Читаем Из воспоминаний онлайн бесплатно

 Воронин О. Л. Силуэты Востока и Запада: монография

 Иркутск: Изд-во ИГУ, 2014.

 Месяц "соглашательства"

 Интеллигенция и советская власть

 Идея Комитета

 В недрах общественности

 Декрет

 Декрет

 Две декларации

 Работа комитета

 Патриарх Тихон

 Англичане

 Красная армия

 Финансы комитета

 Пленарные заседания

 Делегация

 Любезный председатель. Начало конфликтов

 Накопление конфликтов

 Америка появляется

 Уехали

 Агитация

 И тем не менее

 Имена авторов и персонажей этой переписки не были полностью забыты в Советской России. Даже в "классической" поэме В. Маяковского "Хорошо", созданной к 10-летнему юбилею Октября, в одной из глав в фельетонном переложении на тему пушкинского "Онегина" фигурирует томящаяся от любви к Керенскому "старушка Кускова" и утешающая ее "усатая няня П. Н. Милюков". И, несмотря на окарикатуренное изображение, автор не зря считал, что эти фигуры многое говорят читателю. Сейчас имя одного из крупнейших русских историков и политических деятелей рубежа XIX-XX вв. Павла Николаевича Милюкова вышло из забвения -- переизданы его труды и мемуары, о нем пишутся научные работы. А вот имена Екатерины Дмитриевны Кусковой и ее мужа Сергея Николаевича Прокоповича вспоминаются незаслуженно реже. Между тем редкая книга о русской эмиграции обходится без упоминаний об этих авторитетнейших общественных деятелях.

 В печальном мартирологе крупнейших деятелей русской науки и культуры, надолго утраченных Россией имена супругов Прокоповичей достойны занять самые почетные места. А опыт их долгой жизни (они умерли в глубокой старости в Швейцарии) должен быть чрезвычайно поучителен и для нового поколения граждан России. Публикуемые ниже мемуарный очерк и фрагменты из их эмигрантской переписки дают нам уникальную возможность заглянуть в жизнь русской интеллигенции в ее самые трагические периоды -- время репрессий начала 20-х, когда была сорвана последняя попытка честного сотрудничества с коммунистическим режимом, а затем и эмигрантское житье периода военного лихолетья. Эти материалы ценны не только биографическими подробностями из жизни виднейших представителей русского Зарубежья, но и свидетельствами глубокого патриотизма старой русской интеллигенции, кстати, так никогда и не смирившейся с большевистской диктатурой и террором. Но сначала несколько слов об авторе этих материалов.

 Кускова (Прокопович) Екатерина Дмитриевна (урожд. Есипова, по первому мужу Ювеналиева, 1869 г. Уфа -- 1958 г. Женева) -- писательница, журналистка, политический и общественный деятель прожила очень сложную жизнь. Дочь учителя гимназии, затем акцизного чиновника и малограмотной татарки-прислуги она рано осталась сиротой.

 В 1884 г. ее отец застрелился, мать умерла от туберкулеза. Катя Есипова одновременно работала воспитательницей в приюте и училась в саратовской гимназии. Была исключена из последнего класса за "возмутительное" (с точки зрения начальства) сочинение на тему стихотворения А. С. Пушкина "Поэт и чернь". В этом же году закончила гимназию экстерном. Вышла замуж за учителя физики Ювеналиева и вместе с ним активно работала по организации народнических кружков. В 1890 г. муж умер от туберкулеза, а маленький сын от дифтерии.

 С 1890 по 1895 г. участвует в организации "Народное право" -- последней попытке восстановления "Народной воли" под руководством М. А. Натансона. Вступает в фиктивный брак с народовольцем Петром Кусковым, державшим многодневную голодовку в саратовской тюрьме. Благодаря этому браку революционера удалось вызволить из заключения.

 Биография Кати Кусковой (эту фамилию она будет носить всю свою долгую жизнь), казалось, развивается в хрестоматийном ключе, сформулированном Борисом Пастернаком в поэме "1905 год":

 ...Затворницы ж эти,

 Не чаяв,

 Что у них,

 Что ни обыск,

 То вывоз реликвий в музей,

 Шли на казнь

 И на то,

 Чтоб красу их подпольщик Нечаев

 Скрыл в земле,

 Утаил

 От времен и врагов, и друзей...

 Повернись события по-другому, и, может быть, имя Екатерины Кусковой стояло бы в одном ряду с Софьей Перовской, Желябовым и Халтуриным. Но в 1891 г. во время эпидемии холеры санитарный отряд, где работала молодая фельдшерица, подвергся нападению бунтующих крестьян, Екатерина чудом осталась в живых. Видимо, эти события глубоко отразились на ее мироощущении, непосредственный контакт с "русским бунтом бессмысленным и беспощадным" сделал Екатерину Дмитриевну убежденной противницей насильственных методов политической борьбы. Уже в изгнании, она, вспоминая революционную молодость, убежденно утверждает: "Всякая революция... не творит культурные ценности, а разрушает их. Разрушает не только то, что сгнило, но и то, что еще подлежит развитию..."1.

 В 1895 г. Екатерина выходит в Санкт-Петербурге замуж за молодого экономиста с марксистским уклоном С. Н. Прокоповича (1871-1955) и активно работает в рабочих и студенческих пропагандистских кружках. Здесь судьба сводит ее с молодым адвокатом из Самары Владимиром Ульяновым. Весь предыдущий жизненный путь будущего лидера большевиков -- антипод биографии Екатерины Дмитриевны: благополучная и обеспеченная семья штатского генерала, потомственное дворянство, кратковременная ссылка в семейное имение, как и последующая комфортабельная поездка в Шушенское (в ссылку в вагоне 2-го класса!).

 Окончательно развела Екатерину Дмитриевну и радикальных эсдеков история с "Credo". Это, выражаясь современным языком, информационно-дискуссионное письмо, о приоритетности борьбы за экономические права рабочих не предназначалось для опубликования. Его переслала брату А. И. Ульянова-Елизарова. Ленин же не только написал резкий протест, но и опубликовал документ без согласия его авторов. С тогдашними моральными принципами интеллигенции это никак не согласовывалось, что отмечает и известный историк революционного движения Адам Улам в своем классическом труде "Большевики", но будущему вождю пролетариата уже тогда моральным казалось только то, что способствовало его политическим целям. Да и интеллигенцию вождь никогда не любил, недаром, уже будучи главой государства, он пишет опальному тогда Горькому: "...она (интеллигенция) считает себя мозгом нации... на самом деле она не мозг, а г-но... "История с "Credo" навсегда определила отрицательное отношение супружеской четы Прокоповичей к Ленину и, надо признать, в оценке его моральных качеств они были правы. Во время голода 1921-го года, о чем речь пойдет ниже, Владимир Ильич не постеснялся цинично использовать авторитет бывшей соратницы по рабочему движению. Вот его секретная записка членам Политбюро: "Строго обезвредить Кускову... От Кусковой возьмем имя, подпись, пару вагонов от тех кто ей (и этаким) сочувствует. Больше ни-че-го"2. В 1900-1905 гг. Екатерина Дмитриевна вместе с мужем активно участвует в деятельности эмигрантской оппозиционной печати (именно она организовывала доставку газеты "Освобождение" из Финляндии в Санкт-Петербург) и на I съезде партии Конституционных демократов выдвигается в состав ЦК. Но Кускова и Прокопович отказываются войти в состав кадетской партии, так как выражают резкое несогласие с рядом тактических и программных установок П. Н. Милюкова. Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс -- член ЦК, Кускову явно не любящая, побег которой за границу организовала Екатерина Дмитриевна, в своих мемуарах вспоминает: "Умеренные социалисты... не видели больше нужды оставаться попутчиками либералов... Кускова твердила, что с освобожденской программой нельзя подойти к массам... от нарождающейся кадетской партии она оттянула... возможных попутчиков слева... и прежде всего своего мужа С. Н. Прокоповича..."3.

 Активно работая в журналистике и кооперативных учреждениях, Кускова продолжает воплощать в жизнь свое убеждение о необходимости культурной работы в народе и особенно среди крестьянства. Эти убеждения и привели ее мужа С. Н. Прокоповича, ставшего к тому времени одним из крупнейших российских экономистов, в состав Временного правительства на должность министра торговли и промышленности, а затем (в последнем составе) министра продовольствия. И Екатерину Дмитриевну, и Сергея Николаевича связывали с Керенским тесные дружеские отношения, а если судить по мемуарам Нины Берберовой и ее книге "Люди и ложи", и участие в деятельности так называемых политических масонов накануне революции (впрочем, книги Берберовой современными российскими историками оцениваются очень критически, а большая часть архивов Кусковой находится в Техасе и Гарварде, так что, этот сюжет ее жизни явно требует серьезных дополнительных исследований4.

 Не приняв Октябрьский переворот, супруги, тем не менее, не покинули Россию. Они открыто перешли в оппозицию большевикам -- Сергей Николаевич до 29 ноября 1917 г. возглавлял подпольное Временное правительство, а в газете "Власть народа", издателем и членом редколлегии которой была Екатерина Дмитриевна, велась постоянная идейная борьба с диктатурой с позиции "народной демократии", что и послужило одной из причин репрессий против нее и ее супруга. Один за другим "откалывались" старые идейные соратники. Выражая их мнение, Зинаида Гиппиус -- "сестра по ложе" -- записывает в "Дневнике": "...в Москве омерзительно... А Кускова (да что с ней?) ежедневно кричит, что "надо работать с большевиками". Эти облизываются, хотя ту же Кускову ежеминутно закрывают. Не понимаю это бескорыстное хлебание помоев..."5. Константин Паустовский, сотрудничавший в этой газете, вспоминает в своей "Повести о жизни" эпиграмму, которую с молодой беспощадностью сочинили сотрудники: "Ку-ку, ку-ку кукушечка, напрасно не кукуй, мадам Кускова -- душечка, о прошлом не тоскуй...".

 Конечно же, о самодержавной России супруги не тосковали, но вряд ли новой власти могли понравиться следующие строки: "...В русской революции сплелись три основных фактора, сделавших ее исключительно разрушительной. Первый фактор -- некультурность масс; второй... -- долго копившаяся социальная ненависть, как продукт слишком позднего уничтожения крепостного права. И, наконец, третий фактор -- догма большевизма, поставившая своей задачей не ликвидацию старых институтов, а насильственное уничтожение целых социальных классов..."6.

 Профессор Ричард Пайпс в своей фундаментальной биографии Петра Струве дает следующую, не очень убедительную характеристику Кусковой, как "смелой и благородной женщины, которую уважали даже оппоненты, но ее политические идеалы всегда оставались довольно расплывчатыми, а оценки весьма неточными..."7. Скорее всего, это объясняется тем, что ведя идейную борьбу против большевистского режима, Екатерина Дмитриевна и на практике не сидела сложа руки, ей -- российской патриотке принцип "чем хуже -- тем лучше", которым руководствовались такие столпы "духовной оппозиции", как Сергей Мелыунов или Иван Ильин, чьи имена не раз встретятся в ее мемуарах и переписке, был глубоко чужд. Она в это время тесно сотрудничает с В. Г. Короленко, став вместе с ним во главе "Лиги спасения детей" -- первом проекте борьбы с беспризорностью, который вызвал гнев всемогущей Лубянки.

 Но главным поводом, прогремевшим на весь мир, стало дело "Всероссийского общественного комитета помощи голодающим". В страшный голод 1921 г., оставшиеся в России общественные деятели протянули власти руку помощи. Поскольку ни одно правительство, ни одна серьезная общественная организация Запада иметь дело с правительством Ленина -- Троцкого не хотели, то после встречи представителей интеллигенции с Львом Каменевым 21 июля 1921 г. возник так называемый "Помгол", в состав которого наряду с Максимом Горьким, Константином Станиславским, "либеральным большевиком" Анатолием Луначарским, бывшим товарищем министра финансов H. H. Кутлером вошли супруги Прокоповичи и H. M. Кишкин. Общественный комитет стал своего рода моральным гарантом для получения Советским правительством продовольственной помощи с Запада. Именно Сергей Николаевич и Екатерина Дмитриевна вместе с Н. Кишкиным провели всю организационную работу "Помгола", после которой "Американская администрация помощи" министра торговли США Герберта Гувера ("АРА") согласилась на поставки продовольствия в Россию. Но Комитет проработал только пять недель. Руководствуясь личной инструкцией Ленина от 26 августа: "Предлагаю сегодня же распустить "Кукиш" (издевательское сокращение от фамилий Кусковой и Кишкина. -- О. В.) ... Прокоповича сегодня же арестовать и продержать месяца три... газетам дадим директиву... изо всех сил их высмеивать и травить не реже одного раза в неделю в течение двух месяцев" (8), чекисты на следующий день арестовали рабочую группу Комитета. Кишкин и супруги Прокоповичи были приговорены... к расстрелу (!) и только вмешательство знаменитого полярного исследователя Фритьофа Нансена, координировавшего помощь России по линии "Лиги Наций" и будущего президента США Г. Гувера спасло их. Прокоповичи были сначала сосланы в Вологодскую губернию, а затем высланы из России. Именно эти события, получившие всемирный резонанс подробно изложены в очерке "Месяц "соглашательства", впервые опубликованном в эсеровской заграничной газете "Воля России" в 1928 г.