Читаем Ярость отцов онлайн бесплатно
Я мысленно попросил всех святых исходника, чтобы это прекратилось. Мне невыносимо было смотреть на то, как мой сын сходит с ума. Поэтому я смотрел по сторонам – и не замечал растяжек мин, не видел следов от траков, но обнаружил следы чьих-то лап. Что-то крохотное и крылатое прошмыгнуло над нами слишком быстро, быстрее, чем пролетели бы жук или пчела. Наверное, мне показалось. С чего я вообще взял, что тут водятся жуки?..
– Та установка, которая в Цитадели и которая остановит путников, сынок. Я о ней.
Патрик вмазал себе кулаком по рёбрам и от удовольствия закрыл глаза.
Я мысленно застонал.
– Это установка, батя, называется Ярость Отцов, – прозвучало из-под забрала невнятно, будто рот у Патрика был чем-то забит.
– Как называется? – переспросил я, хотя знал ответ.
– Ярость…
– Отцов, да… Я услышал. Странное название.
– Не я его придумал, – буркнул Патрик.
– Так какой всё-таки…
– Батя, смотри! – сын вытянул руку, указывая на открывшийся нам вид.
Только позже – слишком поздно – я понял, что сын умело ушёл от ответа на вопрос.
– Нам нужно поговорить. – Голос мужской, уверенный. – Вас ведь зовут Милена?
Внутри у Милены образовалась пустота. Вакуум.
У неё нет знакомых в Киеве, она только что приехала.
Так неужели?.. Она принялась медленно, насколько то позволяли приличия и динамика человеческого тела, оборачиваться к назвавшему её имя мужчине. Секунды замедлились, время превратилось в шмат резины, который можно – и нужно! – растягивать. Взгляд Милены скользил по параболе. Любой из прохожих мог оказаться замаскированным палачом. Юная мамочка с коляской? Запросто. Мамочка – ряженый юноша, а в коляске не малыш, а пистолет и наручники. Высокий стройный красавец, покупающий мороженое своей спутнице, тоже наверняка прячет в кармане Знак. А спутница, принимающая у него эскимо на палочке, – его коллега по Управе.
И это вовсе не паранойя.
Только законники могли вычислить жену чуть ли не самого известного преступника страны. И кому какое дело, что жена – бывшая…
Проклятые легавые быстро сработали.
Слишком быстро!
Пообщаться, значит, хотят, чтобы шуму не поднимать. Общественное место, людей много, а ну как полоумная блондинка начнёт палить с двух рук по толпе? Мимо медленно шли-ползи люди – безликие в едином порыве, много. От толпы отпочковался здоровенный широкоплечий шатен и взял направление на сигаретный киоск. Ещё на сером фоне выделялся мальчишка-оборванец. Этот клянчил милостыню. Мирный пейзаж. Насчёт мамочки и эскимо – ерунда. Милена не чувствовала опасности. Никто не спешил колесовать её на месте.
Резину нельзя растягивать бесконечно, лопнет. И вот – хлопок! – поворот на сто восемьдесят закончен.
Перед Миленой опирался на трость старик в чёрных солнцезащитных очках.
Тот самый слепец, что встал на пути «Ангелов Зоны», когда те вместе с супругами Краевыми и палачом Зауром ехали к Парадизу. Петрович его, кажется, зовут.
Но что он делает здесь, в Киеве?
Губы его шевельнулись – до Милены не сразу дошёл смысл сказанного:
– Ты ищешь Края.
– Что, простите?..
– Прощаю. Ты разыскиваешь Максима Краевого по прозвищу Край. И своего сына. Его зовут Патрик. И я не спрашиваю, милочка, я утверждаю. – Старик замолчал, давая Милене возможность собраться с мыслями и рассмотреть собеседника.
И возможностью этой она воспользовалась сполна.
Как только жизнь ещё теплилась в тушке, до конца израсходовавшей свой ресурс? С костей Петровича, казалось, содрали мясо, а что осталось хорошенько высушили. На покрытый пигментными пятнами череп плевком прилепили шмат серебристой пакли. Сквозь дыры в черкеске можно просунуть кулак. Глаза опять же…. И при всём этом рядом со старцем Милена чувствовала себя беспомощной малолетней соплюхой, мечтающей о новом пупсике и красивых бантиках. Почему так? Из-за властного голоса? Нет. Даже шамкай старик согласно прожитым годам, это мало что изменило бы. Харизма – вот из-за чего трепетало сердце Милены.
– Вы – сталкер? Бывший?
Тёмные линзы блеснули, отразив солнечный луч.
Мысленно она взмолилась, чтобы Петрович не выдал ей тут пафосную речь о том, что сталкеры бывшими не бывают. Вояки вот не бывают, палачи с ними заодно, скоро детсадовские нянечки, уходя на пенсию, откажутся считать себя бывшими.
Мольбы Милены были услышаны, ничего такого старик не сказал. Он вообще ничего не сказал в ответ. Просто стоял и молчал. Лишь когда пауза затянулась до неприличия, выдал короткое:
– Милочка, не суетись. – На сей раз в его голосе почувствовалось лёгкое раздражение, будто Милена сболтнула несусветную чушь, и теперь пожилому человеку стыдно за неё, глупышку эдакую. – Послушай, милочка. – Он поддался вперёд, приблизив линзы очков к её лицу. – Я знаю: ты умная баба, хоть и стерва изрядная.
– Я не…
– Молчи и слушай. – Он раздражённо ударил тростью по асфальту, точно собираясь его проломить. – Мало кто знает, какое зло угрожает Киеву! Нет, всему миру! Это зло надо остановить!
Милена испытала острое разочарование. Старик выжил из ума. Не стоит воспринимать его бормотание всерьёз.
