Читаем Изъян онлайн бесплатно

РИА Новости

Пожар в элитном посёлке: погибли трое, выжил только один

17 октября, 2005, 09:44 | Московская область

«В ночь на понедельник в одном из коттеджных посёлков на Рублёво-Успенском шоссе загорелся частный жилой дом. В результате происшествия погибла семья из трех человек, включая несовершеннолетнего ребёнка. По данным МЧС, выжить удалось только 17-летнему подростку.

По предварительной информации, возгорание началось около 02:10 в техническом помещении, когда родители и младший сын уже спали. Пожарные прибыли на место через девять минут после вызова, однако дом уже был полностью охвачен огнём. Площадь возгорания составила около 400 кв. метров.

Пострадавший подросток был доставлен в больницу с симптомами отравления угарным газом. Его состояние оценивается как стабильное.

Следственный комитет начал проверку. Основная версия — короткое замыкание, однако рассматриваются и другие возможные причины. Имена погибших и название посёлка не разглашаются в интересах следствия.

Источники так же сообщают, что дом был совсем новый и в нем еще проводились финальные строительные работы.»

Сначала была тишина.

Ева открыла глаза и замерла. Сердце испуганно забилось в груди, по спине пробежал холодок страха. Потолок выглядел совсем не так, как в ее крошечной спальне. Высокий и слишком белый, со зловещими росчерками длинных теней, протягивающих к ней свои уродливые черные щупальца. Она осторожно села, прижав одеяло к груди, и огляделась по сторонам. Незнакомая просторная комната. Холодная, неуютная. Чужая. Запах свежей краски и новой мебели вызвал у девочки приступ паники.

— Папа… Ты здесь? — надтреснутым шепотом позвала она, но никто не ответил.

Внезапно за стеной раздался тихий шорох, словно кто-то прошёлся по груде сухих листьев или провел пальцами по отрезу толстой книги, перебирая страницы.

Задрожав всем телом, Ева слезла с кровати. Ее босые ноги коснулись прохладного пола, по коже побежали мелкие мурашки. Она подошла к двери и осторожно толкнула её, та чуть скрипнула. Коридор, освещённый лишь слабым светом из дальнего окна, казался бесконечным.

И там, в тени, стоял мальчик. Она сразу узнала его и выдохнула с облегчением. Нашла кого испугаться! Это всего лишь Илья, младший сын папиных работодателей. Он — хороший и добрый, совсем не такой, как остальные обитатели этого дома.

Днём, пока папа работал, они долго играли в саду, и он смеялся, гоняясь за ней среди деревьев. Затем Еве позволили вместе с Ильей поплавать в хозяйском бассейне и даже разрешили заглянуть в его детскую…

Как же там много всего! Ей и не снилось такое количество игрушек. Ее новый друг так искренне радовался, наблюдая, как Ева с восторгом рассматривала его «сокровища», боясь к ним прикоснуться и случайно испортить.

— Ты можешь сломать тут все, что хочешь, — важно заявил он. — Или взять себе любой подарок.

И она взяла. Не крутую приставку и не новый телефон. Даже в свои семь лет Ева понимала, что родители Ильи могут не оценить щедрости сына, и к тому же в детскую в разгар игры вошел его старший брат и пристально следил, чтобы дочка строителя не стащила что-то из ценных вещей. Может, причина его появления скрывалась в чем-то другом, но Ева восприняла вторжение долговязого неулыбчивого подростка именно так.

В любом случае он немного опоздал, и кое-что Еве все-таки перепало. Необычная безделушка выглядела совершено неуместной в мальчишеской спальне, а главное, легко помещалась в ее маленькой ладошке. Поэтому с выбором Ева определилась практически сразу.

Не нащупав припрятанное в кармане круглое зеркальце с необычным узором на крышке, Ева слегка нахмурилась. Наверное, вывалилось, пока спала. Надо будет вернуться и забрать.

— Что ты тут делаешь? — прошептала она, широко улыбнувшись приятелю по играм, застывшему в темноте. — Почему не спишь?

Он быстро прижал палец к губам, глаза расширились от страха.

— Говори тише! Я прячусь от монстров.

— Монстров? — хихикнув, Ева бесстрашно расправила плечи и осмотрелась. Бравада далась ей легко. Одной в темной незнакомой комнате было куда страшнее, чем сейчас. — Откуда тут монстры?

— Они здесь повсюду, — дрогнувшим голосом ответил Илья. — Они ищут меня… Я слышал, как один из них сказал …, — прервавшись, он стал опасливо озираться.

— Что? Что он сказал? — прижав руку к груди, Ева растерянно смотрела на исказившееся от ужаса лицо мальчика, когда в дальнем конце коридора вдруг раздались тяжёлые шаги.

Медленные, уверенные и неумолимо приближающиеся. Ева насторожилась. Сердце дернулось в груди и рухнуло в пятки. Илья схватил её за руку и сжал так сильно, что стало больно. Девочка непроизвольно вскрикнула и тут же зажала рот свободной ладонью.

— Бежим, — шепнул он и потащил её за собой в глубину коридора, туда, где тьма казалась ещё гуще и непроницаемее.

Они юркнули в узкий служебный проход. Густой теплый воздух заполнил ее легкие. Пахло чем-то влажным и затхлым, как в подвале, где давно не открывали окна.

— Илья, хватит убегать. Иди сюда, мелкий говнюк, — совсем близко порычал хрипловатый голос.

— С чего ты взял, что он здесь? Ублюдок давно спит в своей кровати, — приглушенно заговорил второй.

От страха у Евы сбилось дыхание и задрожали колени. Она никак не могла распознать, кто именно преследует ее безобидного дружелюбного приятеля. Голоса казались совершенно незнакомыми, и это напугало Еву еще сильнее.

— Нет, я проверил, в детской его нет. И девчонки тоже. Их нужно найти. И быстро! Я не ….

Остальная часть фразы ускользнула от внимания Евы. «Девчонки тоже…» Монстры, от которых прячется Илья, говорили о ней…

Дети резко остановились, испуганно глядя друг на друга и крепко держась за руки. Шаги пугающих незнакомцев звучали все ближе.

Илья прислушался, потом резко толкнул Еву в тёмную кладовую.

— Сиди тут. Не выходи, — бросил срывающимся шепотом, закрывая перед ее носом дверь.

Внутри было тихо. Идеально чисто. Как в новом шкафу, в который ещё не успели сложить вещи. Ева прижалась к стене, обхватила себя за плечи и сдержала всхлип. Сквозь щель в двери было видно только узкую полоску коридора. Там по-прежнему стоял Илья. Он обернулся, посмотрел на дверь и вдруг сделал шаг назад, будто что-то увидел.

Щелчок. Потом хруст. Что-то надломилось, как в мультфильмах, когда деревья трещат от грома.

Ева оцепенела. Илья не двигался. Его глаза были широко распахнуты, рот чуть приоткрыт. Потом он сорвался с места и исчез из поля зрения.

Секунда — и в щель ворвался дым. Сначала прозрачный, сероватый, потом все темнее, гуще. Ева закашлялась. В нос ударил сильный химический запах. Она дёрнула ручку. Та поддалась с трудом и скрипнула… слишком громко. За дверью уже все светилось оранжевым. Полыхало.

Ильи нигде не было.

Ева бросилась вперёд, с трудом удерживаясь на ногах. В коридоре летали искры. Стены плавились от жара, шторы на окнах мгновенно занялись огнем.

Где-то наверху снова что-то грохнуло.

Глаза защипало от едкого дыма, она упала, встала, снова побежала. Раскаленный воздух обжигал горло. Густой, липкий, как чёрная вата, и с каждой секундой становился плотнее. Потолок над ней угрожающе затрещал.

Ева успела поднять глаза. Балка. Огромная. Пылающая. И летела прямо на неё.

Удар был ослепительным. Жар вспорол спину, как кнут. Её отбросило вбок, дыхание вырвалось мучительным стоном, полностью опустошив легкие, и на секунду всё стало кипельно-белым, как пушистые облака, исчезающие в раскалённом небе.

Она закричала. Или, может быть, попыталась. Но дыма было слишком много, и крик захлебнулся где-то в груди. Её тело дрожало. Она не чувствовала ног. Всё плавилось.

От невыносимой боли и ядовитых паров Ева едва осознавала происходящее. Она почти не дышала, когда чьи-то сильные руки подхватили ее дрожащее тело на руки и прижали в груди.

— Папа?.. — прохрипела она, но голос утонул в чьём-то дыхании и грохоте рушащихся стен.

Темнота накрыла сверху, словно мокрое одеяло.

Москва. Наши дни

РИА Новости

В Подмосковье найдено тело Дарины Ворониной

17 июля 2024, Московская область

В одном из парков Одинцовского района утром было обнаружено тело 32-летней Дарины Ворониной, известной медиаперсоны и автора подкаста «Шелк и шрамы». Об этом сообщили в пресс-службе ГСУ СК России по Московской области.

По данным ведомства, тело обнаружили в малолюдной части парковой зоны. По предварительным данным, на теле женщины имеются признаки насильственной смерти. Подробности случившегося официально не разглашаются в интересах следствия.

Дарина Воронина приобрела известность благодаря подкасту «Шелк и шрамы», где обсуждались темы поддержки жертв насилия и преодоления личных травм. Также она являлась основательницей благотворительного фонда помощи пострадавшим от домашнего насилия.

Следствие рассматривает различные версии произошедшего, включая возможную связь с профессиональной деятельностью.

Прощание с Дариной пройдёт в узком семейном кругу.

Автор: Вероника Лазарева

Скарификатор[2]

Она была прекрасна… Настолько, насколько может быть прекрасна мертвая женщина. Запутавшиеся в высокой траве медные волосы слегка шевелил сухой июльский ветер, в устремлённых в ясное небо остекленевших глазах навечно застыло выражение смирения и вины. Осознанной вины за свою ложь и многократное нарушение заветов.

Она прошла все этапы, принесла клятву и наставляла других, но все равно поддалась слабости, искушению и солгала…

Она не исцелилась.

Поэтому я пришел за ней. Чтобы совершить акт искупления и освободить ее от последней маски, за которой она скрывала то, что противоречит основному догмату клуба. Обнажённый изъян должен был стать источником новой силы, а не тайным удовольствием, возвращающим ее к пережитым страданиям.

Закон Трижды Снятой Маски гласит: чтобы замкнуть круг боли и воспарить подобно Фениксу, мы должны сорвать с себя три слоя лжи: внешний, внутренний и глубинный.

Все три — без всяких исключений.

Ни для кого.

Никогда.

Проглядывающий сквозь густую крону березы солнечный луч высветил на посиневшем от удушья лице подсохшие ручейки слез, вызывая безотчётное желание коснуться бархатистой кожи. И я сделал это, но не так, как в тот момент, когда она мычала и билась подо мной, пытаясь отсрочить свою участь, а почти с любовью и благоговением. Причин истязать это грешное тело у меня не осталось. Смерть очистила ее преступления и усмирила мою ярость.

Склонившись над девушкой, я осторожно вытащил из окровавленных губ моток медицинских бинтов и отбросил в сторону. Снова провел пальцами в перчатках по ее щеке, с наслаждением рассматривая чернеющие отпечатки на запрокинутой шее. Достав из кармана футляр с длинными медицинскими иглами, я медленно ввёл первую во впадинку на горле, вторую и третью — в соски. Четвёртая и пятая — в паховую зону. Я намеренно выбираю самые болезненные места несмотря на то, что жертва уже мертва. Иногда добавляю пару игл под ногти, чтобы напомнить о беспомощности, или в уголки губ, чтобы запереть крик внутри.

— Достаточно, — удовлетворенно произнес вслух, рассматривая распростертое передо мной тело.

Раскинутые в стороны тонкие красивые руки больше не бились в агонии. Я развязал ее запястья, когда она уже затихла.

— Мне нравится, когда ты молчишь. Сразу бы так… Ты же любишь боль. Как оказалось, сильнее, чем жизнь. — пробормотал я, снова сунув руку в карман и извлекая оттуда лазер.

Расцветающие синяки на широко раздвинутых бедрах заставили меня на секунду отвести взгляд, вызвав короткую вспышку сожаления… что все закончилось слишком быстро. Я не хотел, чтобы она сильно страдала, но ее сопротивление вынудило меня действовать грубее и жестче. Когда я закончил с ней, девушка еще дышала. Недолго, но дышала.

Металлическое жужжание прибора наполнило тишину. Я откинул в сторону ее обнаженное бедро, открыв себе доступ к крошечной татуировке на внутренней стороне, и навел тонкий наконечник лазера на выбранное место. Луч лазера с тихим потрескиванием коснулся кожи, медленно и скрупулёзно стирая метку, которую она больше не имела права носить.