Читаем Греховное лето онлайн бесплатно

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дружеский шарж на автора художника Игоря Макарова.

КОМЕДИЯ В ДВУХ АКТАХ

Действующие лица:

Певчина – богатая вдова

Люба – прислуга в доме Певчиной

Валерик – дворник

Жаров – актёр

Рублевский – бизнесмен

Марчелло – итальянец

Марина – молодая девушка

Действие происходит в российском провинциальном городе.

АКТ ПЕРВЫЙ

1

Гостиная в богатом особняке на окраине губернского города

Несмотря на светлое время суток, здесь царит полумрак – в доме траур. На заднем плане два окна, занавешенные плотными шторами. Между окнами – живописный портрет покойного хозяина в образе Наполеона. Слева – дверь в зимний сад, сейчас она нараспашку и оттуда слышно, как бьётся о стекло какая-то птица. Справа – входная дверь, возле которой висит большое зеркало, затянутое чёрным крепом. Под зеркалом кушетка. Из мебели в гостиной: мягкий диван, кресло, стол. Ближе к окнам – рояль. За окном слышится звук скребущей лопаты по асфальту – дворник убирает снег.

Люба, прислуга в доме, занимается уборкой. Она пытается вытереть пыль с портрета, но портрет неожиданно падает, и она едва успевает подхватить его. За портретом обнаруживается тайник в стене. В это время с улицы доносится автомобильный гудок. Звук скребущей лопаты обрывается. И через какое-то время раздаётся пронзительный женский крик. Люба быстро водворяет портрет на место, бежит к окну.

В гостиную врывается хозяйка дома, Певчина. Она на ходу снимает с себя коротенькую шубку и бросает на рояль, затем дрожащими руками достаёт из сумочки сигареты.

Певчина. Дура! Дура! Клиническая дура!

Люба (в её речи проскакивает южный говор). Татьяна Евгеньевна, шо случилося?

Певчина. Ох, Люба!.. Не спрашивай… Хотела ведь на такси поехать… Знала ведь, не в форме сегодня… нет, чёрт меня дёрнул сесть за руль! (Никак не может закурить). Люба, я… я задавила человека!

Люба. Гля, до смерти?

Певчина. А как же ещё! Что за дурацкий вопрос!

Люба. Вот гадство!

Певчина. Нет, ну ты подумай! Подъезжаю к дому, поворачиваю, чтобы въехать в ворота… вижу, по тротуару какой-то мужик идёт… потрёпанный, при шляпе. Я посигналила… Он остановился… и ещё так махнул мне, мол, проезжай… (Наконец, закурила). Ну, я и поехала!

Люба. Ага!

Певчина. А он взял да и пошёл! Нет, ну ты подумай, что за идиот! Сам меня пропускал и… взял и пошёл! И прямо под колёса!

Люба. Тю, скаженный!

Певчина. Я – на тормоз, а он упал уже и… видно, головой сильно ударился… Что со мной будет, Люба?! Что будет?! Я убила человека! (Достаёт мобильник, смотрит на него, ничего не видя). Надо «Скорую» вызывать…

Люба. «Скорую»? Так вы ж говорите…

Певчина. Врач должен зафиксировать факт смерти… Ой, мне плохо…

Люба суетится вокруг Певчиной, помогает ей сесть на диван.

И, наверное, милицию, да?.. Нет, они сами вызовут. Что я наделала! Дура! Кретинка! Идиотка!

Люба. Вы ж не со зла.

Певчина. А что это меняет! Меня посадят, Люба!..

Валерик вносит тело пострадавшего.

(Вскакивает с дивана). Вале-ерик, зачем?! Зачем ты его сюда?!

Валерик. Ворота закрыть мешал.

Певчина. Что с ним?

Валерик. Готов.

Певчина. Ну вот… Теперь скажут, я виновата! Ты его убрал с места ДТП! Кто тебя просил!

Валерик. Куда его?

Певчина. Куда… куда… Клади вон на кушетку, что ли… Нет!.. Люба, раздвинь ширму, и кушетку – за ширму… чтоб я его не видела.

Люба раздвигает ширму и переносит кушетку.

Валерик кладёт пострадавшего на кушетку, а его шляпу вешает на ширму.

Певчина идёт к окну, раздвинув штору, выглядывает на улицу.

Люба. Ну ты поклал! Голова свесилася.

Валерик(из-за ширмы). Не вмещается. Длинный больно.

Люба. Невдобно же.

Валерик. А оно ему надо?

Певчина. Я даже не знаю, кто он! Валерик, посмотри в карманах… Ведь должны быть у него какие-то документы…

Валерик. Всего обшарил. Пусто.

Певчина (теребит мобильник, никак не может или не решается набрать номер). Нет, почему?! За что?! Он сам бросился под машину! Дворник видел!

Валерик(выходит из-за ширмы). Я?..

Певчина. Ты мне ворота открыл, Валерик. Ты же видел? Я посигналила… И он сначала пропускал меня…

Валерик. Было. Встал, шляпу вот так (показывает) натянул…

Певчина. А потом взял и пошёл!

Валерик. Ну да, а потом двинулся.

Певчина. А ты его сюда принёс! Как я теперь буду объясняться со следователем? Пойдёшь свидетелем!

Валерик. Куда?

Певчина. В суд, куда же!

Пауза.

Валерик. А может… сразу закопать?

Певчина(опешила). Как это… закопать?! Где?

Валерик. Да под забором. А весной на это место куст смородины впендюрить.

Певчина. Почему смородины?..

Валерик. Она типа сильно плодоносит на могилке.

Певчина. Вале-ерик! Ты соображаешь, что говоришь?!

Валерик. А чо, нормально. Мало ли сейчас людей пропадает.

Певчина. Вале-ерик…

Валерик. Вон дружок мой, Сергуня… ещё девчонку у меня увёл… С дискотеки шёл… нагруженный под завязку, как полагается. А там заброшенный колодец был… а крышку кто-то, видать, в металлолом сволок. Ну, он по тёмному в этот колодец и грохнулся.

Люба. Ой, мамочка!

Валерик. Так и не нашли. Три года прошло.

Певчина. Как не нашли?.. А откуда тебе известно, что он – в колодец?

Валерик. Народ болтал. И этот лох… типа сам нарвался. А чо… Любка будет молчать. Правда, Люб?

Люба раскрыв рот, беззвучно кивает головой.

Я тоже ничего не знаю, ничего не видел, в гараже копался.

Певчина. Вале-ерик…

Валерик. Не люблю судов, Татьяна Евгеньевна. И с вашим фейсом хлебать тюремную баланду…

Певчина. Баланду?..

Валерик. …не в кайф. Бабы на зоне хуже тигров. На свежачка бросаются, как дикие кошки. Сильно поцарапать могут. Или другое чего…

Певчина(испуганно). Чего… другое?

Валерик. Да мало ли. В тюряге чувства обостряются.

Певчина. Откуда ты знаешь?

Валерик. А по телику часто показывают. А то ещё инфекцию занесут. Всю жизнь будете лечиться. А оно вам надо? А так, и вам хорошо, и покойник пристроен. И смородины навалом.

Певчина. Ты что …серьёзно предлагаешь мне его закопать?..

Валерик. Зачем, закопаю я. У вас силёнок не хватит. Земля сейчас мёрзлая. А у меня опыт.

Певчина. Опыт?..

Валерик. Покойный хозяин… (искоса посмотрел на портрет) …как-то замочил одного киллера-неудачника…

Певчина. Мой муж?!

Валерик. Да вы не подумайте чего! Он типа оборонялся… кто-то из компаньонов подослал.

Певчина. Компаньон? Киллера?

Валерик. Ну да. Так он его упредил. Тот и на собачку нажать не успел.

Певчина. Кто?

Валерик. Ну, киллер. Хозяин чётко сработал. (Показывает). Раз! И звиздец. Как на диком западе.

Певчина. Да, Виктор всегда был при оружии…

Валерик. Ну! И сказал, чтоб я его закопал.

Певчина. И ты… закопал?

Валерик. Ну!

Певчина. Прямо так? Без гроба?

Валерик. Зачем, в тряпку завернул.

Люба(до отказа распахнула глаза, втянув голову в плечи). Ой, мамочка!..

Валерик. А чо? Хозяин хорошо заплатил. Когда хорошо платят, я готов зубами землю грызть.

Певчина(словно загипнотизированная). И где ты собираешься его… закапывать?

Валерик. Там, где и в прошлый раз, за домом. Рядом со смородиной. Ну что, иду за ломиком?

Певчина. Нет, я…

Валерик. Из уважения к вам, сработаю бесплатно.

Певчина. Не в этом дело…

Валерик. Да не переживайте, не жилец он был. От него за километр бомжой несёт.

Певчина (опомнилась). Валерик, кто бы он ни был, он человек, а не собака! Ты что, в самом деле, подумал, что я могу пойти на это?!

Валерик. А чо, нормально.

Певчина. Нормально?.. Я, конечно, не хочу в тюрьму… но так вот… анонимно закапывать!.. Додумался!

Люба. Можа, его укрыть чем, Татьяна Евгеньевна?

Певчина. Кого?

Люба. Покойника вашего. Простынкой, ли чем…

Певчина. Так накрой! Возьми вон в шкафу. Кошмар… Второй покойник в доме за неделю… (Проходит к роялю, что-то увидела на шубке).

Люба достаёт из шкафа простыню, у ширмы приостанавливается.

Ну, вот… ещё и шубку порвала…

Люба. То не страшно. Подкладка отошла. Я пристебаю. (Заходит за ширму и вдруг со страшным визгом выбегает обратно). Он…

Певчина. Что такое?

Люба. Он… он глядит!

Валерик. Нормально. С покойниками такое бывает.

Певчина. Какое такое?

Валерик. Ну что глаза открыты. Не успевают закрыть. От ужаса или неожиданности.

Люба. Ой, мамочка!

Валерик. В старое время покойнику на глаза пятаки клали.

Певчина. Зачем?

Валерик. Чтоб не видел дороги назад.

Певчина. Валерик, мне не до шуток.

Люба. А вдрух он скажа чего?..

Валерик. Пусть только попробует.

Певчина. Может, он жив?

Валерик. Навряд. Пульс, как у полена. А глаза… нет проблем, щас исправлю. (Идёт к ширме).

Певчина. У тебя есть старинные пятаки?

Валерик. Зачем, пальцами надавлю.

Люба. Ой!.. И простынкой заодно… (Подаёт Валерику простыню).

Валерик берёт простыню и скрывается за ширмой.

Певчина, шатаясь, бродит по комнате.

Певчина. Сколько же мне могут дать… за это?..

Валерик(из-за ширмы). Как дело повернуть.

Певчина. Пять? Десять?..

Валерик. Но на всякий случай готовьте бабки.

Певчина. Что? Бабки? Зачем?

Валерик. Чтоб и следаку глаза прикрыть. И тут пятаками не отделаетесь.

Певчина охнула, схватилась за голову.

Люба. Татьяна Евгеньевна, ну почём вы знаете, шо вас засудют! В суду разберутся, как надо.

Певчина. Это меня Бог покарал… (Неожиданно крестится). Так… звоню!.. (Жмёт на кнопки мобильника, слушает). «Недостаточно средств…» Говорила этому… Наполеону доморощенному… проведи городской телефон! «Зачем, когда мобильник в кармане!» Люба, сбегай… (Лезет в карман шубки). Вот сто рублей… больше нет наличных… в магазин… оплати… через автомат.

Люба. Поняла, Татьяна Евгеньевна.

Валерик выходит из-за ширмы.

Валерик. Порядок.

Люба. Гля, а наследил! Подотру, пока не расташшили. Я мигом. (Убегает).

Певчина. Валерик, а ты…

Валерик. Понял. Иду за ломиком.

Певчина. Нет-нет… Машину загони в гараж. А то у меня даже ноги трясутся.

Валерик. Без проблем. (Уходит).

Прибегает Люба с тряпкой.

Люба (вытирает пол). Во артапеды! Шо у слона.

Певчина. Который час?

Люба. Да полдень вже.

Певчина. Это я больше двух часов по «Ашану» шлялась… Надо же – «закопать»!..

Люба. А можа, правда…

Певчина. И ты туда же!

Люба. Молчу.

Певчина. Да, пока не забыла, продукты в багажнике… перетащишь потом.

Люба. Ага! До магазина сходю и тода вже… Обедать кода будете?

Певчина (идёт к роялю, приподымает крышку, ищет что-то внутри, не находит, с досады хлопает крышкой). Какой обед, Люба!

Люба. Ничо, получшеет, отобедаете.

Певчина. Лучше свари кофе.

Люба. Хорошо, Татьяна Евгеньевна. (Идёт к выходу).

Певчина. Люба! Ты когда убирала, ключа нигде не находила?

Люба. Ключа?..

Певчина. Такой… длинный, с двойной бородкой.

Люба. Не. А шо за ключ?

Певчина. Какая разница! Нужный ключ. И ещё… Кто бы ни пришёл, меня нет дома.

Люба. Хорошо, Татьяна Евгеньевна.

Певчина. И Валерика предупреди.

Люба. Та не беспокойтеся вы, за ради бога! Сделаю. (Уходит).

Певчина боязливо заглядывает за ширму, прислушивается, вздрагивает, как в ознобе. Затем идёт к портрету, заглядывает под него. Ещё раз шарит рукой под крышкой рояля.

Возвращается Люба с виноватым видом.

Люба. Татьяна Евгеньевна, не серчайте… тама…

Певчина. Что ещё?

Люба. Тама пришли до вас…

Певчина. Лю-юба! Я же просила…

Люба. Не поспела. Валерик допустил.

Певчина(мечется по комнате). Да кто там?! Никого не хочу видеть! Ты что, не понимаешь?! Нет меня! Сплю! Умерла!

Люба. Так и я им: она, то есть вы… наказалы не прымать. А воны: «Мене прымет».

Певчина. Кто они-то?

Люба. Господин Руб… Рублинский, чи как…

Певчина. А, Рублевский. Да, этот просто так не уйдёт. (Гасит сигарету). Ладно, впусти.