Читаем Исчезнувшая в ночи онлайн бесплатно

— Попробуй, тебе точно понравится, — Вадим протянул Эли сигарету.

Она немного помялась. Сделала большие глаза и, мысленно пообещав себе, что это в последний раз, затянулась. Набрала полные лёгкие дыма и, немного задержав дыхание, закашлялась.

— Ты можешь на меня так не смотреть? — прокашлявшись, спросила она.

Где-то на заднем плане чувство неправильности происходящего всё-таки не давало ей покоя. Но уже через несколько минут сознание подёрнулось сладким дурманом, растворяя в себе чувство вины.

***

На следующее утро в квартиру Вадима вломились полицейские.

— Вы можете хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас.

— Что за глупые шутки?

Мозг Вадима отказывался воспринимать происходящее всерьёз.

— Вы обвиняетесь в убийстве Синицыной Элеоноры Игоревны. Консьержка утверждает, что вчера вечером с двадцати трёх часов девушка находилась в вашей квартире. Никто не видел, как она покидала ее, то же подтвердили камеры наружного наблюдения. А сегодня утром её нашли недалеко от вашего дома, в парке «Красная Пресня», мертвой с тремя ножевыми ранениями.

— Но как возможно, что она оказалась в парке, если не покидала мою квартиру?

— Объяснение этого мы как раз и ждём от вас. Вадим Юрьевич, просим проследовать за нами.

В обезьянник меня привезли ближе к обеду. По дороге безбожно мутило и каждая неровность отдавалась в голове набатом. Хорошо, что камера оказалась одиночной. Меньше всего мне бы сейчас хотелось обзавестись новыми знакомствами.

Следствие

Следователя мне назначали матёрого. Петров Андрей Анатольевич, типочек средних лет, этакий крепкий орешек, всё время пытался подловить меня на вопросах, периодически задавая их в разных формулировках. Сверлил меня взглядом, как будто пытаясь прочитать мысли. А иногда начинал говорить со мной на совершенно отвлеченные темы, видимо, отрабатывая какие-то психологические приемы.

— Итак, Антипов Вадим Юрьевич, вы и Синицина Элеонора Игоревна, находясь в алкогольно-наркотическом опьянении, вступили в половой акт, после чего вы крепко уснули, не заметив, как гражданка Элеонора покинула вашу квартиру.

— В десятый раз повторяю: я не знаю, когда ушла Элеонора. Я не знаю, почему на камерах не отобразилось то время, когда Эли покидала территорию подъезда. Нет, я не был в состоянии аффекта. Нет, у меня не было наркотическо-алкогольной амнезии. Нет, я не покидал вместе с Эли квартиру и не возвращался обратно, обойдя бабу Дашу и систему наблюдения. Я что, по-вашему, Копперфильд? Нет, у Эли не было ключей от моей квартиры. Да, дверной замок захлопывается автоматически. Нет, я не знаю, какие любимые цветы у Эли. Почему, дарил, но чаще букеты заказывал мой секретарь.

Видимо, понимая, что дело не сдвигается с мертвого места, начинался прессинг. Нет, меня не били. Давили эмоционально, выдвигая всё более нелепые гипотезы моей расправы над Элеонорой.

— Ножевые ранения были нанесены спереди в область живота с близкого расстояния. То есть убийца вплотную подошёл к жертве. Из заключения судебного-медицинской экспертизы стало известно, что во время нападения девушка находилась в сознании и не сопротивлялась. А это означает, что она знала своего убийцу. Смерть наступила между тремя и четырьмя часами ночи. Мёртвое тело не перемещали. Труп в районе шести утра обнаружила женщина, гулявшая с собакой. Орудие преступления не найдено. Ну что, Вадим Юрьевич, что вы не поделили со своей любовницей?

А потом с ухмылкой спросил:

— Может, ты приторговываешь наркотой, а девушка тебя шантажировала? Или ты извращенец и не получаешь удовольствие от обычного секса?

Адвоката предложил сам следователь. Что удивительно, хорошего. Он был известной личностью в нашем городе. Ни одного проигранного дела. Игнатьев Павел Иосифович. Ходили слухи, что он не брал заведомо проигрышные дела.

Месяц назад

Общежитие педагогического университета.

— Эли, ты не можешь так больше себя вести. Я сегодня же позвоню родителям и всё расскажу.

— Да пожалуйста. И что ты скажешь? Что я прихожу за полночь? А может, мне не хватает стипендии, я подрабатываю официанткой в ресторации «Белые ночи»? А предки не спешат подбросить монету-другую бедным студенткам.

— Не ёрничай! Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Ты вчера опять вернулась домой невменяемая.

— Лида, ты мне не нянька! Да и поверят родители скорее мне, а не тебе. Ты всегда была склонна к преувеличению. Не веди себя, как старая бабка, тебе самой не помешает расслабиться. Хочешь я в следующий раз возьму тебя с собой? Познакомишься с обалденными ребятами. Уверена, они не оставят равнодушной даже такую непорочную деву, как ты. Эли громко рассмеялась своей шутке и состроила сестре гримасу.

Вадим

Очередную тусовку с друзьями детства — Пашкой и Ромкой — мы затеяли в баре «Зелёный змей» неподалеку от моего дома. Пашка вспоминал, как мы дурачились в школе, как одноклассница Ирка Безрукова всерьёз решила выйти за меня замуж и каким я был обалдуем, пока не стал большим человеком. Ромка глазами облапал всех симпатичных девчонок в зале. Вечер начал казаться резиновым. Но это было ровно до того момента, как я увидел на танцполе очаровательную блондинку. Нет, даже не так, это был ангел во плоти. Большие голубые глаза, курносый нос, белокурые кудрявые локоны, спадающие густой копной на плечи, брови чуть изогнутые, придающие выражению лица обескураживающую наивность. Но это наваждение длилось ровно до тех пор, пока это чудо не открыло рот. Да, это не ангел. Ей бы скорее подошли зелёные глаза, рыжая шевелюра и метла. Ведьмочка. Во всяком случая язык у неё мел как помело. Мне никогда не нравились оторвы, а это несоответствие как-то зацепило. Я подошёл к ней сзади, выбрав самый неожиданный момент, и, приобняв, спросил: "Слышь, ты чё такая дерзкая?" Чудо слегка вздрогнуло, повернулось и расплылось в широченной улыбке. Видимо, симпатичная внешность и часы Вашерон Константин, на которые девушка мимолётом взглянула, сделали своё дело. Куколка не ломалась. Она меня клеила. Через час мы уже самозабвенно целовались за нашим столиком, распив на двоих бутылку текилы. Элеонора оказалась студенткой первого курса филологического факультета. Что меня особенно насмешило. Эта язва говорила не на великом русском, а скорее, на древнерусском нецензурно-бранном. Встречаться начали как-то очень быстро. Не было особых чувств, просто влечение и интерес. Эли была своим пацаном. Немного циничная, немного порочная. Этакая смесь стервозы и ангелочка. Я никогда не был обделён женским вниманием. Конечно, собственная фирма и дорогая машина делают красивее и без того привлекательного мужчину. Мы хорошо проводили время. Эли охраняла меня от излишне назойливых барышень. Приезжала по первому зову, когда в моём графике выдавалось свободное время и ничего не требовала взамен. Идеально. Ни к чему не обязывающие отношения. В фирме ООО "ПроСтройИвест" всё было устаканено. Толковый управляющий значительно упростил мне жизнь. Конечно, я не переложил всё на его плечи. Доверяй, но проверяй. Этим в большей степени я и занимался.

Последнюю нашу встречу с Эли я помню смутно. В тот вечер мы с управляющим немного засиделись за отчётами. Что-то меня настораживало, но что именно — не получалось уловить. Виталик, видимо, устав от моих придирок, предложил выпить коньяк, подаренный нашими партнёрами, и принес травку. Как-то уже не первый раз мы раскуривали трубку мира. Убежденность Виталика, что в этом нет ничего криминального и всё европейское общество не считает это чем-то зазорным, передалась и мне.

Встаньте! Суд идёт

Что за абсурд? В зал заседания вошла Эли с немного заплаканными глазами и в какой-то несвойственной ей одежде. Я впал в ступор и даже не сразу понял, что судья называет её другим именем.

— Синицына Лидия Игоревна, что вы можете сказать по этому делу? Были ли вы знакомы с молодым человеком своей сестры? Знаете ли вы, как складывались их отношения?

— Нет, лично мы не были знакомы с подсудимым. Могу сказать только одно: после того как Эли стала встречаться с Вадимом Юрьевичем, она начала приходить в состоянии, схожем с алкогольным опьянением, только без запаха перегара, — девушка гневно сверкнула на меня глазами.

А потом вопросы начались заново. Что пили, что мы употребляли вместе помимо выпивки. Ругались ли мы. Вызывали консьержку, которая подтвердила, что я тоже не выходил из квартиры до тех пор, как стало известно, что девушку убили. Меня спасло то, что тело обнаружили сразу и количество алкогольно-наркотических веществ в моей крови ещё не успело выветриться. Это делало меня неспособным проворачивать сложные манипуляции. То есть из зала заседания я вышел оправданным "за недостатком улик".

Девушка, как две капли похожая на Эли, смотрела на меня как на воплощение всемирного зла. От смеси её эмоций: гнева и безнадежной тоски — мне становилось не по себе.

Жёлтая пресса

Утром после заседания, открыв ноутбук, я натолкнулся на статью. Некий журналист, позиционирующий себя Пуаро, Шерлоком Холмсом и доктором Ватсоном в одном лице, писал о том, что ещё один богатый мерзавец остался безнаказанным.

Предположения были одно абсурднее другого. Я подкупил консьержку, подменил запись, мертвое тело спустили с балкона и т. д. Хорошо хоть, телепортацию мне не приписали. А в конце статьи была фотография Лиды с опустошено-ненавидящим взглядом.

И я запил. Никогда не считал себя слабаком. Всё, что у меня было, я заработал сам. Не было у меня богатых родителей и стартового капитала тоже не было. Я учился на архитектора, и все идеи, которые приходили мне в голову, пытался воплотить в жизнь. Как сумасшедший, чертил макеты и рассылал их потенциальным работодателям, не обращая внимания на отказы. И вот однажды меня заметили.

Нет, конечно, это не мешало мне жить насыщенной студенческой жизнью. Но стремление к карьерному росту стояло на первом месте. Детей я, конечно, хотел, но чисто гипотетически, когда-нибудь в далёком будущем. Возможно, просто не встретил ту единственную, копии которой захотелось бы размножить.

Первыми мою пропажу заметили управляющий и бухгалтерия. Пролистав кучу сообщений, я отключил телефон, и уже через полчаса Виталик трезвонил мне в дверь. Увидев в распахнутой двери качающееся нечто, управляющий, присвистнув, уставился на меня. Немного помявшись, посоветовал мне взять отпуск и пообещал, что за фирму я могу не беспокоиться. Вот почти все воспоминания за последнюю неделю. Помню только, что мне снились голубые глаза. То казалось, что на меня смотрит то Эли, то Лида. Иногда они соединялись, а затем начинали двоиться. Как ни странно, кажется, именно этот взгляд и отрезвил меня. В один из дней я проснулся с четким пониманием, что должен разобраться в происходящем.

Лида

Хоронили Эли на семейном кладбище. Родители после случившегося очень боялись отпускать меня обратно в Москву. Мама несколько раз падала в обморок, отец, кажется, ещё сильнее поседел.

Приближалась сессия, и я, заверив родителей в своей осторожности, все же покинула Иркутск.

Тоска, поселившаяся после утраты сестры, кажется, срослась со мной и давала знать о себе каждую свободную минуту. То я корила себя, что не вмешалась в разгульную жизнь сестры, то пыталась всю свою боль заместить злостью, то впадала в апатию. Единственное, что немного отвлекало меня, — это учеба.

Сегодня по дороге в универ возле меня остановился тонированный джип. Я не могла поверить своим глазам. Сукин сын, Вадим Юрьевич вышел мне на встречу. Похоже, у меня напрочь отказал инстинкт самосохранения. Я бросилась на него с кулаками:

— Мерзавец, как ты посмел тут появиться после того, что сделал?

Он смотрел на меня побитой собакой и, немного подождав, крепко обнял. Я сначала пыталась вырываться, а потом затихла и уставилась на него.

— Я её не убивал, — глядя в глаза произнёс он. — И мне не меньше, чем тебе, важно узнать, что случилось.

— Я не верю тебе, слышишь, не верю! И даже если так, это ты подсадил её на наркоту! Это из-за тебя она оказалась там. Ненавижу тебя, ненавижу!

Ещё раз попытавшись выбраться, я почувствовала только более крепкие объятия и от бессилия разрыдалась.

— Выслушай меня, пожалуйста! Я понимаю, что это как-то связано со мной. Люди не исчезают из квартир и не растворяются в воздухе, появляясь в другом месте.

— Чего ты хочешь от меня?

— Помощи.

— Какой?

— Я нанял частного детектива. Он попробует разобраться, что же произошло на самом деле. А от тебя требуется информация. Важно всё: с кем общалась твоя сестра, имена подруг — всё, что вспомнишь, даже если тебе покажется это незначительным. Вот моя визитка, пожалуйста, позвони мне.

Пару дней спустя. Лида

Мысли разбегались, как бешеные тараканы. Я боялась! Боялась ошибиться. Где гарантия, что Вадим не является тем самым маньяком? Но голос разума всё же мне настойчиво твердил, что не стал бы хладнокровный убийца похищать девушку из собственного дома, чтоб скинуть труп в нескольких шагах от него. Скорее, это похоже на тщательно продуманную подставу. Немного погипнотизировав визитку, я достала телефон и набрала номер.

— Алло, говорите, я вас слушаю, — мягкий баритон, доносящийся из трубки, мурашками прокатился по коже.

— Вадим Юрьевич, здравствуйте, это Лида. Я согласна встретиться с частным детективом. Возле университета есть небольшое кафе «Шелковый путь». В утреннее время обычно почти все столики пустуют, или можно забронировать вип-зону. Там нам точно никто не помешает.

Уже через час мы сидели в небольшой лоджии с тяжёлыми портьерами вместо дверей.

— Лида, познакомьтесь, это Разумов Иван Александрович, я вам про него рассказывал, — Лида кивнула в знак приветствия и выжидающе уставилась на Ивана.

— Вам что-нибудь удалось выяснить?

— Нет пока почти никаких зацепок. Но есть несколько идей, от которых мы будем отталкиваться. Во-первых, убийство преднамеренное и тщательно спланированное. На это указывает то, что каким-то образом вашу сестру выманили из квартиры в то время, когда камера неожиданно дала сбой. Похоже, действовали профессионалы. Попробуем выяснить, что сделали с камерой: использовали какие-то глушители, приостановившие съемку, подменили запись или перезаписали повторно этот участок памяти. Во-вторых, необходимо понять, замешана ли в этом консьержка или её каким-то образом получилось отвлечь. Возможно, баба Даша просто уснула на посту или вышла в дамскую комнату. И, в-третьих, необходимо разобраться, перешёл ли Вадим кому-то дорогу или планировали убийство именно Эли, а Вадима использовали в качестве козла отпущения. Лида, у Эли были враги?