Читаем Из тьмы (ЛП) онлайн бесплатно
Из тьмы (ЛП)
Девять месяцев назад Сара Адамс очнулась без воспоминаний. Мужчина, который держал её за руку, сказал, что она член очень тесной религиозной общины под лидерством пугающего и харизматичного Отца Габриэля. Поскольку она женщина, то в общине "Света" её главные задачи: не задавать вопросов и подчиняться воле своего мужа. Но, когда память Сары начала возвращаться и девушка вспоминает своё прошлое, она понимает, что все, что ей говорили до этого - ложь. "Свет" - это коварная и опасная организация, и её тлетворное влияние распространяется далеко за пределы удаленного городка, где удерживают Сару. Всеми силами Сара пытается отделить свои настоящие воспоминания от внушаемых ей мыслей. Ее съедает желание сбежать, но кому можно доверять? И кого из других последователей "Света" также заставили жить этой жизнью, промыв мозги, чтобы они поверили в то, что принадлежат этому месту? Чем больше она вспоминала, тем более ясно понимала, что Джейкоб, мужчина, который называет себя ее мужем, хранит свои собственные сокрушительные секреты. Но Сара не может бежать одна, оставив невинных позади. Она должна бороться, чтобы уничтожить "Свет".
Романы / Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эро литератураАннотация
Грануляция была отключена. Видимо, таким должен был быть ответ. Я не была уверена, почему это привлекло мое внимание и почему я должна упомянуть об этом Брату Рафаэлю или Брату Бенджамину. Тем не менее, чем больше я прокручивала и кликала мышкой, тем более очевидной становилась проблема. Из того, что произошло за несколько месяцев, я вспомнила работу в химической лаборатории и поняла, что созданные нами лекарства позволили Отцу Габриэлю делиться его видением с миром.
Большая часть электроэнергии в «Северном Сиянии» поступала от гидроэлектростанции, и мы были вынуждены использовать сухое гранулирование при изготовлении фармацевтических препаратов. Если грануляция этого нового лекарства была отключена, немного дольше, чем у его модельного образца, это может повлиять на скорость абсорбции. Я многое слышала из обсуждений Брата Рафаэля и Бенджамина.
Именно разница в весе готовой продукции вызвала у меня вопрос.
- Сара?
- Сара!
Бисеринки пота усеяли лоб, поскольку мои открытия почти заглушили голос Дины. Я думала о том, что для большинства пациентов эта незначительная разница не станет серьезной проблемой, но также я беспокоилась, что для других это может быть опасным для жизни.
- Сара, что ты делаешь?
Ошеломленная, я перевела взгляд от экрана компьютера на заинтересованное выражения лица Дины. У моей коллеги, подруги и сестры жен Собрания отразился ужас, когда она изучала экран моего компьютера.
- Я... - Слова затихли, когда мой взгляд метнулся от отчета, который находился за клавиатурой к экрану. Во рту пересохло. Я была совсем не в той программе, в которой должна находиться. Я не добавила данные и количества, которые должна была добавить.
Мой пульс тотчас ускорился.
- Ой, Дина, я понятия не имею, что делаю.
Она смотрела прямо на стену, и мои глаза устремились за ее взглядом к часам. Те висели почти под потолком, они были простой округлой формы с серебряным каркасом. Они напомнили мне часы в начальной школе, и когда я была ребенком…
Я вспомнила часы из своего прошлого. Это было первое, что я смогла вспомнить почти за год. Закрыв глаза, я пыталась рассмотреть что-то помимо двенадцати цифр и рук в моей памяти. Как будто они прямо передо мной, я увидела всё. Я даже увидела тонкую красную секундную стрелку, бегающую кругами вокруг черных минутной и часовой стрелок. Я дважды моргнула, желая увидеть больше сцен для материализации, и в то же время боялась, что это случится. За часами из моего детства была большая зеленая доска.
Дина говорила, и, наконец, ее слова прорвались сквозь мои мысли.
- ...Брат Бенжамин вернется с Собрания. Что он скажет, когда увидит, что ты не выполнила свое задание, но взяла на себя смелость...
Я двигала головой вперед и назад, пока закрывала вкладку за вкладкой, которые не помню, как открывала.
- Ты права. Я не знаю, что делаю. Это потому, что что-то в цифрах казалось неправильным, как будто оно не подходило. Мне стало любопытно. Я начала искать...
- Я закусила губу между зубами. - Я признаюсь. - Моя голова стыдливо опустилась. - Братьям Бенджамину и Джейкобу.
Рука Дины заботливо обняла меня за плечи.
- У нас еще есть несколько минут. Я не говорю, что ты не должна говорить Брату Джейкобу. Должна. Но если я помогу тебе, возможно, мы сможем ввести данные, прежде, чем Брат Бенджамин вернется с Собрания. Кроме того, Брата Рафаэля не будет здесь еще час. Он задержится на заседании Комиссии. В зависимости от того, что Брат Бенджамин хочет, чтобы мы сделали, я уверена, мы успеем ввести данные.
Я протяжно выдохнула.
- Спасибо, Дина. Я даже не знаю, откуда я знаю, что делаю. Не знаю. Это просто ... - Я знала ответ. Это была та самая проблема, с которой я продолжала сражаться. Это было мое любопытство. - Я не хотела ничего плохого. Миссия Отца Габриэля слишком важна.
Дина подтянула свой рабочий стул с высокой спинкой к моему. Колеса легко скользили по гладкому цементному полу.
- Ты хочешь читать или вводить?
Я потянула правильный экран на компьютер.
- Я ввожу. Ты читаешь. Начнем со вчерашнего...
Прошло всего несколько минут после одиннадцати, когда Дина перестала читать и спросила:
- Сара, как ты узнала, как выйти из нашей программы? Я имею в виду, мы не знаем ни одного пароля.
Когда я пыталась вспомнить, память была размытой, как будто кто-то взял под контроль мои движения. Я снова закусила губу. Я не пыталась хитрить или лгать. То, что я хотела сделать, это помочь - понять, почему вес не совпадает. Наконец, я ответила:
- Не знаю. Я не помню.
Мне не свойственно скрытничать, но, когда я ответила, я охотно прикрыла правду двусмысленностью. Брат Бенджамин создал эту программу. Я вспомнила, как ввела имя Рейчел и цифры 05. Рейчел однажды сказала мне, что она и Бенджамин были здесь вместе - в «Северном сиянии» уже пять лет. Это было предположение, но я угадала с первой попытки. С этого момента я не думала, а просто нажимала и прокручивала, словно движимая чувством любознательности, которое казалось знакомым, но все же чужим.
Я ответила Дине именно так, потому что, мне придется признаться Брату Бенджамину, как я это сделала. Тогда он сменит пароль, и я больше никогда не смогу выйти за пределы программы. И хотя совесть здорово донимала меня, стремление сохранить доступ и узнать больше было слишком сильным, чтобы игнорировать его. Поэтому, когда мы работали над выполнением раннего утреннего задания, я одновременно изобрела способ исповедоваться, не раскрывая всего.
Когда последнее число было введено, дверь в лабораторию открылась, и вошел Брат Бенджамин. Летом в «Северном Сиянии» требовалось меньше верхней одежды, чем в холодные, темные месяцы. Брат Бенджамин повесил свою легкую куртку на крючок у двери и провел рукой по волосам.
- Доброе утро, Сестры.
- Доброе утро, Брат Бенджамин, - ответили мы в унисон.
Его брови были нахмурены, словно он задумался. Я знала, что в последнее время в Собрании напряженная обстановка, и Джейкоб все больше времени проводил в других общинах. Я не знала подробностей, лишь то, что это из-за того, что Ксавьер, другой пилот «Света», заболел, и Джейкоб помогал новому пилоту.
Заглатывая стыд за нетипичный для меня приступ непослушания, а также необычное, непреодолимое желание скрыть мое поведение, я кивнула Дине, которая сжала мою руку.
- Брат Бенджамин, - сказала я, - могу я с вами поговорить?
Складки на его лбу углубились.
- Это что-то личное? Хочешь, чтобы я позвонил Джейкобу?
Моей естественной реакцией было покачать головой, но мое обучение было слишком сильным. Я опустила глаза.
- Если желаете. Я хочу рассказать вам о том, что произошло сегодня утром.
С опущенной головой, я не могла видеть его выражение.
- Сестра Дина, не могли бы вы сходить в кофейню и принести три чашки кофе?
Моя грудь поднималась в спокойном ритме. Это мой шанс. Если я признаюсь без присутствия Дины, то могу сделать это, не признаваясь во всем.
- Да, брат, - сказала она, еще раз сжав мою руку.
Когда дверь закрылась, Брат Бенджамин попросил меня продолжать.
Я подняла взгляд.
- Сегодня утром я вводила данные, как всегда. Ну и, у продукции, партии 3F789, вес показался неправильным. - Его губы вытянулись в прямую линию. - Я знаю, что это не место для вопросов. Я не спрашиваю. - Тихо я произнесла молитву Отцу Габриэлю, чтобы Брат Бенджамин не говорил Джейкобу, что я спрашивала. - Это наблюдение. Я вернулась к предыдущим заказам. Вес не сильно отличается, но и не совпадает полностью. Если количество одинаковое, то и вес должен быть равным.
Хотя я ждала выговора, ничего такого не последовало. Вместо этого он сказал:
- Покажи мне.
Я кивнула, сглатывая то небольшое количество слюны, которое смогла собрать, и направилась обратно к своему рабочему месту. Отчет с данными, которые мы успешно ввели, был на моем экране, когда я переместила мышь и вернула компьютер к жизни.
Я указала на цифры. Брат Бенджамин приблизился и уставился на экран. Не спрашивая, он взял мышку и начал кликать и перемещаться к предыдущим отчетам. Все это время я стояла неподвижно, боясь, что он посмотрит историю поиска и узнает, что я получила доступ к информации вне моей компетенции.
Было достаточно плохо, что я сделала это, но не признаваться и быть пойманной было еще хуже.
- Сара, скопируй и пришли мне отчеты за последние три недели по 3F789. Я знаю, у тебя есть другая работа, и я не хочу занимать твой компьютер.
- Брат, я прошу прощения, если...
- Не извиняйся. - Его голос звучал неподдельно. – Так хочет Отец Габриэль. А мы не хотим, чтобы у нас были проблемы.
Мой выдох облегчения заполнил лабораторию.
- Сара, мы больше не будем об этом говорить.
Я хотела спросить, не означает ли это, что он не скажет Джейкобу, но остановилась, внезапно пораженная вихрем неуправляемых вопросов и мыслей, проникающих в мой разум.
Мысленный образ часов меня смущал. Образ простых, ни чем не примечательных часов обосновался в моем сознании. Откуда я знала, что это воспоминания? Возможно, я их видела в «Северном Сиянии». В конце концов, здесь была школа. Дети отправлялись в ясли в пятинедельном возрасте, и шли в школу в возрасте четырех лет.
Но это не ответ на вопрос, почему образ расширился - почему я теперь представляла себя сидящей за маленьким деревянным столом с моим именем, нацарапанным на яркой бумаге, прикрепленной к верхнему краю.
Эта линия мышления была неправильной. Меня научили этому. Мне нужно признаться моему мужу и более внимательно изучить учение Отца Габриэля.
Каждый вечер среды, каждый в общине «Северного Сияния» посещал службу, но перед ее началом мне нужно было встретиться с одной последовательницей в яслях. Она и ее муж прибыли в «Северное Сияние» приблизительно в то же время, когда случилась моя авария, и ей требовалась помощь с переходом. Ее муж был под присмотром Джейкоба, который поручил помочь найти ее путь к «Свету» мне.
Пока я шла от лаборатории к яслям, я говорила себе сосредоточиться на Сестре Присцилле и забыть о тумане, который сгущался вокруг меня. Странные видения наполнили мои мысли. Я хотела поговорить об этом с Джейкобом. Он мог бы помочь, если бы только не уехал. И у меня не было возможности признаться ему в моих действиях в лаборатории или о том, что наполнило мои мысли.
Из-за того, что происходило в "Свете" он стал отсутствовать все чаще и пропадал на более длительные периоды времени. Я даже не думала, что он вернется сегодня вечером, так как службы в других общинах уже начались. Все, на что я могла надеяться, это то, что в "Северное Сияние" он вернется завтра.
Реальность заключалась в том, что расписание Джейкоба, как и все остальное, целиком и полностью зависело от Отца Габриэля.
Мои мысли вернулись к Присцилле, женщине-последователю, с которой я собиралась встретиться. Мы встречались раз или два в неделю в течение нескольких месяцев. Я пыталась сделать для нее то, что Сестра Лилит сделала для меня после моего несчастного случая, посоветовав ей уроки, для изучения и обсуждения учений Отца Габриэля. Частью моих обязанностей как жены члена Собрания было напоминать ей о ее месте и роли в качестве помощницы своему мужу.
Несмотря на то, что наш с Диной рабочий день в лаборатории закончился, рабочее время обычных последователей все еще продолжалось. Когда я пробралась внутрь большой металлической конструкции, расположенной рядом со школой, голоса маленьких детей заполнили мои уши. Как только дети могли говорить, их начинали учить трактату Отца Габриеля. Я улыбнулась звукам повторяющихся стихов и наставлений. Без сомнения, эти дети вырастут сильными солдатами и служителями "Света".
Каблуки моих сапог стучали по бетонному полу, когда я перешагивала через порог разделяющей перегородки, пробираясь к самым маленьким последователям. В некоторых классных комнатах разрешалось свободное время, которое, как я знала из моих посещений, было очень ценно для маленьких детей. Когда маленькие лица повернулись в мою сторону, «Сестра Сара» послышалось со всех сторон.
Даже дети знали избранных. Хотя, возможно, это была гордыня, мое сердце таяло с каждым их признанием. Я провела много часов, знакомясь с женами и детьми последователей, для которых Джейкоб был назначен наставником, в качестве члена Собрания. Я сердечно надеялась, что в моем лице они видели друга и наставника, так же как и жену Члена Собрания.
Как только я вошла в комнату для новорожденных, Присцилла подняла глаза и улыбнулась. Это не все, что отобразилось на ее лице, но я ощутила чувство облегчения, когда я подошла.
- Сестра Присцилла, могу я чем-то помочь?
- О, Cестра Сара, спасибо. Благодарю Отца Габриэля. Я знаю, не стоит жаловаться, но сегодня, — ее слова затихли, — это было испытание, и я счастлива, что преодолела его.
