Читаем Итоги № 32 (2012) онлайн бесплатно
Все у нас получится
/ Политика и экономика / Главная тема
Владимир Потанин: «Неизбежный успех Олимпиады в Сочи был предопределен в момент, когда МОК вслух высказал сомнения, что русские успеют все построить. Тут уж ретивое и взыграло! Ах, с моста прыгать нельзя? Тогда точно сиганем!»
Горнолыжные соревнования Олимпиады-2014 в Сочи, как известно, пройдут в комплексе «Роза Хутор», строительством которого занимается группа «Интеррос». Логично было предположить, что ее президент Владимир Потанин прилетел на Игры-2012 в Лондон не только морально поддержать наших спортсменов, но и подсмотреть английский опыт организации столь масштабных соревнований, дабы попытаться перенести его в родные палестины. Разговор с главным по горнолыжным тарелочкам в России подтвердил немудреную гипотезу…
— И то и другое. Когда едешь на Олимпиаду, хочется за своих порадоваться, на чужих посмотреть…
— Поздновато, форма уже не та. Хотя хорошая физподготовка здесь нужна, иначе не добежать с одного соревнования на другое. Скажем, от места высадки из машины до кортов на Уимблдоне надо идти километра полтора. И до Акватикс Центра, где стартовали пловцы, не меньше. Так что перебежками, перебежками…
На церемонию открытия не ходил, посмотрел фрагменты по телевизору. Не очень люблю такие шоу, предпочитаю наблюдать за спортсменами в их естественной среде. Соревнования — главное, ради чего сюда ехал. Но поскольку имею некоторое отношение к Сочи-2014…
— Это со строительством горнолыжного кластера в Красной Поляне, горной Олимпийской деревни и Российского международного олимпийского университета. Конечно, в организационном плане наша роль в проведении Игр не столь велика, как в финансовом, тем не менее опыт Лондона будет явно не лишним для комплекса «Роза Хутор».
— За Россией не заржавеет, можно даже не сомневаться. Обычно у нас беда с системной работой, все хотят быстро и сразу, ну и плюс понты пиаровские, куда же без них. Планомерно двигаться к намеченной цели мы не очень умеем, а вот подвиг совершить — запросто. Это по-нашенски! Неизбежный успех Олимпиады в Сочи был предопределен в момент, когда МОК вслух высказал сомнения, что русские успеют все построить. Тут уж ретивое и взыграло! Не надо им было это говорить. Ах с моста прыгать нельзя? Тогда точно сиганем!
Убежден: все успеем, организуем и проведем в лучшем виде.
— Никогда не считал, будто деньги могут заменить интеллект, оргспособности и человеческие усилия. Сколько миллиардов ни давай, если механизм не отлажен, все будет крутиться вхолостую. Конечно, траты на Сочи большие. Местные английские товарищи просят меня сравнить расходы на две Олимпиады. Но параллель совершенно некорректна. В Лондоне есть все необходимое — дороги, отели, транспорт, развитая инфраструктура. Да, они построили Олимпийский парк и что-то по мелочи подремонтировали. А в Сочи многое создается с нуля. По сути, мы превращаем советский город в современный международный курорт, которых в России нет. Другое дело, что по нашей отечественной привычке часть денег ушла в откаты. Однако это не особенность конкретно Сочи, подобное происходит и в других местах, где имеет место госзаказ. Уже и дети знают: болезнь заразила всю систему, и с ней надо бороться. Но это не повод ничего не строить в Сочи.
— Помните, у Жванецкого: «Ихний Хельсинки — тот же Гомель, я так думаю». Наш Сочи — их Стратфорд, пусть не обижаются жители города-курорта. И по экологии, и по транспорту, и по остальному. Даром что не промзона, но по освоенности одно почти не отличалось от другого. Большое дело, что благодаря Олимпиаде нам удастся облагородить Сочи. Уверяю вас, для россиян это более востребованная тема, чем окраина Лондона для жителей английской столицы. У них проблема не так остро стояла, а у нас черноморской береговой полосы осталось с гулькин нос.
По поводу экологии. За всех отвечать не берусь, но мы очень внимательно следим, чтобы ничего не нарушить, с каждым вырубленным деревом носимся как с писаной торбой. И высадили взамен гораздо больше, и леопарда возвращаем, и чего только не делаем! Национальный парк рад сотрудничеству с нами. Помогаем экологам реализовывать их программы, сами пришли в Красную Поляну с дружественными технологиями и позиционируем курорт как не вредящий природе. И дальше в горы никто не полез, хотя были планы развивать ту же Грушевую Поляну. Остановились в первую очередь из-за требований экологов. Я ведь был на совещании у Путина, где обсуждался этот вопрос. Не надо огульно думать, дескать, раз начали такую большую стройку, обязательно загадят все вокруг.
— Отвечаю в порядке поступления. Об олимпийском наследии. У нас самая простая задача, поскольку «Роза Хутор» — горнолыжный курорт, таковым задумывался и им останется. Там смогут кататься до десяти тысяч человек в день, и, уверен, все будет востребовано. Об остальных объектах мне говорить сложнее, поскольку в процессе принятия решения не участвую и за всем наблюдаю со стороны. Тем не менее лыжные трамплины и санно-бобслейная трасса лишними в России точно не будут. Там смогут тренироваться наши сборные, а не выезжать за рубеж, как происходит сейчас. Лыжно-биатлонный стадион тоже пригодится. Я видел во Франции, как после Игр в Альбервиле тамошнюю арену переоборудовали под центр развлечений. Любой желающий может взять в аренду ружье, пройти курс молодого биатлониста и пострелять по тарелочкам. Сначала расстояние совсем маленькое, для удобства прицеливания разрешено использовать в качестве подпорки специальный ящичек. Постепенно задача усложняется, усложняется… Вот так побегаешь и начнешь по-иному относиться к биатлонистам, поймешь, почему они промахиваются в ответственный момент. Хорошо сидеть у телевизора и критиковать…
Возвращаюсь к теме. Прибрежным объектам, расположенным в Сочи, тоже найдется применение, хотя решить задачу будет сложнее. Но так было и в других столицах зимних Олимпиад. Понятно, городу не нужны пять ледовых стадионов. Хоккейный дворец и каток для фигуристов оставят, что-то переоборудуют под выставочный центр, еще как-то перепрофилируют. Это решаемо.
Что касается «Формулы-1». Соревнование очень престижное в мире автоспорта, и России было важно заполучить его именно в Сочи, чтобы привлечь дополнительное внимание к городу, направить поток туристов в новое русло. Словом, это продвижение имиджа столицы будущих Игр. Завоевать право на проведение «Формулы-1» не так просто, это еще надо было пролоббировать на международном уровне. Большая удача, что под общий олимпийский кипеж и это соревнование получили для России. Конечно, многое зависит от проекта, насколько затратным окажется, но идея у меня сомнений не вызывает. Мы с превеликим удовольствием и этап Кубка мира по горным лыжам в комплексе «Роза Хутор» провели бы. Будем стремиться.
— Этого никто не мог знать. Покатался за компанию с Владимиром Путиным на лыжах в Австрии, после чего за чаем решили построить подобный курорт в России. Без излишеств. Стартовый проект тянул на триста сорок миллионов долларов, что не выглядело астрономически, а сейчас мы плавно перешли на миллиарды… Конечно, это из-за Олимпиады. Резко выросло количество трасс — их нужно проложить, подъемников — их надо установить. Плюс сноуборд-парк и фристайл-центр. И так далее, и так далее... Только строительство Олимпийской деревни тянет почти на миллиард долларов. Система искусственного оснежения у нас будет самой большой в Европе — под сто гектаров. Таково требование международной федерации: спортсмены должны кататься на однородном снегу, поэтому пушки поставим вдоль всех трасс. А их проложим не менее восьмидесяти километров.
— Во всех горных дисциплинах. Солидно! Добавьте еще паралимпийцев. Кстати, проведение их соревнований, создание условий для комфортного пребывания в горах людей с ограниченными физическими возможностями привело к удорожанию проекта на пятнадцать процентов.
— Не совсем так. Не просим оплатить коммерчески оправданные расходы, связанные со строительством отелей или расширением курорта. Но есть траты, которые делались исключительно под Олимпиаду.
— Говорим о шестнадцати миллиардах рублей. Впервые тема возникла в декабре прошлого года. Мы все обсчитали, дали цифры. Государство признает восемь миллиардов, четыре отвергает и столько же остается под вопросом.
— От принятия решения до его реализации всегда проходит время. Пока механизм не отрегулирован. Варианты разные — субсидирование процентов по кредитам, создание свободной экономической зоны, налоговые льготы... Надо обсуждать.
— Деньги бюджетные, немалые, решение требует определенной ответственности. Исходя из принципа единоначалия, не сомневаюсь: последнее слово останется за Путиным… Хотелось бы, чтобы государство поскорее поставило точку в этой истории.
— А чего им волноваться? Все равно ничего не достанется, деньги пойдут на благотворительные цели.
— Наоборот. Думаю об их будущем и не хочу придавить своими миллиардами.
— Гарантирую оплату расходов на образование и медобслуживание, остальное по минимуму. Дочери вот купил квартиру. В хорошем районе, но скромную, двухкомнатную.
— Российская Федерация называется. Большая такая, семнадцать миллионов квадратных километров.
— Выбрали местечко в городе-герое Москве. Настя сама обставляла, все сделала со вкусом. Старший сын со временем, наверное, захочет что-то свое построить, но пока живет в родительском гнезде. Младшему только тринадцать, у него другие проблемы на повестке дня…
— Настя со мной. А как же? Она ведь работает event-менеджером в компании «Роза Хутор», отвечает за организацию различных мероприятий в рамках продвижения проекта. Вот и в Лондоне перенимает опыт. Уже не говорю, что в отличие от меня, дилетанта, дочка имеет профессиональное отношение к спорту, она трехкратная чемпионка мира по аквабайку.
