Читаем Я.. онлайн бесплатно

Предисловие.

Для начала. Я… не хочу, чтобы вы прочитали её впопыхах. Это неправильно. Вникните, порассуждайте, а главное посмейтесь. Книга, созданная для вашего смеха и глубокого погружения в философию жизни. Шучу! Просто, постарайтесь разглядеть в ней скрытый смысл, который я вкладывала.

У каждого человека, в какой-либо период его жизни, появляется заветная мечта. Найдя и определив её, человек устремляется к ней и идёт, как на лучик света в конце туннеля.

Но, мечта – это лишь часть жизни, не весь её смысл. Но, это очень важная часть. Исполняя свою мечту, мы выполняем своё предназначение, так или иначе. Но жизнь не может заканчиваться после исполнения мечты.

Рассуждая над своей заветной мечтой, на лице всегда появляется улыбка. Но, мы никогда не задумываемся, что может быть после её исполнения. После того, как всё желаемое у нас в руках, или сейчас сидит рядом с нами.

Что дальше? Многие подумают, что всё будет только лучше и, нельзя с ними спорить. Они правы. Но, неужели жизнь пойдёт ровнее и ничего нового не произойдёт, когда цель всей жизни достигнута?

Ответ есть: перепутье. Для кого-то мечта будет развиваться, и расти – человек будет продолжать идти в том направлении, которое он выбрал в своей мечте. А может, его ждёт что-то другое. Может, он достигнет мечты, как потолка и задастся новым путем. Всё зависит от него.

Но, не всегда будет так, что после исполнения заветной мечты, загаданной в новогоднюю ночь или на падающую звезду, станет проще… Нет. Так не будет.

Приятного чтения, читатель!

Эта история о героине Лили, у которой исполнилась одна такая мечта – стать писательницей. И, пользуясь своей специальностью, она и расскажет её сама.

Пролог.

Я, Лили, в детстве мечтавшая о карьере писателя, даже и представить не могла, что будет после этого. Точнее после мечты. Более того, я не думала об этом и боялась даже думать. Мне хотелось лишь достичь этой цели – стать писателем. А там, как пойдёт. Но, кто знал, что всё обернётся именно так…

В один день я проснулась и кое-что осознала.

Время около девяти утра. Было пасмурное и ничем не примечательное утро в городе Санергов. Будильник рвался в бой. Настроение было паршивым, и я чувствовала себя такой же разбитой, как и во все последние дни. Без желания вскочить с постели, побежать собираться на любимую работу. Без желания продолжать писать, заниматься делом всей жизни. Мне казалось, что из моей жизни ушла сама её суть, её смысл. А всё из-за того, что пропала цель…

Всю жизнь, начиная с сознательного возраста, я жила карьерой: ставила цели и достигала их, стремилась к чему-то, писала, выпускала книги. Всё это время у меня была цель – мечта. Но, потом я вмиг стала известной писательницей, и мир лёг к моим ногам. К ногам девочки Лили, которая и представить себе не могла, что её имя будет печататься на обложках её книг. Но, я никогда не думала, что будет дальше. Позже я решила найти постоянную работу и нашла. Теперь я устроилась на работу и стала главным редактором журнала «Aicy». Но, это всё не то… Будто все желания сбылись и некуда больше стремиться. По–то–лок. Конечно, можно сломать его и идти ещё выше, но правильно ли это. И… Именно ли этого хочет моя душа?

Так грустно рассуждать можно ещё долго, поэтому лучше забыть, а там всё само образуется. Но в глубине души, мне бы хотелось, чтобы что–то поменялось…

Глава 1. Жизненная ситуация.

Я живу в прекрасном огромном доме. Каждый день, я просыпаюсь в просторах, что можно эхо услышать от одного: «Доброе утро, Мурка!»

Зная, что пора уже вставать, я открыла глаза и увидела свой белый высокий потолок. Долго же я отстраивала этот дом. Сладко зевнув, я перевернулась на другой бок, чтобы дотянуться до тумбочки рукой и взять телефон. Время было: 9:20....

– Как?! Уже так много? Я же опаздываю! – вскочив с постели, восклицаю я. – У меня же собрание в офисе журнала! Мне нужно быть в 10:30!

Буквально через полчаса, я вылетаю из своего светлого панциря, под названием дом и отправляюсь в этот сложный насыщенный непостоянный мир – мир людей и нелюдей, активности, шума города и машин, мечтателей и логиков–руководителей.

По выходу из веранды меня встречала только начинающая цвести яблоня. Потрогав и вдохнув сладкий запах, я услышала знакомое: «бип–бип». Это Мила звала меня, чтобы я наконец села в машину. Для справки, Мила была моим водителем.

Она улыбалась мне сквозь лобовое стекло и я, вспомнив, что немного опаздываю, направилась в машину.

– Доброе утро, Лили! Вы сегодня прекрасно выглядите! – ответила Мила, словно робот, который говорил один и тот же текст каждый день. Я покорно поблагодарила её и мы тронулись. и доставала свой блокнот, чтобы набросать пару строчек книги, хоть сегодня мне этого хотелось меньше всего.

Как правило, по дороге я писала или дописывала свои книги.

Сегодня я должна была закончить первую часть своей книги. Периодически я отвлекалась на виды Санергова, на прекрасные высотки, и они дарили мне вдохновение и даже были соучастниками написания. Солнце уже окончательно пробудилось и освещало весь город. Его лучики пробивались ко мне в машину.

– Лили, ваше кофе, – спустя пару минут, сказала Мила и подала мне мой любимый латте.

Мы ехали, а из моей головы не выходила занудная мысль о том, что же будет дальше. В душе было какое-то волнение, будто я в первый раз еду на работу. Будто что-то ожидало меня сегодня. И за счёт этого в моей душе держался позитивный настрой.

Подъезжая к перекрёстку уже издалека можно было увидеть высокое облитое лучами солнца здание. Серебряные блики становятся ещё ярче на фоне голубо–синего глубокого неба. И где–то на предпоследнем этаже царит эстетика, чистота, свет! Это место где я работаю. Моя давняя мечта, которая сбылась. Именно там находится офис, где я ежедневно работаю над своими статьями, проектами изо дня в день. Ощущение, что ты едешь не на работу, ты направляешься в дом. Тёплый и заботливый, где всё построено с таким трепетом и усилиями, спустя годы, спустя трудности и проблемы. Но, с недавних пор, я чувствую какое-то давление от родных стен. Будто они стали мне малыми…

– Лили, мы подъезжаем. Время около полчаса одиннадцатого, – уведомляет меня Мила и останавливается, поглядывая на моё красивое здание. Ну, как моё…

– Эй, девушка! Не задерживайте нас! Проезжайте, вы, что не видите, что уже зелёный свет вам глаза выедает, нет? – кричали разорённые водители сзади Милы. Но, казалось, что обращались они ко мне. Ведь, я иногда тоже вожу машину…

Прибыв в свой офис с утренней чашкой кофе, я замечаю, что около офиса уже максимальное движение: люди входят, выходят, проходят мимо. Вся улица заполнена прохожими. Все кругом настроены доброжелательно, их лица расписаны улыбками, а мне сегодня не до веселья. Но, несмотря на это, я обязана сохранять позитивный настрой и верить в лучшее, ведь за мной стоят люди. И я за них несу ответственность.

Я немного опаздывала, поэтому решила пробежаться, как в былые годы, но это немного отразилось и на моём состоянии и на причёске…

Взъерошенная я забежала в кабинет и сумасшедшими глазами и мигом осмотрела кабинет. Солнце пробивалось сквозь ставни и сжигало с невероятной силой спины пиджаков коллег. Люди, сидящие напротив широких окон, смешно щурились от солнца, но старались делать вид, что это не помеха для того, чтобы слушать мужчину в смешной кепке, который начал что–то рассказывать. Заметив меня, смешной мужчина в кепке смущённо замолчал, но я кивнула ему, чтобы он продолжал, и он покорно стал рассказывать дальше. А я тихонечко прошлась до своего стула. Помню, как в первый раз я пришла в этот кабинет…

Глава 2. Мокрая бумажка.

Я пришла в этот кабинет, у меня дрожало всё, что только способно дрожать у человека: руки, челюсть, коленки и многое другое. Скрежетали зубы. Это было первое в моей жизни обсуждение выходившего журнала, точнее его статей, оформления. И я должна была представлять свою колонку в журнале. Было волнительно – это нечего сказать. Даже казалось, что людям, заметившим моё тревожное состояние, передавалось моё волнение. Потому что, посмотрев в лицо, очень неловко севшего на стул человека, с испуганными как у зайца глазами и уже с мокрой бумажкой от влажных ладоней, на которой написана крохотная статейка, не можешь не сочувствовать ему.

Я со вниманием слушала людей, которые тоже что–то говорили, потом к ним подключались другие, и начиналось бурное обсуждение дизайна, моделей, фотографий. Я наблюдала за ними, как маленькая девочка, которая проникла в высший свет и удивляется каждому слову.

Мои ожидания немного покосились. Они чувствовали не сплочение, как я ожидала, а конкуренцию, желание выделиться перед боссом. Как животное, среди стаи набросившееся на мясо, пытается ухватить как можно больший кусок, так и каждый пытался выкинуть новую идею, мысль, чтобы его заметили, отметили и, конечно же, похвалили бы.

Так, увлекшись их обсуждением, я совершенно забыла, что я тоже стала частью этого сумасшедшего процесса. Я очнулась, когда на меня вдруг обратились все взгляды и смотрели на меня с вопросом. Оказалось, они ждали мою статью. Я даже не заметила, как босс попросил меня представить её, хотя от его врождённого звучного голоса просыпались все. Немного помявшись, я уверенно встала и приготовилась к вещанию. По началу, я заикалась и сильно торопилась, съедая слова, но к середине, уже обретя абсолютную уверенность, моя статья начала именно "звучать". Как песня, как вода на водопаде, как шелест листьев. Периодически я посматривала на их холодные лица, но пыталась ни приписывать их грустные мины к моей статье.

Наконец, отрапортовав и довольно приземлившись на свою космическую станцию под названием стул, я с нетерпением ждала восхищенных взглядов, похвал, комплиментов и кучу появившихся поклонников. Но, взглянув на вокруг сидящих, я резко поменяла свои ожидания и уже надеялась, чтобы в первый день работы меня не выгнали с неё. Моя мокрая статья выглядела, словно маленькая рыба, среди акул – больших папок рядом сидящих людей. Воцарилось молчание. Боже! Оно казалось мне вечным, хотя длилось от силы минуту. Все были заняты делами: кто писал что–то, кто даже пытался разговаривать по телефону. Я на тот момент усомнилась, услышал ли вообще кто–нибудь мой "рассказ". Сердце билось так, что я чувствовала его у себя в горле, а руки вместе с зубами снова предательски начали дрожать. Неприятно. Понимать и даже знать, что с этими холодными и незаинтересованными людьми я должна была работать. Особенно вот тот мужчина, ему же абсолютно по барабану до моей шикарной статьи.

От нервного мандража меня отвлёк голос женщины, которая громко передавала свои показания рядом сидящей коллеге. Жужжащий голос мешал мне волноваться, и я выглянула посмотреть, какую пчёлку мне придётся видеть в этом улие каждый день. Осторожно, не заметно для неё и для окружающих я облокотилась назад на стул и вытянув шею так, чтобы увидеть её из–за широкой спины мужчины, который сидел рядом со мной, я увидела чёрную кудрявую маленькую головку с по-детски милым, но стильным бантиком на голове. К сожалению, я смогла узреть только её волосы и спину, ведь она сидела, полностью повернувшись к своей собеседнице лицом, а ко мне соответственно спиной. Но, к счастью или нет, её подруга заметила мой настороженный взгляд на шевелюру её черноволосой знакомой. Она, выпучив глаза на меня и тут же похлопав подругу по плечу, кивнула головой на меня, чтобы она повернулась. Широким движением, так что аромат брюнетки донёсся до меня, она все-таки соизволила повернуться и взглянуть своими большими детскими глазами на моё испуганное лицо. Это была мой нынешний водитель Мила. Спрашивается, зачем водитель работает в журнале? Мила, будучи совсем молодой просто искала себя и нашла себя… у меня водителем. И не подумайте, что это я переманила её к себе!

На тот момент она так же, как и я была совсем юной с наивными карими красивыми глазами, которые скрывались под тонкими изысканными очками, которые нежно лежали на вздёрнутом крохотном носике. Она удивленно стала смотреть на меня в ожидании, что я смутившись отвернусь, но я не могла. В тот момент, когда я увидела её глаза, меня будто ударило молнией, побежали мурашки. Что–то манило к ней, и я не способна была отвернуться. Пересилив себя, и сконфуженно осознав всё то, что сейчас произошло, меня, будто собственноручно повернул обратно мой стул. Я сидела и краснела в стол за то, что сделала. А про мою статью комментариев так и не поступало.

Прошло десять минут. У меня начался бешенный внутренний диалог, который так свойственен был моей натуре:

«Да сколько можно! Я больше не могу здесь сидеть, я же сразу поняла, что это место не подходит мне! Всё, я сейчас встану и уйду. Прямо так и сделаю…»

– Э-э… Мисс! – прервал мои мысли генеральный директор, – Нам вполне понравилась ваша статья. Я думаю, вы можете иметь право вставить её в наш журнал. Передайте её нашему главному редактору, она об этом позаботится, ведь так, Анжела? – нежным и беззаботным голосом, говорил он.

– Да! Спасибо! Хорошо! – неуместно и излишне возбуждённо выкрикивала я.

Оказалось, они всегда так долго обдумывали и обсуждали между собой то, что им представляли, а потом только говорили своё мнение. Вскоре, босс рассмотрел меня и в один прекрасный день назначил ведущим редактором.

Глава 3. Серая кепка, как средство привлечения.

Я решила взглянуть на босса, потому что боялась того, что буду обвиненной за опоздание. И был повод: наш босс – Петр Кирилыч, сидящий во главе стола, пронзал меня строгим взглядом. Но в этом взгляде было что–то доброе и ласковое, если приглядеться. Но многие сотрудники не приглядывались, поэтому считали его тираном.

Петр Кирилыч был человек в возрасте, но, несмотря на это в нём ещё жил активный и жизнерадостный парнишка. Он выглядел моложе своих лет, и входил в группу тех людей, у которых жизнь идёт полным ходом. Ухоженная внешность, вычищенные ботинки, отглаженные брюки и всегда чистый пиджак – всё это свидетельствовало о наличии заботливой жены. В его глазах ещё оставалась та детская непосредственность и беспричинная радость, какая бывает обычно у влюбленных мальчиков. Он любил жизнь, работу, своих детей, и это выражалось в каждом его поступке. Я и мои коллеги очень редко видели его в плохом настроении и редко получали от него жестокие выговоры. Наш Пётр Кирилыч к каждому находил свой подход, ведь обладал талантом психолога, стимулировал каждого и практически никогда не повышал голоса. Поэтому, увидев его строгие глаза, я лишь чуть-чуть улыбнулась и кивнула, в знак того, что больше такого не повторится.