Читаем Я в моменте (СИ) онлайн бесплатно

========== Пролог ==========

Какова вероятность встретить в огромном городе незнакомого человека дважды?

Возможно, если вы живёте неподалёку, ходите в один супермаркет и иногда пересекаетесь в метро, это вполне закономерно, но если говорить о тех людях, с которыми едва ли можно встретиться в одном дворе, ситуация приобретает совершенно другой оттенок.

Население Питера уже, наверное, за пятёрку перевалило, и даже если брать в расчёт, что все города — это лишь большие деревни, некоторые вещи просто по теории вероятности происходить не должны.

Вообще-то после Разумовского Игорь клятвенно обещает себе не влезать в авантюры. Слишком ударило по нему осознание правильного и неправильного. Лучше бы, и правда, холодильники искать пошёл — может быть, тогда мир и собственные принципы в голове так не пошатнулись бы. Поэтому последние несколько месяцев Игорь просиживает штаны в участке и делами занимается исключительно не выходя за рамки дозволенного.

Хорошо бы этой системы жизненных ценностей и дальше держаться, вот только, если имеешь в друзьях Юлю, на все планы и ожидания остаётся забить огромный хер: Пчёлкина — та ещё заноза в заднице, и спокойной жизни с ней Игорю точно не видать.

***

Клуб пафосный донельзя и, само собой, до неприличия дорогой. В обычной жизни Игорю такие не по карману, да и желания шляться по таким местам, как правило, у него не возникает. Юля тащит Грома сюда едва ли не шантажом: тут она по наводке, ищет очередную сенсацию, а чтобы эта сенсация ей боком не вышла, просит Игоря поработать личным телохранителем. Ему эта идея, конечно, не нравится сразу, но Юля на то и журналист — уговаривать и шантажировать умеет профессионально: куда она, слабая девушка, одна в гущу событий? Игорю смешно даже — где слабые девушки, а где Пчёлкина, способная едва ли не зубами недоброжелателям горло перегрызть. В итоге Юля даже Диму к этому подключает, и Игорь сдаётся. Лучше уж один вечер изобразить из себя отвязного тусовщика, чем целый день слушать аргументы Дубина в поддержку Пчёлкиной.

Игорь, конечно же, понимает, что всё это — обман чистой воды, и девушка, скорее, в себя его привести хочет таким вот своеобразным способом, но делать нечего, друзьями он больше раскидываться не намерен.

И именно поэтому Гром сейчас смотрит, как Дима попивает какой-то отвратительно яркий коктейль и старается не упускать из виду Юлю, которая упорхнула в самую гущу событий, явно раскручивая свой объект только ей известными методами.

Музыка долбит по ушам, Игорю это совершенно не нравится, но, по крайней мере, у Димы нет ни единой возможности начать трепаться без умолку, а это определённо большой плюс.

— Может быть, выпьешь всё же? — перекрикивая общий шум, говорит Дубин.

Игорь скептически приподнимает брови. Ему даже представлять себя с этой разноцветной хренью в руках не хочется, не то чтобы пить это. Дима, кажется, понимает его по взгляду, так как придвигается ближе, склоняясь к самому уху.

— Там на баре и что покрепче найдётся.

Игорь сначала хочет послать Дубина куда подальше, но потом понимает, что сидеть им тут ещё долго, а быть трезвым среди кучи изрядно выпивших людей — то ещё удовольствие. Решающей становится очередная реплика Димы, сказанная с дурацкой улыбкой и хитрым прищуром глаз, в которых уже отчётливо видно пьяный блеск.

— Смотри, красивая какая! И пялится на тебя минут пятнадцать уже.

Игорь в сторону девушек, которых с таким интересом рассматривает Дубин, даже не поворачивается — только глаза закатывает, явно выказывая своё мнение насчёт Диминых попыток в альфа-самца. Алкоголь на паренька влияет странным образом. Наверное, Игорю тоже стоит выпить.

С трудом протискиваясь через танцующую толпу, Гром наконец-то оказывается у бара, окидывая быстрым взглядом алкогольную карту. За один стакан не самого дорогого коньяка Игорь мог бы обеспечить себя недельным запасом шавермы, но делать нечего — нервы нужно хоть немного успокоить.

Гром едва успевает добить свою порцию алкоголя, когда на него буквально валится какое-то то ли пьяное, то ли обдолбанное тело.

От этого столкновения Игорь едва ли не влетает в барную стойку и роняет на пол, скорее всего, пиздец какой дорогой стакан. Бармен сразу смотрит на него осуждающе и лезет куда-то вниз, выуживая прайс битой посуды. Грому не хочется туда даже смотреть, а вот увидеть виновника торжества — очень хочется!

— Бля, бро! Сорри. Ходят тут гандоны разные, — подаёт голос тот, и Игорю наконец-то удаётся его рассмотреть.

Парнишка невысокий совсем, особенно по сравнению с Игорем, вроде как щуплый даже, но, сука, по лицу видно, что непростой: как пёс из элитного питомника — породистый такой. Шмотки дизайнерские, часы по цене машины и взгляд надменный: вот вроде и извиняется, а смотрит всё равно как на дерьмо под ногами.

— Да мне так-то похуй, но за стакан сам заплатишь, — Гром всю свою зарплату в этом клубе оставлять не планирует.

Пижон этот усмехается и смотрит так глазами своими карими, что Игорю позорно хочется сбежать.

— Деньги — это как раз то, чего у меня в избытке, — фыркает этот придурок и вместо того, чтобы свалить куда подальше, усаживается рядом, подзывая бармена. — Виски. Только хороший, не говна бодяжного.

Бармен расплывается в довольной улыбке, когда на барную стойку приземляются несколько крупных купюр, и быстро ставит перед мужчинами бутылку и пару бокалов.

— Это лучше той дряни, что ты пил, — самодовольно тянет парень и плескает в стакан почти до половины.

— Обойдусь, — коротко отвечает Игорь.

Желания бухать с каким-то мажором зазнавшимся у него совершенно нет.

— Да ладно тебе, дядь, не будь таким занудой. Я угощаю. Так сказать, моральный ущерб. Прояви сочувствие к одинокому человеку.

Парнишка на секунду как будто всю браваду теряет и невесело улыбается — самым краешком губ. Игорю вдруг кажется, что вся эта надменность напускная, и он сдаётся, перехватывая свой стакан. В конце концов, Юля, кажется, прекрасно справляется и без него, а Дима уже вовсю воркует с какой-то девицей, и раз уж Игорь всё же заставил себя прийти в этот ублюдский клуб, ничто не мешает ему расслабиться и как следует отдохнуть.

— Проблемы? — фыркает Игорь, всматриваясь в чужое, явно уставшее лицо.

— Смотри-ка, угадал! И с чего такие выводы-то сделал? — улыбается тот, и Игорь невольно подмечает, что улыбка идёт ему куда больше язвительных усмешек.

— Не гадал, — Гром делает глоток. — У тебя на лбу написано. Да и желание пить с незнакомцами тоже, знаешь ли, о многом говорит. Как зовут-то?

Не то чтобы Игорю это сильно важно — просто бухать с человеком без имени как-то некомфортно, что ли. Парень молчит, наверное, секунд сорок, прежде чем хитро прищуриться и выдать, видимо, первое, что пришло в голову.

— Иван. А тебя?

В том, что так называемый Иван врёт, Гром даже не сомневается, но допытываться не собирается. Не его это дело. Но ответочку Игорь всё равно готовит.

— Тихон, — с самым серьёзным выражением лица отвечает он.

Новый знакомый смеётся так, что Игорь успевает рассмотреть ровный ряд белоснежных зубов. Смех у него тоже красивый и искренний, как будто наконец-то себя отпустил.

— Почему не Епифаний?

Игорь улыбается самым краешком губ. Искать себе компанию он сегодня не планировал, но «Иван» оказывается вполне себе неплохим собеседником, и Игорь даже перестаёт жалеть, что попёрся в этот клуб. Может быть, Юля даже права была, когда говорила, что ему нужно чаще выходить в люди.

— Не похож ты на тусовщика, — спустя пару опустошённых бокалов сообщает новый знакомый.

Он словно уже немного пьян: улыбка стала искренней, движения — развязней, будто и нет у него в жизни никаких бед. Только вот тоска в глубине этих карих глаз обмануться не даёт.

— Это ещё почему? — фыркает Игорь, для пущей наглядности поправляя ворот рубашки.

— Ну, я ведь тоже наблюдательный, пусть это останется моим секретом. Но одно могу пообещать: этот вечер ты точно запомнишь надолго.

Хитрый блеск в глазах парня Игорю совсем не нравится. В последнее время вещи, запомнившиеся ему надолго, приносят только боль и сожаление.

— Чего нахмурился сразу? — фыркает «Ваня».

— Неприятные ассоциации.

Ещё и волосы у парня этого иногда словно рыжиной отдают, а у Игоря с рыжими как-то не заладилось в последний раз.

— Давай договоримся? — заглядывая в глаза, говорит тот. — Сейчас без пятнадцати час, до утра ещё куча времени, и я предлагаю отличную идею.

Игорь скептически фыркает, но он уже немного пьян, а это, как правило, никогда не приводит к правильным решениям.

— На эту ночь мы забываем о наших проблемах и живём так, словно ничего нет. Да и нас самих нет. Представь, что мы вообще другие люди, и давай просто делать то, что хочется.

Наверное, это и был тот самый поворотный момент, когда у Игоря ещё был шанс спокойно вернуться домой. Он обещал себе не влезать в неприятности, а вся эта история именно этим и попахивала, и парень этот странный пиздец насколько: вроде весь такой оторванный и готовый веселиться, а смотришь и видишь, что в душе его — пустота. Может быть, именно это и предрешило выбор. Игорь ведь по природе своей альтруист, блять, а этот парнишка явно сейчас нуждается в компании. Поэтому Игорь просто не в силах отказать.

Он коротко кивает, и «Ваня» расплывается в благодарной улыбке.

Они осушают ещё пару бокалов и берутся за новую бутылку, прежде чем этот отбитый вытаскивает Грома танцевать.

Будь в Игоре чуть меньше алкоголя, он бы никогда не пошёл. Но сегодня он ведь и не Игорь даже, и это отчего-то наконец-то впервые за долгие месяцы самоуничижения даёт возможность расслабиться и почувствовать себя свободным. Игорь забывает про Юлю и Диму — они справятся и без него. Он не Игорь, он Тихон сейчас, и это охренеть как круто! Он просто растворяется в чужих эмоциях, в чужой улыбке и падает куда-то на самое дно карих глаз.

Как они оказываются у него дома, Гром не помнит и осознаёт себя в полной мере только в тот момент, когда к стене собственной квартиры прижимает чужое худощавое тело и губы этого демона вылизывает с таким напором, словно прямо тут собирается его сожрать.

Игорь не знает, как они до этого дошли, но правда в том, что секса у него не было пиздец как давно, а парень этот словно с ума его свёл. Приворожил, как ведьма, и оторваться от него Гром не может — да и тот не сопротивляется, отвечает с не меньшей страстью и руками своими наглыми прямо под рубашку забирается, заставляя тело покрываться мурашками, а член в штанах — болезненно давить на ширинку.

— На диван, — наконец-то оторвавшись от чужих зацелованных губ, рычит Игорь и подхватывает свою добычу прямо под тощую задницу.

«Ваня» довольно усмехается и послушно сводит ноги у Игоря на пояснице.

Он лёгкий совсем, словно и не весит ничего, и так идеально ложится в руки Игоря, как будто и был создан для этого. Своими мягкими губами он целует где-то за ухом и мажет языком по ушной раковине, отчего Гром сипло выдыхает горячий воздух и буквально кидает «Ваню» на диван, нависая над ним сверху.

— А почему двери в туалет нет? — смеётся парень и подаётся бёдрами ближе, давая в полной мере ощутить собственное желание.

— Об этом поговорить хочешь? — едва ли не рычит Игорь, буквально срывая с него рубашку.

Несколько пуговиц отлетают куда-то на пол, рубашка летит туда же. Вещь, наверное, дорогая, но Грому сейчас совершенно наплевать, он просто рад наконец-то добраться до обнажённого тела.

Ваня худой, но жилистый — никаких огромных мышц или широкого размаха плеч. Бледная кожа и едва различимые веснушки. Острые ключицы, которые Игорь спешит поцеловать, и длинная шея, где так и подбивает оставить засос.

Новоиспечённый любовник ловко меняется с Игорем местами, и теперь перед ним, библейская, блять, картина: лохматый, зацелованный, с ярким румянцем на бледном лице парень ловко расстёгивает пуговицы теперь уже на его рубашке и быстро отправляет её по уже известному маршруту.

Игорь, вообще-то, совсем не романтик и уж точно не ценитель прекрасного, особенно если дело касается мужиков. С ними может быть хороший, качественный секс, без боязни навредить и вечной нужды держать себя в руках, дабы не разочаровать партнёршу. Но в этот раз всё как-то слишком. Игорь не может оторвать глаз от этого парнишки: есть в нём что-то гипнотическое, точно ведьма, не иначе.

«Иван» тем временем ловко расправляется с пряжкой ремня и очень быстро стягивает брюки вместе с бельём. Он довольно улыбается, будто гордится тем, что практически одними поцелуями смог довести человека до грани, пробегается подушечками пальцев по всей длине члена и берёт в рот так резко, что Игорь даже не успевает к этому подготовиться.

Рот у парня горячий и влажный, словно создан для того, чтобы члены сосать, но думать о том, какой он по счёту в его списке отсосов, Игорь не хочет. Да и не может, на самом деле, слишком уж ему хорошо. «Ваня» двигается быстро, но плавно, плотно обхватывая ствол. Идеально. Пухлые губы блестят от слюны и смазки. Он вылизывает головку, крутит вокруг неё языком, а потом снова насаживается почти до самого горла, отчего Игоря буквально подбрасывает на кровати и подгибаются пальцы ног. Ещё немного — и он точно кончит, так и не дойдя до сути.

Гром тянет парня обратно вверх и, прежде чем снова подмять его под себя, прижимается губами к его губам, сразу же скользя языком внутрь и чувствуя собственный вкус. Он проводит пальцами по влажной от пота коже и наконец-то сжимает широкую ладонь на чужом члене. «Ваня» не может сдержать сдавленный стон. Сам Игорь трётся членом о его бедро.

— Смазка, — шипит он, потому что больше терпеть нет никаких сил.

— Как хорошо, что я такой предусмотрительный, — дьявольски усмехается его ночной любовник. — В кармане возьми. В левом.

Мажорчик этот в клуб, похоже, изначально с определённой целью шёл и подготовился. Что ж, в этот раз Игорь совсем не против стать чьей-то целью. Он достаёт смазку и презерватив, а после сразу возвращается к этому дьяволу.

Гром раскатывает резинку и льёт смазку на пальцы, почти сразу же вставляя один наполовину. Парень снова стонет и прикрывает глаза.

— Нормально? — на всякий случай интересуется Игорь.

Несмотря на всю свою развязность и похоть, «Иван» этот всё ещё выглядит слишком хрупким, и причинить ему боль Игорь просто не смог бы.

— Охуеть, — отзывается тот и открывает глаза — огромные, глубокие, как бездна. — Не тяни резину. Не хрустальный. И носиться со мной не нужно.

Что ж, как говорят, хозяин — барин!

Игорь больше не медлит с растяжкой, хоть и старается делать всё предельно аккуратно. В конце концов, Гром просто не выдерживает, закидывает стройные ноги себе на поясницу и медленно толкается членом. Он входит полностью и останавливается, всё ещё переживая за чужую сохранность.

— Обсудим дверь? — шикает тот.

Игорь несильно шлёпает засранца по заднице, получая в ответ довольный смешок, а после — очередной протяжный стон, когда наконец-то начинает ритмично двигаться, буквально растворяясь в этих ощущениях.

Он смотрит, как парень закусывает губы и как дрожат его ресницы. Волосы растрепались совсем, и мокрая чёлка липнет ко лбу.

«Красивый. Охуеть какой красивый», — думает Игорь, чувствуя, что уже почти на грани.

— Блять, я сейчас!