Читаем Иса онлайн бесплатно

– Нет, нет, нет, папа! Этого не будет! О чём ты вообще думаешь? И не пытайся меня уговорить, – Иса потёр подбородок и вспомнил, что собирался подровнять бородку. – И вообще, у меня есть работа, есть чем заняться и без твоих предложений!

В трубке забубнили.

– Ты мне ещё по дну моря, как посуху, пройтись предложи! – Иса затряс патлами. – Всё, всё! Не бухти. Потом поговорим – у меня клиент.

Иса дал отбой, кинул телефон за барную стойку, а на экране погасла надпись "Неопределённый номер". Клиентов ещё не было, поскольку бар открывался через десять минут, но терпеть занудство отца было невмоготу. А музыкальный центр тем временем переключился с Land of Confusion, которая соответствовала настроению Исы, на Let it be, что совсем не соответствовало.

Но сервер с музыкой был далеко и перемотать её Иса не мог.

Поэтому он просто пошёл в подсобку, где взял ящик пива, положил сверху клубничный ликёр и коробку свежей мяты. В четверг эти ингредиенты идут лучше всего.

Убедившись, что убрал тряпку со стола у входа, как и включил подсветку под барной стойкой, Иса прошёл к двери, щёлкнул замками и отодвинул засов. Открытая дверь впустила в помещение бара брызги, влагу и безудержный ритм проливного дождя.

– Достать специи и кастрюльку для вина, – и вернулся внутрь.

Первым, как обычно, пришёл Итан.

– Иса! Срочно горячего глинтвейна! – громко затребовал Итан, стряхивая с себя целую лужу воды. – Синоптики снова наврали насчёт погоды! И это же надо – два квартала, а словно проплыл в бассейне олимпийскую дистанцию!

Маленькая кастрюлька забулькала и по пустому пока помещению растёкся аромат глинтвейна и специй, примешиваясь к звукам Rain Fall Down.

Питер пришёл с братом Андрю и молча сделал движение рукой. Первая рюмка водки отправилась в глотку. Крякнув, он оттёр рот рукавом, показал пальцем в привычный угол и оставил брата забирать напитки.

– Ну, как сам? – спросил Иса.

Он смешивал мартини и в то же время поглядывал, как льётся горячая вода в чашку.

– Как обычно, – Андрю принял напитки и расплатился. – Мы сегодня недолго. Питеру к врачу. Хочет попробовать какой-то препарат новый.

– Ты ещё рассчитываешь, что он сможет нормально разговаривать?

– Нет. Но он даже на языке жестов говорит хуже, – и его руки "произнесли" "тёплые" пожелания в сторону старшего брата.

Иса улыбнулся и добавил к заказу пару оливок.

Через час бар был полон: все столики заняты, а очередь к барной стойке, где Иса проворно разливал то виски, то глинтвейн, то маргариту, то пунш, постоянно пополнялась страждущими.

Как раз пришла Тереза, чтобы помочь и уже несла первый ящик с бутылками и чипсами. На фоне наяривал Пресли, требуя больше action, а посетители, отогревшись после дождя и рабочего дня, приходили в себя. Кому-то из них требовалась пара пива, а кому-то – бутылка водки.

Питер так и не ушёл, устроив немую сцену: помахал руками, покорчил рожи, даже матюгнулся сквозь сжатые зубы. Все в баре сделали вид, что ничего не произошло, а Андрю грустно подошёл к стойке и заказал виски.

– А ведь и ему завтра на работу, – после чего залпом выпил янтарный напиток, кинул монетку в корзинку "В пользу брата" и ушёл.

Айзек сидел у стойки и в который раз рассказывал о расставании с женой, а Иса слушал вполуха, разливая алкоголь и давая указания Терезе.

Несмотря на увлечённость своим делом, сегодня у Исы из головы не шёл разговор с отцом. Он осмотрел зал и постарался увидеть каждого, как на портрете: подметить кривые улыбки, затравленные взгляды, гневные морщинки, и то, как расслабляются эти же лица в его баре, под хорошую музыку и с правильно подобранным алкоголем. А ведь раньше каждый из них пил муть, которая не приносила ничего, кроме похмелья на следующее утро. Теперь же, каждый входящий в его бар получал именно то, что ему было нужно.

И возвращался.

Иса считал такой подход выгодной бизнес-моделью.

Но отцу не нравился этот бизнес и планы на сына были совершенно иными. Но у каждого живущего есть свобода воли, верно?

Поэтому Иса работал в своём баре. И его клиентам это нравилось. Но настроение было не ахти всё равно.

Пока не открылась дверь и вместе с брызгами дождя и порывами холодного ветра в бар не вошла девушка.

Иса вперил в неё взгляд: новый клиент, новые вопросы и новые напитки. Она же неуверенно отряхивала с себя капли и осматривалась по сторонам. Мокрые каштановые волосы липли ко лбу и щёкам, холодя нежную, бледную кожу. Карие глаза светились внутренним огоньком, который пытался затушить ореол страха.

Девушка оглядывала полутёмный бар, но посетители не обращали на неё никакого внимания. И видимо это её немного успокоило.

Она расстегнула серый плащ и под ним мелькнуло синее платье. На тонкой шее был повязан шарф, а на запястье – плетёный браслет.

Совершенно нетипичная внешность для этого места.

Она уже спокойно подошла к стойке и окинула взглядом ряды бутылок за спиной Исы.

– Добро пожаловать в моё заведение, – поприветствовал девушку Иса. – Что вас привело в мою тусклую обитель?

Она улыбнулась и ответила:

– Наверное, как и всех собравшихся, в этом виноват дождь, – она поправила влажную прядь.

– Мы сами выбираем, куда нам попасть, – философски заметил Иса.

Девушка нахмурила лобик:

– Возможно. Но погоду мы точно не выбираем.

– Зато, – Иса достал обычный высокий стакан и трубочку, – мы можем сами выбирать напитки, чтобы переждать непогоду. Вам чего: тёплого молока или тёплого вина?

Девушка захлопала ресницами:

– В обычный день я бы выбрала молоко, – она рассмеялась. – Правда, не здесь. Но раз я уже оказалась тут, давайте вина. А корицы добавите?

– Конечно. И кардамона.

Девушка демонстративно похлопала хозяину бара с широкой улыбкой, а Иса занялся напитком.

В это время Итан, наконец, встал из-за своего столика и, оплатив свои рюмки, распрощался. Первым, как и всегда.

– Давай, Иса. До следующей недели.

– Удачи, Итан. Передавай привет Маргарет.

– Обязательно.

Девушка взяла стакан и проводила взглядом Итана. После чего спросила у Исы:

– Иса? Какое интересное имя!

– Меня так называют друзья.

– Итан ваш друг?

– Все постоянные гости здесь – мои друзья. И называют Исой.

Девушка зарылась носом в стакан, хитро блеснула карими глазами и спросила:

– А я могу называть вас Исой?

Мужчина ответил:

– Я буду рад новому другу.

Девушка расцвела, но уточнила:

– Не обещаю, что буду ходить сюда каждый день.

– Этого и не требуется, чтобы быть другом. Верно Мэтт?

Мужчина в метре от стойки оторвался от картошки фри и телефона, сложил пальцы в рокерской козе и вернулся к еде.

– Он заезжает раз в три месяца, когда перегоняет фуру с грузами для налоговой, – Иса протёр пивной бокал. – Так что режим посещения мои друзья выбирают самостоятельно. Такой вариант годится?

Девушка подняла свой стакан:

– Годится! – сделала глоток, после чего протянула узкую ладонь. – Мария!

– Очень приятно, – ответил Иса. – Говорят, так звали мою маму.

– Говорят? – удивилась Мария.

– Я её не знал. Воспитывал меня отец. Если это можно назвать воспитанием, – ворчливо закончил Иса, посмотрев на телефон.

Тот разумно молчал.

– А вы всем рассказываете про свою мать? – девушка снова хитро блеснула глазами.

Иса загадочно ответил:

– Для каждого друга – своя история.

Мария внимательно изучила хозяина бара.

– Вы не выглядите таким старым, чтобы каждому рассказывать новую историю.

Иса промолчал, достал из-под стойки коробочку и протянул Марии:

– Шоколадное печенье?

Разумеется, девушка была поражена.

***

Отец больше не звонил. Прошло уже больше двух месяцев с их последнего разговора и Иса с удивлением смотрел на молчащий телефон. Но это была мелочь. Удивительный, но не критичный момент.

У Питера всё-таки нашли рак горла и он вместо химеотерапии выбрал спиртовую замену. Как и прежде Иса видел, что после очередного пол-литра расслабляется лицо Питера, но это уже походило на расслабленность смерти, а не жизни.

Но при этом водка всё равно оставалась единственным лекарством, которое могло помочь ему. И Иса молча подливал, несмотря на протесты Андрю.

Итан перестал заходить месяц назад и только на прошлой неделе ещё один из постоянных клиентов принёс страшную весть: попал в больницу после нападения и скончался от множественных ножевых ранений. В тот четверг все собравшиеся почтили его минутой молчания и виски за счёт заведения.

Вчера же зал затопило. Соседи этажом выше увлеклись ссорой и забыли о большой джакузи, которую планировали принять вместе. И которую установили в обход техники безопасности. Об их намерении помыться узнали посетители бара в среду, когда под Tears in heaven с потолка сначала закапало, а затем полило.

И сегодня Иса хмуро смотрел на куски штукатурки, которые лежали на столах, на лужи на полу и маленькое озерцо в уборной. Неоновую подсветку под стойкой закоротило и источником света служил строительный фонарь на жёлтой треноге. В его ярком свете помещение выглядело местом съёмок дешёвого боевика после перестрелки.

И стук каблуков по лесенке у двери – как контрольные выстрелы.

– О, боже! Иса! Что здесь произошло?

Мужчина повернулся и увидел ошарашенную Марию. Её каштановые волосы были завиты и уложены. На платье ни складочки. А туфли поражали высотой каблуков.

– Нас немного затопило, – невесело ответил Иса.

– Я заметила, что это не похоже на вечеринку мокрых маек, – сказала Мария и подошла к хозяину бара.

Тот сидел на высоком барном стуле, волосы замызганы и с кусочками штукатурки. Штаны и майка – в разводах и пятнах.

Глядя на прихорошившуюся Марию, Иса чувствовал себя… неправильно. Тем временем девушка спросила:

– А где все?

– Кто?

– Те, кто называют тебя Исой. Твои друзья?

– По домам, где им ещё быть? – удивлённо ответил Иса.

– А почему эти друзья тебе не помогают? Почему бросили в беде? – девушка упёрла кулаки в бёдра и нахмурила лоб.

Иса не нашёлся, чем ответить на столь яркое проявление эмоций и промямлил:

– У всех свои дела, проблемы…

– Ага, как же! – Мария сдвинула брови. – Так. Доставай щётки, тряпки, вызывай электрика и – вперёд!

– Вперёд куда? – неуверенно спросил Иса.

– Наводить порядок!

Девушка заглянула в туалет, увидела лужу, вздохнула и спросила:

– У тебя лишних кроссовок или тапок не найдётся? На каблуках не очень удобно работать шваброй.

Иса молча встал, принёс сменную обувь Терезы, чистую майку из своих запасов и разогрел воду для чая, пока девушка переодевалась в рабочий вид.

Спустя четыре часа тяжёлой работы, он положил на тарелочку не только шоколадное печенье, о котором мечтала Мария, но и бисквитное пирожное.

И он не знал почему.

***

– Ты готов?

Исе не хотелось отвечать на этот вопрос.

Впервые за годы работы в собственном баре, он опасался открыть двери для других. За те несколько дней, что они с Марией приводили помещение в порядок, он ощутил желание… уединиться, отгородиться от других, от посторонних, даже если называются они друзьями.

Но Мария смотрела на него восторженными глазами, ожидая, когда он сделает последний шаг и просто откроет дверь.

Он прикрыл глаза, вздохнул и отодвинул засов. В лицо пахнул тёплый ветерок, в танце которого кружилась пыль города и пыльца деревьев.

К его плечу прильнула Мария и сказала:

– Лето приходит в город.

Они так и стояли вдвоём в дверях, вдыхая свежий воздух и наслаждаясь моментом.

А потом он пошёл работать, а она – к себе. Перед уходом Мария мягко коснулась его щеки и сказала:

– Я приду.

– Я буду ждать.

В колонках звучала You'll be a woman soon.

Как ни странно, первый день после ремонта прошёл спокойно. Старые и новые посетители, привлечённые слухами и запахом свежей краски, заглядывали, заказывали, улыбались, платили и уходили. Совершенно обычный круговорот жизни в подобных заведениях.

Только Иса сегодня был немного другим. Он всё так же чётко угадывал желания посетителей, тонко разделяя тех, кому нужен Budweiser или Heineken, от тех, кому – Hennessy или Tanqueray. Но его глаза смотрели мягче, в них исчез колючий внимательный наблюдатель, который отмечал, как разглаживаются пьяные лица. Сегодня он смотрел одновременно глубже и более поверхностно.

Это заметили старые завсегдатаи. Кто-то понимающе кивал, а Питер ворчал, словно неугомонный кишечник после килограмма капусты. Андрю успокаивал его. Это не помогало и с каждой выпитой рюмкой лицо Питера становилось краснее, а рокот из больного горла – громче.

Но Исе было всё равно. Он просто ждал и впервые понимал, что есть что-то большее, чем бар и тянущееся всю его жизнь противостояние с отцом. Который, между прочим, так и не позвонил. А не знать о потопе он не мог.

Но мысли Исы прервало её появления.

Замерли все немногочисленные вечерние посетители: взгляды приклеились к Марии.

Она изящным движением убрала локон за ухо с серебряной серёжкой, после чего грациозно спустилась по небольшим ступенькам. На ней было красное обтягивающее коктейльное платье, от чего казалось, что волосы стали рыжеватыми. На руках звенели браслеты из тонких колец, в руках она держала небольшую сумочку. Но даже последний забулдыга в тёмном углу завороженно смотрел в её сияющие карие глаза.

Она прошла сквозь притихший зал в сопровождении лёгкого аромата духов и Nothing else matters:

Trust I seek and I find in you

Every day for us something new

Мария подошла в барной стойке, положила на неё сумочку и глядя Исе прямо в глаза, спросила:

– Что вы можете предложить девушке выпить?

Иса видел овал лица и тонкую кожу; трепещущие ноздри и пламенеющие глаза; слегка прикусанные, будто в попытке сдержать рвущиеся наружу слова, губы; пульсирующую артерию на шее. Сердце хозяина бара пропустило удар, поражённое увиденным, а затем ускорило свой бег.

– Есть идея, – ответил он и повернулся к ровным рядам бутылок, что буквально утром она и выстраивала.

Розовое вино. Клубника. Немного ванили и…из-под стойки появился фигурный бокал с оранжевой лилией.

Мария коснулась руки Исы, нежно улыбнулась и тихо сказала:

– Спасибо, – но так, что у Исы по спине пробежали мурашки.

После чего она пригубила бокал и повернулась к залу.

Иса сразу захотел закончить рабочий день. Но посмотрев на часы, он понял, что до конца первого после ремонта дня ещё целых сорок минут.

Это были самые длинные и многообещающие сорок минут в его жизни.

Но даже они закончились и под лирическую Angel, Иса объявил, что бар закрывается. Последние гости распрощались с хозяином, пожали ему руку, закинули пару монет в корзинку под названием "В пользу брата" и засунув руки в карманы разошлись. Лишь набравшийся Питер обжёг взглядом Марию и ушёл, многозначительно промолчав. Андрю покинул бар давно.

Иса проверил двери, приборы и кассу, нарочито медленно и дотошно, чтобы ни одна мелочь не стала причиной для отмены вечера. Лишь убедившись, что всё в порядке, он переоделся в подсобке, расчесал гриву и вышел навстречу Марии.

Она уже встала и задумчиво изучала стену с пластинками. Платье подчёркивало фигуру и локон призывно покачивался у шеи. Но вся эта красота меркла в том свете, что вырывался из её глаз.

Иса подошёл, протянул руку и прямо спросил:

– Ты знаешь, чего хочешь?

Девушка помедлила и ответила:

– Нет. Но я уверена, что ты – знаешь.

Он посмотрел ей в глаза, стараясь не ослепнуть, и кивнул:

– Пойдём. Есть идея.

Ночь была длинной. Как и следующая неделя. А затем – месяц. Но они не пожалели.

***