Читаем Из леди в служанки (СИ) онлайн бесплатно

- Миледи, прошу.

Закончив осмотр своего отражения, я повернулась к камеристке, протягивающей белые, слегка отливающие голубым, атласные перчатки. Натянув их до самых локтей, я вновь обернулась к зеркалу во весь рост, чтобы оценить конечный результат.

- Прекрасно выглядите, миледи, - камеристка склонила голову, разглядывая собственный подол платья. Она почти все время избегала прямого взгляда.

- Как и всегда, - ответила я без какого-либо намека на тщеславие.

В конце концов всему Лэндонбургу об этом известно. Разговоры о моей красоте – нечто само собой разумеющееся. Ведь никто не подвергнет сомнению, что Грегор III – король Великой Галнии. Так и никому не придет в голову какое-либо иное высказывание, нежели «прекрасная Виктория».

Синее платье, довольно смело открывающее плечи, идеально оттеняло темно-рыжие пряди волос, завитых и собранных наверх в прическу, которая отдаленно напоминала корону. «Негласная королева», так называли меня в светских кругах.

Старшая дочь герцога, древний аристократический род, приближенный ко двору Его Высочества – такой «титул» более чем подходил моей особе.

Раздался негромкий стук, и камеристка вышла из спальни в прилегающую комнату, чтобы открыть дверь.

- Экипаж подан, миледи. Вас ожидают, - сообщила она, вернувшись обратно.

- Превосходно. И приведите в порядок накидку из горностая. Из-за вашего невнимания я вынуждена буду надеть песцовую.

- Слушаюсь, миледи.

Белая горностаевая накидка как нельзя кстати подошла бы к этому наряду. Я так и видела, как медленно вплываю в бальную залу Клиффордов, словно царица, и каждый не может оторвать от меня глаз… Все эти фантазии разбились тысячью кусочков о нерасторопность прислуги. Неужели это так сложно следить за гардеробом хозяйки?

Я взглянула на камеристку еще раз. Лицо серое, лишенное каких-либо красок, не выражало абсолютно ничего. Девушка часто вызывала у меня ассоциации с призраком во плоти. Но я уверена, что даже у призраков есть хоть какие-то эмоции. Порой ее присутствие меня пугало. Ведь если невозможно понять, о чем думает человек, от него можно ожидать чего угодно? Я постаралась выбросить эти нелепые мысли из головы. Вероятно, скучная жизнь прислуги сказывается на настроении моей камеристки, и во мне проснулась жалость.

Я спустилась вниз, где уже собрались все члены нашего славного семейства Лоуренсов. Мой отец, Говард Лоуренс, герцог Нифийский. Мать, леди Маргарет Лоуренс, герцогиня Нифийская. И две младшие занозы. То есть сестры. Леди Луиза и леди Анабель, семнадцать и пятнадцать лет. Сладкий возраст.

- Вечно, вы сестра, опаздываете, - произнесла Луиза, слегка растягивая слова.

- Для моих густых волос нужно вдвое больше времени, - парировала я.

- Даже если вы начнете собираться на бал с самого раннего утра, боюсь

все равно опоздаете. Удивляюсь, как ваше зеркало еще не треснуло.

- Луиза! – одернула девушку наша матушка, - Где ваше воспитание?

- Матушка, - произнесла я самым благовоспитанным образом, - Будьте снисходительнее к чужим недостаткам. Воспитание Луизы затерялось там же, где и ее заурядная внешность.

- Виктория! Да что же с вами такое?

Матушка распахнула веер и начала рьяно им обмахиваться. Видимо, чтобы скрыть красноту стыда за манеры своих дочерей. Для матушки этикет был возведен на самый высокий пьедестал, после походов в церковь, разумеется.

- Дамы, нам пора, - сказал отец, поглядывая на часы и направляясь в сторону выхода. Он никогда не обращал внимание на наши перепалки.

Мать проследовала за отцом и, воспользовавшись моментом, Луиза незаметно для всех показала мне язык. Я и бровью не повела. Меня совершенно не трогали выпады сестрицы. Ей уже семнадцать, а ведет себя, словно еще ребенок. Создавалось впечатление, что у Луизы не было иной цели в жизни, кроме как насолить мне при каждом удобном случае. Глупая. Мне это совершенно было безразлично.

На них двоих досталась только половина моей красоты. А то и меньше. Луизе к тому же перепал скверный характер нашей тетушки, леди Терезы Лоуренс, старшей сестры отца. Надо сказать, она изрядно потрепала нервы матушке, пока та пребывала в статусе невесты.

А вот Анабель повезло немногим больше. Она была тихой и милой девушкой. Если бы конечно не дурное влияние, которое в силу близости возраста, оказывала на ту Луиза. Временами я жалела, что не сблизилась с младшей сестрой. Но когда Анабель появилась на свет, я уже вовсю бегала и играла с куклами, и мне было не интересно нянчиться с младенцами. Луизе было всего два года, так их и воспитывали вместе.

Забравшись в карету, разложив юбки и устремив свой взор на Дювильскую аллею, на миг я ощутила невыносимую тоску. Театр сменяла опера, оперу сменял музыкальный вечер, затем балы, балы, балы… И так по кругу. Я блистала на всех мероприятиях. Принимала как дань поклонение моей красоте, моему богатству, статусу в обществе. Уже давно я не ощущала трепета новизны. Все было одно и то же.

И вот сейчас, глядя на самые дорогие особняки Дювильской аллеи, где располагался и наш городской дом, я чувствовала себя как-то пусто. Состояние трудно поддавалось описанию. Будто бы все вокруг в один момент потеряло смысл.

Я опустила взгляд на руки, затянутые в атласные перчатки. На запястье правой руки красовался изумительной работы сапфировый браслет из десяти больших камней. Этот подарок мне преподнесли родители на последний день рождения. В комплекте шли серьги и колье. У меня есть все, что душа пожелает. Все мечтают оказаться на месте леди Виктории Лоуренс. Так откуда мне в голову пришла такая глупость про отсутствие смысла?

Мысленно встряхнувшись, я прикрыла глаза и улыбнулась в предвкушении приема, которые давали граф и графиня Клиффорды в честь дня рождения их дочери. Джоан Клиффорд была чуть ли не на год меня старше, а все ходила в девицах, что давало мне лишний повод позлорадствовать.

Особняк Клиффордов располагался недалеко от нашего дома. Граф и графиня проживали на улице Мэррингтона, что находилась в одном из престижных районов города. Конечно, до Дювильской аллеи не дотягивает, но тем не менее здесь так же обитали высокородные аристократы.

Луиза и Анабель весь путь шушукались и смеялись. И признаться изрядно играли мне на нервах. Как хорошо, что сестер уведут в музыкальную комнату, где соберутся их ровесники и, под присмотром благородных матрон, будут развлекаться на более невинный манер.

Отец и матушка станцуют пару вальсов для приличия, а потом отправятся удовлетворять свои гастрономические запросы. Ну а я… постараюсь улучшить момент, чтобы уединиться с Эдмундом Бофортом, маркизом Сомерсет.

Перед глазами возник образ высокого, широкоплечего блондина, со слегка вьющимися прядями, которые хотелось пропустить через пальцы. Сильные, но в то же время мягкие руки, которые сразу выдавали в нем человека, принадлежащего к аристократическим кругам. Вспоминая, как он в последнюю нашу встречу дотронулся до моей кожи, незатянутой в перчатку, по телу побежала приятная дрожь, и я прикрыла глаза от удовольствия.

Как хорошо, что в это время года сумерки сгущаются уже в шестом часу, и никто не увидит моего мечтательного выражения лица. Возможно даже немного глупого. Но я ничего не могу с собой поделать! Эдмунд… Только в мыслях я могла позволить себе называть его по имени. Как же сильно я жду того часа, когда смогу обращаться к нему так не только в своих мечтах.

Не было абсолютно никаких препятствий для нашего брака. По правде говоря, каждый видный джентльмен мечтает оказаться в роли мужа старшей дочери герцога Нифийского. Ведь титул будет наследовать мой первенец. Если конечно тот окажется мальчиком. Маленький такой нюанс.

И потому выбирать жениха я обязана только из самых достойных семей. Иначе как понять, женится избранник из-за любви, или из-за титула и денег?

Оттого на сердце было тепло, потому что я знала, что Эдмунд принадлежит как раз к такой достойной семье. В будущем к нему перейдет герцогский титул отца, поэтому ему нет нужды гоняться за моими богатствами.

Наша карета подкатила к главному входу особняка Клиффордов. Лакеи открыли дверцу, спустили подножку и помогли выйти. В холле мы разделились с моими сестрами. Те уплыли, а точнее сказать, ускакали как слоны, в музыкальную комнату, куда стекались остальные такие же девочки. Была там и пара мальчиков. Так, для разнообразия, видимо.

Луиза могла бы присоединиться к нам на «взрослый праздник». Ей уже исполнилось семнадцать, и совсем недавно она дебютировала. Но по какой-то неведомой причине, Луиза решила составить компанию Анабель. Я только пожимала плечами в ответ на такое странное желание. Сама я в этом возрасте спала и видела, когда мне наконец представиться возможность вскружить голову всем и каждому. О браке с кем-либо я даже не задумывалась, и более того, не сильно горела желанием связывать свою жизнь и судьбу столь преждевременно.

Но теперь, я была готова. Кажется.

Пройдя через холл, мы поднялись по лестнице, ведущей в галерею, а оттуда в бальную залу, где примкнули к очереди из прибывших лордов и леди.

- Граф и графиня Кент!

О, эти прибыли без сына? Видимо виконт так и не избавился от пагубной привычки прикладываться к бутылке вина. И сейчас, скорее всего, проигрывается в пух и прах в компании таких же молодых оболтусов, в каком-нибудь неприличном заведении. Бедная семья Кент. Их единственная надежда - женить сына на дочери зажиточного торговца, не иначе. Поскольку виконт уже давно разрушил все призрачные надежды на то, что он станет образованным человеком, мудро распоряжающимся наследством. Пустит по миру, точно говорю.

Помню, как еще в мой первый сезон, этот наглец позволил себе распускать руки в саду у Арчибальдов. Мокрые, потные, скользкие. Фу, противно вспоминать. Я рада, что сегодня его здесь нет, и не нужно будет прикидываться вежливой сквозь стиснутые зубы.

- Граф Суррей и леди Александра!

Старый граф со своей единственной дочерью. Говорили, что покойной леди Суррей было всего семнадцать, когда та вышла замуж. Видимо рассчитывала пережить старого графа. Однако… жизнь распорядилась по-своему.

Леди Александра – самая явная жертва для виконта Кент. Бедняжку растили в деревне вдали от городской суеты. Ни тебе слухов, ни тебе сплетен. Обвести вокруг пальца проще простого. А граф слишком стар и слеп, чтобы разбираться в мотивах жениха. Удивительно, что виконт здесь не заявился. Александра – легкая добыча. Вон, уже вижу, как пара щеголей провожают девушку внимательным взглядом. Надо бы завести с ней более близкое знакомство и оградить от охотников за приданным.

- Сэр Уильямс!

Имя ни о чем не говорит.

- Леди Кларисса, мисс Боунс и мисс Боунс!

А эти как заполучили приглашение?

- Герцог Нифийский, герцогиня Нифийская и леди Виктория!

Наконец-то! Уже ноги затекли.

Отдав лакею накидку, я очень медленно спустилась в залу. Для пущего эффекта. Ну и разумеется, чтобы не запутаться в складках платья.

Взоры большинства гостей устремлены на глубину моего декольте. Одобрительные ухмылки лордов, возмущенные взгляды леди. Конечно, ведь я незамужняя женщина для столь откровенного выреза.

Внизу нас встретили хозяева особняка, граф и графиня Клиффорд. А Джоан видимо появится в самом конце, когда соберутся все гости. Обменявшись приветствиями и парой обязательных реплик, мы двинулись дальше. Дойдя до стульев, матушка с неприличествующим для герцогини облегчением, расположилась на одном из них. Лакеи принесли шампанское и я приготовилась к утомительному ожиданию появления именинницы.

То и дело подходили друзья и знакомые, чтобы выразить свое почтение отцу и матушке и восхищение моей особе. Я же лениво кидала взгляды в толпу, как бы невзначай скользя по нарядам. На самом деле стараясь выхватить столь желанный профиль.

- Очень рад, очень рад. Знакомство с вами, ваша светлость, для меня большая честь.

А вот и сэр Уильямс. Невысокого роста, с залысинами. Так сразу и не определить его возраст. Подобострастные речи сопровождались цепкими взглядами в мое декольте. Старый извращенец. Хотя, может и не старый, но менее противно не становится. Повернулась другим боком, делая вид, что рассматриваю лепнину и роспись потолка.

С этого угла обзора я наконец-то увидела своего Эдмунда. При виде высокой и мощной фигуры маркиза, сердце застучало быстрее. А при виде некой блондинки, стоящей рядом с ним, чьим словам Эдмунд смеется, запрокинув голову, сердце застучало еще быстрее.

Кто это? Со спины никак не разобрать. Подвинуться бы чуть левее. О! Вот она повернула голову графу Суррею. Эту седую гриву ни с кем не спутаешь. Да это же Александра!

Значит вот она какая, невинная простота. Да чтобы она вышла замуж за виконта Кент!

Чувствую, как грудь вздымается верх вниз, а щеки алеют. В зале становится невыносимо жарко, и я начинаю обмахиваться веером. Как он посмел? Первым делом Эдмунд должен был подойти ко мне!

- Леди Виктория, вы выглядите просто очаровательно! – обратился ко мне сэр Уильямс, а точнее к моему бюсту, - Позвольте принести вам еще бокал шампанского? Вижу свой вы успели опустошить.

И правда. Залпом что ли все выпила?

- Да, благодарю.

Пусть идет. Уж лучше так, чем глазеть на мою грудь. Уже жалею, что надела именно это платье. А ведь старалась для кого!

- Леди Джоан Клиффорд! – прозвучало над залой и все головы разом повернулись в сторону лестницы.

Что ж, платье было выбрано весьма недурное. Нежно лиловый наряд заставлял кожу Джоан словно сиять, а светлые волосы отливать золотом. Или это игра свечей?

Оркестр заиграл музыку, и граф Клиффорд повел свою дочь в центр залы, открывая вальс. К ним присоединились другие танцующие, в том числе и я с поклонником, имени которого даже не старалась запомнить.

Особо того не желая, но я уже успела пообещать первые несколько танцев. Будет вам наука, Эдмунд Бофорт!

Среди вальсирующих я его не замечала, но и крутить головой по сторонам я не могла себе позволить.

- Леди Виктория, я не побоюсь заявить, что вы самая прелестная женщина в этой зале. Даже во всем Лэндонбурге! Любого, кто осмелится возразить, я вызову на дуэль!

Легко делать такие заявления, когда кроме меня никто больше этого не слышит. Значит и возражать тут некому. Уж точно не мне.

- Очень лестно такое слышать, - обойдусь без обращений.

- Это сущая правда! – пылко произнес мой поклонник.

Не то, чтобы приелось, но я чуть ли не каждый день слышу подобные комплименты. Ладно. Буду честна перед собой. Приелось.

- Вы заставляете меня краснеть.

Всегда повторяю одну и ту же фразу.

По завершении танца молодой денди проводил меня к родителям и остался возле нашего круга. Эдмунда по-прежнему не наблюдалось рядом. По крайней мере его не было и рядом с леди Александрой, стоящей поодаль.

- Дорогая леди Джоан, мои вам поздравления, - я повернулась на голос отца и оказалась лицом к лицу с Джоан.

- Благодарю, ваша светлость. Я польщена присутствием всей вашей семьи на празднике, - Джоан присела в идеальном до тошноты реверансе и отошла ко мне.

- Леди Виктория.

- Леди Джоан.