Читаем Искренне Ваш. Часть 2 онлайн бесплатно

Глава 1. Soirée у императрицы

— Как это произошло? Он… — Ольга осеклась, подбирая слова, — с месье Сламбером случилось то же, что и с Дмитрием Степановичем и с княжной Лобановой?

Павел мотнул головой, отчего пшеничные светлые волосы упали на лоб: его обычно аккуратная прическа растрепалась, словно он, переживая, запускал в нее пальцы:

— Неизвестно. Нам немного удалось подслушать разговор княжны Эристави и Владислава Константиновича. Именно он нашел месье, когда пошел ставить его в известность о вашей дуэли. Возможно, он спугнул нападавшего и именно это и спасло месье Сламбера от участи Дмитрия Степановича и княжны.

Ольга представила, как именно друзья подслушивали – не иначе как у замочной скважины и порадовалась, что она этот раз их хотя бы не поймали.

— Или он сам на него напал, — неожиданно сказал Анатоль, и Ольга вновь чуть не оступилась на лестнице, слишком уж удивилась его словам.

— Такого не может быть! — воскликнула она горячо, цепляясь одной рукой за Анатоля, другой за перила, — он же помогал ему на кафедре. Сам император направил его сюда.

Анатоль только поджал губы и нахмурился, а в голос его вернулась привычная язвительность:

— О, ну конечно, это же ваш драгоценный Владислав.

Вместо ответа Ольга просто подставила Анатолю подножку и только его собственная ловкость и дружеская рука Павла не дали ему пересчитать все оставшиеся ступени носом.

— Ох простите, кня-язь, – протянула Ольга жеманно, старательно хлопая ресницами, — я право такая неловкая. Вы не ушиблись?

— Если только головой, да и то не сейчас, — хмыкнул Павел, и продолжил уже серьезно, понижая голос. — Не мог это быть Владислав Константинович, он же нам сказал, что пошел к нему, предупредить о дуэли. С чего бы ему так подставляться, если это и вправду он?

— Может просто совпало так удачно, что он побежал докладывать, а сам как планировал на него напасть, так и напал. — заметил Анатоль и добавил неохотно: — Он довольно сильный менталист.

— Зачем бы он это делал?

— Может, хочет на его место, — предположил Анатоль, магией призывая их верхнюю одежду из пустого гардероба. — Месье Сламбер сможет вернутся к преподаванию?

— Понятия не имею, княжна Эристави отдала приказ всем покинуть здание, так что остались только преподаватели, ну и мы. Даже второго секунданта не дали оставить. Василь очень переживал, — ответил Павел, подхватывая свою шинель и с интересом глядя, как осторожно Анатоль помогает Ольге, и как его ладони на мгновение задерживаются на ее плечах. — Но я смотрю, вы все решили.

Ольга не смогла сдержать смущенную улыбку, а Анатоль только галантно подал ей руку, слегка сжимая ее пальцы. Павел усмехнулся и покачал головой:

— Кто бы мог подумать, — он на мгновение замолчал, потому что с усилием открыл массивную дверь, и холодный порыв ветра перехватил дыхание у них всех.

— М-м? — небрежно обозначил свой интерес в пояснениях Анатоль, выходя следом и словно бы невзначай оттирая Павла, чтобы самому придержать дверь для Ольги.

— Я выиграл у Василя пятак! — с веселым удивлением проговорил Павел.

— Вы что спорили на исход нашей дуэли? — возмутился Анатоль, бросая Ольге виноватый взгляд, но она и не думала обижаться на одногруппников.

— Конечно, — Павел широко улыбнулся, и Ольга подумала, что этот правильный тихоня тоже не так прост, как кажется, — Матвей и Василь были уверены, что вы поубиваете друг друга. Но Матвей ставил на Анатоля, а Василь — на Ольгу. Ольга издала пренебрежительное “пф-ф”, мысленно делая себе зарубку получить от Василя половину его выигрыша, в Матвея не забывать дразнить при каждом удобном случае за неверие в ее силы. Павел, словно прочитав ее мысли, добавил:

— Как получу выигрыш, приглашаю вас, княжна, отобедать у Беранже, чтобы все было по-справедливости.

— С удовольствием, — ответила Ольга, веселясь от кислого от выражения лица Анатоля. — Что? – спросила она невинно.

Но тот только мотнул головой и продолжил хмурится:

— Переговорить бы с Владиславом. Он остался в академии? — спросил он у Павла, то ли и правда раздумывая над произошедшим, то ли умело замаскировав досаду от того, что Павел пригласил Ольгу обедать. Можно подумать она пошла бы одна! Очевидно, что выигрыш Павла они дружно прогуляют у Беранже всей компанией.

— Все преподаватели остались, — кивнул Павел, поднимая ворот повыше, погода еще сильнее нахмурилась и редкий дождь стал больше походить на колкие снежинки. — А студентов всех отправили по домам на сегодня.

— Не разумнее ли было напротив оставить всех в академии и попробовать поймать виновника?

— Да как ты его поймаешь? Скорее всего учителя боятся, что месье Сламбер мог попасть под влияние менталиста. А значит мы получим очень сильного мага, который себя не контролирует.

Ольга нахмурилась, пытаясь понять:

— Но зачем сильному магу, а нападения совершает явно сильный маг, нужен посредник? То есть зачем преступнику, который напал на Дениса Степановича, и на княжну, теперь понадобился месье Сламбер? Если он так силен, то почему бы не действовать самому?

Анатоль пожал плечами, а может быть просто передернулся от холода — ветер крепчал, а они продолжали стоять на месте на крыльце академии:

— Денис Степанович – портальщик, и его устранили скорее всего, потому что он что-то знал про передвижения нашей армии. Он помогал Тайной канцелярии, как и все в академии. Княжна, на мой взгляд, либо случайная жертва, либо тоже что-то знала, или услышала. А вот месье Сламбера, опять же, на мой взгляд, хотели подчинить. Возможно, преступник не так уж и силен, но использует артефакты, и тогда маг-менталист ему нужен для того, за что сильные ментальные маги и ценятся.

– И за что? — спросила Ольга, досадуя, что практически ничего не знает о возможностях своего дара и понимая, что, кажется, император ожидает от нее чего-то вот такого, выдающегося.

— За умение менять реальность, конечно, — вместо Анатоля ответил Павел.

— Мысли материальны, — кивнул Анатоль, сощурившись глядя на приближающуюся карету. — А вот, кажется, и господа из Тайной канцелярии пожаловали. Пойдемте скорее, а то придется объяснять, почему мы задержались и что здесь делаем, когда всех студентов отпустили.

— Не хочешь встречаться с папенькой, м-м? — подначил Павел, Анатоль только закатил глаза и потянул Ольгу за собой.

— Андрею Владимировичу наверное бы не понравилось, что у нас была дуэль, — пробормотала Ольга, полностью разделяя стремление оказаться подальше от Академии и от главы тайной канцелярии.

Анатоль издал непонятный звук, который мог обозначать и раздражение, и досаду:

— Вероятно, — коротко ответил он, но добавил после небольшой паузы. — Отцу бы точно не понравилось, что я вам, моя прекрасная княжна, проиграл и дуэль, и сердце в придачу.

— Ба! Да ты поэт, — заметил Павел шутливо. — И у вас с княжной выйдет славный дуэт.

— Ты не болтай, а передвигай ногами шустрее, — проворчал Анатоль, беззлобно подталкивая его в спину, — а то нас сдует в прямиком в Неву.

— Прямиком в крепкие объятия главы тайной канцелярии нас сдует. И посадят тебя, Анатоль, под замок. И сидеть тебе в заточении над учебниками безо всяких амуров.

— Договоришься, Paul, — в голосе Анатоля звучала досада, и Ольга подумала, что вероятно друзья частенько подшучивают над его отношениями с отцом и его строгостью. — С тобой на дуэли будет куда интереснее. Прости, Ольга, не в обиду тебе.

— Давай уж без дуэлей, — попросил Павел, хотя глаза его вспыхнули азартом. — Лучше уж так потренируемся, раз у тебя сегодня никого дома.

Анатоль усмехнулся, оценив каламбур:

— Ужинаем, стало быть у меня. Княжна, — обратился он к Ольге почти официально, при этом накрыв свободной рукой ее пальцы, лежавшие на его предплечье и едва ощутимо погладив их большим пальцем, — прошу нас извинить, но не могу пригласить вас в нашу чисто мужскую компанию.

— Раз уж вы планируете меряться силой, то я не в обиде, – ответила Ольга светским тоном и добавила небрежно: — вас я уже победила.

— Какова! — воскликнул Павел и подавился смехом из-за порыва ветра.

Хотя Ольга готова была поклясться, что это Анатоль, незаметно использовавший простенькое заклинание воздуха.

Но ветер действительно крепчал и рвал с почти голых лип и берез оставшиеся золотые монетки листьев. Черные волны Невы морщились и опадали пеной, напоминания Ольге о тенях и снеге в ее вишневом саду. И как так вышло, что раньше там всегда было лето?

Она придержала рукой шляпку, и подстроилась под быстрый шаг Анатоля, хоть они с Павлом и старались идти с ней в ногу, но непогода и, вероятно, их планы потренироваться гнали в тепло.

Одноклассники проводили ее до крыльца, рядом с которым неожиданно стояла карета, так похожая на ту, что отвозила ее на встречу с императором. Лошадь пряла ушами, низко опустив голову от непогоды, а на бричке сидел извозчик, явно кого-то дожидаясь.

Так как извозчик не обратил на нее ровно никакого внимания, Ольга подумала, что, верно, бабушка куда-то собралась, и поспешила домой, тепло попрощавшись с Павлом и Анатолем. Анатоль обжег ее запястье поцелуем, задержав пальцы чуть больше положенного и пообещал, что они с Павлом не покалечат друг друга, а просто поедут обедать к нему, раз уж отец по делам в Академии, и потренируются, чтобы в следующий раз ему было, что противопоставить.

— А вот и ты, голубка моя, — бабушка выглянула из библиотеки, когда смущенная и взволнованная Ольга уже оставила пальто сушиться в передней и предвкушала тепло печки и горячее. — Держи, тебе тут корреспонденция из дворца. И вон, карету прислали недавно. Видно, что-то срочное.

Ольга дрогнувшей рукой приняла маленький голубой конверт, не торопясь его открыть и думая, что возможно стоит сначала отобедать, чтобы не портить себе аппетит. И, что конечно же этого никак нельзя, потому что карета уже ждет. Подумалось, что государь, верно уже прознал про дуэль и пеняет ей лично. Открывать письмо решительно не хотелось.

— Да не робей, — бабушка верно истолковала ее замешательство. — Не от государя оно. Видишь, конверт голубой, такие любит императрица. И, если я хоть что-то понимаю в дворцовых нравах, то Елизавета Алексеевна желает узнать последние сплетни из первых уст. Причем так сильно желает, что и карету прислала. Так что готовься, голубка моя, — она усмехнулась и поглядела на нее через маленькое увеличительное стеклышко, которое носила на длинной золотой цепочке. —- Сегодня на суаре во дворце ты — самый желанный десерт.

Ольга зябко передернула плечами от бабушкиных слов:

— На месье Сламбера сегодня напали… — и добавила, решив, что такого все равно не утаишь, а бабушкин совет не помешает, — а еще у меня была дуэль с Анатолем, и он признался мне в любви.

— Горчаков-младший? — бабушка посмотрела на нее с интересом и словно бы не удивившись, что ее любимая и единственная внучка участвовала в дуэли да еще и с мужчиной. — И как дуэль? И правда он хорош, как говорят?

— Он… то есть я…— Ольга смутилась под пристальным взглядом бабушки, чувствуя как жарко стало щекам. — Мы… в общем не то, чтобы настоящая дуэль.

— О, даже так? — глаза бабушки весело заблестели. — Ну-ка ну-ка, пойдем, успеешь выпить горячего чаю да все мне рассказать, пока Марфа тебе платье на вечер подготовит. Нет, я знала, что менталисты всякое умеют, но соблазнять таким способом девиц!

Бабушка поцокала языком и покачала головой.

— Бабушка! — всплеснула руками Ольга не зная смеяться ей, краснеть, или возмущаться.

— То есть хорош. А как же Матвей?

Ольга смутилась окончательно. Воспоминания о признании Анатоля тревожили ей сердце, но она не была уверена, что чувство это то самое, которое так воспевали и так ждали все барышни ее лет. К тому же к этому новому, хрупкому еще чувству, которое она начала испытывать к Анатолю, примешивалось неловкое и неприятное — казалось Ольге, что она обижает Матвея. Хоть и не обещала ему ничего. Они были добрыми друзьями, и Ольге казалось, что все в их общении просто и понятно, но Матвей, оказывается, за ее спиной представлял ее чуть ли не своей невестой! А она ведь не давала ни согласия, ни даже повода!

Именно это Ольга рассказала бабушке, совершенно забыв о чае и даже о любимой яблочной пастиле.

— Что ж, голубка, — проговорила Прасковья Васильевна с доброй улыбкой, — Ничего нового я тебе не скажу, но слушай свое сердце. А еще магию. С мужчинами ты разберешься, их приручить будет попроще, чем магию. Я бы посоветовала тебе устроить дуэль с Матвеем и посмотреть, что из этого выйдет, да прослывешь слишком дерзкой и боевой, — бабушка усмехнулась ее ошарашенному выражению лица, — ну что ты так уставилась на меня, будто я из ума выжила? Ты — менталист, не поняла еще, что там все проще и понятнее? Что наносное уходит и остается только настоящее? Я, конечно, портальщица, да раньше нас учили получше, мы и общие азы всех даров знали, а не только вот это все по верхам.

Бабушка покачала головой и поджала губы, всем своим видом показывая, как недовольна нынешним образованием:

— Ну да Создатель с тобой, никто не умер и даже не покалечен, так что ступай, пора тебе ехать. В императорском дворце словесные дуэли за чаем потяжелее даются. Смотри в оба, улыбайся, спину держи ровно, а голову — закрытой.

— А Анатоль и Матвей? — спросила Ольга, которая радовалась, что рассказала бабушке, но понятия, что делать дальше со всем этим вовсе не имела.

— А что они? — приподняла брови бабушка. — Что-то сватов на пороге я не вижу, руки твоей у меня тоже пока никто не просил. Так что гуляй да радуйся, что тебе еще?

— Но…

— Коли выбрать не можешь, может и не надо, авось еще кто-то нарисуется, —- фыркнула бабушка, и позвонила в колокольчик, вызывая Марфу. — Ну ступай, тебе одеваться еще. Первый раз по приказу императрицы лучше явиться во время, а после уж, как себя проявишь.

Когда в уже наступающих ранних сумерках Ольга в своем лучшем платье, с волосами, аккуратно подхваченными лентами в тон голубого банта фрелинского шифра, вошла в гостиную императрицы, она готова была проявить себя с самой лучшей стороны.

— О, mesdames, а вот и новенькая! — раздалось громким шепотом, стоило ей появиться на пороге небольшой, изящно меблированной комнаты, освещенной мягким светом настоящих свечей.

Словно не в императорскую гостиную она вошла, а в школьный класс, где круг общения уже сформировался, новое лицо – редкость, а от того вызывает множество пересудов.

Императрица Елизавета Алексеевна — изящно одетая, в нежном платье, подчеркивающим белизну ее шеи и груди, сидела на оттоманке, обитой густого сине-зеленого цвета бархатом, и кивнула в знак приветствия, охватывая Ольгу взглядом с головы до ног.

— О, mademoiselle Репнина! Проходите, проходите, дайте же взглянуть нам всем на вас! — проговорила звонким, привлекающим внимание голосом, тоненькая блондинка, в которой Ольга узнала Софью Голицыну — младшую из двух сестер.