Читаем Я и мой король онлайн бесплатно

В этот предрассветный час Храм Судьбы был пуст.

Лишь двоих можно было разглядеть в неверном свете горящих свечей у алтарного возвышения: седого старика с глазами, исполненными мудрости, и черноволосого юношу. На его живом, подвижном лице отражались надежда и нетерпение, с которыми он пришел в Храм в день совершеннолетия. Горькая складка у рта – напоминание о недавно потерянной матери – придавала юному принцу несвойственную его натуре серьезность. Порывисто опустившись на колени, он склонил голову и произнес древнюю ритуальную фразу:

– На рассвете жизни своей я пришел узнать о том, что грядет. Вы… скажете мне, отче?

– Здесь говорю не я. Моими устами вещает Она, владычица судеб человеческих. Встань, сын мой. Испей из Чаши Судьбы, отвори свое сердце и мысли.

Юноша взял чашу, полную воды, но от волнения рука его дрогнула, и в тишине раздался короткий всплеск – брызги пролитой жидкости окропили плиты под его ногами. В испуге он оглянулся на Прорицателя, но тот жестом показал: «Пей».

Принц сделал несколько глотков.

– Испытания, уготованные тебе, ты сам разделишь на двоих, – печально улыбнулся старец и, закрыв глаза, безошибочно коснулся головы, груди и рук юноши. – Собери упущенное.

Принц заколебался, потом сжал губы и, тихо прошептав заклинание, провел рукой над полом. Тут же все пролитое до капли вернулось в чашу.

– Так же и в грядущем – потерянное однажды верни в чашу жизни своей. И испей. Будь то самый горький яд, обернется он нектаром.

Одним большим глотком допив из чаши, юноша застыл в ожидании.

– Ступай. – Прорицатель развернулся, чтобы уйти.

– Это… все?! – неверяще переспросил принц.

– Ты должен покинуть Храм до рассвета. Лучи солнца вот-вот коснутся крыш.

– Но, отче, вы же ничего мне не сказали! – кинулся юноша наперерез старцу.

– А ты настойчив и многого ждешь от жизни, – приостановился тот. – Будь по-твоему. Слушай. Настанут для тебя лихие дни… Та дева, что спасет не раз, судьбою предназначена тебе: она твоей избранницею станет и залогом верного пути. Ее узнаешь ты по знаку, связующему ваши длани. И выбор чести путь определит: идти в забвение и тьму иль к славе небывалой!.. Большего я сказать не могу. Теперь уходи не медля. Коль не встретишь свой рассвет за вратами Храма, быть беде.

Старец подтолкнул юношу к выходу, и тот стремглав бросился прочь. Радостно заржал белый жеребец в богатой сбруе, поджидавший хозяина у неприметной боковой дверцы. Вскочив в седло, принц пустил коня галопом, и, едва миновал храмовые врата, лица его коснулся первый луч солнца.

– Хэйя! – раздался ликующий возглас принца. Он помчался по пустым улицам по направлению ко дворцу. Трое всадников, ожидавшие за воротами, молча присоединились к нему, торопясь поспеть за горячей юностью своего господина.

Над Вианной, столицей королевства Лаэнтер, вставало солнце.

Засиделась я сегодня в библиотеке. Моя шубка одиноко болталась на вешалке, и гардеробщица неодобрительно поджала губы, выдавая ее. Чтобы не раздражать еще и охранника, также недовольно зыркавшего в мою сторону, я поспешно оделась, сунула книги в пакет и выскочила на улицу. Уже стемнело. Морозный ветер тут же забрался за шиворот, заставив зябко передернуть плечами. Я остановилась и решительно расстегнулась. Надо как следует намотать шарф и поднять воротник, до остановки топать минут пятнадцать, да еще неизвестно сколько ждать маршрутку. Пока поправляла одежду и заново застегивалась, руки сковало морозом. Негнущимися пальцами достала пушистые рукавицы, натянула их и быстрым шагом рванула через сквер у театра, мимо стадиона. С реки дул ветер, из-за вечно не застывающей воды стоял густой туман. К остановке подбежала уже бегом, из последних сил волоча тяжеленную сумку с книгами. Уф! Еле успела. На автобусе, конечно, дольше, зато ждать не пришлось. А народу! Час пик, однако. С трудом пробившись к поручню, попыталась поудобнее пристроить сумку, чтобы не держать ее на весу. Неудобная, собака. Но жаловаться не приходится, надо спасибо сказать, что почти все заказанные книги выдали. По крайней мере, одну контрольную можно будет написать дома, а не таскаться каждый день в библиотеку. В такие-то морозы! Градусов тридцать сейчас, не меньше. Зима пришла…

Свою остановку я чуть не проспала. Полупустой автобус уже подъезжал к Приморскому, когда я встрепенулась и рванула к водителю – заплатить надо, а я еще деньги не вытащила. Тот сердито буркнул: мол, сидят всякие до последнего момента, – я расплатилась и выскочила. Спасибо, матом не покрыл, но все равно неприятно. Не люблю с людьми ссориться. Так, сколько у нас времени? С трудом добравшись до часов под рукавами шубы, свитера и блузки, в свете фонаря разглядела – без пяти восемь. Черт, магазин возле дома сейчас закроется, а мне надо что-нибудь на выходные купить, в холодильнике шаром покати. Придется в мини-маркет зайти, хоть это и дороже. Да и охранник там вечно маслеными глазками на меня пялится, старый хрыч! Купив хлеб, биойогурт, котлеты, колбасу, зефир, не удержалась, взяла две рыбки моего любимого соленого омуля. Мням! Вот сейчас приду – и с картошечкой его. От таких вкусных мыслей даже слюнки потекли. В предвкушении ужина силы удвоились, взяв в руки по сумке, почти бегом понеслась к дому. Блин, нос мерзнет, а обе руки заняты. Ну еще чуть-чуть. Осталось перейти не слишком оживленную дорогу, а там пять минут ходу. Туман все густел, мороз еще покрепчал. Ночью, наверное, не меньше минус сорока будет. Оглянувшись, нет ли машин, рванула через дорогу, и тут в тумане прямо впереди меня возникла человеческая фигура. Чуть не налетев на нее с размаху, в последний момент затормозила, при этом сумки по инерции вылетели вперед и задели человека. Тот молниеносно развернулся, что-то выхватывая из-под одежды.

– Простите, – пискнула я и тут разглядела, что незнакомец сжимает в руке. Мамочка! Нож! Я испуганно отшатнулась, но мужчина уже остановил руку, занесенную для удара. Окинув меня быстрым взглядом, он спрятал нож и что-то сказал. Не по-русски! Я попятилась, чтобы обойти ненормального, попутно отметив, что одежда на нем, мягко говоря, странная. Но тут в глаза ударил яркий свет фар, в уши ворвался резкий звук автомобильного сигнала и визг тормозов, и не успела я сделать и шага, как что-то сильное подхватило меня и швырнуло на обочину. Водитель остановившегося почти поперек проезжей части джипа с матами вылез из машины и направился ко мне:

– Вы что, мать вашу, творите! Совсем…!

Дальше последовала абсолютно матерная тирада. Я, ошалев, сидела в сугробе, пытаясь сообразить, что же произошло. Как я очутилась на обочине?! Дрожащими руками ощупала руки-ноги, голова на месте, вроде ничего не болит. Надо встать. Бли-ин! Книги библиотечные! Не обращая внимания на орущего мужика, принялась собирать разлетевшиеся из пакета книги. Меня трясло. Я только что чуть под машину не попала! Развернувшись, чтобы подобрать сумочку и вторую сумку, с продуктами, заметила, что участников ДТП прибавилось. Тот мужик, на которого я налетела посреди дороги и из-за которого, собственно, чуть не случилась авария, держал водителя иномарки за грудки и, в ответ на его маты, что-то угрожающе говорил. Все на том же непонятном языке. Наконец обалдевший водитель вырвался из рук незнакомца, покрутил у виска и, плюнув в его сторону, побежал к машине. Джип, яростно визжа тормозами, развернулся и, набирая скорость, унесся вдаль. Я покачала головой. Мужик-то не виноват, а в таком состоянии за рулем – доехал бы до дома. Народ, оглядываясь, проходил мимо. Жертв нет, а мороз лишнее любопытство отсекает напрочь. Я тоже вылезла на дорожку и пошла к дому. Хотела пойти! Рывок сзади остановил меня на полушаге. Я испуганно вздрогнула. Опять этот мужик с дороги. Мм, точнее сказать, парень, довольно молодой. Смертельно бледный – даже в свете фонаря видно – незнакомец стоял передо мной, что-то спрашивая, по-моему, на разных языках. Вот только ни одного слова я не понимала. Чего он от меня хочет? И тут голову пронзила мысль, что он же стоял рядом, когда на нас вылетел джип. Получается, это он меня толкнул на обочину. А может, его машина задела? Вон как побледнел, вдруг шок? Мне стало стыдно.

– С вами все в порядке? Наверное, надо в травмпункт, пусть врачи посмотрят, бывает, что человек от шока не чувствует боли. – Я говорила, а глаза сами собой прошлись по фигуре незнакомца, и результат меня озадачил. Одежда, еще в самом начале удивившая меня, представляла собой некий карнавальный костюм эпохи то ли Средних веков, то ли Возрождения, темные волосы рассыпались по плечам, на боку явно ножны, а из-за плеча что-то торчит, колчан, что ли? И без шапки.

Я подумала, что парень ведь замерз, вон его колотит крупная дрожь. Немудрено в такой-то мороз! Наверное, надо позвать его к себе, а там можно и «скорую» вызвать, если что, и позвонить, чтобы кто-то приехал за ним. В голове разгорелся жаркий спор на тему, что незнакомых мужчин с улицы вообще-то домой не приводят, но оставить человека, только что спасшего тебе жизнь, посреди улицы на морозе, да в легкой одежде, явно в шоковом состоянии – как бы бесчеловечно. Наконец голос милосердия победил, и я бросила:

– Ладно, пошли ко мне, там разбираться будем, я уже замерзла вся, да и вы тоже.

Видя, что незнакомец не двинулся с места – наверное, не понял, – я подхватила его под локоть и потащила к дому. Чтобы не молчать, принялась рассуждать вслух:

– Сейчас придем, выпьем горячего чаю и, может, как-то объяснимся. А потом будем разбираться со всем остальным.

Говоря это, я украдкой поглядывала на своего спутника. Тот уже не упирался, а быстро шел рядом со мной. Разглядев в моих руках сумки, бросил:

– Лиан таан вед?

И подхватил обе.

Я пробормотала: «Спасибо» – и прибавила шагу. Через минуту мы подошли к подъезду, я принялась выгребать из сумки ключ, еле нашла, домофон мигнул красными буквами «OPEN» – и мы наконец вошли в благословенное тепло. Так, теперь лифт. Ну надо же, с первого раза повезло. Двери распахнулись, и я вошла внутрь. Мой спутник, беспокойно озираясь и явно колеблясь, шагнул следом. Нажав цифру девять, я обратила внимание, что его лицо становится все более напряженным. Пока мы поднимались, он стоял как каменный. Приехали. Створки разошлись, и я, на ходу выбирая ключ, двинулась к двери. При этом в голове настойчиво стучала мысль, что я полная дура. Вот сейчас мы войдем в квартиру, я закрою дверь. А что будет дальше? Может, он нападет на меня, изнасилует и убьет. У него же кинжал, или что это было? Что же мне делать, может, послать – прямо сейчас, шмыгнуть в квартиру и запереться на замок. Черт, у него мои сумки! Вздохнув и кратко помолившись: «Господи, хоть бы пронесло!» – распахнула дверь квартиры:

– Заходите.

Парень нерешительно шагнул внутрь, я помедлила и последовала за ним. Нашарив в темноте выключатель, зажгла свет в крошечной прихожей. Мой гость смотрел на меня расширенными глазами. Я сжалась:

– Что?

Да, более глупого вопроса не придумаешь. Он посмотрел на мою руку, потом на стенку и, наконец, на лампочку под матовым плафоном:

– Таун леэстан?

В ответ я пожала плечами и начала раздеваться. Сняла шубу, шапку, сапоги, взяла тапочки, потом обернулась полюбоваться на гостя, интересно, какая одежда у него под плащом. И наткнулась на пристальный изучающий взгляд. Мне стало не по себе. А если он сейчас и правда… Но додумать я не успела, потому что незнакомец отвернулся, явив спину, на которой и впрямь обнаружились колчан и лук. А когда он скинул плащ, я охнула. Да на нем целый арсенал! А одежда! Если это костюм, то очень детально проработанный и, похоже, сшитый из дорогой ткани. На тонких, ухоженных пальцах сверкает штук пять перстней с крупными камнями. И еще… На плаще и высоких сапогах моего гостя виднелись комья грязи! Которую раздобыть первого декабря да в мороз весьма затруднительно. Так мы и пялились друг на друга, изумленно и недоверчиво. Потом я рванула на кухню – ставить чайник. Парень прошел за мной. В обуви. Я оглянулась:

– Может… это… вы все же разуетесь? – И показала на его сапоги. Сейчас эта грязь отмерзнет, и мы будем иметь счастье лицезреть ее на полу. – И оружие можно тоже… снять, – махнула я рукой на его сбрую… э-э… портупею, черт, как оно называется-то?

Он как-то странно покосился на меня, но пошел разуваться и разоблачаться. Ладно, похоже, убивать меня не собираются, по крайней мере так сразу. Что у нас там дальше по программе? Горячий чай! От ужина я бы не отказалась, но придется потерпеть, сначала надо как-то разобраться с моим гостем. Посетив туалет и ванную, я продемонстрировала гостю местонахождение удобств. Когда он узрел на стенке туалета карикатурную картинку мужика, со спущенными штанами сидящего на унитазе с газетой в руках и надписью «Помни!» (ну я виновата? Это хозяйское добро. Все девчонки, приходящие в гости, хихикали над этой картинкой), то явно смутился. Я поспешила ретироваться. Чтобы не смущаться самой и не смущать гостя, ушла на кухню. Что у меня есть к чаю?

Вытаскивая чайные принадлежности, невольно прислушивалась к тишине за стенкой. Наконец в ванной зашумела вода. Ладно, сейчас он умоется, придет – и будем что-то решать. На дворе вечер, не оставлять же мне его на ночь, в самом деле. Есть же разумные пределы и благодарности, и доброте…

Как я выяснила спустя полчаса, в данном случае этих пределов не оказалось. Мы не понимали друг друга. Язык моего гостя был совершенно незнаком, даже близко ничего не вспоминалось. На предложение позвонить и выложенный на стол мобильник он отреагировал с редким пофигизмом. То есть посмотрел с интересом на мою дешевенькую «Nokia» и перевел взгляд на меня. Уходить он, кажется, не собирался. И вообще, при явном обалдении тем не менее продемонстрировал хозяйские замашки. Выложил на стол пару знакомо блестящих монет, подвинул ко мне и выжидающе уставился. Я подозрительно сузила глаза. Это что, он мне хочет типа заплатить типа за гостеприимство? Внутри нарастало чувство нереальности происходящего. Я покачала головой и отодвинула монеты. Одно из двух: или мне не показалось и это правда золото, или все это идиотская шутка. Если шутка, то я ему не завидую, после того как все закончится. А если не шутка… бред полный!