Читаем Я тебя не предам онлайн бесплатно

Служба закончилась... Да и не было службы как таковой. Не в традиции Змея собирать толпу и внимать неискренним восхвалениям. Змеи вообще толпу не уважают, любят уединение, покой и тишину.

И поэтому служба была короткой. Молодая жрица станцевала под парочку цимбал храмовых музыкантов, размялась. Аккуратно зарезала молодого кролика, стараясь, чтобы кровь не брызнула на церемониальные одеяния. Внимательно понаблюдала, как тушка окутывается темным туманом - и исчезает "по ту сторону небес" -это инфернальное зрелище ей никогда не надоедало.

И не в последнюю очередь потому, что тело наполнялось силой: плотной, послушной.

Тряхнув распущенными волосами, жрица улыбнулась и развернулась, чтобы скрыться в маленькой дверце за троном Змея. Прихожан пока не было. Но это - пока. Придет время, и храм наполнится людьми. Тогда придется отвечать на вопросы и творить чудеса Во Имя Хозяина... Пока служба в храме была легкой - два танца: на рассвете и на закате, два кролика.

Этого хватало, чтобы наполнить силой тело девы, которая была пока не в состоянии удержать накопленное. Потому что не стала ни матерью, ни женой, ни, даже, женщиной. Но творить чудеса уже могла. С помощью заемной силы, силы Змея.

Да какая разница? Настанет время - будет и сила. Адептки Змея, как и их Хозяин, отличались завидным терпением с изрядной долей фатализма. Или пофигизма...

Юная жрица не торопила время и события. Ей пока было и так неплохо. А что будет дальше - поглядим. Понравится - возьмем. Нет - отбросим. Кары не будет. Религия Змея отличалась от поклонения Святым Древним прежде всего тем, что оставляла своим адептам изрядную долю свободы... Правда, и требовала не мало. Но об этом жрица не думала.

Что толку думать о том, что случится неизвестно когда, неизвестно как будет выглядеть и неизвестно что от нее потребует? Будет Змей милостив - выдержим. Нет - рассыплемся звездной пылью и возродимся в будущем. Где-нибудь. Когда-нибудь. И обязательно будем счастливы. Это - без вариантов.

Край глаза уловил какое-то движение, и жрица обернулась. Без страха, скорее - с любопытством.

Со страхом у жриц не складывалось. Хозяин, сам - тварь хладнокровная, и своих последовательниц щедро наделял этим качеством... Или просто призывал только таких. Которым - земля разверзнись, без колебаний подойдут к краю, чтобы посмотреть как глубока трещина и как можно провесить через нее мост.

От стены отделилась плотная невысокая фигура, закутанная в темный плащ.

Молодая жрица сощурилась и, подавив первый порыв кинуться навстречу, степенно шагнула, складывая руки в церемониальном приветствии.

- Матушка.

- Уже давно нет, Марша, и тебе пора к этому привыкнуть, - герцогиня, в прошлом - вдова, в еще более отдаленном прошлом - главная жрица "бродячего храма", а ныне "генеральша" - Арнелия Райкер шагнула навстречу одной из своих воспитанниц. - Ты ныне и сама Матушка.

Марша звонко рассмеялась. Смех взлетел под высокие своды храме, немного пометался и затих.

- Как скажете, Ваше Высокопревосходительство, - Марша комично сморщилась, в ее глазах плясало веселье, - А вы одна? Господин Первый Герцог вас не сопровождает?

- Нет. Сегодня нет.

- Жаль, - непритворно огорчилась Марша, - Я бы хотела его видеть.

- Зачем? - мягко спросила Арнели.

- Мне пора идти дальше, наращивать силу. Нужен мужчина. А у меня нет ни мужа, ни жениха.

- И ты хотела попросить Эшери...

- Хотела, - кивнула Марша безо всякого смущения. Для жриц Змея вопрос утраты невинности был всего лишь вопросом перехода с одной ступени на другую, никакого "сакрального" смысла не нес. Так они к нему и относились - как к делу, которое нужно сделать прежде чем браться за что-то действительно значимое. - Господин Первый Герцог понимает...

Арнели кивнула, мгновенно сообразив, что имеет в виду Марша.

Культ Змея только возрождался на землях Империи, в крупных городах, вроде Аверсума, он был изрядно подзабыт. Далеко не ко всякому мужчине жрица могла обратиться с такой откровенной просьбой - он мог принять девушку за мошенницу, жаждущую золота или брака. А того хуже - за особу гулящую. Да и начать трепаться по столичным кабакам, что все жрицы Змея... Нет, этого допустить было никак нельзя.

Новый Храм должен выглядеть безупречно, чтобы привлечь прихожан. И мужчин не стоило провоцировать. Еще подумают, что им тут все бесплатно - потом гонять замучаешься.

- Да, Эшери многое понимает. Что ж, - Арнели ободряюще улыбнулась, - я привезу его в следующий раз. Если решила - обратись к нему прямо, он не откажет. А сейчас скажи мне, то пророчество, о котором я спрашивала -что-нибудь прояснилось?

Улыбка немедленно сбежала с лица жрицы, словно небо потемнело перед грозой.

- Мне жаль, - тихо произнесла она, глядя бывшей "матушке" в глаза, - ответ совершенно однозначен: пророчество должно исполниться. Повлиять на это нельзя.

Арнели нахмурилась.

- Плохо. Очень плохо. Это значит, что наш род прервется. С таким понятием чести, которое мой муж вложил в сына - он никогда и ни за что не женится.

Марша подобралась, словно кошка перед прыжком на зазевавшуюся птичку.

- Матушка... Значит ли это, что если я... Если Змей благословит нашу ночь, то ребенок...

- Не говори глупостей! - поморщилась "генеральша". - Если и правда будет малыш... Это станет счастьем для меня, но я ни о чем тебя не попрошу. Разве - принять помощь. Это будет твое дитя. Не бойся, Марша. Только не меня! Змей не терпит насилия и не выносит, когда его жрицы плачут. А я все же во многом осталась жрицей.

- Матушка, - твердо повторила Марша и солнечно улыбнулась.

- Герцогство Шатерзи, - Марк Винкер широким полукругом обвел на карте империи довольно большое землевладение, сильно вытянутое вдоль реки Альсоры, которую многие называли Великой и не грешили против истины. По протяженности она и впрямь не знала себе равных, а шириной ставила в тупик мостостроителей.

Через Альсору до сих пор так и не перекинули ни одного моста. Просто не придумали - как. Переправлялись на паромах, по старинке. Маргарита, правда, обещала чертежи и расчеты Даньян-Куньшаньского виадука. Это был самый длинный мост в ее мире - почти 80 миль, не шутка. Но там это считалось обычным делом, такие мосты (чуть покороче) строили - и ничего сверхъестественного или невыполнимого в этом не видели.

Маргарита... После коротких каникул она снова ушла к себе, на Землю, доучиваться в медицинском вузе, забрав с собой не только его сердце, но и сволочного Арчибальда - вот уж кого мышами не корми, дай влезть в очередную авантюру и всех остальных втянуть...

От мыслей о жене его отвлек Его Императорское Величество, Рамер Девятый.

- Почему именно Шатерзи? В этой войне герцогство не доставило нам никаких хлопот и сохранило нейтралитет.

- Нейтралитет, - со значением повторил Марк. - Штука удобная. Положение кота на заборе, который в любой момент может выбрать сторону, спрыгнуть - и решить итог драки.

- Этого недостаточно для подозрений.

- Для подозрений достаточно самой возможности совершить предательство, - пожал плечами Марк. Высокий темноволосый колдун с кривым носом оборвал Императора огромной державы довольно дерзко. Впрочем, ему и не такое сходило с рук.

В конце концов, нос Его Величества был симметрично сворочен на другую сторону именно кулаком колдуна.

- Что помешало герцогу Шатерзи определиться со стороной в минувшем конфликте? - продолжил Марк так, будто Его Величество рта не открывал, - ведь от него не требовалось ничего. Ни войск, ни магов, ни, даже, прохода через территории. Почему, даже под занавес конфликта, он не поспешил в Аверсум, чтобы заверить Двор в своей лояльности. Предпочел отсидеться у себя в горах.

- Горцы, - генерал Райкер пожал плечами, которые своим размером могли бы смутить среднего медведя. Этой весной он разменял шестую дюжину лет, но словно не чувствовал их груза. Голова побелела, это так. Но осталась такой же светлой. - Союзничать с ними все равно, что травить косулю гепардами. Никогда не знаешь, на кого кинется зверь: на дичь или на охотника.

- Поэтому мне и нужно побывать там, - четвертый в этой, очень маленькой, компании мягко улыбнулся и тряхнул густой копной шикарных, золотых волос.

Им, да еще ярко-зеленым глазам с длинными, пушистыми ресницами завидовали сотни женщин. Мужчины, те нет. Ну, смазлив Первый Герцог, с кем не бывает... Рыцарей вгоняло в печаль другое: талант полководца, огромный потенциал мага огня, а, главное - близкое родство с Императрицей.

Бывает ли так, что одному все, а другому лишь жалкие объедки? Практика показывала, что только так и бывает. Первый Герцог, маршал армии Эшери, по прозвищу - Золотой Кот был возмутительно обласкан удачей. Все, за что он ни брался, получалось с таким блеском, что даже человеку кроткому и независтливому хотелось закопать Кота там, где встретит. Просто, чтобы не оскорблял своим сиянием Святых Древних.

Но попробуй закопать боевого мага! Кроме быстрых рефлексов эта братия отличалась отличной памятью, особенно на плохое - и редкой мстительностью. Так вот подумаешь - и плюнешь. Своя шкура дороже. А Эшери что... Когда-нибудь нарвется. Таких "сияющих" даже Боги не любят.

Рамер Девятый смерил Кота взглядом тоже далеким от братской любви. Сказать ему хотелось многое. Но он ограничился лишь коротким вопросом по существу:

- Сколько охраны берешь с собой? Полка хватит?

- Боевую четверку. Сам выберу.

- Спятил, - определил Райкер.

- И давно, - охотно согласился Эшери, - еще когда связался с вашей безумной компанией оборотней, колдунов и хитрожопых политиков. А с двумя - даже породнился. Так что точно - спятил, лекарь не нужен. Ну а с сумасшедшими, сами знаете, лучше не спорить...

Император выставил вперед подбородок. Но неожиданно Кота поддержал Марк.

- Эшери прав. Полк гвардейцев Императора на нейтральной территории сразу после конфликта - слишком похоже на демонстрацию силы... Да еще в тот момент, когда этой силы нет. Туда либо с армией, чтобы уже жестко сломать любое сопротивление. Либо так... типа - в гости. Это покажет, что мы ни о чем не подозреваем и может спровоцировать оппозицию. Если она там есть.

- И если в ней собрались идиоты, - буркнул Райкер.

- О! Идиотов везде хватает. А уж в оппозиции они найдутся обязательно, - Кот подарил компанию еще одной лучезарной улыбкой, - больше возражений нет?

- До бездны.

- Аргументированных возражений, - поправился Кот.

Император помолчал. Зажмурился, словно хотел грубо выругаться, но сдержался. И очень спокойно спросил:

- Кто войдет в четверку?

- Волк и Обжора, они тоже горцы, и Маркиз, - без раздумий отозвался Кот. - Он - сильнейший.

- А четвертый? - не понял Райкер.

- Я, конечно, - пожал плечами Марк, - А что, господа, есть варианты?

Вариантов, разумеется, не было.

Над Волчьим Ухом догорали последние всполохи заката. Острая скала и впрямь походила на ухо опасного горного зверя, а сейчас - еще больше. Ухо это было развернуто к устью Альсоры и дальше, в сторону моря, откуда иногда заходили большие, потрепанные штормами корабли... Но сюда, в замок над рекой, новости из "большого мира" доходили редко.

А, может быть, редко они доходили только в эту светлую комнату в башне, с двумя кроватями под балдахинами. Сейчас на одной, поджав ноги и обложившись подушками со всех сторон, от сквозняков, сидели две юные -девушки-погодки.

Старшая, с темно-каштановыми волосами, похожими на заморский напиток-шоколад и бархатной кожей уже вступила в волшебную пору девичьего расцвета. Недолгого, но такого пленительного. Когда каждый шаг, каждый поворот головы, каждый вздох уже заметной груди наполнен прелестью, и влечет не хуже, чем запах нектара -пчелу.

Вторая была угловатым подростком, а возрасте "гадкого утенка" - сплошные локти и колени, торчащие во все стороны и изрядно поцарапанные. Волосы ее, неопределенно-ржавые были небрежно прихвачены у висков двумя косичками, а острые черты лица успешно маскировала обильная россыпь веснушек.

- Дарри, - протянула младшая, - ну так же не честно! Ты обещала взять меня с собой.

- Келли, - старшая едва заметно поморщилась, - ну, прости! Это получилось так неожиданно... Я даже не поняла, что мы направляемся в горы, просто Чейт предложил проехаться, мы разговаривали. Он рассказывал о том, как ездил с отцом в Аверсум...

- В общем, ты смотрела на своего возлюбленного и ничего вокруг не замечала, - сообразила Келли, - Святые Древние, Дарри! Ну разве можно вот так влюбляться?

Старшая взглянула на младшую с веселым удивлением, подняла руку и растрепала ее волосы, и так не слишком аккуратные:

- А как можно, Келли? Научи, раз уж ты такая взрослая и мудрая... в твои-то пятнадцать.

- Почти шестнадцать, - буркнула Келли. - Ну, не знаю... Чейт, конечно, во всех смыслах достойная партия, - Дарри смотрела на нее со смехом в темных глазах, слышать, как сестренка старательно повторяет матушкины рацеи было забавно, - Но ничего особенного в нем я не заметила. Ничего такого, чтобы забыть об обещании, данном, между прочим, единственной сестре! Младшей и любимой.

- Ну прости, Келли, - Дарри подалась к девочке и порывисто обняла сестренку, - Прости! В следующий раз я обязательно позову тебя, пусть хоть камни с неба падают!

- Обещаешь?

- Клянусь! Чтоб мне никогда за Чейта замуж не выйти!

Келли вдруг резко выпрямилась, и повела головой, как это делают кошки или пумы.

- Что? - насторожилась Дарри.

- Госпожа Герцогиня, - Келли едва заметно скривилась, - вошла в башню. Распекает слугу.

- Она собирается подняться?

- Боишься, что тебе влетит за прогулку наедине с женихом? - поддела Келли.

- Глупости, - старшая дернула плечом, - мы помолвлены уже три года, до свадьбы меньше месяца. Можно сказать, уже муж и жена если не перед Святыми Древними, то перед Небом - точно! Что между нами может быть неподобающего?

- А не было? - подобралась Келли и вцепилась в сестру пытливым взглядом.

Та густо покраснела. Не смотря на всю свою показную "взрослость" Дарри отчаянно смущалась по любому поводу.

- Мы... целовались, - голос ее сел до шепота, а щеки вспыхнули так, что, еще немного, и затлел бы медовый балдахин.

- Правда? Вот так, по настоящему? Не просто ткнули друг друга в щечку и отбежали на пол мили, а совсем-совсем по-настоящему? Как муж и жена?

Дарри, похоже, смутилась еще больше. Хотя куда уж больше-то?

- Ну! - поторопила Келли, - иначе больше ни за что не стану прикрывать тебя перед матушкой. Рассказывай!

- Ох, Келли... О таком не расскажешь, - Дарри откинулась на подушки и выдохнула с тихим стоном, - вырастешь -узнаешь. Скажу одно - если бы Чейт не был благородным дворянином, то твоя бедная, глупая и насмерть влюбленная сестричка уже не была бы честной девушкой.

- Да ладно! - не поверила Келли, - ты же всегда себя помнила!