Читаем Институции онлайн бесплатно

Итак, перед читателем, нашедшим время для отнюдь не бесполезного чтения, открылась древняя книга II века н. э. — Институции Гая. Нелишне напомнить, что само слово institutiones означает по-латыни «наставления», то есть, речь идет о наставлениях или, попросту, учебнике по римскому праву. «Ну, в таком чтении мало занимательного» — быть может, подумает иной читатель, спеша отложить книгу в сторону. Действительно, в сухом и скупом языке любого закона, а тем более римского, трудно найти пищу для воображения непосвященного читателя. Однако не спешите отложить книгу в сторону, ведь перед вами открывается удивительный мир римского права, складывавшегося на протяжении более 14 веков, начиная от полулегендарного царя Ромула и кончая императором Юстинианом. Сколько войн, социальных потрясений, мятежей и восстаний, сколько человеческих страстей, мыслей и переживаний накопилось за эти долгие столетия. И все это в самом концентрированном виде отразилось в римских законах. Ведь римляне, как, впрочем, и многие другие народы, стремились выразить в своих законах всю гамму наиболее важных отношений между людьми, и эти отношения они стремились сделать если не наилучшими, то по крайней мере наиболее приемлемыми для общества той эпохи. Следовательно, в каждой строчке, в каждом слове римских законов отразился многовековой опыт сотен человеческих поколений. Поэтому с уверенностью можно сказать, что в сухих строках римского законодательства посвященный человек способен увидеть всю гамму сложнейших социальных отношений, отразивших в себе самые бурные человеческие страсти. Однако, чтобы это увидеть и тем более понять, необходимо войти в одновременно сложную и простую систему римской юриспруденции, понять смысл римской юридической терминологии и характер взаимосвязей между различными сферами римского права.

Именно эту цель самым блестящим образом и решает скромная книжица Институций Гая. Пожалуй, Институции — это один из немногих учебников, сумевших сохранить свою актуальность на протяжении без малого двух тысяч лет. По нашему глубокому убеждению Институции Гая и сегодня являются наилучшим учебным пособием для всякого изучающего основы римского права.

Книга Институций пользовалась огромной популярностью уже в эпоху поздней Римской империи. Многие юристы того времени часто ссылаются на Институции Гая, как на одно из самых авторитетных изданий. Так, его часто цитирует Боеций, Присциан, его книга используется в «Сопоставлении законов Моисеевых и римских» (Collatio legum Mosaicarum et Romanarum), в бревиарии вестготского короля Алариха (Lex Romana Visigothorum). Наконец, сам император Юстиниан ссылается на то, что он писал свои Институции, используя произведение «нашего Гая». Многочисленные цитаты из Гая включены и в знаменитые Дигесты Юстиниана.

В средневековье также встречаются ссылки на Институции Гая, однако именно в это время основной их текст был полностью утрачен. Но счастливый случай возродил Институции к новой жизни. Так, в один из дней своего путешествия в Рим в 1816 году знаменитый немецкий историк Нибур работал в библиотеке Веронского собора с древним манускриптом на пергаменте, представлявшем собой письма Святого Иеронима (Epistolae et Polemica). Неожиданно для себя ученый обнаружил под текстом Иеронима следы другого, стертого манускрипта, написанного, судя по всему, где-то в V в. н. э. По этим едва заметным следам удалось восстановить первоначальный текст, который и оказался Институциями Гая. Однако полное восстановление и перевод текста представляли значительные трудности. Дело в том, что в тексте использовались обычные в доюстиниановскую эпоху сокращения, расшифровка которых была затруднительна даже для опытных исследователей. К этому следует добавить, что примерно четвертая часть текста была в употреблении трижды, то есть дважды на место старого соскобленного текста наносился новый. Поэтому некоторые фрагменты так и не были восстановлены. Тем не менее, благодаря скрупулезному труду немецких ученых Нибура, Беккера, Гешена, Бетмана-Гольвега и Студемунда удалось восстановить большую часть текста (примерно 94 %). Значительные лакуны остались в основном в четвертой книге Гая, посвященной искам.

Впервые Институции Гая были изданы Гешеном в 1820 г., далее известны немецкие издания Блюме в 1821 и 1822 гг. и Студемунда в 1874 и 1884 гг. С тех пор Гай многократно издавался и выдержал сотни изданий и переизданий в разных странах мира.

О самом Гае, его жизни и деятельности мы практически ничего не знаем. Незначительную информацию о нем можно почерпнуть из его собственных Институций и некоторых других юридических сочинений, ссылавшихся на Гая. Так, в эпитомах Гая вестготского кодекса употреблено выражение Titi Gaii, из чего можно сделать вывод, что Гая звали Титом. Однако некоторые ученые подвергают эти сведения сомнению, считая, что Titi — это сокращение от tituli. Место рождения и жизни Гая также неизвестно, однако частое упоминание в Институциях названий городов и народов Малой Азии позволяет предположить, что родом он был из какого-либо города Малой Азии. Основываясь на том, что лишь у Гая есть произведение, посвященное провинциальному эдикту, Теодор Моммзен даже утверждал, что Гай всегда был лишь провинциальным юристом. С этим трудно согласиться хотя бы потому, что подавляющее большинство дошедших до нас текстов Гая посвящено исключительно римскому гражданскому праву, причем автор проявляет в них неординарное знание древнейшей истории сакральных и юридических институтов Рима, о чем будет сказано ниже. Таким образом, можно предположить, что Гай, будучи родом из Малой Азии, почти всю свою жизнь провел в Риме и именно там приобрел далеко пережившую его известность блестящего юриста. Однако больших постов он, видимо, не добился. По крайней мере, имя его не упоминается историками, писавшими биографии императоров (Scriptores Historiae Augustae), при перечислении придворных юристов.

Из собственных произведений Гая можно приблизительно выяснить и время жизни этого юриста. Так, время правления императора Адриана (117—138 гг. н. э.) он называет nostra aetas, то есть «нашим временем». Упоминает он и императоров Антонина Пия (138—161 гг. н. э.) и Марка Аврелия (161—180 гг. н. э.). Наконец, в Дигестах (D. 38. 7. 1. 9) имеется отрывок Гая, в котором упоминается известная речь Марка Аврелия и Коммода, вызвавшая сенатское постановление 178 г. н. э. Из этого следует, что Гай был еще жив в начале правления императора Коммода (176—192 гг. н. э.). Таким образом, жизнь и деятельность Гая приходится как раз на «золотой век» правления Антонинов и может быть приблизительно датирована 117—180 гг. н. э.

О характере деятельности Гая также можно судить лишь из его произведений. Несомненно, он имел хорошее образование, причем юридические знания он, видимо, получил у юристов, принадлежавших к так называемой школе Сабина, то есть придерживавшихся учения Масурия Сабина, жившего при императорах Августе и Тиберии. Несомненно, Гай пользовался обычной юридической практикой, активно занимался теоретической разработкой права и, наконец, вел преподавание права, что следует из самого учебного характера его Институций. Предполагают даже, что дошедший до нас текст есть не что иное как студенческий конспект его лекций, что может объяснить обилие сокращений в манускрипте.

Пожалуй, этой весьма скудной информацией и ограничиваются наши знания о жизнедеятельности римского юриста Гая. Однако мы сможем гораздо лучше понять и характер его юридических произведений, и его теоретические воззрения, если окунемся в бурную эпоху II в. н. э. Этот период истории Римской империи часто называют «золотым веком Антонинов». Первая половина жизни Гая пришлась на время правления императора Публия Элия Адриана (117—138 гг. н. э.). В эпоху империи, как известно, облик и характер того или иного времени в значительной степени обусловлен обликом правящего императора. Так вот, личность Адриана дает весьма интересную, хотя и противоречивую картину. Это был, несомненно, одаренный человек, с молодости усердно занимавшийся науками и привлекавший к себе ученых, художников и поэтов. С 15 лет Адриан начал военную службу, принимая непосредственное участие в военных походах. Уже будучи императором, он провел успешный поход против сарматов, беспощадно подавил восстание иудеев, вызванное постройкой храма Юпитера на месте старого Соломонова храма. Однако в целом его правление было мирным, поскольку Адриан отказался от многих завоеванных областей, удержание которых могло привести к новым войнам, прежде всего с Парфией. На протяжении всего своего правления Адриан активно путешествовал по всему Средиземноморью, удовлетворяя свое неуемное любопытство и одновременно налаживая управление в провинциях. Время его правления отмечено весьма важным мероприятием в области права — по его приказу был издан так называемый «Вечный преторский эдикт» (edictum perpetuum), представлявший собой канонизированное собрание различных постановлений римских преторов. Вместе с тем он увлекался и астрологией, и, будучи весьма высокого мнения о своих познаниях в этой области, предсказал день и час своей собственной смерти.

Он проявлял суровость по отношению к своим рабам и вольноотпущенникам, пресекая их попытки использовать свое влияние при дворе, что было в то время обычной практикой. В то же время, он запретил господам убивать своих рабов, перенеся решение об их наказании в суд. Адриан часто был непомерно щедрым и в то же время весьма подозрительным к своим согражданам, особенно к близким и друзьям. Тайно или открыто он многих из них лишил жизни, а имущество конфисковал. Он создал институт своих тайных агентов, следивших за императорским окружением. В наслаждениях он был неумерен, равно питая страсть к женщинам и юношам. К сенату он стремился относиться с уважением, однако многие из них были им убиты за незначительные проступки. Умер Адриан 10 июля 138 г. н. э., ненавидимый всеми.

С правлением императора Антонина Пия римлянам повезло значительно больше. Этого императора современники сравнивали с легендарным царем Нумой Помпилием, отличавшимся милосердием и спокойным нравом. В его правление казни и конфискации имущества были практически прекращены, исчезли и доносчики. Он был бережлив, но не страдал сребролюбием, ограничивая себя во многом. С друзьями обращался так, как если бы был частным лицом. Антонин еще при жизни Адриана спас многих римлян, осужденных на смертную казнь, за что снискал искреннее расположение сограждан. По смерти Адриана он просил сенат почтить память отца консекрацией, то есть обожествлением. За это сыновнее почтение он был прозван Пием, то есть «Благочестивым». Так же как и Адриан он покровительствовал наукам и искусствам, однако делал это с большим уважением к людям, не ставя себя выше, но активно пользуясь советами специалистов. Так он часто пользовался указаниями римских юристов Виндия Вера, Сальвия Валента, Волузия Мециана, Ульция Марцелла и Диаболена. Вообще Антонин уделял значительное внимание судопроизводству, стремясь, с одной стороны, смягчить суровость наказаний, с другой стороны — упорядочить и организовать систему управления и государственной власти. Особенным вниманием со стороны Антонина пользовался сенат. В его правление ни один сенатор не был казнен, многим из них он оказывал денежную помощь, дабы они могли выполнять свои обязанности.

Правление его было относительно мирным, так как, испытывая отвращение к войне, он стремился решать отношения с другими странами на основе справедливости и договора. Тем не менее, он был вынужден воевать против мавров и британцев, а также подавить очередное возмущение беспокойных иудеев. Смерть его 7 марта 161 г. н. э. опечалила многих и ни у кого не вызвала злорадства.

На смену ему пришел не менее известный император Марк Аврелий, получивший прозвище «Философ». В детстве заботой Антонина он получил прекрасное образование, учился у философов-стоиков Аполлония Халкедонского, Юния Рустика, Клавдия Максима и Цинны Катулла. Его стремление к стоической философии было столь сильно, что уже в юности он стремился не только в теории, но и в жизни соблюдать правила воздержания: носил скромный греческий плащ, спал на земле и вообще избегал всяческих развлечений тела. Изучал он и право, слушая Луция Волузия Мециана.

На время его правления пришлись наводнение Тибра, восстания британцев и германцев, войны с парфянами и маркоманами; все они были счастливо закончены его соправителем Луцием Вером, а после смерти Вера самим Марком. Во внутренней жизни империи Марк Аврелий продолжал линию на ограничение роскоши, благоустройство провинций, организацию административного управления и, главное, — на увеличение роли сената в обществе. Аврелий сам принимал участие в заседаниях сената, подчеркивая тем самым важность обсуждения государственных дел в сенате и принятия по ним сенатских постановлений.