Читаем Искусство быть португальцем онлайн бесплатно

Teixeira de Pascoaes

Arte de Ser Portugu^es

Дорогой Неизвестный Читатель!

Настоящим Издательский дом «Русская философия» представляет книгу португальского писателя и поэта Тейшейры де Пашкуайша «Искусство быть португальцем».

Национальному человеку требуется задать правильные координаты собственного образования, с помощью которых он сможет воспринять наследие предков для воспитания самостоятельной души. Во главе этого направления всегда стоят национальные поэты и философы, которые в своих произведениях хранят особые качества своего народа, постоянно напоминая об этом.

Тейшейра де Пашкуайш саудаистически (именно это слово утверждает писатель в качестве главного ключа португальской идентичности) погружает читателя в особое португальское пространство, задавая ни с чем не сравнимые национальные координаты.

Он словно воспоминает будущее величие Отечества, к возрождению которого вдохновенно призывает граждан своей страны. Словно сама Небесная Португалия, как выражение вечной платонической идеи о Любви, говорит сквозь поэта.

Безусловно, чтобы быть португальцем, им необходимо стать или, лучше сказать, становиться каждый день своей обычной жизни, что является искусством, в данном случае искусством португальского бытия.

Настоящее издание представляет учебник португальской онтологии, который поможет направить странствующую душу человека в национальную обитель.

Все мы немного португальцы, странствующие души своих жизней.

Сопровождая смыслы,

Издатель

Имя португальского поэта и мыслителя Тейшейры де Пашкуайша (1877–1952) мало известно у нас в России. Да и в самой Португалии о нем вспоминают нечасто. Он и при жизни не афишировал свое творчество, проводя время в родовом имении в Гатане, недалеко от Амаранте, где занимался поэзией, философией, мистическими духовными поисками и созерцанием окружающего пейзажа.

В 1915 г. он написал предлагаемую вниманию читателя книгу «Искусство быть португальцем», в которой попытался определить духовную сущность португальского характера и которая по своему значению и по проекции, которую она имела в дальнейшее развитие португальской литературы, опередила и пережила свое время. Тейшейра де Пашкуайш был прав, когда говорил, что эту книгу надо изучать в лицеях.

Природа португальской души виделась Пашкуайшу в непереводимом слове «saudade», которое очень приблизительно можно перевести, как «томление», «тоска неясная о чем-то неземном», и которое определяло поведение португальцев во всем и, в первую очередь, подвигло их на Великие географические открытия. Последователей учения о «саудаде» называли саудосистами. К ним относился и гениальный португальский поэт XX века Фернанду Пессоа, выступивший как самый выдающийся продолжатель Пашкуайша. В стихотворном цикле «Послание» он проявил себя как саудосист и себастьянист. Себастьянизм – также употребляющийся Пашкуайшем термин, хотя явление существовало еще с XVI века и распространилось не только в Португалии, но и в Бразилии. Сторонники этого направления общественной мысли (не только философы, но и просто народные мудрецы, самым популярным из которых был португальский Нострадамус Гомеш Эанеш Бандарра) считали, что португальский король Дон Себастьян не погиб в битве при Эль-Ксар-эль-Кибире в 1578 г., а был перенесен таинственными силами на заколдованный остров, откуда будет возвращен в Португалию в трудный для Родины час.

Пашкуайш также писал свою книгу с целью возрождения национальной психологии «путем воссоединения португальцев на основе национального характера, выработанного благодаря наследственности, преданиям и традициям народа и обретения им новых духовных сил и социальной активности, подчиненных общей высшей цели».

В книгу Пашкуайша входят такие разделы, как «Нация», «Наследование и традиция», «Отечество», «Свойства души отечества», «Недостатки души Отечества», «Наш идеализм». Особо следует сказать об уважении, испытываемом писателем к семье как основе отечества и нации (а, как говорил Пашкуайш, «идея Отечества включает в себя Идею Нации»; «Независимая с политической точки зрения Нация и есть Отечество»). Он также считал, что «если португалец, как индивид, наследует качества семьи, он наследует также и качества своей Нации». Философ выстраивает структуру, на которой держится нация: pater familias (отец семейства) – деревенская семья – городская семья – муниципалитет.

Очень интересны и рассуждения Пашкуайша о непереводимых произведениях. Мы знаем, что практически непереводима поэзия Пушкина. Много подобных произведений создано и на португальском языке. «Они раскрывают черты португальской души, которых нет в душах других народов, показывая тем самым существование нашей Нации».

Учение Пашкуайша легло в основу термина portugalidade («португальскость»), который был очень популярен в Португалии в ХХ веке.

Думается, что его книга поможет и русскому читателю понять сложности португальской души.

Особо хочется сказать об оформлении книги. Она иллюстрирована репродукциями прекрасных португальских изразцов – «азулежуш», также являющихся одним из символов Португалии.

Хочется пожелать книге большого будущего!

Ольга Овчаренко

Я не знаю ни одной книги, написанной в подобном жанре, и отсюда вытекают неотъемлемые недостатки моего текста: это попытка, не имеющая перед собой образца. Поэтическая чувствительность, как никакая иная, отражает своими колебаниями реальность, знает ее, как говорится, из первых рук. В то же время именно потому, что автор следовал своему духу, своему поэтическому чувству, эта книга, вероятно, не лишена и других недостатков. Появление правды в мире происходит при посредничестве поэта.

Вознаграждением за все его страдания и труды станет узнавание Истины в её младенчестве, в её по-детски цветущем стремлении к Идеалу… или Самообману.

Эту книгу – не из-за литературной ценности её, но из-за содержащихся в ней истин – следовало бы читать, изучать и комментировать на уроках литературы и истории отечества, и, более того, она даже могла бы стать основой для независимого и всеобъемлющего курса в лицеях, поскольку она содержит в высшем синтезе все школьные предметы: португальский язык, историю Португалии, национальную литературу и искусство, основы гигиены и (через представление окружающей среды) основы геологии, зоологии и ботаники, а также основы юридического, политического, религиозного, философского характера, и т. д.

Мы касаемся этих тем, которые учитель мог бы развить в объёме, необходимом для создания курса, в котором кратко излагались бы науки, уже изученные, а их основы объединялись бы в доктрину, утверждающую португальскую истину, показанную в этой небольшой работе, подчиняющейся совершенной логике – гарантии её непреложности и патриотическому намерению – гарантии её пользы.

Таким образом, наше школьное образование, помимо общих истин, преподаваемых ученикам, преподавало бы им и португальскую истину, знание которой дает силы, способные возродить Отечество в согласии с национальным характером с его традициями. Именно эти традиции направляют человеческий дух в сторону того высшего совершенства, какое одно только и которое только и достижимо в текущем веке.

Обучать, воспитывать, растить португальцев означает стремиться к двойному идеалу – гуманистическому и патриотическому, и стремление это было бы прекрасным завершением школьного курса.

Вовсе не тщеславием внушены слова этого небольшого предисловия, но искренним желанием стать полезным для моей земли.

В этом мой замысел и в этом же моя печаль, ибо осуществления этого замысла я не увижу.

Быть португальцем – это искусство, искусство великого национального таланта[1], и поэтому оно заслуживает изучения.

Мастер, который учит своих учеников, работает как скульптор, вылепляя юные души так, чтобы на них отпечатались явные черты лузитанского рода. И уже они делают её выдающейся, придавая ей индивидуальность, которая протягивается памятью в прошлое, надеждой и желанием в будущее. И, таким образом, реализуется то единство жизни и смерти, духа и материи, которое характеризует Бытие.

Цель этого Искусства – возрождение Португалии путём воссоединения португальцев на основе национального характера, выработанного благодаря наследственности, преданиям и традициям народа, и обретения ими новых духовных сил и социальной активности, подчинённых общей высшей цели. Иначе говоря, моя цель заключается в том, чтобы возвратить наше возрожденное Отечество его Предназначению.

Географические открытия стали началом его созидания. С тех пор и до сего дня оно спит. Разбуженное, оно сможет завершить это созидание… Точнее, продолжить, потому что завершённости не существует.

Следует отдельно остановиться на том, какой смысл имеет в этой книге слово «нация». Мы будем использовать его для определения избранных качеств (в высшем смысле слова), присущих Народу, объединённому в Отечество, то есть вне зависимости от политических или моральных аспектов.

Такими качествами являются природа души и духа – реальностей, ставших результатом, с одной стороны, физического окружения (природы), а с другой – этнического, исторического, правового, литературного, художественного, религиозного и даже экономического наследия.

Наследие в данном случае означает и традицию. Нация обладает характеристиками живого существа, и именно в этой оптике мы и будем её рассматривать.

Эти слова имеют для нас коллективный смысл. Если португалец, как индивид, наследует качества семьи, он наследует также и качества своей Нации, потому что человек не ограничивается индивидуальным. Португалец разделяет также наследие этническое, историческое[2], традиционное, обретая, таким образом, вторую жизнь, которая, будучи более широкой, объемлет и покрывает его существование как индивида.

Цель этой книги – создать для отдельного индивидуума моральный эффект, чувство патриотизма, возродить в нём португальский характер. Характер – это общее выражение свойств, сохраняющихся и передающихся через наследие и традицию, которые определяют Нацию.

Его активность задаёт цели социальные, религиозные, экономические, художественные и т. п.

Именно эти свойственные Нации черты мы должны взращивать. Нет ошибки хуже, чем желать заменить собственные свойства теми, которыми мы восхищаемся у других Народов. Мы полностью разрушим наш характер и изменим сами себе тем, что видим хорошего в иностранцах. Не будем искажать наш облик завезенными масками.

Духу обезьянничанья, духу имитации противопоставим дух творящей инициативы.

Но есть ли у нас наши собственные свойства? Утвердительно на это отвечает наша более чем семисотлетняя История: наша религиозная, художественная, политическая, юридическая и литературная История.

Собственные свойства (характер) создают Нацию, как мы уже говорили, а она, в свою очередь, даёт начало Отечеству.

Идея Отечества включает в себя идею Нации в соответствии с тем значением, которое мы придали этому слову. Тем не менее, вторая может пережить первую, основанную на принципе политической независимости. Так польская нация пережила отечество поляков.

Независимая с политической точки зрения Нация – и есть Отечество.

Многие независимые Народы образуют Королевства, Нации, Империи, но не Отечество. Австрия, например, это Административная система, как её назвал Мадзини[3]. Он хотел этим сказать, что ей не достаёт собственных качеств, чтобы стать Нацией.

Соединенные Штаты Америки сейчас находятся в процессе формирования Отечества. И естественно, что под влиянием веков и среды они создают и закрепляют определённое количество уникальных качеств, которые превратят их в Отечество в будущем.

Португальская Нация, до того как стать Отечеством, в начальные времена своей независимости жила скрыто и рассеянно среди других народов Иберии. Но постепенно определился первичный эскиз и возникло явное очертание. Язык и чувства, выражаемые с его помощью, кристаллизовались, рельефно выделяясь из первичного хаоса.

Португалия стала Нацией, создавшей Отечество, потому что, обретя собственный Язык, Историю, Искусство, Литературу, она сумела добиться политической независимости.

Португалия – это Нация[4], потому что существуют такие проявления её внутренней жизни, как португальский Язык, Искусство, Литература, История (включая религиозную), главные из которых – Язык и История.

То, что Народ оказался способен создать вербальную форму своих чувств и мыслей, лучше всего обнаруживает силу его характера, расы.

Поэтому чем больше непереводимых слов есть в каком-либо Языке, тем более самобытный характер имеет Народ, говорящий на нём. Наш Язык, например, очень богат словами, которые подлинно выявляют его неповторимый[5]гений.

В психологическом исследовании этих слов, наряду с исследованием исходных черт (черт чувственной и интеллектуальной природы), раскрывающихся в Словесности, в Искусстве, в Праве, в религиозном чувстве нашего Народа, мы можем определить его духовную индивидуальность, и, опираясь на неё, сделать выводы о его социальном и человеческом предназначении.