Читаем Институт онлайн бесплатно
Стивен Кинг
Институт
The Institute by Stephen King
Роман
От переводчика
В оригинале слово fuck и его производные встречаются 93 раза. К примеру, в «Чужаке» оно использовано 59 раз, в «Спящих красавицах» — 155 раз, в «Пост сдал» — 77 раз. Разумеется, в официальных переводах этого всего — нет. Максимум промелькнут цензурные «ублюдок» или «сука».
В моём переводе мата достаточно, хотя я старался не усердствовать. Книги Кинга никогда не были детскими, хотя многие
По данным Национального центра по делам пропавших и эксплуатируемых детей ежегодно в Соединённых Штатах пропадает около 800,000 детей.
Большинство находят.
Но тысячи — нет.
Ночной стучащий
1
Через полчаса после того, как самолёт компании «Дельта» должен был забрать Тима Джеймисона из Тампы и направиться к ярким огням и высоткам Нью-Йорка, он всё ещё стоял возле посадочных ворот. Когда представитель «Дельты» и светловолосая женщина с бэйджем службы безопасности, висящим у неё на шее, вошли в салон, послышался недовольный ропот пассажиров эконом-класса.
— Пожалуйста, прошу вашего внимания! — сказал мужчина из «Дельты».
Кто-то спросил:
— Долго мы ещё будем стоять? Только честно.
— Не долго. Капитан обещает, что самолёт прибудет в пункт назначения почти вовремя. Но мы должны разместить на борту федерального офицера, поэтому нам бы хотелось, чтобы кто-нибудь уступил ему своё место.
Послышался общий гул недовольства, и Тим увидел, как несколько человек на всякий случай достали свои мобильные телефоны. Раньше в подобных ситуациях случались неприятности.
— «Дельта Эйр Лайнс» предлагает вам бесплатный билет на следующий рейс до Нью-Йорка, который будет завтра утром, в 6:45.
Раздался ещё один недовольный возглас: «Ну охренеть…»
Представитель невозмутимо продолжил:
— Вам предоставят талон на ночёвку в отеле, и ещё вы получите четыреста долларов сверху. Это хорошее предложение. Кто готов его принять?
Желающих не было. Женщина из службы охраны ничего не сказала, только обвела салон эконом-класса пронизывающим, но каким-то безжизненным взглядом.
— Восемьсот долларов, — сказал мужчина из «Дельты». — Плюс талон в отель и бесплатный билет.
— Талдычит, как ведущий телевикторины, — пробурчал мужчина в ряду перед Тимом.
Желающих всё ещё не было.
— Тысяча четыреста?
Никого. Тиму это показалось любопытным, но не то, чтобы удивительным. И не только потому, что на рейс в 6:45 придётся встать чуть свет. Большинство пассажиров эконом-класса были семьями, которые возвращались домой после посещения различных достопримечательностей Флориды, парами с глубоким пляжным загаром, и упитанными, краснощёкими парнями с недовольным видом, которых в Большом яблоке ждали контракты, сулившие гораздо больше четырнадцати сотен баксов.
Кто-то крикнул в конце салона:
— Гоните кабриолет «Мустанг» и билет до Арубы, тогда можете забрать оба наших места! — Послышался смех, но не очень приветливый.
Представитель «Дельты» взглянул на блондинку с бэйджем; если он рассчитывал на её помощь, то оказался в пролёте. Она просто продолжала неподвижно разглядывать салон; двигались только её глаза. Он вздохнул и сказал:
— Тысяча шестьсот.
Тим Джеймисон вдруг решил, что хочет свалить на хер с этого самолёта и двинуть на попутках на север. Хотя подобная мысль раньше не приходила ему в голову, он ясно представил себе эту картину. Вот он стоит возле автострады 301 где-то посреди округа Эрнандо, выставив вперёд большой палец. Кругом жара, толпы кружащих насекомых, на биллборде реклама какого-то скользкого адвокатишки; из бумбокса, стоящего на бетонных ступеньках близлежащего трейлера, рядом с которым мужчина с голым торсом моет свою машину, доносится Take It on the Run[1], и, вот, наконец, его подбирает какой-то «фермер Джон» на пикапе с дощатым кузовом, груженном дынями, и с маленьким магнитным Иисусом на приборной панели. И лучшей частью всего этого были бы даже не деньги в кармане, а находиться подальше от этой банки с сардинами и её убийственной вони из парфюма, пота и лака для волос.
А второй лучшей частью была бы возможность сжать правительственную титьку и выдавить из неё немного лишних долларов.
Он встал, выпрямившись во весь свой совершенно средний рост (пять футов и десять дюймов[2], может, чуть больше), поправил очки на носу и поднял руку.
— Согласен на две тысячи, сэр, плюс стоимость билета, — и место ваше.
2
В талоне была указана дешёвая ночлежка, находящаяся возле конца самой загруженной взлётной полосы Международного аэропорта Тампы. Тим заснул под шум самолётов, от их же шума проснулся, и спустился вниз, где проглотил сваренное в крутую яйцо и два «резиновых» блина с бесплатного «шведского стола». Хотя еда была далеко не изысканной, Тим с удовольствием поел, а затем вернулся в свой номер дожидаться девяти часов, когда откроются банки.
Он без труда получил на руки свою нежданную прибыль, потому что в банке знали о его приходе, и чек был одобрен заранее. Он не собирался сидеть в отеле, дожидаясь погоды у моря, поэтому взял свои две тысячи долларов в двадцатках и полтинниках, засунул их в левый передний карман, забрал у охранника банка свою дорожную сумку и вызвал «убер», чтобы отправиться в Эллентон. Там он расплатился с водителем, подошёл к ближайшему знаку 301-С и выставил вперёд большой палец. Через пятнадцать минут его подобрал какой-то старик в бейсболке «Кейс». В кузове пикапа не было никаких дынь, и он не был дощатым, но в остальном пикап вполне соответствовал картине, которая представилась Тиму прошлым вечером.
— Куда направляешься, дружище? — спросил старик.
— Ну, думаю, в итоге — это будет Нью-Йорк, — ответил Тим.
Старик выдавил в окно струйку коричневой от табака слюны.
— Зачем человеку в здравом уме ехать туда?
— Не знаю, — сказал Тим, хотя знал. Старый приятель по службе сказал ему, что в Большом яблоке полно работы в сфере частной охраны, включая компании, которые с бомльшим уважением отнесутся к его опыту, чем сраный Руби Голдберг, который положил конец его карьере в полиции Флориды. — Пока что надеюсь к вечеру добраться до Джорджии. Может, там мне понравится больше.
— Ну вот, другой разговор, — сказал Старик. — Джорджия не так уж плоха, особенно если ты любишь персики. А у меня от них крутит живот. Не возражаешь против музыки?
— Нисколько.
— Но предупреждаю: я люблю погромче. Маленько глуховат.
— Главное, что я не плетусь пешком.
Вместо REO Speedwagon пел Уэйлон Дженнингс, но Тим был не против. После Уэйнлона были Шутер Дженнингс и Марти Стюарт. Двое мужчин в грязном «Додж-Рэм» слушали музыку и смотрели на бегущее вперёд дорожное полотно. Через семьдесят миль[3] старик остановился, коснулся козырька своей бейсболки «Кейс» и пожелал Тиму отличного дня.
Тим не добрался до Джорджии к вечеру — он переночевал в ещё одной ночлежке рядом с придорожным киоском, где продавали апельсиновый сок, — но был там на следующий день. В городке Брунсвик (где придумали рецепт особенного мясного рагу) он две недели проработал на утильзаводе, причём это решение пришло ему так же спонтанно, как желание отдать место на рейсе «Дельты» из Тампы. Тиму не нужны были деньги, но, казалось, нужно было время. Он находился на переходном этапе, который не мог завершиться мгновенно. Коме того, рядом с «Деннис» был боулинг. А такую комбинацию трудно перекрыть.
3
С зарплатой, полученной на утильзаводе, и денежным бонусом от авиакомпании, Тим стоял возле брунсвикского съезда с автострады I-95-СЕВЕР и чувствовал себя вполне состоятельным для скитальца. Он простоял на солнце больше часа, уже подумывая сдаться и вернуться в «Деннис», чтобы пропустить стаканчик холодного сладкого чая, когда возле него остановился универсал «Вольво». Задняя часть машины была заставлена коробками. Пожилая женщина за рулём опустила окно с пассажирской стороны и посмотрела на него сквозь толстые стёкла очков.
— Хотя и не крупный, но кажетесь вполне крепким, — сказала она. — Надеюсь, вы не насильник и не психопат?
— Нет, мэм, — сказал Тим, подумав: «Какой
— Конечно, «нет» — другого ответа я и не ждала. Направляетесь в Южную Каролину? Судя по вашей дорожной сумке, похоже на то.
Мимо её «Вольво» пронеслась машина и с рёвом клаксона помчалась вверх по съезду. Женщина не обратила не неё внимание, продолжая невозмутимо смотреть на Тима.
— Да, мэм. И дальше до самого Нью-Йорка.
— Я довезу вас до Южной Каролины — конечно, не до самого центра этого невежественного штата, но и не высажу у самой границы — взамен на небольшую помощь. Рука руку моет, если вы понимаете, о чём я.
— Вы почешите спинку мне, а я — вам, — усмехнулся Тим.
— Ничего такого, но вы можете садиться.
Тим так и сделал. Её звали Марджори Келлерман, и она заведовала библиотекой в Брунсвике. Она так же входила в так называемую Юго-восточную библиотечную ассоциацию, у которой, по её словам, не было денег, потому что «Трамп и его приспешники всё забрали назад. Они понимают в культуре не больше, чем осёл в алгебре».
В шестидесяти пяти милях к северу, всё ещё находясь в Джорджии, она остановилась возле маленькой убогой библиотеки в городке под названием Пулер. Тим выгрузил коробки с книгами и отвёз их на тележке в библиотеку, а оттуда ещё дюжину коробок прикатил обратно к «Вольво». Марджори Келлерман сказала, что эти книги нужно доставить в Публичную библиотеку Имасси, примерно в сорока милях к северу — это уже будет Южная Каролина. Но вскоре после того, как они миновали Хардивилл, им пришлось остановиться. Обе полосы занимали легковушки и грузовики, и ещё больше автомобилей быстро заполнили пространство позади «Вольво».
— Ненавижу, когда такое случается, — сказала Марджори. — И всегда в Южной Каролине, где жалеют денег на расширение дороги. Должно быть, впереди авария, которая перегородила обе полосы, и никто не может проехать. Проторчу здесь полдня. Мистер Джеймисон, вы можете быть свободны. На вашем месте, я бы вышла из машины, вернулась назад до съезда в Хардевилл и попытала счастье на шоссе 17.
— Ну, а как же все эти коробки?
— О, я найду другого крепкого мужчину, который поможет мне выгрузить их, — сказала она и улыбнулась. — По правде говоря, я просто увидела вас там, стоящего на солнцепёке, и решила добавить себе немножко острых ощущений.
— Что ж, если вы уверены. — Пробки на дорогах вызывали у него клаустрофобию. Собственно говоря, то же самое он чувствовал, сидя посреди салона эконом-класса в самолёте «Дельты». — А если нет, то я помогу. Мне некуда спешить.
— Я уверена, — сказала она. — Была рада познакомиться с вами, мистер Джеймисон.
— Взаимно, мисс Келлерман.
— Вам нужна материальная помощь? Я могу выделить десять долларов, если вы нуждаетесь.
Он был тронут и удивлён — не в первый раз — добротой и щедростью простого человека, в частности того, кому особо не чем было поделиться. Америка по-прежнему оставалась чудесным местом, кто бы что ни говорил (включая, порой, его самого).
— Нет, спасибо. У меня всё в порядке.
Он пожал ей руку, вышел из машины и направился обратно по заторенной автостраде I-95 к съезду на Хардивилл. Когда на семнадцатом шоссе его никто не подобрал, он прошагал пару миль до штатной трассы 92, где стоял знак, указывающий направление в сторону городка Дюпре. К тому времени было уже далеко за полдень, и Тим решил найти мотель, чтобы переночевать. Несомненно, это будет очередная ночлежка, хотя альтернатива — заночевать под открытым небом и быть съеденным заживо москитами, или в амбаре какого-нибудь фермера — была ещё менее привлекательной. Поэтому он отправился в Дюпре.
Большие дела начинаются с малого.
4
Час спустя он сидел на камне у края дороги, дожидаясь, когда её пересечёт, казалось бы, бесконечный товарный поезд. Он вальяжно катил в направлении Дюпре со скоростью тридцать миль в час: товарные вагоны, автомобильные вагоны (в основном груженные битыми машинами, чем новыми), цистерны, платформы и полувагоны, заполненные бог знает какой дрянью, которая в случае крушения могла воспламенить сосновый лес или накрыть жителей Дюпре в виде ядовитых или даже смертельных испарений. Наконец, появился оранжевый служебный вагон, где в шезлонге сидел мужчин в комбинезоне, который читал книгу в мягкой обложке и курил сигарету. Он оторвался от книги и помахал Тиму рукой. Тим помахал в ответ.
Город располагался в двух миля, и был построен вокруг пересечения штатной трассы 92 (теперь Мэйн-Стрит) и двух других улиц. Дюпре, казалось, в значительной степени избежал засилья сетевых магазинов, которые расплодились в крупных городах; там был «Вестерн Ауто», но он был закрыт, а окна замылены[4]. Тим заметил продуктовый магазин, аптеку, бакалею, в которой, казалось, продавалось всего понемногу, и пару салонов красоты. Также в городе были кинотеатр с надписью «ПРОДАЖА/АРЕНДА» на козырьке, магазин автозапчастей, который косил под спид-шоп[5], и ресторан с названием «Бевс Итэри». Ещё было три церкви: одна — методистская, две — неопределённые, но все из разряда Иисус-ждёт-тебя. На парковке в деловом районе стояло не более двух дюжин легковых автомобилей и фермерских грузовиков. Тротуары были почти пусты.
