Читаем Греческое искушение онлайн бесплатно

Автор: Тина Фолсом

Книга: «Греческое искушение»

Жанр: паранормал, эротика, греческие боги

Серия: «Изгнанные с Олимпа» — 3

Возрастное ограничение: 16+

Перевод: Юлия Тен, Dark elf

Редактура: Nikolle

Русификация обложки: Poison_Princess

Переведено для группы:

vk.com/paranormal_love_stories

Тексты всех произведений выложены исключительно для ознакомления.

Не для коммерческого использования!

При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которых был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованные в данной группе тексты с целью получения материальной выгоды.

Исчезли!

Гермес еще раз поискал в гостевой комнате отеля Тритона и Софии, в которой провел прошлую ночь, но результат был тот же. Его крылатые сандалии исчезли.

Он приехал навестить своего лучшего друга, бога моряков и матросов, который жил в Чарльстоне со своей смертной женой Софией. С тех пор как не только Тритон, а еще и его приятель бог Дионис, бог вина и экстаза, поселились в этом очаровательном южном городе, Гермес и его друг Эрос довольно-таки часто их навещали.

Гермес вышел на балкон и посмотрел на фонтан, затем осмотрел сам балкон. Ничего.

Французские двери соседней комнаты открылись, и, подтягиваясь, на балкон вышел Эрос.

— Эй, утречка! Чудесный денек, да?

Улыбка бога любви была слишком довольной, а Эрос так улыбался только по двум причинам: либо он уложил кого-то прошлой ночью, либо над кем-то прикольнулся.

Гермес перепрыгнул через низкую перегородку, которая разделяла их балконы, и заглянул в комнату Эроса. Кровать была пуста, ни одного признака на присутствие женщины.

— Эй, ты что делаешь?

Он повернулся к своему богу-товарищу.

— Верни их! Сейчас же!

Эрос бросил на него удивленный взгляд.

— А? Вернуть что?

Гермес ударил кулаком об стену.

— Верни мне мои сандалии, ты идиот! Я не в настроении терпеть твои шуточки с утра!

— Не брал я твои вычурные сандалии! Отстань от меня! И что бы я с ними сделал? Ты видел меня летающим по округе? — Эрос оттолкнул его и поправил свою футболку. — Если бы я знал, как со мной будут обращаться утром, пошел бы спать к себе на Олимп.

Гермес склонил голову.

— Ты правда их не брал?

— Нет! Иди и поищи где-нибудь еще. Почему ты меня всегда подозреваешь первым? В последний раз, когда я проверял, дом принадлежал Тритону. Разве это не значит, что у него есть ключи от каждой комнаты?

Гермес отступил. Эрос прав. У Тритона были все возможности проникнуть в его комнату, чтобы забрать сандалии.

— Вот придурок! — прорычал он и помчался к двери в коридор через комнату Эроса, и, уже открывая дверь, почувствовал Эроса за собой. — Почему ты идешь за мной?

Эрос бесстыдно улыбнулся:

— Ты же не думаешь, что я пропущу драку?

Гермес закатил глаза и продолжил свои поиски, поднимаясь по лестнице, сразу перешагивая через несколько ступенек. Он не стал стучать в дверь в личную студию Тритона и Софии, а просто распахнул ее.

— Тритон, — проорал он, заходя внутрь.

Тритон вышел из ванной с обернутым вокруг талии полотенцем, а капельки воды стекали по его плечам.

— Что, во имя Аида, произошло? Ты не мог постучать?

— Мои сандалии. Я хочу их назад. Сейчас же!

— Не брал я твои проклятые сандалии. Зачем они мне?

— Очень смешно, — огрызнулся Гермес. — Но игра окончена.

— Только не говори мне, что потерял свои сандалии.

Серьезный тон и недоверчивый взгляд Тритона заставил раздражение Гермеса перерасти в тревогу. Из Тритона никудышный актер. И если это не он взял сандалии, тогда кто?

— Они исчезли! — Гермес пробежал дрожащей рукой по волосам. — Черт!

Он снова посмотрел на своих друзей и заметил, как в студию зашла София.

— Почему вы так расшумелись? Ребята, вы забыли, что у нас тут гости? И сегодня воскресенье, все еще спят! — отчитала их София.

— Прости, детка, кажется, Гермес забыл, где оставил сандалии, — сказал Тритон спокойно. Потом снова посмотрел на него. — Ты пробовал телепортироваться?

Гермес покачал головой. Затем он просто попробовал сделать это, сосредоточившись на месте, куда хотел попасть: в квартиру Дио в городе. Если ни Эрос, ни Тритон не брали его сандалии, тогда его разыграл Дио. Он надеялся, что прав.

Его тело не двинулось. Он попробовал снова.

— Я не могу телепортироваться.

— Черт! Этого быть не может! — закричал Эрос и ударил кулаком по лбу Гермеса. — Ты идиот, у меня сегодня горячее свидание в Греции!

София бросила на Эроса любопытный взгляд.

— А какое это имеет отношение к сандалиям Гермеса?

— Полное! — выкрикнул Эрос.

Тритон посмотрел на жену, на его лице отразилось беспокойство.

— Если Гермес не может телепортироваться, значит, все боги, включая Зевса, потеряли способность телепортации. Потому что способность телепортации заключена в сандалиях Гермеса, и эта способность активируется только, если они находятся у бога.

Гермес сглотнул, у него скрутило живот.

— И это значит, что они у смертного.

И только один смертный мог их взять. Нет, не просто взять — украсть! Его бесценные сандалии.

Зевс шкуру с него сдерет, как только узнает.

За неделю до этого.

— Быть этого не может, — возразила Пенни Гэллоуэй.

Ее босс Мишель Шафер, декан факультета истории, наклонилась над столом и вздохнула.

— Мне жаль, но бюджет урезали намного больше, чем мы все ожидали. Я должна сократить персонал, что значит, всем преподавателям, чьи контракты заканчиваются в отчетный период, придется искать новые возможности где-то еще.

Возможности, какие возможности? Как будто это так просто. Сколько есть вакансий для помощника профессора, специализирующегося на истории и мифологии Древней Греции? Легче найти иголку в стоге сена, чем вакансию для нее. Ей нужно найти способ остаться в Чарльстоне, чтобы позаботиться о бабушке. Если она потеряет работу, ей может не хватить сбережений, пока она будет искать новую.

— Значит, открытая вакансия тоже будет закрыта? — спросила она, хватаясь за соломинку.

Если она сможет заполучить эту должность, то избежит сокращения персонала.

— Нет, как и планировалось, мы наймем человека на эту вакансию, но ты не единственная, кто хочет эту должность.

Как будто она сама этого не знала. Кентон Лоури, ее коллега, который проработал помощником профессора меньше Пении и пытался впечатлить комитет своими исследованиями о греческом оружии.

— Но ведь у меня еще есть шанс? — спросила она Мишель, ненавидя, как прозвучал ее голос.

Было тяжело скрыть охватившее ее отчаянье. Если она потеряет работу, в корне изменится не только ее жизнь, но и жизнь ее бабушки. Так как она зависит от Пенни, ей придется переехать туда, где Пенни сможет найти новую работу… если она сможет найти новую работу! И бабушке придется оставить врача и физиотерапевта, а еще дом, в котором она прожила пятьдесят лет. Пенни не была уверена, что ее любимая бабуля сможет пережить это. Ее лечение шло очень медленно после неудачного падения.

— Комитет по землеустройству пока еще не будет принимать никаких решений в течение нескольких месяцев. Время все еще есть. Конечно же, ты должна понимать, что если будешь работать над новой статьей для публикации, то не уложишься в срок.

— Прямо сейчас я занимаюсь одним исследовательским проектом. Но не волнуйтесь. Он почти готов к публикации, — соврала Пенни.

Меньше всего ей хотелось, чтобы Мишель, которая являлась членом комитета по землеустройству, узнала, что Пенни даже понятия не имеет, о чем ей писать.

— Хорошо, хорошо. Надеюсь, что-то примечательное. Что-то новенькое и необычное, что сможет впечатлить комитет, — сказала Мишель.

Что-то новенькое и необычное о мире греческой мифологии? Издеваетесь? Люди тысячелетия писали об этой теме.

— Да, конечно, так и есть, — поспешно ответила Пенни.

— Полагаюсь на тебя, — улыбнулась Мишель, но улыбка не затронула ее глаз.

— Спасибо, Мишель, я правда ценю это.

Мишель кивнула и вышла из кабинета Пенни, закрыв за собой дверь.

Пенни откинулась на спинку кресла и уронила голову на стол, уткнувшись лбом в прохладную поверхность. И что ей теперь делать? Она уже несколько месяцев не делала никаких важных исследовательских проектов, уход за бабушкой отнимал у нее все свободное от занятий время. У нее не было времени найти подходящую тему, за которую можно зацепиться, чтобы получить должность.

И теперь, когда осталось всего несколько коротких недель до того, как ей придется презентовать опубликованную статью, да, опубликованную в журнале, а не почти готовую к публикации… и как ей совершить этот невероятный поступок. И все зависело от него. Ее бабушка полагалась на нее. Пенсии бабушки и сбережений будет недостаточно, чтобы покрыть затраты на проживание и терапевта с сиделкой, в которых она нуждалась каждый день. Без дохода Пенни, за счет которого они выживали, ей придется отпустить сиделку и сократить сессии физиотерапии. И это может стать серьезным ударом для здоровья бабушки и это означало, что, возможно, она никогда не поправится снова.

Пенни подавила подступившие слезы. Нет, слезы тут не помогут. Ей нужно очистить голову и направить всю свою энергию на получения должности. Это единственный способ спасти работу, спасти доход и ее жизнь, и жизнь ее бабушки.

Тяжело вздохнув, она встала, схватила сумочку и вышла из своего кабинета и здания. Свежий воздух, чашка крепкого кофе Вивиан и шоколадное слоеное печенье — вот, что ей нужно прямо сейчас, чтобы взять свои эмоции под контроль. А потом, взбодренная, она вернется в офис и найдет проект, который спасет ее должность.

Пенни пересекла улицу, идя позади двух мужчин, недостаточно близко, чтобы слышать их разговор, но достаточно близко, чтобы оценить их накаченные спины. Она позволила себе увлечься этим зрелищем и отвлеклась на мгновение. Длинные ноги двигались синхронно в ровном ритме сильной и властной походки. Она почти видела, как двигались мускулистые мышцы при каждом длинном шаге.

Мягкие хлопчатобумажные рубашки цвета морской пены и морской волны облегали их спины, натягивались на лопатках и заканчивались короткими рукавами на накаченных руках. Не руки бодибилдера с огромными бицепсами, а именно мускулистые, которые заставляли женщин трепетать от желания провести пальцами по гладкой коже, под которой перекатывались эти мышцы.

Пенни вздохнула. Она не знала мужчин прекраснее. И не успела она подумать о чем-то еще, как над ее головой загрохотало небо, и на нее обрушился ливень.

— Ну конечно же, — проворчала она, глядя на небо.

Потому что, как и в жизни, на нее лил не просто дождик, а ливень.

И как будто услышав ее жалобы, дождь усилился, обливая ее и улицы. Она побежала по мощеной камнями дороге к кафе Вивиан, удивляясь, куда делись те два сексуальных парня. Но мысли улетучились, когда дождь стал лить сильнее и ее бег на высоких кожаных туфлях стал опасен. Она быстро сняла их и пробежала остаток пути босиком по ручейку, который образовался вдоль тротуара, и намочила брюки выше лодыжек.

Она влетела в здание Вивиан и пошла прямо к камину, чтобы согреться у огня.

— Сегодня не мой день, — позвала она Вивиан, ее подругу и владелицу кафе.

— Ух ты, ты только глянь на себя, — сказала Вивиан из-за длинного прилавка с выпечкой.

Она схватила полотенце из-под него и поспешила к Пенни.

Пенни с благодарностью взяла полотенце.

— Моя спасительница, — произнесла Пенни, вытирая лицо, мокрые волосы и промокшую одежду.

Она быстро оглядела кафе и увидела двух посетителей, которых тут же узнала: цвета морской пены и морской волны. Они сидели за столиком за ней у камина и широко улыбались. У Пенни тут же дыхание перехватило. Она думала, что не может оторвать взгляд от их спин, но если продолжит глазеть на их красивые черты лица, ей понадобится реанимация.

Видимо, в городе проходили съемки. Эти двое мужчин были настолько обворожительны, что могли быть только выходцами из Голливуда. Она не могла определить, кто красивее: тот, у кого голубые глаза, с загорелой кожей и с золотистыми волосами или тот, что с пронзительными шоколадно-карими глазами и густыми волнистыми волосами. У нее ослабли колени, и она схватилась за каминную полку, чтобы не упасть.

Она слабо улыбнулась, и ее охватило смущение. Наверное, она выглядела, как мокрая курица, в то время как два этих качка были полностью сухими. Как они смогли избежать ливня?

— Похоже, тебе не помешает латте, — сказала Вивиан, возвращаясь за стойку.

Пенни перестала пялиться на двух симпатяжек и посмотрела на подругу.

— Сделай двойной.

Это поможет ей сконцентрироваться, потому что у нее определенно нет времени отвлекаться на красавчиков. Ей нужно сфокусироваться на работе и исследовании.

— И появился лакомый кусочек, которым я мог бы насладиться, — сказал Гермес, с интересом наблюдая за мокрой женщиной у камина. Ее кремовая блузка и слаксы промокли насквозь и очень соблазнительно прилипли к коже.

— И могу сказать, что у этой женщины превосходный вкус в выборе нижнего белья, — согласился Тритон, его губы расплылись в широкой улыбке.

— Не говори такого при Софии, — предупредил друга Гермес.

— Я женатый, но не слепой, — ответил Тритон, но Гермес едва ли его слушал, потому что любовался женщиной.

Нежный лифчик едва удерживал полные груди и почти не скрывал тугие розовые бутоны под тканью. Даже от простого взгляда на ее полную грудь у него потекли слюнки. Бедняжка замерзла и промокла насквозь. Он должен сделать что-нибудь, чтобы ей стало лучше. Например, вытащить ее из мокрой одежды и уложить в свою постель. Он уже начал вставать, когда Тритон положил ему руку на плечо.

— Так о чем мы говорили?

Гермес неохотно повернулся к нему.

— Говорили?

— О вечеринки Софии.

— Может, планирование маленькой вечеринки подождет до вечера? Бедняжка отчаянно нуждается в тепле.

— Не может, — сказал Тритон, качая головой.

— Кто ты и что ты сделал с моим лучшим другом? — пожаловался Гермес.

— На такую женщину как она потребуется больше, чем твое внимание на полдня, — ответил Тритон. — А у тебя столько времени нет. Вечеринка в эту субботу, и учитывая скорость, с которой мы работаем сейчас, Софии стукнет пятьдесят, когда ее вечеринка начнется.

— Ты как всегда преувеличиваешь! Просто позови слуг и скажи им…

Слова застряли в горле, когда женщина, о которой шла речь, казалось, наконец осознала, какой восхитительный вид открывает ее промокшая одежда и покрылась самым розовым оттенком румянцем. Девушка тут же отвернулась к камину, открывая прекрасный вид на свою задницу и тонкие кружевные стринги. Одобрение Тритона изобретению этого вида нижнего женского белья в двадцатом веке только возросло — его член с ним согласился.

— Гермес, — настойчивым голосом повторил Тритон.