как лучше всего решить их? Поднять глобальные стандарты качества жизни. Исследования показывают, что чем богаче, образованнее и здоровее нация, тем меньше в данной популяции наблюдается насилия и гражданских волнений и тем меньше вероятность, что нестабильность извне проникнет сквозь ее границы. Стабильные государства лучше подготовлены к тому, чтобы остановить распространение инфекционного заболевания, прежде чем оно превратится в глобальную пандемию. И в довершение всего имеется прямая корреляция между качеством жизни и уровнем прироста населения: чем выше качество жизни, тем ниже рост. Суть всего вышесказанного в следующем: в сегодняшнем мире, где все взаимосвязано, решение проблем в любом регионе означает решение проблем повсеместно. Более того, самый действенный инструмент этого решения – человеческое сознание. Информационная и коммуникационная революции стремительно распространяются по планете. В течение следующих восьми лет еще три миллиарда людей окажутся в интернете, станут участниками глобального обмена идеями и внесут вклад в глобальную экономику. Их идеи – идеи, к которым у нас, всех остальных, раньше не было доступа, – приведут к новым открытиям, продуктам и изобретениям, от которых получим пользу мы все.

Питер и Стивен впервые познакомились в 2000 году, когда Стивен написал статью, посвященную фонду X PRIZE для журнала GQ. Питеру понравился авторский стиль Стивена, и он предложил совместно написать книгу, посвященную концепции изобилия. Питер пришел к этой концепции благодаря созданию фонда X PRIZE и Университета сингулярности, а также работе над инновационными и экспоненциальными технологиями. Стивен во многом разделял идеи Питера, а также привнес в книгу свой уникальный взгляд на нейронауки, психологию, технологию, образование, энергию и окружающую среду. Эта книга – плод истинного партнерства, поскольку и идеи, и написание «Изобилия» – заслуга в равной степени как Питера, так и Стивена.

Гай Плиний Секунд, более известный как Плиний Старший[1], родился в Италии в 23 году нашей эры. Это был полководец и адмирал эпохи ранней Римской империи, позже ставший писателем, натуралистом и философом. Его самый известный труд – «Естественная история», энциклопедия в тридцати семи томах, описывающая… в общем-то, все, что можно было описать. Одна из книг этой энциклопедии посвящена космологии, другая – сельскому хозяйству, третья – магии, четыре тома занимает всемирная география, девять – флора и фауна и еще десять – медицина. В одном из последних томов под названием «Земля» (книга XXXV) Плиний рассказывает историю ювелира, который принес ко двору императора Тиберия необычную обеденную тарелку.

Тарелка в самом деле производила впечатление: она была сделана из некоего нового металла, очень легкого, сияющего и почти столь же блестящего, как серебро. Ювелир утверждал, что извлек этот металл из обычной глины, используя тайный способ, известный только ему и богам. Однако Тиберий встревожился: будучи одним из величайших военачальников Рима, он завоевал б'oльшую часть территории, составляющей современную Европу, и в процессе этого сколотил целое состояние в золоте и серебре. Император хорошо разбирался в финансах и понимал, что ценность его сокровищ может значительно снизиться, если людям внезапно станет доступен новый сияющий металл, еще более редкий, чем золото. «Поэтому, – утверждает Плиний, – вместо того чтобы наградить ювелира, император приказал его обезглавить».

Этот новый сияющий металл был алюминием[2], и после казни несчастного ювелира он исчез для мира почти на два тысячелетия. Снова алюминий был получен лишь в начале XIX века, но все еще был настолько редким, что его считали самым ценным металлом в мире. Когда Наполеон III устроил банкет в честь короля Сиама, алюминиевые столовые приборы достались только самым важным гостям – остальным пришлось довольствоваться жалким золотом.

Редкость алюминия объясняется его химическими свойствами. Технически говоря, после кислорода и кремния это третий по распространенности элемент в земной коре (до 8,14 % ее массы). Сегодня алюминий дешев и зауряден, мы пользуемся им не задумываясь, однако, как видим на примере придворного банкета Наполеона III, так было не всегда. Из-за высокой окисляемости алюминий никогда не встречается в чистом виде. Вместо этого его находят в виде оксидов и силикатов в похожем на глину материале, который называется боксит.

Хотя боксит представляет собой 52-процентный алюминий, выделение из него чистого металла было сложной задачей. В период с 1825 по 1845 год Ганс Христиан Эрстед и Фредерик Вёлер обнаружили, что, если разогреть безводный хлорид алюминия с амальгамой калия, а затем отогнать ртуть, в остатке получится чистый алюминий. В 1854 году Анри Сент-Клэр Девиль придумал промышленный способ получения этого металла, снизив цену на него на 90 %. Однако алюминий все равно был дорогим и дефицитным. Все изменилось лишь с появлением новой революционной технологии под названием электролиз (ее независимо и почти одновременно изобрели американский химик Чарльз Мартин Холл и француз Поль Эру в 1886 году). Этот процесс Холла-Эру, как его теперь называют, использует электричество, чтобы высвободить металлический алюминий из боксита. Неожиданно все люди на планете получили доступ к огромным количествам дешевого, легкого, удобного в обработке металла.

За исключением казни ювелира, ничего необычного в этой истории нет. История переполнена случаями, когда некогда редкий ресурс становился повсеместно доступным благодаря той или иной инновации. Причина тут весьма очевидна: дефицит ситуативен. Представьте себе огромное апельсиновое дерево, усыпанное плодами. Если я соберу все апельсины с нижних веток, остальные фрукты окажутся вне пределов моего доступа. С моей ограниченной перспективы апельсинов теперь не хватает. Но как только кто-нибудь изобретет приспособление под названием стремянка, я неожиданно вновь получу доступ к фруктам. Проблема решена. Технологии – это механизм, высвобождающий ресурсы. Они могут превратить нехватку в изобилие.

Чтобы немного расширить эту тему, давайте взглянем на проект города Масдар[3], который в данный момент строит компания Abu Dhabi Future Energy. Расположенный на окраине Абу-Даби, за нефтеперерабатывающим заводом и аэропортом, Масдар вскоре будет насчитывать 50 000 жителей, и еще 40 000 будут приезжать сюда на работу, причем в процессе этой работы не будет возникать ни отходов, ни продуктов сгорания. В Масдаре не будет автомобилей и не будут потребляться ископаемые виды топлива. Эмират Абу-Даби – четвертый производитель нефти в мире среди членов OPEC, на его территории находится 10 % всех разведанных нефтяных месторождений. Журнал Fortune однажды назвал его столицу богатейшим городом в мире. Интересно, что нефтяная столица готова потратить 20 млрд долларов из своего богатства на постройку первого постбензинового города на Земле.

В феврале 2009 года я отправился в Абу-Даби, чтобы выяснить, насколько это в самом деле интересно. Вскоре после прилета я вышел из отеля, запрыгнул в такси и поехал на стройплощадку Масдара. Это было похоже на путешествие назад во времени. Я стоял у Emirates Palace – одного из самых дорогих отелей в мире и одного из немногих мест, что я знаю, где кто-нибудь (чей бюджет значительно отличается от моего) может снять роскошный, сплошь покрытый золотом номер за 11 500 долларов за ночь. До открытия месторождений нефти в 1960 году в Абу-Даби жили в основном лишь кочевники-скотоводы и ныряльщики за жемчугом. Когда мое такси проехало мимо рекламного щита «Добро пожаловать в будущий Масдар», я вдруг увидел свидетельства этого прошлого. Я ожидал, что первый постбензиновый город будет похож на декорации к сериалу «Звездный путь», но вместо этого обнаружил лишь несколько строительных вагончиков, приютившихся на клочке бесплодной пустыни.

Во время моего визита мне удалось встретиться с Джеем Уизерспуном, техническим директором проекта. Уизерспун объяснил, с какими сложностями сталкиваются строители и в чем причины этих сложностей. Масдар, по его словам, строится на основе концепции «Одна живая планета»[4] (One Planet Living, OPL). Чтобы понять эту концепцию, объяснил Уизерспун, нужно первым делом усвоить три факта. Факт первый: в данный момент человечество использует на 30 % больше природных ресурсов нашей планеты, чем может возместить. Факт второй: если бы каждый человек на этой планете вел образ жизни среднестатистического европейца, нам понадобились бы ресурсы трех таких планет, как наша, чтобы это осуществить. Факт третий: если бы каждый на этой планете вел образ жизни среднестатистического жителя Северной Америки, нам понадобились бы ресурсы пяти таких планет, как наша, чтобы это осуществить. Таким образом, OPL представляет собой всемирную инициативу, цель которой – решить проблему ограниченности ресурсов.