Читаем История невинной девы онлайн бесплатно
Сказка для взрослых
Приятно представиться, невинная дева!
В смысле, я - Невинная Дева.
Должность у меня такая. Скажете, звучит дико? Согласна.
Но ведь не я эту работу придумала, так что ругать, чур, не меня, а то королевское Величество вкупе с его заумными советниками, которые совместно и породили такую идиотскую профессию.
Легко ли быть Невинной Девой?
Ну-у, как сказать. Конечно, с одной стороны, работа - не бей лежачего! Ешь, пей, веселись, только глазками невинными хлопай и блюди свое злосчастное целомудрие. (Эх, сказала бы я об этом иначе!)
С другой... спроси меня по-хорошему, врагу бы такой доли не пожелала. Как по мне, лучше судомойкой на кухне или прачкой. Да пусть даже скотницей!
Увы.
Должность моя наследственная. И весьма опасная. (Об этом позже).
Мое семейство раз в поколение отсылает по жребию высокородную невинную девушку, одну штуку, для службы при дворе.
Что несложно, потому как сестер, кузин, племянниц и так далее у нас водится в изобилии. В отличие от земель и владений, на которых эту ораву можно содержать.
Девица должна быть красива, умна, образованна, письму и чужим языкам обучена и прочая, прочая, прочая... Самое главное в этом деле - невинна. Ключевое слово.
И вот сидит эта дура до двадцати восьми лет - а выбирают ее в двенадцать, заметьте! - и ждет.
Чего ждет?
А бакалавр знает чего!
Нет, в теории все звучит честь по чести: невинная дева когда-нибудь спасет страну! (О-о-о! А почему не весь мир?) Так сказал древний оракул пару веков назад. Небось у старичка бодун был знатный!
С тех пор, как король со товарищи вот это безобразие удумали, страну спасти не удалось никому. Пьянство, мздоимство и бесконечная алчность всех власть имущих нашей страны делали с ней то, чего не смогла бы совершить толпа татаро-монголов, и никакого количества невинных дев тут не хватит. Ну я так считаю...
В общем, сменилось уже восемь поколений. Девиц, правда, было больше. Раза в два или три. Части нашлось прямое применение (об этом тоже позднее), часть красавиц благополучно перешла из звания "невинная дева" в малопочтенный статус старой девы, а примерно треть была... казнена.
Да, в этом загвоздка. Невинность на этой должности - дорогостоящий товар. Слишком дорогостоящий.
Если девушка утратила невинность, в обычной жизни ее ожидает брак (ну, не считая пары подзатыльников от родителей). В моем случае - смерть. Близость с мужчиной влечет за собой мучительную гибель от чертова шара девушки и мужчины, который ее соблазнил. Вот такая муть, уважаемые.
И столько бесполезных жертв на благо государства.
Не понимаю, на что эти несчастные надеялись?! Ведь каждое утро девушка должна подтвердить свое целомудрие ясно и убедительно - зажечь хрустальный шар в тронном зале. Если он не загорелся или зажегся алым - все, обманщица. Это же прикосновение убивает ее мужчину на любом расстоянии. Час, всего только час - и финита ля комедиа бесстрашным любовникам. Магия.
Ох-хо-хо... служить и служить. Моей персоне еще только двадцать годочков. А меня угораздило влюбиться, серьезно и по-крупному в самого прекрасного мужчину в этом подлунном мире, сероглазого и отважного. Настоящего рыцаря, умного, храброго и ловкого, предмет мечтаний всех окрестных девушек. В короля. (А вы на кого подумали?) Он, правда, еще не полностью стал королем, если жив его венценосный отец, но уже и не принц, ведь его величество Станислав короновал единственного сына и отдал ему регалии истинной власти вместе с полномочиями, удалясь на покой (насчет покоя - это как сказать!).
Каждое утро, когда я предстаю перед своим правителем в традиционном белом платье, похожем на доисторическую ночную сорочку, и касаюсь белого шара у его ног, наши глаза встречаются. Мое сердце взрывается, огненный сгусток толкает кровь в горло и замирает на долю секунды. Только его глаза вызывают у меня такие непостижимые перебои. Только эти внимательные и странные глаза.
За два года, с тех пор, как Ханри стал королем, мы не сказали друг другу и десятка посторонних слов. Только то, что положено:
- Моя невинность служит вам.
Только то, что полагается королю отвечать:
- Я принимаю твою службу.
Невинная Дева - непростая должность. Укротить дракона, призвать единорога, подарить заезжим колдунам пару стаканов крови (сугубо добровольно, заметьте!), или отдать жизнь на священном алтаре Древних Богов - при необходимости все это поручают ей. Ее обязанность, ее долг, ее священное право.
"Моя невинность служит вам".
Ха! Ненавижу слово "невинность". Оно отвратительное и холодное. Невкусное, как металл ножа на языке.
Вчера весь наш мирный уклад жизни в замке перевернулся вверх тормашками. Слуги украдкой смахивают слезы, воины ходят с каменными лицами, все придворные дамы втайне готовят траурные повязки. Дворовой люд гудит, как осиный встревоженный рой.
К нам приехали послы короля Арсенболла. Не с дружеским соседским визитом, не с торговым соглашением, не с предложением руки королевской дочери. Король-людоед, король-убийца, как его прозвали соседи, прислал нам вызов.
Есть у нас такой миленький обычай: вместо многолюдных и кровавых сражений два повелителя устраивают смертельный поединок. Ровно час и одну минуту сражаются короли, и если никто из них не убил другого, бой продолжится на следующий день. Опять один час и одна минута. Столько дней, сколько необходимо одному из них, чтобы сдаться или умереть.
Ой, смешно. Двадцатилетний принц, мой ровесник, против тридцатипятилетнего Арсенболла. Хрупкий юноша, еще не успевший войти в полную силу, против гиганта-богатыря, прирожденного воина и кровожадного убийцы.
Вообще-то говоря, раньше Арсенболл не был нашим соседом. Наше маленькое королевство граничило с владениями герцогов Бьянко, королевством Розингов и халифатом Рустамата. Это раньше.
Не зря Арсенболла прозвали жестоким убийцей. Теперь с трех сторон нас окружают его обширные земли. Откажись Ханри от боя, ничего не изменится. Вражеское войско разорвет и проглотит наше, как тигр зайца. Как орел крапивника. Не останется даже перышка.
Так или иначе, наш король обречен. Это ясно даже последнему поваренку на кухне. Я не кричу, не плачу, хотя очень хочется, я хожу по кругу и мучительно думаю, думаю, думаю... Нет безвыходных положений, есть только безмозглые придворные петухи и расфуфыренные курицы, неспособные решить простейшие задачи. Я не могу, не хочу позволить убить моего короля. НЕ. ИМЕЮ. ПРАВА. Так что думай, голова, геннин1 куплю.
Кажется, один вариант наклёвывается. Это будет непросто, но если я приложу все усилия, шанс есть.
Отец нашего повелителя, король Станислав, призвал меня глубокой ночью, прислав своего личного слугу. Его величество говорил много и высокопарно, я даже невольно заслушалась, рассеянно глядя на его шитый серебром черный бархатный камзол. Мне вот бархатный костюм носить не положено. И так долго и гладко чесать языком не могу, устаю и запинаюсь. Не получается настолько благолепно давить на чью-то сознательность или совесть, будто на больной мозоль, здесь особый талант нужен.
Зато король… он проникновенно и высокопарно говорил о долге, чести и моих обязанностях. Говорил и жадно заглядывал мне в лицо голодными глазами, полными надежды, будто у меня в руках последний кусок хлеба и я просто обязана его королю отдать. Хотя речь шла не о хлебе, отнюдь.
После долгого промывания моих ничтожных мозгов и в завершение длительной моральной подготовки мне вручили приказ.
Зря Станислав так беспокоился, мог бы и не тратить совершенно напрасно свое и мое время. Я бы сделала то, что он пожелал, по велению души и без его приказа. Дорожная сума, аккуратно собранная, еще с вечера надежно припрятана за сундуком. Я придумала этот план раньше. Пока я жива, мой король не умрет. Невинная дева - тяжелая работа, эту истину я усвоила с самого начала. Не в том дело: и последняя служанка-замарашка сделает все, чтобы спасти любимого мужчину. А если твой любимый по несчастному стечению злых обстоятельств сам король - о-о-о! - тогда плата повыше. Это "всё" включает в себя многое, иногда больше, чем жизнь или честь.
Я шла пыльной столбовой дорогой в пестром наряде ромов - синяя юбка в крупных желтых розах, блузка цвета пламени, в ушах призывно позвякивали узорчатые золотые серьги размером с ладонь (самое удивительное, цыганок обычно никогда не грабят - сглаза боятся, что ли?). На губах, словно рана, ярко-красная помада. Изящный профиль, вьющиеся кудри цвета воронова крыла и угольно-черные глаза (за которые в детстве кузины бессовестно дразнили меня, крича, что глаза немытые). Немного орехового крема, втертого в белую кожу, мониста на шее, пара лент в волосах и разбитые сандалии - и вот уже перед вами смуглая цыганка, жительница кочевых шатров. Недаром на каждом маскараде сестрицы с радостью обряжали меня в костюм цыганки, вот и пригодилось. Не пришлось грабить кого-то из наших дам или срочно импровизировать, все нашлось. Дочь кочевников должна быть весела, вот я и веселилась. Лихорадочной, истерической веселостью курительницы южной травы. Извините, радость такая, какая есть, другой не накопила.
Долго тащиться по пыльному тракту, изнывая от дневной жары, не пришлось. Меня украли почти сразу, у самой границы. Конные стражники восторженно щелкали языками, прикидывая размеры королевского вознаграждения. Во всех десяти королевствах каждая собака знает, что Арсенболл любит цыганок. Только низких, грязных р
Кап-кап, кап-кап.
- Ну, не плачь, милая, он тебя не съест... разве откусит кусочек удовольствия между ногами. Наш господин хорошеньких девушек не обижает - осчастливит разок-другой и отпустит.
Кап-кап, кап-кап.
- Глупая! Чего рыдаешь? Он даст тебе денег мешок и золотой пояс.
Кап-кап, как-кап.
- Ну, хватит! - скрюченная карга, перетянутая на поясе шалью, всплеснула руками. - Ты не цыганка, а глупая гусыня! Чего разревелась?! Он тебя после не казнит, не боись! Лучше вон умойся, накрась глазки и прихвати гитару. Будешь его величество песнями развлекать!
Я взяла у нее большую льняную простынь и вылезла из глубокой ванны, полной душистой пены.
Глупая?! Это кто еще из нас двоих глупый? В нашем королевстве к его величеству или наследному принцу в жизни не допустили бы женщину с улицы. А вдруг она шпионка или, того хуже, наемная убийца? Этот король слишком доверчив. Умный человек запросто мог бы сыграть на его слабости. Забористая юбка, яд, петля и кинжал - оборотная сторона цивилизованной дипломатии.
Ровно час спустя я смогла убедиться: из нас двоих более наивная личность - ваша покорная слуга.
- Заходи, милая, не стесняйся, - Рэм Абендаболл сидел в своей горнице и дописывал письмо.
Я опешила. Никогда не видела белого цыгана.
- А-а-а, засмотрелась на мои волосы? - с отвращением глянул в зеркало на стене мужчина с ярко-синими глазами. - Думаешь, не знаю, что ты себе подумала? Это папочкино наследство. Как и это... - зло щелкнул пальцем по лежащей на столе перед ним короне.
Я помялась, не зная, с чего начинать совращение более опытного совратителя. Сцена моего падения как-то с самого начала не заладилась. Чулки шелковые начать закатывать, что ли? Эффектно так, уперев ногу на подлокотник кресла в стиле любимой фаворитки королевского батюшки? Так нету их. Молодые цыганки чулки носят только зимой. И то... никак не шелковые, а шерстяные, грубой вязки.
- Что ты умеешь? Петь, плясать, гадать? Погадаешь на счастье? На чувства? Тебе дать колоду на тридцать шесть или на пятьдесят две карты? А может на семьдесят восемь размахнешься?
Я было открыла рот, чтобы согласиться. И вынужденно заткнулась. Ну могу, конечно, провести гадальный сеанс на свой страх и риск, специально цыганским раскладам училась. Но вряд ли получится так же умело замыливать глаза и пудрить мозги короля-полукровки, как своим сестренкам и тетушкам. Я помню несколько гадальных исконно цыганских раскладов, интересовалась ими, чтобы достоверно отыгрывать роль цыганки на маскарадах, но, прямо скажем, я не профессиональная гадалка-драбаровкиня. Не специалист, и это мгновенно вылезет в присутствии любой настоящей р
- А впрочем, не нужно. Я и так хорошо знаю ваши сказки. Лучше спой. Нет, спляши. Нет, - он встал и притянул меня обоими руками, крепко прижал к груди, - с такой девушкой на это времени тратить жаль.
Руки от волнения немного тряслись, пришлось незаметно спрятать их за спину, отчаянно пытаясь унять предательскую слабость. Я оглянулась в поисках бокала, томно закатила глаза и собралась играть роль роковой обольстительницы. Король перехватил взгляд:
- Если ты про ту отраву, которую тебе зашили в таблетках, порошках и пластинах в каждый шов одежды, иглы и дротики, спрятанные в юбках, то моя охрана эту пакость выбросила, а одежду выстирала, - невозмутимо сообщил Рэм. - Кинжалов в сандалиях у тебя тоже больше нет, и удавку мы заменили на обычный безобидный шнурок, ты им курицу не придушишь, - он самодовольно усмехнулся.
Мне конец. Интересно, потом публично сожгут или запытают до смерти? Глаза сами собой бессмысленно вытаращились, мои ноги подкосились, и я чуть не рухнула на пол:
- Вы меня арестуете?
- Вовсе нет. Только гарема еще здесь не хватало! - Зубы Рэма сверкнули в улыбке. Король был расслаблен и невыносимо беспечен. - Возьму с тебя обычную плату и отпущу.
Я скрипнула зубами - королевская милость прямо-таки бьет наповал!
- Видишь, милая, я от тебя ничего не скрываю, - его улыбка расползлась еще шире. - За две недели ты пятая. Пятая смуглая отравительница из числа женщин моего народа. К моему удовольствию, ваш король и его разведка не дремлют, - красавец откровенно забавлялся. - Я не зря всех своих девушек прошу мне гадать, - его взгляд, казалось, обратился внутрь. Улыбка пригасла. - Мне на роду суждено полюбить прекрасную благородную даму и погибнуть от ее руки. Выход нашелся... сама понимаешь, румны высокородными не бывают, - он опять расцвел. - Что и к лучшему, - король осторожно отодвинулся от меня и потянул завязки оранжево-красной блузы. - Да, преданность хорошеньких певиц и танцовщиц можно легко перекупить, но это не беда! - Рэм хохотнул: - Лишь бы я не оплошал.
Я будто упала с большой высоты - внутри меня все ухнуло и вернулось на место:
- А вдруг я и есть та самая благородная дама? - мой голос слегка дрожал.
- Ага. Герцогиня Блуминсдейлская, - саркастически отозвался король, деловито стаскивая с меня клочки оставшейся одежды, которой, впрочем, было немного. - Да что там стесняться, сама принцесса Тумурии! - С ухмылкой оценил взглядом оставшееся и продолжил свое занятие.
- А вдруг? Вы не боитесь, ваше величество? - во мне проснулся нездоровый азарт.
Он пожал плечами в знак мнимой покорности року:
