Читаем Игры в куклы онлайн бесплатно

Вайолет

Ночь Хэллоуина…

Я бегу со всех ног по темноте, через лес, что отделяет жилую зону от здания старого театра оперы. Дорогу освещает только луна. Я слышу лай собак позади себя.

Они пустили адских псов вдогонку.

Гонят меня как зверька, что должен угодить в их опасный капкан.

Сухая трава цепляется за края моих джинсов и потертые старые кеды. Чувство самосохранения работает на пределе своих возможностей.

Черт, это все он, надоумил всех остальных.

Именно он.

Хочет наказать меня.

Только он знает, что я боюсь собак с детства.

Третий год в празднование Хэллоуина четверо самых безбашенных, порочных и желанных парней города Шеффилд – нашего богом забытого места существования – играют в игру «Наказать и Доказать».

Они выбирают жертву – невинную девушку, куколку, нарекая её Долли. Многие мечтают оказаться на месте Долли. Многие, но не я.

Дело в том, что я – Вайолет Томпсон, знаю, кем является эта четверка демонов тьмы.

Один из них – мой самый лучший друг с детства – Кэлеб Холл. Парни никогда не говорят никому, что именно они и есть те четверо в масках и чёрной одежде, кто держат девчонок на грани в эту сумасшедшую дьявольскую ночь.

Как-то раз я случайно увидела переписку в телефоне Кэлеба Холла. Он обсуждал с братьями с королевской фамилией Кинг – такими же, как и Кэлеб, чокнутыми парнями нашего города – кто будет их очередной жертвой, и придумывали задания для ночи Хэллоуина.

Самый старший из них – Дэрек Кинг, средний Джеймс и его двойняшка, младше Джеймса на 2 минуты, но, пожалуй, самый желанный, он же – секси-дьявол всего женского пола – Дантэ Кинг.

Они абсолютно разные внешне, но так крепко связаны братскими узами, что их союз ещё никто ни разу не смог нарушить.

Дэрек уже поступил в университет, а вот Джеймс, Дантэ и Кэлеб учатся в выпускном классе вместе со мной в старшей школе Эмплфорт.

Долли было уже две на моей памяти, по одной за два года подряд, в ночь, когда темные мысли могут не бояться наказания. Они выбирают одну из самых красивых девочек старших классов. Обязательный пункт – невинность.

Но с этим каждый год все сложнее. Парни слишком хороши, и все местные и заезжие девчонки сами лезут им в брюки. Мерзость!

Парни выглядят старше. Они сексуальные, дерзкие, настоящие бэдбои в прямом и переносном смысле.

Но я отношусь к ним по-другому из-за Кэлеба.

Он – моя боль, любовь, мой личный лимб. Я все свое свободное время с самого детства посвящала ему. Нет, я не из тех девчонок, кто вешается и делает намёки на нечто большее, чем просто дружба. Я как раз-таки умела держать наши с ним отношения на дружеской волне. Конкретная френдзона, но именно для меня. Если я отдамся ему, как и все, он поступит со мной так же, как и с остальными – просто вычеркнет из своей жизни. А поэтому я пыталась закрывать свои эмоции, прятать от него хотя бы сердце, так как душу я уже продала своему кровожадному дьяволу.

Кэлеб хороший парень и друг, он всегда помогал мне с любыми проблемами, при этом держа меня на расстоянии. Если дело касалось его друзей, то, конечно, он выбирал их. Они едины, четыре всадника тьмы.

Лай собак все ближе, я почти добралась до здания оперетты. Здесь никогда никого не бывает, здание заброшено и пустует уже много лет.

Говорят, здесь водятся призраки, но сейчас мне страшнее оттого, что задумали парни, выбрав именно меня своей Долли.

Эта ночь и игра – особенные. Они последние для всех. Мы ведь чертовы выпускники!

Я забегаю внутрь, закрываю дверь и, найдя на полу какую-то палку, засовываю её под ручку. А там, за дверью, собаки скребутся когтями о дерево, но попасть внутрь не могут. Сердце вот-вот лопнет от страха! Как быть дальше?! Я в западне!

Провожу пальцами по лицу, задевая шрам, являющийся главным доказательством моей фобии.

Оглядевшись в полумраке, придерживаюсь одной рукой за стену и делаю несколько шагов в узкий коридор, нащупываю в конце дверь и, навалившись на её поверхность всем телом, резко поскальзываюсь и падаю на пол.

Витражные окна отражают лунный свет, зал довольно просторный, скорее всего, рассчитан человек на двести. Массивные колонны сужают это величественное пространство, а подле противоположной стены вверх уходит трапециевидная мраморная лестница.

От созерцания помещения меня отвлекают насмешливые голоса, которые с каждой секундой становятся всё ближе и ближе. Чётко различаю своё недолгосрочное имя, отчего к горлу подскакивает тошнота. Мне муторно. Страшно и холодно. Легче умереть, чем… Не хочу произносить это вслух!

Это второй уровень. Я должна найти подсказку для третьего задания. Второе я выполнила, когда вторглась в дом совершенно незнакомых мне людей, чтобы украсть у них ожерелье, на которое мне указали парни.

Вы подумаете, что я могла отказаться выполнять их задания… И другие девочки, что были до меня, могли… Но парни тщательно подходят к выбору Долли и находят ту, на которую можно легко собрать компромат, а если его нет, то создают его сами.

Отказаться нельзя, потому что опозоренной на весь город никто быть не желает, тем более все жаждут побыть с ними наедине. Ещё не встречала ни одной, которая в здравом уме отказалась бы лишиться невинности с любым из этих чертят. Считай, сорвали свой джекпот…

Догадываюсь, почему они выбрали меня. Во-первых, я девственница, во-вторых, я предала нашу дружбу с Кэлебом, рассказав ему о своих чувствах. А в-третьих, у них, конечно же, есть компромат на меня. Я не святой ангел. Заслуги перед школой и родителями тоже имеются. Поэтому я решила, как и Кэлеб, принять участие в их игре, закончить её и похоронить нашу с ним дружбу.

Лестница приводит меня в коридор, здесь три двери, и снова лестница, что ведёт в самый главный зал со сценой для выступлений. Учителя рассказывали, что когда-то здесь выступали великие люди, но затем город затих, его окутало туманом, и жизнь стала протекать в обход нашего городка.

Слышу крики и смех парней. Они пытаются найти другой вход. Мне нужно успеть найти подсказку до моего обнаружения. Каждый промах ведет к наказанию. Моё мне озвучили сразу. Это был, конечно же, озлобленный на меня Кэлеб Холл.

Моё наказание – отсос у одного из них. Кто из них – решают они. Поэтому я шарю в тёмных углах каждой комнаты, не щадя свои руки и пальцы, для того чтобы найти хоть что-то. Бегу к последнему кабинету, здесь уже кто-то был до меня. Тускло, но горит фонарик, что был оставлен тут заранее. На столе, помимо старых сухих листьев, лежит телефон. Включаю дисплей, на нем загорается сообщение для меня:

«Твоё последнее задание, Долли. Спустись в подвал и найди комнату роз. Жди меня там. Эту ночь ты запомнишь навсегда».

Мои руки трясутся, слезы прорываются сквозь расшатанную плотину моего терпения. Я делаю все это только с одной надеждой, что он сделает со мной это сам. Я хочу верить, что он не закончит нашу дружбу, убив меня духовно, если отдаст мою невинность одному из братьев Кинг. Я молюсь, чтобы он сделал это сам. Только он и я, навсегда. После этой ночи сотру из своей жизни и памяти имя своего лучшего друга и своего любимого дьявола – Калеба Холла.

Кэлеб

Кэлебу двенадцать…

Озеро Ботинг – одно из моих любимых мест в городе Шеффилд. Тихое место для того, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Озеро не пользуется популярностью, сюда редко приезжают. А наш дом находится не так далеко.

Бесконечная зелёная зона, национальные парки, земли фермеров и центр со своей старой и новой архитектурой. По существу, большая часть города построена на склонах холмов с видом на центр города или на загородную местность. Город Шеффилд находится прямо напротив города Ротерем, от которого отделён главным образом автомагистралью. Южные и западные окраины города граничат с Дербиширом.

Люблю слушать, как ветер, прикасаясь к кромке воды, создает еле слышный звук движущихся волн. Это напоминает песню – дикую и необычную, разбавляющую звуки самой природы.

Мне нравится плавать, это у меня получается намного лучше, чем что-либо, пожалуй, даже лучше, чем быть хорошим сыном.

Помню, как мама уехала. Навсегда. Так она, по крайней мере, сказала нам с отцом. Она раскрыла обман, тот, о котором и так давно догадывалась. В тот же день, собрав чемодан с вещами, помахала нам с отцом рукой, перед этим озвучив, что покидает страну. Мама ничего не взяла, кроме своих вещей, ни денег отца, ни меня. Автостопом доехала до границы. Об этом нам сообщил один из наших «Бобби», так мы называем полицейских, служащих закону. Отец дружит с начальником местного округа.

Я знаю, почему мама не выдержала, решила расторгнуть брак, заодно и покончить со всем этим притворством отца. Он не пропускал мимо ни одной красивой молоденькой куклы. Ему нравилось играть с разными девушками-однодневками. Я видел, как он реагирует, и как загораются его глаза при виде длинных ног и милой мордашки. На его обворожительную улыбку велись и до сих пор ведутся многие девицы.

В тот злополучный день мама вернулась слишком рано из больницы, где работала медсестрой. Жаль, конечно, но рано или поздно ей пришлось бы узнать о похождениях своего мужа. Он иногда терял здравый рассудок настолько, что приводил в наш домик для гостей своих безмозглых одноразовых кукол.

Видел и не раз, что в его стенах творилось. Исподтишка подсматривал за их странными играми. Это был простой мальчишеский интерес, но мне было противно, оттого что он так поступал с мамой.

Куклам нравилось то, что отец с ними вытворял. Они орали, молили, плакали, но самое удивительное было то, что все, в конце концов, выходили с блаженной улыбкой на раскрасневшихся лицах.

– Где твой отец? Я видела его машину – он дома! – мама появилась на пороге совсем неожиданно. Её смена обычно заканчивалась поздним вечером. Чёрт подери! Я растерялся и попытался остановить мать.

– Э-э, мам. Он, вроде как, занят – ремонтирует прибор для панели передач, – неуверенно выдал я, на что мама лишь вымученно улыбнулась, погладила меня по голове и, наклонившись, тихо прошептала на ухо, что я весь в отца. Вылитый он. Красивый и лживый подонок.

Мне стало крайне неприятно. Поэтому я больше не стал от неё скрывать жестокую правду, какой бы она омерзительной ни была. Я хотел избавиться от этого жуткого сравнения. Не хотел быть как он. И я показал ей, где он и рассказал, чем он занимался на самом деле, в то время как она исполняла свой клятвенный долг перед народом, нуждающемся в помощи. После увиденного зрелища она молча собрала вещи и уехала. Безвозвратно…

Я старался не вспоминать о маме – да и особо нечего. Не грустил и не страдал подолгу. Мне не было одиноко, ведь именно в то время у меня появилась подруга – соседская девчонка.

Их старенький дом располагался в нескольких сотнях метров от нашего. С финансами у этой семьи было туговато: едва хватило денег купить домишко с небольшим участком земли. Они работали день и ночь, порой даже забывая накормить свою маленькую, истощенную дочь.

Родители Вайолет Томпсон переехали к нам из штатов: ясное дело, сбежали от своих глобальных проблем. Мой привередливый отец хотел выкупить у несчастных людей эту землю и дом, тем самым выставив их из города вон, но передумал, когда увидел мать Вайолет: она была невообразимо красивой женщиной. А Вольт, казалось, росла ещё прекраснее, чем мать.

Мой папаша решил, что такая соседка, как мисс Томпсон, сгодится для его грязных, нескончаемых утех. Я надеялся, что ни отец Вольт, ни она сама никогда не узнают об этой скандальной связи. Мне же было не привыкать… Да и чёрт с ними!

Я дал прозвище Вайолет – Вольт в честь супер пса из мультфильма, после того как нам с ней довелось убегать от собаки. Вайолет тогда пострадала: сам я успел перепрыгнуть через забор, но девчонка упала на полпути, вследствие чего собака напала на неё, а после у Вольт появился страх, к тому же осталось вечное напоминание о произошедшем – крохотный шрам под правым нижним веком в виде звёздочки.

Это не только прозвище из мультфильма про собаку – это как её напоминание о том, что свой страх необходимо победить. Вольт не была против моих прозвищ, но тот страх, кажется, прижился в ней намертво.

Мы познакомились здесь, на озере. Она приходила сюда, чтобы побыть наедине с собой. Но уединиться получалось нечасто – из-за меня. Когда увидел на берегу озера маленькую хрупкую девчонку, в очаровательных глазах которой плескался интерес к плохому, запретному, то сам не понял, как зачарованно начал наблюдать за ней. Олицетворением всего плохого был я, а она умело скрывала свою настоящую сущность. Между нами была разница лишь в том, что моя тьма поглотила свет гораздо раньше, чем её собственная.

– Привет, как тебя зовут? – я подплыл к берегу и вышел из воды, украдкой рассматривая незнакомку.

– Привет. Вайолет Томпсон. А тебя? – она улыбнулась лишь уголками пухленьких розовых губ. Красивая и какая-то загадочная, как ребусы, что любил разгадывать мой дед, пока не сожрал сомнительный батончик, который отправил его на тот свет.

– А я Кэлеб Холл. Ты живёшь где-то поблизости? – обмотавшись полотенцем, я сел рядом на истоптанную траву, поглядывая боковым зрением на её тоненькие запястья: совсем худенькая, как будто её всю жизнь морили голодом, либо она была чем-то серьёзно больна. Возможно ли, что девчонка – жертва анорексии?

– Да, мы недавно купили дом и переехали. Теперь я живу здесь. И ты первый, с кем я успела познакомиться… Я не знала, что встречу кого-то в этом безлюдном месте, – она прижалась лбом к острым коленкам и резво отщипнула примятой травы пальцами ног. Это выглядело забавно. – Прости, если это твоё тайное место, то я уйду, – девчонка подняла на меня свои большие серые глаза.

Неосознанно я затаил дыхание. Будто чей-то невидимый кулак жёстко вдарил мне под дых. Очаровательные у неё глаза. Никогда таких не видел. Цвет радужки был необыкновенный: серый, с мелкими жёлтыми вкраплениями, будто солнце спряталось за сгущающимися тучами, пронизывая их своими золотистыми лучами. Немного напугал меня её открытый и доверчивый взгляд, но столь же сильно и подкупил. Мы оба изучали друг друга глазами, будто хотели проникнуть в самую душу, куда вход был наглухо заперт. Почему-то дико захотелось подружиться с ней, а не оставаться просто детьми по-соседству.

– Ты не ошиблась – это моё личное место, – глухо кашлянув в кулак, проговорил я. – Но я не против твоей компании. Значит, мы теперь с тобой дружные соседи?

– Ну… – девчонка заулыбалась чуть смелее, смахивая с хрупких плеч за спину длинные пряди темно-русых волос. – Сколько тебе лет? – она с любопытством наблюдала как я, не стесняясь, сбросил с себя мокрые трусы и, отвернувшись в последний момент, ловкими движениями натянул на бедра широкую резинку свободных шорт.

Приняв исходное положение, заметил лёгкий румянец на её впалых щеках. Моя незагоревшая под защитным полотном плавательных трусов задница вогнала девчонку в краску.