Читаем Измена. Развод. Смерть онлайн бесплатно

Я сижу в кабинете мужа на полу возле его письменного стола и ничего не понимаю. Случайно полезла по ящикам — нужно было два чистых файла для упаковки договоров. Шарила по ящикам и натолкнулась на один из них, закрытый на ключ. Все дело в том, что мы с мужем никогда ничего друг от друга не прячем. Я даже предположить не могла, что у моего мужа появятся от меня тайны. Хотя замок на том ящике такой простенький, что можно было открыть любой отверткой. Что я и сделала.

Не знаю почему. Даже не предполагала, что полезу. Просто вдруг накрыло такое неприятное чувство, будто в этой жизни я что-то не вижу, чего-то тайного, что происходит прямо на моих глазах, но у меня шоры.

В закрытом ящике лежала папка. Такая толстая черная папка, на ней не было подписей или указателей, что в ней содержится. Никогда не была любопытна, но тут открыла. С титульного листа одного из документов на меня смотрела надпись «Тест на отцовство по ДНК», а дальше вниз уходили колонки цифр и непонятных символов. Вверху титульного листа было название организации, проводившей тест «ООО Генетическая экспертиза». А дальше шли ещё файлы с экспертизами, и копии свидетельств о рождении.

Это значило только одно, что мой муж не бросил мысль заиметь детей и регулярно ходит налево.

Мы с мужем не можем иметь детей.

Сначала, в молодые годы, предохранялись, детей не хотелось, самим бы выжить. Потом все не получалось, почти пять лет. И только после пяти лет нас послали на обследование. Выяснили, что у нас с мужем несовместимость на генетическом уровне, выработка антиспермальных антител. То есть от другого мужчины я могу родить, а от него нет. Да и мужу провели анализ спермограммы, у него астеноспермия, его сперматозоиды малоподвижны. Нам даже в программе ЭКО отказали, сказав, что для нашего случая — это невозможно.

Сначала я рыдала, бегала по другим клиникам, искала светоча науки, который бы нам смог помочь, даже ездила заграницу консультироваться, но все разводили руками. А один светоч даже намекнул, чтобы я сходила «налево». Я тогда ему чуть морду не расцарапала. Мой муж для меня единственный мужчина на свете.

Когда в последнем месте мне отказали, я впала в депрессию. Мне долго пришлось лечиться, ходить к психологам. И мой муж больше о детях не заикался.

Он всегда говорил мне: Нам и вдвоём хорошо.

Значит не хорошо!

И эта папка прямое доказательство того, что он мне изменяет, пытаясь заделать ребенка на стороне!

Что теперь? Развод?

А как же двадцать лет брака? Собственный бизнес?

Я сидела на полу опустошённая, не зная, что делать дальше, прокручивая в голове нашу совместную жизнь. И не могла вспомнить, когда все так круто изменилось. И что делать дальше?

А дальше суд и развод…

Или нет?

Мне через полгода должно исполниться сорок. Цифра для меня ужасная. И не потому, что эта цифра сорок, а потому, что ничего не достигла я в этой жизни к своим сорока годам. Когда ты подходишь к очередному рубежу, ты анализируешь свою жизнь. А мне даже нечего оценить. У меня нет работы, отсюда нет и карьерных устремлений, у нет детей, семья со Стасом еще то испытание, меня нет ничего.

Я живу в «золотой клетке».

Да, сейчас многие женщины бы начали возмущаться, а что тут такого. Потому что они так не жили. Это со стороны, кажется здорово, а внутри этого пространства ты замкнута на потребности своего мужа и дома.

Хотя начиналось все хорошо.

Мы с мужем окончили университеты. Он по специальности «управление и право», я училась в медицинском по специальности «фармация». Поженились ещё будучи студентами, хоть родители и были против столь ранней женитьбы. Нам было всего-то по девятнадцать. Но мы настояли на своем. Пришлось очень трудно, подрабатывали, чтобы снимать комнату. Родители немного помогали, но обеспечивать нас полностью не спешили, думали, что наш брак быстро развалится. Но мы выстояли. Муж подрабатывал по вечерам сисадмином, а я ночным дежурантом в круглосуточной аптеке.

Выстояли. Хоть валились с ног от усталости. Именно тогда мой муж сказал мне: Встанем на ноги, ты больше никогда работать не будешь.

Так все и получилось. Через пять лет после окончания института у него бизнес пошел в гору, и он сделал из меня домашнюю клушу.

Мой муж Стасик уже с двадцати лет начал вкладываться в развитие своего бизнеса. Сначала он ремонтировал компы, потом открыл магазин по продаже техники, потом стал завозить запчасти к компам. Сейчас у него есть все. У него открыто два десятка магазинов, столько же, а может и больше, специализированных центров по ремонту, и свой сайт по продаже оборудования. А с некоторых пор он еще и участвует в тендерах на поставку оборудования в госучреждения. Поэтому с деньгами у нас все хорошо.

После института я поработала в аптеке три года. Потом уволилась и больше про работу не заикалась, ведь домашние дела работой не назовешь. Я профессиональная домашняя клуша. Многие женщины мне в ответ скажут, что можно заниматься собой: массаж, СПА, бассейн, косметологические клиники, наконец, спортзал. Но мой муж терпеть не мог, когда его вещи трогали чужие люди. Поэтому я отвечала за стирку и глажку. И постель перестилать должна была только я. А еще готовить ему завтрак, потому что обедал и ужинал он в ресторане, и очень редко дома. Конечно, у меня были два помощника по хозяйству. Но основную работу всю делала я.

В те часы, которые оставались у меня свободными, я ходила в бассейн, иногда косметический кабинет, и раз в месяц в парикмахерскую.

Наш огромный дом фактически построила я. Муж нанял архитектора, дизайнера и строителей и устранился, сгрузив на меня все проблемы. А я командовала всеми, проверяла работу, дорабатывала дизайн проект. И пока шла два года стройка, я успевала совмещать домашнюю работу и руководила постройкой нашего дома. Пришлось вникать в разные нюансы и тонкости строительного дела.

Никогда не понимала, зачем нам двоим такой огромный дом. Ведь использовали мы в нем только одну спальню, гостиную и кухню. Иногда, правда, мой муж работал в кабинете, но очень редко. Но остальные — дцать квадратов просто пустовали. Конечно, там был проведен ремонт, организованы гостевые спальни, кинозал и библиотека, но туда лишь заходила прислуга, что прибирала и наводила марафет. Гости у нас останавливались редко. Родных у нас не осталось. И его и мои родители умерли, ни братьев, ни сестер. И по большому счету такой громадный дом нам не нужен.

Мои подруги восхищаются моим мужем.

Он не красавец. Нет. Как в дамских романах пишут: кубики пресса, брутальная щетина, накаченный, фигуристый. Этот идеал далек от моего Стаса. Он светловолосый, голубоглазый, у него обычное, круглое лицо, симпатичный, но не смазливый, этого у него не отнять, красивая, мужская фигура. Правда, к сорока годам начал чуть лысеть, да и за животиком перестал следить. Не то чтобы у него был живот, но так, выпуклость появилась. Иногда он тоже ходит со мной в бассейн, да в тренажерный зал раз или два в неделю. Он не фанат залов брутальных мужчин, не будет до седьмого пота тягать железо и хвастаться перед мужиками весом штанги, которую толкнул. Легкий фитнесс только для поддержания фигуры.

Меня любит и уважает, а в последнее время, больше уважает.

Но никаких поползновений у Стаса на сторону я не замечала.

Дамочки в его сторону смотрят. На что мне не единожды намекали мои подруги. Некоторые из его сотрудниц даже пытались прыгнуть к нему в койку, но были уволены тут же. Мой муж не любит женщин, которые навязываются сами. А мне Стас постоянно повторяет: Разлучить нас может только смерть.

Я всегда боялась, когда он так говорил, было в этих словах что-то такое…пророческое и страшное.

Да и некогда ему фигней страдать. У него тендеры, поставки, клиенты, поставщики. Он часто бывает в разъездах. А когда возвращается, мы проводим время вместе. Всегда! Вдвоем!

У нас семья и любовь!

Хотя о чем это я? Прошло двадцать лет, нет уже той пылкой страсти, нет того трепетного чувства. Даже секс у нас стал обыденным и по расписанию. Просто Стасу по-другому и не надо. Я пыталась изменить хоть что-нибудь, влить огонь в наши затухающие отношения, добавить романтики, но натолкнулась на его не понимание.

Теперь мы с ним больше друзья, партнеры по бизнесу, чем любовники.

А меня есть две подруги: Натуся и Веруся. Мы дружим с института, вместе учились, но на разных факультетах.

Натуся заканчивала факультет «управление в сфере здравоохранения», и после окончания медицинской Академии «работает» у нас в Министерстве Здравоохранения области. Ну как работает? Делает вид. Ведь ее любимый мужчина там занимает очень высокий пост. Она у нас профессионально разводит мужиков на деньги. Содержанка. Натусь — красавица, каких мало: высокая, стройная, большая грудь, длинные ноги, длинные черные волосы, лицом и кожей модель. Она даже до тридцати лет снималась в разных каталогах и рекламах. Мужики слюной вокруг все закапали. Но она выбирает только избранных, с толстым кошельком, поэтому быстро захомутала какого-то крутого чувака у себя в управлении и его доит. Тот женат, но кто ж откажется от такой шикарной любовницы.

Мы с Веркой ее не осуждаем, у нее мать такая, вот и вырастила дочь *лядью. Мать Натуси прожила так жизнь. Потом нашла себе русского мужика в Англии, вышла за него замуж и уехала к нему. Сейчас живет в Лондоне.

Вера окончила факультет «акушерства и гинекологии», с первых дней работала в простой, отечественной консультации, она мой лечащий врач. Но к сорока годам Вера уже защитила диссертацию, получила к.м.н., и теперь принимает в крутых частных клиниках и работает в перинатальном центре. К ней в очередь на роды не возможно записываются.

Так уж получилось, что из всей нашей троицы только у меня нет детей. Натуся родила от какого-то богатого мужика сына, с пеленок его воспитывает ее мать, сейчас сыну десять и он учится в Англии.

Верка вышла замуж за хирурга Володьку с нашего потока. У них два сына. Старший через год будет поступать, тоже выбрал медицинский.

И только у меня с мужем нет детей.

Я уже внутренне с этим согласилась. Хотя тринадцать лет назад, когда мы выяснили, что не сможем иметь детей, мы стояли перед возможностью развода. Ведь с другими партерами у нас бы все получилось. По крайне мере у меня. Но Стас меня не отпустил.

В тот момент мы были еще очень близки, наши чувства еще горели, и нам обоим было больно.

Вот тогда он и сказал, что так любит меня, что не сможет без меня жить. И ему важнее я, чем наличие детей.

Что изменилось за это время? Почему он меня предал?

А все началось с того, что Стас поехал в очередную командировку. Его фирма опять выиграла тендер, и он уехал подписывать документы.

Именно в этот дурацкий день мне вдруг понадобились пустые файлы. В кабинете мужа всегда были канцтовары. По ящикам огромного стола были разложены пачки бумаги для принтера, записные книжки, ручки, кнопки, скрепки, степлеры и много прочей ерунды. Это могло лежать годами, так и не быть востребованным, но муж всегда требовал, чтобы дома было все.

И вот мне понадобились два файла вкладыша, надо было упаковать и разместить в папках два договора на страхование моей новой машины (Стас купил мне очередной внедорожник) и копию документов на машину.

И я полезла в его стол. Каково же было мое удивление, когда я натолкнулась на запертый ящик. А все дело в том, что у нас не было тайн друг от друга. Мы знали пароли от ноутбуков и телефонов друг друга, мы не заводили аккаунты в соцсетях, чтобы не выставлять свою жизнь на показ. Между нами не было секретов. Я всегда знала, где мой муж находится в данный момент, он всегда брал телефон, когда я звонила. Он не прятал от меня переписки, ведь они были по работе. Не уходил в туалет, чтобы с кем-то поговорить. У нас не было тайн.

И вдруг ящик, который заперт от меня на ключ. Может быть, я и не стала смотреть содержимое той папки, если она бы лежала в свободном доступе, мало ли какие документы хранит мой муж. Но эта оказалась спрятана.

И тайны жизни моего мужа были извлечены на свет божий.

Я сидела на полу в кабинете, и по моим щекам текли слезы. Он мне соврал. Он соврал, что дети для него не важны, что любит меня и согласен прожить остаток дней без детей. Он соврал, навсегда изменив мне жизнь. Мне сорок скоро, а у меня нет детей. Тогда тринадцать лет назад я могла бы просто уйти. Каждый бы из нас построил свою жизнь с другим человеком и родил бы детей в другом браке, с другим партнером. У нас у обоих был шанс.

А что теперь? Теперь получается, он хочет детей, но без моего на то участия.

От каких-то левых баб!?

Я в ярости! Вся моя жизнь летит под откос!

Ну, Стас, только вернись домой, я тебе последние волосенки выщеплю во всех местах!

Единственные люди, кого я в таком состоянии рада видеть, — это мои подруги. Стоит мне их позвать к себе, как уже вечером в наш коттеджный поселок въезжают два авто: красненький ауди Натуси и синий минивен Веры.

Мои подруги верны себе. Натуся приезжает с литром шампанского, суши и овощами на гриле, заботливо упакованные в контейнеры из фольги. Верка везет Мартини, колбаску и рыбку на закуску, а еще оливки. Где только она покупает такие вкусные и большие оливки, для нас до сих пор секрет. Я достаю сыр и закуски. У меня чудесная кухарка — тетя Даша. Она делает вкуснейшие салаты и печет обворожительные, тонкие коржи, из которых сооружает вкуснейшие пирожные.

И вот мы уже в сборе. Натка накрывает стол на веранде, а я расставляю свечи и светильники. Девчонки всегда приезжают поздно вечером, ведь у каждой куча хлопот. Кто-то удовлетворяет очередного пупсика, а кому-то надо наготовить кастрюлю борща на трех мужчин.

Только мне ничего не надо. Может поэтому у меня так рвет «крышечку у чайника».

Пока накрываем на стол, я вкратце рассказываю девчонкам о своей находке под их охи и ахи. Те костерят моего муженька самыми жуткими ругательствами. И козел то он винторогий, и осел то он парнокопытный (хотя это животное точно относится непарнокопытным), и баран то он безрогий. Список эпитетов практически бесконечный, особенно старалась Натуся. Уж прозвища для моего мужа из ее рта сыпались такие, что у грузчика бы уши в трубочку свернулись. Ната всегда преклонялась перед моим мужем. Ведь не каждый мужик с нуля создаст свой бизнес, женится на любимой женщине и будет ей хранить верность несмотря ни на что. И вот этот светоч любви и верности вдруг так наложал.

— Прости, Васька, но может ты ошиблась, — обращается ко мне Вера. Она со студенческим времен зовет меня не Василисой, а Васькой, и это имя так ко мне прикипело, что Васькой меня теперь кличут все.

— Вась, может действительно ты все выдумала? — вдруг спрашивает меня Ната.

И я достаю свой аргумент — папку с тестами.