Читаем Исаевские онлайн бесплатно

– Мне нужно заехать в магазин и купить продукты на две недели, – быстро проговорила я, допивая кофе. Сегодня был один из тех дней, когда хотелось наслаждаться любимым ванильным кофе, добротно усыпанным корицей. Хотелось тепла и праздника.

– Яся, ну зачем тебе в деревню? Что ты там будешь делать? И где она вообще находится? – спросила Женя, моя подруга и однокурсница.

– В Липецкой области, село называется Спасское Чириково. Старая маленькая деревушка, основана в 1710 году, но такая красивая. Такой природы нигде не увидишь, обещаю! Поехали со мной! Там зима, сядем в сани и будем со склона кататься. – только я это произнесла, как мы обе рассмеялись. – Серьезно. Что тут делать на новогодние праздники и что мы еще не видели? А вот дом бабушки стоит без дела.

– Что делать тут, в городе с миллионом развлечений? Мы тебя теряем, родная – Женька приложила ладонь к моему лбу и поцокала языком. – Там надо убираться. Сколько прошло времени? Два года? Паутина, тараканы. – И тут это рыжее чудо прислонила ладонь тыльной стороной уже к своему лбу, изображая горе. Я прыснула со смеху, Женя ко мне присоединилась. Так мы сидели у меня в квартире за кухонным столом каждую неделю. Последний курс на лингвистическом факультете был не из легких, поэтому уехать на две недели было как заначка, про которую забываешь и затем случайно находишь. Зима только набирала обороты, кругом белые сугробы, новогодние украшения, конфеты, мандарины, гирлянды, песни о снежинках и новом начале. К тому же подальше от Павлика, расстаться с которым у меня не хватало смелости. – Ну, поехали! Твои родители всё равно уехали в Москву к друзьям.

– Может, у меня парень есть и с ним буду отмечать?

– Который из? – подруга ущипнула меня за руку и улыбнулась – Ясик, словно нам по шестьдесят, и мы не хотим мешать молодым, вот и сваливаем в богом забытую деревню.

– Ну, там интернет есть, если ты об этом?

– Тогда это всё меняет, – пошутила она – Ладно, но с условием, что глинтвейн и ёлку мы возьмём с собой. Будем есть сладости, смотреть фильмы и гадать! – хитро произнесла подруга. – Дожила, в расцвет молодости, еду в деревню. А летом что? На огород будешь звать?

– Гирлянду нужно купить! – тут же оживилась я, проигнорировав вторую часть.

– А твой ряженый не против? Нормально отреагировал, что ты вот так под праздники оставляешь его одного?

– Как тебе сказать… – обвела край кружки пальцем – Ему ещё никто ничего не сказал.

– Прям никто? А кто должен был? Голубь с известием или мысленное прозрение?

– Да, душный он – не выдержала я – сейчас начнётся «Зачем? Почему? А как же я?» – тут уже Женька скривилась.

– Чего ты его не бросишь, раз душный? Морочишь бедолаге голову.

– Так, ты чья подруга? – Она подняла руки над головой, показывая домик – Понимаю, что есть смысл в твоих словах, но…

– Но тебе скучно, я поняла.

План был простой: Женька уехала к себе собирать вещи, я же планировала покупки, искала тряпки и моющие средства. Бабушка умерла несколько лет назад и с той поры у меня не было сил вернуться туда. Она умерла одна. В тот день позвонила и попросила заехать в гости, мол, давно не виделись. Помню, меня это не очень-то и потревожило, внимание было направлено на свою жизнь, свидания с парнем, будущие возможности. Однако, звонок засел в сердце, и нарастающая тревога заставила действовать. Я не успела приехать, хоть и гнала как сумасшедшая. Войдя в дом, увидела, не двигающееся тело, источающее холод. Говорят, боль от потерь затягивается, а пустота наполняется новыми эмоциями и людьми. Дай Бог, что так и будет. Меня до сих пор мучают ночные кошмары и приходится на ночь оставлять ночник. В своё оправдание скажу, что мой психолог утверждает, это нормально и горечь потери требует времени.

Джинсы, серый свитер, зимние кроссовки – для деревни самое то, тем более придётся слегка убраться. В руки взяла пуховик: машина на внутренней стоянке дома и смысла утепляться не было, тем более Женьку ждать, можно еще и книгу прихватить. Моя ласточка ждала послушно. Удалось досрочно погасить кредит, и теперь зарплата от репетиторства принадлежала исключительно мне, на жизнь не жалуюсь вовсе, мне нравится всё, но конечно хочется больше. Как сказал бы Павлик, зажиточная дама с необъятными хотелками, хотя у самого родители большие шишки. Пока сидела в машине, он успел написать три сообщения и позвонить два раза. Собравшись с мыслями, нажала на иконку с его фотографией и гудки в трубке звучали как барабанная дробь. Предстоящие объяснения уже утомляли.

– Ярослава. – вот так, лаконично донеслось с другого конца.

– Привет. Не занят? – словно выдавила из себя.

– Почему всё так? Почему я всё время должен тебя искать? Звонить по десять раз? Ты можешь хотя бы раз поднять трубку с первого раза? – казалось поток вопросов не прекратиться и мне пришлось его перебить.

– Я скучаю, арбузер – как можно нежнее произнесла я и стало стыдно.

– Можно приеду? – успокоившись, спросил он. Павлик мне нравился по-своему, высокий брюнет с карими глазами и доминантным характером, находка для модельного агентства. Старше меня на несколько лет, немного вспыльчив, но всё же мой.

– Только не убивай меня – в трубке послышался вздох – Мы с Женей поедем к бабушке в дом на новогодние праздники. Только мы вдвоем. Не могу дышать в городе, в этом потоке людей. Мне хочется перезарядиться и разобраться с домом. Там посадки и речка, кругом тихо, безлюдно. Мне нужно туда, солнце – повисла тишина, лишь прерывистое дыхание подсказывало, что меня слушают.

– Прекрасно. Что ты хочешь услышать? – на одном дыхании произнёс – Зашибись. – выдох в трубке – Наверно, я тебя очень сильно люблю – улыбнулась и снова укор совести – Ярик, буду ждать тебя. Ты мне дорога. Не скрою, что не понимаю, почему едешь с Женей, а не со мной, но принимаю. И нафига в деревню, ты с психологом это обсудила? Раз ты так решила, я просто ухожу в сторону. Каждый праздник словно в гонке участвую, а приз – ты. Так хотел с тобой на новый год к родителям, они давно зовут, но, полагаю, подождут еще год. Ярослава, как же это бесит! Мы вместе или нет?

– Да.

– Тогда что за фигня? Я серьёзно уже не знаю, что сказать.

– Тогда скажи, что любишь – и зачем я это произнесла?

– Это всё из-за твоих ночных кошмаров? Или ты играешь мной?

– Не начинай. Мне нужно туда – нашептала ему.

– Возвращайся скорее– всё же по-доброму прошептал в трубку.

– Спасибо, я позвоню, как доедем. – повесила трубку.

Быть шептуньей имеет ряд преимуществ, как сейчас, с другой же стороны, это подавление воли самого человека. Была бы бабуся жива, она однозначно не одобрила бы, да и вообще запрещала часто пользоваться даром. Однако, я же никого не убила, а просто выключила поток ненужных вопросов и эмоций, чтобы спокойно сделать задуманное. Маленькая шалость не причинит вреда никому.

Я включила поп-радио, взбодрилась и поехала в магазин за провизией на праздники. На всё у меня было несколько часов, затем надо было забрать «любительницу санок» и успеть добраться до темноты. Домик располагался в области, так что, поторопиться – лучшее решение. Как же красиво в городе: огоньки, красиво украшенные здания. Главная ёлка города стоит нарядная, и так хочется вокруг неё водить хороводы, но я сама себя не пойму, если в свои двадцать четыре года поддамся этому нерациональному порыву. По-прежнему улыбаюсь новогодним подаркам от родителей, как говорится, на новый год можно съесть все сладкие подарки, на то он и праздник.

Управившись со всеми запланированными делами, сидела в машине и ждала Женю. Наконец рыжая вышла из подъезда, медленно с высоко поднятой головой направилась к машине. Казалось, что мир принадлежит ей и, чего греха таить, может её подождать.

– Что? – невинно спросила подруга.

– Что-что? Ты ведь помнишь, куда мы едем? В деревню? – улыбаясь, адресовала вопрос.

– А што такое? Мне хотелось хорошо выглядеть, а с моими волосами зеленое платье лучше всего идёт. И я не уверена, что нам не встретятся красивые мужчины. Это ты у нас занятая, я же девушка на выданье.

– План в силе? – серьезно спросила я её.

– Да: ты ведешь машину, с меня – еда в дорогу и музыка по заказу – также серьезно ответил штурман.

Она достала чипсы и орешки из сумки, довольно ухмыльнулась, мы тронулись. Меня всегда привлекали поездки зимой, а с подругой так тем более. Дорога простиралась вдоль леса и ощущение, что мы в снежном бархате повышало градус настроения. Пассажир совсем расслабилась и подпела песне «И уносит меня, и уносит меня, в звенящую снежную даль три белых коня, эх три белых коня…». Терпеть было сложно, я заголосила старые сточки как словно мы снова в школе пели на музыке. На момент показалось, что мы в сказочном лесу. На дороге не было никого, кроме нас, лес бережно укрывал нас от непрошенных глаз, а снежное волшебство покрывало землю. Всё же я не удержалась, затормозив, включила аварийку, вышла из машины.

– Женька, посмотри! – почти пропела я и указала рукой на придорожные деревья, укутанные снежным покровом. – Это ли не жизнь?

– Снег? – нотки сомнения – Мать, ты что себе в кофе добавляла? Кажись… – не успела она договорить, как холодная бомба полетела ей в плечо. Изумление, шок, принятие. И вот уже мы – взрослые тёти – играем.

– Отведай силушки богатырской – услышала крик за мгновение до того, как мы обе упали в сугроб. Вот так просто. Кожа покалывала от холода, румянец на щеках горел, мы смеялись. Откатившись от подруги, попыталась сделать снежного ангела, получилась клякса, но попытку засчитала.

– Может уже пора? – хороший вопрос.

– Пора – неохотно ответила я. – Знаешь, в этой деревне прошло всё моё детсво. Мы с ребятами бегали по лесам, купались в речке, жгли костры и жарили картошку и камыши в них. Бывало перепрыгивали через них парочками. Прямо напротив есть село Каменная Лубна и со скуки топали туда пешком, чтобы на других сельчан посмотреть, да самим повыпендриваться перед ними. К тому же, там есть родники и самое главное – Дон.

– Таки любо мне, когда Дон разливается? – пропела она.

– Таки да. У меня было самое крутое время там.

– Звучит интересно, но далеко от меня. Моё детство прошло в городе с компьютером в обнимку и никаких сожалений.

– Да? А рядом с твоим компьютером тоже был заповедник Галичья гора? Между прочим, ещё в 1573 году по приказу Ивана Грозного на том месте был воздвигнут сторожевой пост, один из оборонительных укреплений России. А после были обнаружены какие-то необычные виды растений, названия которых я даже не буду гуглить, для изучения которых съезжались из всех регионов нашей Родины.

– Угу, и поэтому в такую красоту мы едем зимой?

– Так и быть, летом после сессии привезу тебя сюда ещё раз.

– Угрожаешь?

– Обижаешь! Заманиваю.

До деревни еще было ехать пару часов. Проезжая несколько сёл, невольно любовалась ими: дома украшены гирляндами, двор почищен, словно все уже готовы к празднику. Удивительно, в моих ранних воспоминаниях все сёла – это упадок, а сейчас ухоженные дома, дорогие участки, живые ёлки с яркими огоньками, припаркованные машины у каждого дома.

Перед тем, как зайти в дом, нужно было заехать к бабушке. К счастью, дорога была расчищена и не было проблем с заездом к кладбищу. Я посмотрела на Женьку, она лишь помахала головой, отвечая, что не пойдёт со мной. Оно и к лучшему.

– Я быстро – сказала ей и вышла из машины. Открытые двери черного железного забора словно приглашали зайти.

Бабушка была похоронена под берёзой рядом с дедушкой, поодаль от остальных могил. Как будто на своём отдельном островке, огражденные от всех. Это было желание бабушки, она всегда говорила, что дедушка её ждёт и там на небе им не нужна компания, лишь они вдвоем. Жаль только, что лишь тела лежат их рядышком, а души порознь. Снег хрустел под ногами, а ветер толкал вперёд. Присев на лавочку, мысленно обратилась к ним обоим. У меня странные отношения с религией, я крещенная, но не хожу в церковь. Прошу Бога помочь мне в беде, но редко вспоминаю о нём в другие дни. Сейчас же захотелось помолиться за их души, за их покой. У них была одна на двоих фотография, со дня свадьбы, где оба счастливые. Тоже наказ бабули.

– Привет, родные – голос задрожал от волнения – знаю, меня давно не было и прошу меня простить. Я вас очень сильно люблю и скучаю. Дедуля, без тебя мне не с кем поспорить о жизни, пройтись по аллее и поесть мороженого в беседке, смеясь над старыми шутками. Бабуленька, без тебя болит сердце, но я свято верю, что мы встретимся вновь. Не хочу вас тревожить своими слезами, но хочу, чтобы вы знали, что вы не забыты. Решила приехать на новогодние праздники в ваш дом, подругу с собой привезла. Надеюсь, вы не против. Хулиганить и сквернословить мы не будем, обещаю. – улыбнулась фотографии, положила две розы на землю, провела пальцами по фотографии и собралась уходить – Я буду любить вас всегда.

Пошла по направлению к выходу, как заметила, что кто-то смотрел на меня. Возле старой заброшенной могилы стояла, сгорбившись женщина, лица не видно. В старой серой фуфайке и шерстяном коричневом платке, укрывающем большую часть лица.

– Ярушка-унучка, подойди поближе – тихий хриплый голос обратился ко мне.

Меня немного напрягла внезапная встреча, но ноги уже шли к незнакомке. Старушка стояла со свечой возле старой могилы, за которой никто не следил. Надгробие было с трещиной, фотографии не было, даже имя было сложно разобрать.

– Здравствуй-те? – нелепо произнесла.

– У бабуси своей была? Приехала наконец-то, а то заскучала она совсем.

– Простите за грубость – обратилась к ней и что-то знакомое было в глазах – Анастасия Сергеевна, это вы? Давно вас не видела.

– Так приезжать нужно, чтобы видеть – улыбнулась она в ответ.

– А вы чего тут в мороз стоите? Я на машине, давайте вас домой отвезу?

– Нет, девонька, не надо. Сама дойду. Посмотри, родственники усопшей совсем перестали приезжать. Даже не огородили её, никому она не нужна была при жизни и уж тем более сейчас.

– Грустно это. Ваша знакомая?