Читаем Измена. Его правда (СИ) онлайн бесплатно

Пролог

Что подарить мужу, у которого все есть?

Себя ленточкой обвяжи – каждый день рождения предлагает этот вариант.

А что, если так и поступить?

На дне ящика с бельем хранится коробочка с часами. Дорогие, за полгода начала на них откладывать.

А еще рядом с часами в черном пакетике спрятано красное белье из магазина для взрослых. Тонкое, почти прозрачное кружево, жемчужная нитка там, где вообще-то должна быть ткань. Да я с неделю собиралась с духом, чтобы оформить заказ в онлайн-магазине.

А вот надеть обновку пока так и не решилась. Может, сейчас самое время?

Интима у нас не было уже пару недель, а нормальной жаркой ночи – да, наверное, с рождения Анютки.

– Красное на рыжей – огненное сочетание! – Яр уговаривал меня на такой комплект с начала наших отношений. Даже покупал пару раз сам, но ошибался с размерами.

Возьму и устрою праздник для двоих сегодня. Запомнит свое тридцатипятилетие надолго.

Яр не любит отмечать дни рождения, но на посиделки в кафе с друзьями я его все же уговорила. В субботу соберемся небольшой компанией. А вот сегодня он только мой.

Обещал прийти в семь, значит, у меня еще четыре часа.

Уговариваю маму забрать Анюту до воскресенья. Недовольно пыхтит в трубку – ей придется отказываться от смены. Но я сегодня дочь-эгоистка, и поэтому настаиваю, упрашиваю и вымаливаю посидеть с внучкой.

После разговора перевожу ей на карточку шесть тысяч. В три раза больше, чем она получает в день на своей работе.

Мама перезванивает через несколько минут и говорит, что уже отпросилась. Дочерне-родительские отношения в нашем тандеме работают лучше, если они подкрепляются товарно-денежными.

Дочь пристроена, осталось распределить учеников. Кто-то соглашается без проблем, кому-то приходится пообещать скидку или дополнительное время занятий.

Через час я свободна от детей и их родителей. Заказываю любимые роллы Ярослава и принимаюсь за себя.

Ванна, скрабы, маски, укладка, макияж. К девятнадцати ноль-ноль я сижу на кухне в кружевном комплекте с жутко неудобными стрингами и ощущаю себя развратной папуаской.

Ну, кто додумался вшить в них бусы? Передвигаться так вообще мука.

По телу бегут мурашки – то ли от волнения, то ли от того, что в комнате прохладно. То ли от… возбуждения?

Ловлю свое отражение в окне: после родов к моим бокам прилипло несколько килограмм, но в целом фигура не особо изменилась с момента нашего знакомства.

Оу, а если меня кто-то увидит? Гашу верхний свет и зажигаю свечи. Так даже уютнее и более интимно. Хотя куда уж горячее.

На столе в ведерке со льдом охлаждается бутылка шампанского. На блюде горкой выложена клубника, малина и голубика. Суши достать пока не успела. Но, может, до них доберемся чуть позже…

Половина восьмого. Набираю мужу, отвечает с пятого гудка.

- Солныш, работаю! Срочное?

- Я по поводу праздника.

- Опять начинаешь? Сказал же, не успеваю.

- Я помню, что с друзьями собираемся в субботу. Хотела спросить, во сколько ты сегодня освобождаешься?

- Не знаю, - отвечает отрывисто и раздраженно. – Проект отправил, но ответ надо дождаться. У нас же разница во времени. Я уже домой собираюсь, а у них рабочий день в разгаре. Улыбаются, "друг-друг", а что они там на самом деле думают, хрен их знает.

Грустно вздыхаю.

- Прости, Мариш, как ответят, сразу к тебе.

Проклятая разница во времени. Все время про нее забываю. Полгода назад Ярослав получил заказ на разработку крупного торгово-развлекательного центра. Со-инвесторы в этом проекте были из Дубая, поэтому иногда ему приходилось задерживаться.

Но не в день же рождения!

Смотрю на коробочку с часами. Теперь они меня раздражают. Ну что часы? Банально. К тому же я уже покупала ему похожую модель на тридцатилетие.

Может… подарить эмоцию?

Когда три с лишним года назад Яр открывал свой офис, в первый же вечер он увлек меня в свой кабинет и признался, что всегда хотел попробовать сделать это на столе. И именно в своем кабинете.

Испугалась я тогда жутко. Сама не знаю, почему. Я носила под сердцем Анюту, была не в форме, к тому же за стеной веселились его сотрудники. А если бы кто-то зашел?

- Ко мне без стука? Не посмеют! – успокаивал меня тогда Яр.

Но в тот вечер я так и не решилась исполнить его желание. А что, если сделать это сейчас? Он же все равно ждет. В крайнем случае, можем задержаться в его кабинете после того, как доделает дела.

Решено!

Достаю из кладовки корзину для пикника, укладываю бутылку шампанского, фужеры, ягоды и коробочки с роллами.

Снимаю с плечиков платье. Секундное колебание и – вешаю его обратно.

Желание так желание. Это и будет моим основным подарком!

Накидываю плащ и в таком виде, проклиная создателя бусо-стрингов, отправляюсь делать любимому сюрприз.

Я больше не папуаска, а спецагент под прикрытием, который получил задание соблазнить самого горячего именинника.

Так ему и скажу. Если осмелюсь, конечно.

Офис на четвертом этаже. Поднимаюсь на лифте и представляю, как раскроются двери, за ними Яр, спешит домой, а тут я - соблазнительно распахиваю плащ.

В фойе никого. В моем распаленном мозгу тут же возникает другая фантазия. Все, как он и хотел.

Мой красавец-муж сидит в кабинете, протирает усталые глаза, мерцание монитора освещает первые морщинки на лбу. Трудяжка – работает даже в свой личный праздник. Ну как такого не порадовать? Он же ради нас старается. Распахиваю плащ и…

В офисе никого. Уже хорошо. Подхожу к кабинету с табличкой «Ярослав Миронов, директор».

Из-за двери доносятся звуки, и они никак не похожи на клацанье клавиш или скрип карандаша по бумаге. Сквозь матовое стекло вижу силуэты. И один из них воплощает свою мечту – страстно, активно, прямо на рабочем столе.

Все, как он и хотел.

Вот только под ним стону не я.

Десять лет брака в топку. Измену не прощу!

Глава 1. Марина

За месяц до событий

- Сможешь закинуть Анюту в садик?

Бегаю по квартире и судорожно ищу ежедневник. Вчера ведь доставала из сумочки, а куда сунула – не помню.

- Ты же говорила, что сама успеешь. – Яр недоволен. Всегда сердится, когда хоть что-то идет не по плану. В отличие от меня он собранный, четкий и помнит, где оставил свои вещи.

Человек-график. Его жизнь – стройная система.

А у меня ни системы, ни стройности. Анюта начала ходить в сад полгода назад, а я так и не добралась до фитнес-центра. Хотя каждый понедельник вношу спорт в свой список дел. Вот только куда его впихнуть?

Сейчас у меня снова цейтнот. А все почему? За последние пару лет наш доход, точнее, доход Яра, вырос в несколько раз. Но почти все деньги крутятся в бизнесе. А я слышу: «потерпи еще немного», «закончу проект, и больше никаких расширений» и так далее.

Нет, он по-прежнему оплачивает коммуналку, покупает продукты и каждый месяц скидывает мне сумму на «красоту». Но расходы растут, а он этого не видит.

Садик, например, у нас частный, и плачу за него я. Анюта растет, а покупать подержанные вещи на сайтах, как делает свекровь, я не стану. Меня от одной мысли воротит.

Вот и приходится набирать все больше учеников - чтобы выкрутиться и выжить.

«Кроме тебя их учить, конечно же, некому», - постоянно повторяет муж. Есть кому, конечно. Но тогда и деньги получать буду не я.

Когда дело касается работы, верх надо мной берут два пункта:

1. амбициозность,

2. безотказность.

Я хорошо знаю английский и уверена в своих способностях как преподаватель. Ученики довольны, советуют меня знакомым. Доучиваю одних, тут же набираю новых. Причем я сначала соглашаюсь на репетиторство, а потом уже ищу, куда же вписать очередного желающего изучать английский.

Сама себя организую с трудом, вот и клиентам позволяю обращаться с моим расписанием как с башней из игры дженга. Если вытащить или вставить пару брусочков, ничего не изменится. Но в какой-то момент перестановки рушится всё.

Яр переливает кофе в термо-кружку и складывает бутерброды в контейнер. Точнее, швыряет их, показывая мне, как я его подставила. С одного тоста отлетает кусочек сыра и шлепается на кафель.

- Узорчик! – радуется Анюта. Желтый квадратик приземлился аккурат в центр черной плитки и действительно выглядит рисунком. Выбрасываю его под недовольные вполи дочки, цепляюсь рукой за дверцу посудомойки и замечаю внутри свой ежедневник.

- Нашла! – пищит дочь. Вот же поросеночек. Спрятала, а я чуть на первое занятие из-за него не опоздала. Там ведь все мои контакты и расписание. Одни любят, чтобы я приходила на пять минут раньше, другие сами приходят ко мне, третьих устраивает только онлайн. А еще есть занятия в учебном центре…

- Ты ведь должна была сегодня начинать с десяти, - Яр не оставляет попыток отвоевать себе утро понедельника. – Я не планировал задерживаться. Неужели нельзя отменить твой урок? Вчера-то его не было!

- Был, - отвечаю уверенно, а сама в срочном порядке перетряхиваю память. Вроде, говорила. Говорила же? – Лариса заболела, некому подменить. Пришлось свои занятия переставлять.

- Не помню, - отворачивается. Значит, злится сильно.

За десять лет брака я уже научилась определять степень его сердитости. Начинается всегда с перечисления моих недостатков. Особенно любит проходиться по неумению организовывать свою жизнь. Швыряет вещи и хлопает дверцами – вторая стадия, вот-вот жди повышения голоса. Орет – первая стадия. А вот когда отворачивается – дело плохо. Значит, донервничался до того, что у него на лбу надувается вена, которой он стесняется.

Делаю вид, что мне срочно нужно попить, тянусь за стаканом и исподтишка заглядываю Яру в лицо. Вена в порядке, значит, до бури еще далеко.

- Ярусь, ну прости… - обнимаю со спины и крепко прижимаюсь.

- Отмени урок и отвези Анюту сама.

Отдать дочь в сад в два с половиной – моя идея. Он был категорически против. Но и сидеть с ней по очереди не соглашался. У него же офис, проекты, мега-важные дела. А я так, всего лишь учу детей иностранному языку. И ничего, что мои подопечные с легкостью побеждают на городских олимпиадах и периодически прорываются на федеральные этапы. Это все ерунда.

Я и так потеряла почти полгода, пока лежала на сохранении и выхаживала Анюту после родов.

Няня – еще одна точка соприкосновения в наших с мужем спорах.

Его позиция – рядом с ребенком должны быть только близкие люди. Однако ни он сам, ни его мама в декрет отправляться не захотели.

Выручали мои родители, которые перешли на сменную работу, и периодическая няня, когда было совсем тяжко.

Зато я смогла сохранить учеников и повысить свою квалификацию.

- Прости, не могу, - шепчу ему в затылок и нежно целую.

- Кто у тебя сегодня? – бурчит муж. – Скворцов?

- Дроздов. У которого отец суровый. За минуту опоздания мозг будет выносить полчаса. А потом на эти полчаса потребует продлить урок.

И я уже рискую опоздать.

Анюта уже в комбинезончике. Напоминаю, чтобы повязал ей шарф – весна в этом году еще прохладная. Делаю глоток кофе и бегу к выходу.

- Марина, остановись! – Яр хватает меня за руку, но не прижимает к себе нежно и страстно, как раньше, а кладет обе руки мне на плечи и слегка встряхивает. – Нам надо поговорить. Это важно.

- Что-то с работой?

С тех пор, как он открыл свое архитектурное бюро, у него постоянно что-то случается с работой. То проект вернули на переделку, то заказчик вдруг передумал строить дом и вместо него хочет дачу с бассейном.

Яр хоть и нервничает от таких внезапностей, но умудряется с ними справляться. Что же сейчас ему нужно?

- Дело не в работе, Мариш, а в нас.

- А с нами-то что случилось?

- Ты сама не понимаешь?

Расстроено качаю головой, наклоняясь посильнее, чтобы заглянуть в гостиную и зацепить взглядом часы. Пятнадцать минут до урока. Если не прогревать машину, есть шанс успеть.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​- Будь, пожалуйста, дома хотя бы в восемь. С Анютой сегодня на вечер мама подстрахует. Если не буду успевать, она заберет.

Недовольно вздыхаю, но возразить мне нечего. Свекровь и правда нас часто выручает по вечерам. Она работает до пяти, причем недалеко от садика. Но после каждого посещения бабушки Вали дочка становится излишне возбужденной и неуправляемой. Еще бы, у «бабуси» мультики не выключаются и конфет можно есть, сколько угодно.

Слов она не понимает. Ей, видите ли, виднее, как детей воспитывать, три – один в ее пользу. Против няни выступает Ярослав, причем он не согласен ее нанимать, даже если я буду полностью сама оплачивать ее услуги. Я не могу, а если честно – не хочу, бросать своих учеников.

Так и бегаем по кругу уже почти три года.

- Что случилось? – повторяю вопрос.

- Тебе пора, - говорит как можно безразличнее, но предательская вена выдает его настроение. Что-то и, правда, случилось.

Глава 2. Ярослав

Сегодня нужно приехать чуть раньше, чтобы успеть дать Арефьеву по мозгам, а то начнёт своё нытьё во время планёрки. Все и так на взводе с этим контрактом. Эмираты-Эмираты… Чтобы я хоть раз ещё с ними связался... Все бабки туда ухнул… Как вот ему объяснить, что у них другой менталитет и платёж придёт когда придёт, когда у шейха пятка зачешется? Может завтра, а может и через неделю.

Я захожу на кухню. Анютка уже сидит на своём стульчике над тарелкой каши.

– Вкусно, зайка?

Подхожу и чмокаю её в макушку.

– А-а-а! – протестует она и мотает головкой. – Не целуй!

Кто придумал эти садики вообще! При живой матери скидывать ребёнка не пойми кому. Чужим людям. Работа у неё, видите ли. Работа пришла на смену материнским чувствам. Хоть кофе сварить успела. Уже и за это нужно быть благодарным.

Пока я достаю из шкафа термо-кружку, Марина несколько раз проносится мимо. Вечное броуновское движение. Никакой системы. Одни порывы и ветер.

– Марина! Хватит уже!

Она меня даже не видит, по-моему… Ещё Арефьев этот… мозг будет выносить. А шейх – вообще урод, если честно. На него, конечно, можно попробовать надавить, но это может только всё усложнить. И адвокат дорого обойдётся. Блин, опять, наверное, лететь придётся. Надо только, чтобы он заплатил сначала. А если заплатит, можно и не лететь. Что раньше, курица или яйцо…

– Ярик, сможешь закинуть Анютку в садик?

Чего?! Мне даже сначала в голову не приходит, что на это вообще можно ответить. Ведь мы же… Ладно. Тихо... Нет, ведь мы же вчера вечером всё обсудили и никаких «сможешь закинуть не было»! Что могло произойти за ночь?! Да что угодно, вообще-то. Это же Марина. У неё вечно…

– Ты же сказала, что нормально успеешь.

Нет, она даже не смотрит в мою сторону. Бесит. Это типа укор, да? Молчаливый протест? «Ты не понимаешь, что я должна развиваться»? «Ты меня не поддерживаешь»? «Я не рабыня, чтобы сидеть дома»? И ещё куча других банальностей. Это всё вот это, да?

Я, вообще-то, с утра до ночи пашу. За несколько лет сделал такой рывок, что все конкуренты остались в глубоком ауте. Нет, это нормально, так и должно быть, это природой заложено, но ты ж поддержи меня! Я для чего это делаю? Для удовольствия своего? Эго своё тешу? Я это делаю для семьи. Я строю основу для нашего будущего. Ясного и безбедного, между прочим.