Читаем Я буду рядом (СИ) онлайн бесплатно

В нее Макс влюбился с первого удара. Хорошо поставленного удара ему в нос по всем правилам дворовой драки. Он тогда долго смотрел ошеломленным взглядом на пигалицу, стоявшую перед ним в боевой стойке с сжатыми кулаками, которая больше была похожа на подростка-неформала, чем на девушку, и даже не замечал, как из разбитого носа ему на белоснежную футболку крутой фирмы капает кровь.

- Вытрись и запомни – меня лучше не трогать, - сказала эта…эта…пигалица, потом развернулась, поправила свой черный рюкзак, «украшенный» всяческими висюльками в виде черепов, крестов, и пошла.

Тощая, невысокая, с коротко стриженными темными волосами, которые завивались в мелкие кудряшки, как у Пьера Ришара и стояли на голове словно антеннки, одетая в какую-то несуразную легкую куртку не по размеру, широченные штаны, кроссовки на толстенной подошве, которые придавали ей хоть немного роста. На кистях рук перчатки с обрезанными пальцами, на шее какая-то огромная «серебряная» цепь, в ушах куча маленьких сережек в виде черепов и крестов. На лице боевой раскрас а-ля японское аниме. А еще Макс запомнил ее глаза – цвета стали, яркие, как удар молнии.

Макс очнулся от смеха за своей спиной, повернулся. Его друг Димон ржал, как конь, согнувшись пополам, упираясь руками в колени и мотал головой.

- Это что было? – спросил Макс, вытирая кровь платком, который откопал в карманах своих джинсов.

- Это? Ха-ха-ха-ха, - друг снова согнулся в приступе смеха. – Это была Танька, Танька Савельева из параллельного. Ты успеешь с ней познакомиться. Ее в школе все знают. Я же тебе говорил – не лезь, убьет.

И друг снова зашелся приступом смеха.

- Хватит ржать, лучше скажи, где тут больница.

- Что, нос сломала? – давясь смехом, спросил Димон.

- Не знаю, но проверить надо. Кровь до сих пор хлещет.

- Идем, тут недалеко, - с трудом успокаиваясь, произнес друг.

Максу повезло, перелома не оказалось, но легкое сотрясение диагностировали. А еще под глазами расплылись красивые синяки, нос распух.

- Я буду называть тебя человек-енот, - снова заржал Димон, когда они вышли из травмпункта.

- Я сейчас из тебя енота сделаю, - огрызнулся Макс, но в душе сам смеялся над собой. И вот какой черт его дернул пристать к этому созданию, которого со спины и девушкой-то трудно опознать.

***

Когда Макс Наместников закончил десятый класс, его родители со словами «пора возвращаться к родным березкам» решили перебраться ближе к родственникам, вернее, к матери отца. Когда парень увидел двор элитного дома, где находилась квартира бабушки, понял их шутку. По периметру ухоженного двора, где посреди была построена новая детская площадка, росли шикарные березы. Родителям удалось купить хорошую квартиру в новом доме по соседству. Макс знал о наличии у него бабки по линии отца, но видел ее всего два или три раза, когда она приезжала к ним в гости, когда он был еще детсадовским пацаном. Он запомнил чопорную даму, благоухающую дорогими духами и вечно недовольную его поведением. Чаще он видел бабку и деда по линии матери, которые жили в деревне недалеко от их города и к которым его отправляли почти каждое лето. Но, когда он учился в седьмом, они умерли один за другим, дом остался сиротой.

Из редких рассказов о том, как получилось, что родители родителей живут чуть ли не в разных концах огромной страны, Макс понял, что когда-то мама, следуя своему юношескому максимализму, уехала в этот город из своей деревни поступать. Здесь познакомилась с отцом, родители которого не приняли невестку - зачем их сыночку, которому они уже давно присмотрели хорошую девочку из хорошей семьи, эта деревенщина. После окончания института отец уехал следом за молодой женой, даже игнорировал возможности найти хорошую работу благодаря связям его матери, которая работала в министерстве торговли. Его родители оскорбились от его шага до глубины души и отказались общаться с сыном. Родителям удалось на новом месте создать свою фирму и уже через пару лет они позволили себе купить хорошую квартиру и новую машину. Когда Максу было лет десять, умер дед, которого он так ни разу и не видел. А когда Макс заканчивал десятый, позвонила бабушка и предложила сыну перебраться к ней поближе. Родители совещались не так долго, старые связи бабушки обещали не пропасть на новом «старом» месте, к тому же она уже смирились с так нелюбимой ей невесткой.

Родители хорошо продали свою квартиру, две машины, деревенский дом и свой бизнес, что позволило им купить шикарную квартиру в новом доме. Благодаря старым связям бабушки отца взяли на работу в министерство. Мать, недолго думая, решила заняться бизнесом, открыла салон красоты. Здесь тоже помогли связи бабки, которая вдруг стала гордиться своей невесткой, хвастаясь ею перед всеми своими старыми подругами.

***

Школа-лицей, в которую предстояло ходить Максу, находилась еще через два дома. Пока мать беседовала с директором в кабинете, пытаясь убедить, что ее сын не доставит никаких хлопот и обещает учиться на отлично, а также она сделает хорошую скидку в своем салоне для директрисы и ее родственникам, Макс успел познакомится с Дмитрием Ореховым, которого уже успели вызвать «на ковер», чтобы провести профилактическую беседу о правилах поведения в выпускном. Оказалось, что им предстоит учиться в одном классе, парней этот факт вполне устроил, и пока их родители решали все вопросы в кабинете директора, успели подружиться и договориться о новой встрече. До начала учебы оставалось чуть больше недели, и Дмитрий проводил «экскурсии» своему новому другу, водил по всем «явкам и паролям». Если встречали будущих одноклассников, Дмитрий знакомил с ними. За несколько дней до начала учебы они шли по улице по направлению к дому Макса, по дороге нагнали подростка.

- А вот еще один объект, - усмехнулся Димон, показывая на фигуру в каких-то безразмерных лохмотьях. – Это лучше не трогать.

Но для Макса эти слова стали сигналом к действию. Он окликнул впереди идущего, потом кинул ему в спину поднятый с земли камешек, когда «попутчик» не отозвался.

- Эй, ты что, страх потерял? К тебе обращаются, значит надо отвечать, - надменно произнес Макс и хотел схватить подростка за локоть руки, засунутую в карманы необъятных штанов.

Подросток развернулся и… Макс понял, что пропал. А потом был удар в нос.

Мать тогда подняла крик, когда он вернулся домой с разбитым носом, хотела бежать в полицию, чтобы наказать, расстрелять всех виновных, кто посмел поднять руку на ее дорогого и горячо любимого сыночка, но Макс успокоил ее, сказал, что просто запнулся о заборчик и упал.

***

Первого сентября Макс, нацепив на лицо солнечные очки, которые закрывали его фингалы, пришел в школу вместе с Димоном, который стал знакомить друга с другими, с кем еще не успел познакомиться. В соседнем «квадрате» стоял параллельный класс. Макс осмотрел собравшуюся толпу и улыбнулся. Пигалица стояла, насупившись, чуть в стороне от своих одноклассников. Макс сразу понял, что душевных отношений у пигалицы ни с кем нет. Сегодня на ней была черная юбка в широкую складку до середины бедра, белая простенькая рубашка не первого года носки, застегнутая на все пуговицы, заметно поубавилось сережек в ушах, не было цепи, перчаток. Зато на ногах все те же кроссовки на толстенной подошве. Макс осмотрел девчонку с головы до ног. Невысокий рост, худая до костей, нескладная, грудь даже не думает расти, зато ножки, хоть и худые, но стройные, можно даже сказать красивые. Им бы немного «мяса», то просто не отвести от них взгляда. Волосы мелкими кучеряшками также торчали во все стороны.

Она пока не замечала его взгляда, поэтому стояла спокойно и кивала в такт головой музыке, которую слушала в наушниках. Но вдруг, словно что-то почувствовав, резко обернулась и пристально посмотрела на Макса, сняла один наушник. Узнав его, ехидно усмехнулась, пальцем показала на его очки:

- Ну как тебе макияж от мастера? Хочешь повторю?

- Ты чего, всегда такая дикая, на людей бросаешься? – Макс усмехнулся.

- А ты чего такой невежливый, не умеешь с людьми разговаривать? Или, думаешь, камнем в спину это по кайфу?

- А ты думаешь кулаком в лицо это тоже правильно?

Стоящие рядом с ними школьники стали оглядываться и прислушиваться к их перепалке.

- Это тебе на будущее – предупреждение. Не будешь вежливым, будешь получать.

- Учту. Меня Макс зовут. А тебя?

- А меня не зовут, я сама прихожу. Если захочу.

Макс хохотнул.

- Может, сегодня после уроков встретимся? – предложил он.

- Сегодня? – она продолжала смотреть на него пристальным взглядом, словно что-то хотела увидеть в его выражении лица. – Сегодня не могу.

- А завтра?

- И завтра не могу. Вернее, не хочу. С тобой встречаться.

- Это почему? – удивился Макс.

- Ты мне не нравишься.

- Зато ты поразила меня в самое сердце.

Макс был удивлен ее отказу. Он прекрасно знал, что нравится девочкам, вот и сейчас ловил на себе заинтересованные кокетливые взгляды. А что? Он красив, уверен в себе, одет в самых лучших бутиках, не даром же мать таскала его за собой почти целый день, потом терпел над собой издевательства мастеров в ее салоне, чтобы «ее сыночек выглядел лучше других». А эта стоит и усмехается, оглядывает его с головы до ног с таким выражением, словно увидела что-то забавное.

- Ну тогда уж в самый шнопак. Я хоть его не сломала? - в ее голосе звучала задорная насмешка и какая-то нотка заботы.

- Нет, обошлось. Но сотряс есть, - улыбнулся Макс.

- Сорян, - она пожала плечом и отвернулась от него.

Продолжить разговор им помешал звонок, приглашающий школьников к началу торжественной линейки. После пламенной и вдохновляющей речи директрисы классы разошлись по своим кабинетам.

После занятий Макс вышел на крыльцо, остановился возле перил, поджидая Таньку. Он успел порасспрашивать о ней, стараясь не показывать своего интереса. Ее считали дикой, неформалкой, немного сумасшедшей, но учителя уже не обращали на ее внешний вид и нелюдимость внимания – учится на «отлично», вот и хорошо, тем более, что она участвовала во всевозможных олимпиадах, зарабатывая себе баллы и престиж для школы. О том, где и с кем живет пока не узнал, но все впереди.

Татьяна вышла из школы чуть ли не самой последней. Макс терпеливо ожидал ее, даже отказался от предложения парней пойти и отметить знакомство и начало последнего учебного года в какой-нибудь кафешке, обещая проставиться за вливание в другой раз. Тем более, что у него через месяц с небольшим был день рожденья.

- Привет, - он подошел к девушке, которая вышла из двери и, не глядя, почти побежала по ступеням крыльца.

- Чего надо? – огрызнулась она, не оборачиваясь и не сбавляя шага.

- Хотел тебя увидеть.

- Увидел? Все, пока.

Она ускорила шаг и уже почти бежала от него.

- Да постой ты, ненормальная, - крикнул ей в спину Макс. – Я же просто…

- Вот и вали просто, - не дала ему договорить девушка.

- Ну ладно, тогда до завтра.

Макс увидел, что она находится на грани истерики, еще немного и сорвется на крик. Что с ней случилось, он не знал, поэтому решил сегодня отступить. У него еще целый год впереди.

Глава 2.

И чего он прицепился к ней? Мало ей неприятностей в жизни, а еще этот мажорчик прицепился. Татьяна почти бежала к своему дому. Хотелось орать на всю улицу, гнев так и хлестал ее изнутри. Как все надоело, скорее бы закончился этот последний учебный год, и она больше никого из этих уродов, по ошибке называемых одноклассниками, больше не увидит. Она спешила домой, чтобы успеть сделать все уроки и свалить из их комнаты в коммунальной квартире до того, как припрется мать. Она больше не могла ее видеть и мечтала поскорее закончить школу и уехать куда-нибудь подальше поступать. Последние три года она старалась самостоятельно зарабатывать деньги на то, чтобы уехать и начать самостоятельную жизнь, дома появлялась крайне редко, не желая встречаться с вечно пьяной матерью.

Отца своего Татьяна никогда не видела, только знала, что он где-то есть и посылал матери какие-то деньги в качестве алиментов. Сначала, пока она ходила в детский сад, не понимала, почему папа не хочет видеть ее, старалась вести себя хорошо, как примерная и послушная девочка, так как мама говорила, что папа не любит капризных и непослушных. Она с завистью наблюдала, как по вечерам других детей забирают мамы и папы, а она вечно оставалась самой последней в группе, пока мать не придет за ней. Потом, когда она пошла в школу, подслушала разговор соседок по коммуналке, которые называли ее «нагулянной девкой». Вечером она спросила у мамы, что значит «нагулянная». На это мать рассердилась, начала кричать на нее, а еще побила тапкой. Таня всю ночь тихо плакала в своем углу на раскладном продавленном кресле, стараясь не разбудить мать, которая после «воспитания» дочери куда-то ушла и вернулась поздно пьяной. Уже позднее, когда Таня училась в пятом или шестом классе узнала, что мать родила ее от какого-то женатого мужчины в надежде, что тот бросит свою семью и женится на ней. Но мужчина не повелся на дочь, обещал только «помогать» деньгами. Таня пыталась узнать у матери, как зовут ее отца, но та только снова побила ее. На этом вопрос об отце Таня закрыла навсегда.

Мать никогда не испытывала к дочери особо теплых чувств, часто кричала и била ее, говорила, что каждый день жалеет, что решилась родить ее, с малых лет могла оставить ее в комнате одну на два-три дня. Хорошо, что в дальней от них комнате жила тетя Фима, которая жалела девочку и подкармливала ее. Тетя Фима также иногда приносила откуда-то детские вещи, не новые, но чистые, и отдавала Тане. Когда девочка пошла в школу, соседка стала давать ей тетради, ручки, даже принесла школьный рюкзак. У соседки не было своей семьи, но были множественные родственники, которые с охотой отдавали ей старые вещи, из которых выросли их дети. Таня и носила их, других вариантов у нее не было, мать не особо заботило то, в чем одета ее дочь. Она могла зимой повести ее в сад без колгот и резиновых сапогах. Тане пришлось рано стать самостоятельной, поэтому, когда пошла в школу, она стирала свои вещи, аккуратно складывала их в картонную коробку, которая стояла у нее под креслом и была вместо шкафа или комода. Иногда варила под присмотром тети Фимы на общей кухне вермишель себе на обед.