Читаем Город пепла и грез онлайн бесплатно

— Ты понимаешь, что ты делаешь?

Отец был собран и аккуратен, как всегда. В крохотном номере этой всеми забытой гостиницы, в заднице галактики, он напоминал дорогую фарфоровую статуэтку, случайно брошенную в кучу мусора.

Идеальный костюм, идеальная прическа, идеальный изгиб смоляных бровей. Все в нем было слишком идеально, выглажено и выхолощено. Все, даже самые минимальные, огрехи вроде седины и слишком глубоких морщин убирались безжалостно, оставляя вместо человеческого тела красивую картинку.

Сколько ему лет?

Почему-то совершенно вылетело из головы. Разве я умею забывать?

— Понимаю, — отвечать нужно было быстро и четко. Никаких разглагольствований, никаких словесных прелюдий. Нельзя было дать этому человеку ни малейшей возможности ухватиться за неточность или сомнения. Не было никакого желания спорить или драть горло, доказывая свою правоту.

И сил тоже не было.

Я их растерял. Сейчас или вчера? Или неделю назад? Казалось, что чувство усталости было со мной всегда, давило на хребет и выкручивало каждый мускул, будто хотело разорвать меня на части.

— Если ты освободишь Посредника, то я все еще могу обещать тебе…милосердный суд.

Я склонил голову набок и рассматривал отца из-под полуопущенных ресниц. И порадовался, что Геранта не было в комнате, потому что, видит Саджа, он бы высказал старику все, что хотел. У вольного за эти дни накипело на два полнехоньких ведра брани.

«Милосердный суд». Вы только вслушайтесь!

Суд за что? За попытку спасти Заграйт и все человечество от превращения в корм? Я, конечно, понимал, что будет нелегко, представлял масштабы драмы, которая развернется, когда до Совета дойдет слушок о похищении Посредника, да не кем-нибудь, а магистром Звездной гильдии.

Ублюдок факты умело исказил.

До того, как мы его скрутили, передал сообщение в Совет: мол, отдал гильдии приказ забрать груз, а я и моя шайка решили торговаться и выгадывать условия получше, скрылись на Кулгане, подставили кулганцев под удар. Нарушили целую кипу законов и перебили весь боевой отряд, сопровождавший Посредника.

Он пытался урезонить вышедшего из-под контроля магистра и угодил в плен. Благо хоть больше сказать ничего не успел — Бардо постарался, да так хорошо, что Посредник пришел в себя лишь на вторые сутки. Пришлось бежать, и быстро, пока Кулган не стал полем боевых действий.

Кулганцы погрузились в молчание и не отвечали ни на какие запросы Совета. Их не сдвинули с места даже прямые угрозы. Галактические библиотекари знали, что на кону, и предоставили нам карты и точки входа в дальних секторах, где можно было благополучно спрятаться. Затаиться на время и разработать надежный план.

Ведь доказать невиновность нам было нечем. Слово кулганцев и беглых «преступников» против заявления Посредника.

В свое время я убирал людей и за меньшие проблемы.

И предатель сейчас мог поступить умнее. Рассказать Совету о Ключе самостоятельно, выставив все таким образом, что он хотел получить оружие против врага, которое помогло бы добраться до материнской планеты и вырвать само сердце захватчиков.

Но не получил, потому что беглецы присвоили его себе.

Это откроет настоящий сезон охоты за головами, а Совету, видит Саджа, есть что предложить.

Разумеется, смельчаков, что возьмутся за работу, потом пустят в расход. Предателю не нужны свидетели, но желающих может найтись столько, что втроем будет не отбиться.

И Ключ исчез, прихватив с собой Бурю, Ши и…

Я прикрыл глаза и попытался отогнать всплывшую картину.

Весь пол перед кабинетом в чем-то черном, липком и скользком. Вокруг ни души, хотя Герант клялся, что видел чьи-то фигуры на платформе всего мгновение назад. Я хотел позвать Флоренс, но язык во рту одеревенел от напряжения. Во мне кипело совершенно иррациональное чувство вины.

«Я должен был оставить ее при себе», — кричало что-то внутри.

Тихо, неуловимо, но настойчиво.

Пыль хрустела под сапогами, повсюду было разбросано мелкое стеклопластовое крошево, и стоило сделать шаг вперед, как взгляд привлек слабый блеск. Пальцы подхватили тонкую цепочку, украшенную мелкими цветами, замысловатыми фигурками и колечками.

Всю перемазанную в крови.

Флоренс с этой безделушкой никогда не расставалась — обматывала вокруг запястья, потому что не любила носить украшения на шее.

— Подарок матери, — услужливо подсказала память.

У нее был голос Авроры. Немного покопавшись в настройках модификации, я смог изменить голос модуля памяти на голос сестры. Это утешало меня и давало сил не провалиться в форменное безумие. Я даже иногда мог представить, что Аврора и правда здесь: смотрит хмуро и качает головой.

У цепочки пришлось починить замок, и сейчас она лежала передо мной на столе. Терпеливо очищенная даже от самых мелких красных точек.

— Посредник может выдать того, кто снюхался с камкери.

— Без этого вашего…Ключа информация не будет иметь веса для Совета.

— Плевать я хотел на Совет, меня интересуют только мои люди. В неизвестность канули два моих человека, и я не успокоюсь, пока эта сука не запоет соловьем.

— Вас будут искать, — отец сильно побледнел, и меня внутренне передернуло от досады.

Все ради его долбаной эгоистичной власти над ситуацией. Только самые правильные дети, самые лучшие женщины, самые высокие посты, самая незапятнанная репутация.

Идеальность в бесконечной степени.

— Ты сам вышел со мной на связь, — когда я поднялся и прошел мимо него, то не удержался и хлопнул старика по плечу. И рука проскользила сквозь него, как сквозь кисель. Высококачественная, сверхреалистичная голограмма. — Я твоей помощи не просил.

— Подумай о семье, хотя бы раз! Ты ставишь под угрозу не только себя и меня, но и Аврору!

— Не смей мне говорить об Авроре! Она, как никто другой, понимает мои мотивы. Это ты готов на все ради…чистоты. Убирайся, — от резкого удара по столу звякнули пустые стаканы и жалобно задребезжал графин с водой. — И помни, что если кто-то в ближайшие сутки придет сюда по мою душу, я буду знать, кто их натравил.

— Ты совершаешь ошибку, сын, — отец примирительно поднял руки, будто и правда боялся нападения. — Камкери продвинулись довольно далеко по сравнению с их захватами за прошлые двадцать лет, но это не повод ставить под сомнения кого-то в Совете! Одних баек кулганцев мало. Да, они знатоки сотен культур, но кто поручится, что они не ошиблись? Камкери уже несколько лет хозяйничают в рукаве Персея и не пытаются захватить соседние территории. Не обнаружено никакой активность пространственных врат. Они стоят мертвые, как и столетия до этого. И камкери уничтожат, рано или поздно! Их отряды мельчают, все больше тварей гибнет от пуль патрульных и в колониях людей.

— Болезнь от этого никуда не девается. Никто не знает, как лечить «бич».

— Ты и правда веришь в сказку, что болезнь подготавливает планеты для поглощения? Кем?!

— Отец, я все сказал. Мне больше нечего добавить.

— Ты пожалеешь о своем решении, — пробормотал он и раздраженно сжал рукой переносицу. — Попомни мои слова. Ты всех нас потянешь за собой!

— Я жалею только об одном, — пальцы сами устремились к крохотной кнопке на столе, которая отключала связь. — Что не был там, когда Флоренс и Ши утянуло во мрак.

Щелчок.

Отец растворился, так и не успев оставить за собой последнее слово.

— Ах, Герант, сто лет не виделись.

Она всегда просила называть ее «Госпожой Лир» — было в этом что-то такое странное и поэтичное, а я никогда не противился.

Все-таки Алиго Вакоши была властной и влиятельной женщиной, а властным и влиятельным можно простить некоторые прихоти.

Она сидела в кресле с высокой спинкой, и все ее внимание было сосредоточено на инфо-планшете, где мелькали таблицы, цифры и графики. В ее кабинете все было сделано с любовью к натуральности.

Алиго не признавала стеклопласт, синтетику или их замену. Только дерево, шелк и свет настоящих восковых свечей, а воздух ароматизировался специальными, вымоченными в эфирном масле палочками.

— Чувствуй себя как дома. И налей мне вина, вольный. В горле пересохло.

Она чуть повернула голову и тепло улыбнулась. Ярко-красные идеально очерченные губы растянулись ровно настолько, чтобы не показывать острые клыки. Если присмотреться внимательнее, то легко понять, что перед тобой сидит полукровка, но угадать «вторую кровь» — непростая задача.

Это мог быть кто-то из вампирской расы калиго, но я никогда не брался определять. Вакоши могла перегрызть горло за одну только попытку покопаться в ее родственных связях.

Тяжелые черные локоны зачесаны вверх, отчего на всеобщее обозрение была выставлена смуглая, золотистая кожа тонкой шеи. Изумрудные глаза рассматривали меня с ленивым любопытством, без подозрения, а острый длинный ноготь постукивал по крышке стола, вынуждая тихо позвякивать серебряные браслеты на точеном запястье.

Я сделал всего три шага от двери к низкому столику у окна и откупорил старинную, перевитую сциловыми лианами бутылку. Помедлил немного и разлил напиток в два бокала.

— Мальчик мой, да на тебе лица нет, — протянула Госпожа Лир, и уголки ее губ дернулись вниз. — Может кто-то из моих девочек развеет твои печали?

Я протянул ей бокал и отошел назад, чтобы сесть, наконец, и дать отдых ногам. За последние несколько дней я почти ничего не ел, не мог спать, дышать и думать трезво. Грубый ответ крутился на языке, а я давил его из последних сил, потому что от решения Госпожи зависел успех нашего плана; и Фэд совершенно четко выразился, что без транспорта видеть меня не желает, а сам к Вакоши не сунется из-за давних трений его отца и всего этого борделя.

Что ни говори, а дел Тирен старший никогда не умел держать собственное хозяйство в штанах.

И я достану Фэду этот блядский корабль, чего бы мне это ни стоило!

Алиго прищурилась и тихо охнула, будто заметила что-то невероятное. Женщина двигалась стремительно, и я даже сесть не успел, как тонкие крепкие пальцы уже сжимали мое плечо.

— Саджа всемогущая… — пробормотала она, принюхиваясь. — Да ты отмечен, Герант!

— Экая неожиданность, — я повел плечом, стряхивая цепкие пальцы.

— После смерти Анны мне всегда казалось, что ты не возьмешь другую женщину, — Госпожа вернулась в кресло и развернула его так, чтобы мы сидели лицом к лицу. — Такая утрата для всех нас! Мои девочки потеряли последний шанс тебя захомутать.

— Твои «девочки» пьют кровь клиентов.

— Но ворон мог выбрать кого-то из них, — Госпожа Лир пожала плечами, — пути Саджи неисповедимы. Итак!

Она потянулась к лежащей на столе пачке сигарет и с наслаждением закурила.

— Детали мне не нужны. Уже все в курсе, какого шуму вы наделали с этим своим…магистром.

— Быстро новости растащили…

— Ну конечно, солнышко! Наемники, убийцы и шлюхи — всегда в курсе всех самых горячих сплетен и наград за чужие головы.

Я осторожно отставил бокал, так и не сделав ни единого глотка, а Алиго продолжала улыбаться, будто не замечала неловкой тишины.

— Я не стану тебя продавать, Герант, — говорила она медленно, выделяя каждое слово. — Ты мне как сын. Видит Саджа, ты давно здесь не появлялся, но большая часть моих девочек обязаны тебе жизнью и благополучием. И я сделаю вид, что не заметила твоего подозрительного взгляда. Расслабься и не заставляй меня просить дважды.

Алиго сделала крохотный глоток и выразительно облизнулась. Надеюсь, что в вина она кровь своих клиентов не добавляет.

— Я знаю, зачем вы прилетели, но новости у меня дурные. Корабля здесь нет.

— Кулганцы сказали, что именно ты купила его пять лет назад.

— Да, — женщина отставила бокал и закинула ногу на ногу, в ее глазах появился какой-то темный, хищный блеск. — «Цикута» пропала. Она направлялась на Гисторио, в созвездие Лебедя. И исчезла без следа.

От удивления у меня брови поползли вверх.

— У тебя пропал древний корабль-артефакт, а ты так спокойно об этом говоришь?

— А чего ты ждал? Заламывания рук? Я не настолько помешана на знаниях и древностях, как кулганцы. Да, «Цикута» была полезна, потому что летала в подпространстве быстрее всех, но на том и все.

— На ней есть уникальная поисковая система.

Алиго широко ухмыльнулась.

— Но нужна она тебе, а не мне, правда? Какое мне, старухе, дело до поисковых систем?

Я сжал бокал с такой силой, что стекло затрещало под пальцами. Злость клокотала внутри, но смысла в ней было ноль. В самом деле, Госпожа Лир никогда не покидала облюбованную планету, а «Цикуту», судя по докладам кулганцев, использовала разве что для развлечения и прогулок своих клиентов. Она организовала самый быстрый транспорт в галактике и не волновалась о том, что с ним может случиться.

Не основная статья доходов, так что, не все ли равно?

— Значит, я прилетел сюда зря.

— Нет, конечно! — Алиго расхохоталась, да так искренне, что я невольно усмехнулся в ответ. — Я могу предоставить тебе и твоей…шайке другой корабль. У вас, вроде как, есть умелый и бесстрашный пилот. — Она наклонилась вперед и заговорщицки зашептала: — И назвать координаты последней точки выхода для «Цикуты». Можете полететь туда и сами осмотреться. Найдете корабль — и он ваш. В бессрочное пользование. Как тебе такой план?

Я проснулась рывком, в холодном поту и с размазанными по щекам слезами. В горле что-то угрожающе булькало и перекатывалось, раздирало плоть острыми колючками. Закашлявшись, я сплюнула на землю вязкий черный комок, а следом — еще один поменьше.

Вся одежда была перемазана чернотой, а к полынной горечи примешался запах засохшей крови и желчи.

Тело ломило так сильно, что я искренне засомневалась: смогу ли подняться?

Воздух вокруг был нагрет до той опасной отметки, когда мог бы поджечь легкие при малейшем вдохе.

Стоило только попытаться распрямиться, как затылок на полном ходу врезался в нависший сверху камень. Из глаз чуть искры не брызнули и, обхватив несчастную голову руками, я откатилась в сторону на безопасное расстояние.

— Проклятье… — поднявшись осторожно и приложив ладонь к глазам, чтобы защититься от безжалостного жаркого света, я несколько раз моргнула и решилась осмотреться по сторонам.

Соль на щеках плотно въелась в кожу, отчего казалось, что кто-то обмазал мне лицо клеем.

И мир вокруг оказался мне определенно не знаком. Из-за жары можно было бы принять его за Кулган, но я хорошо запомнила местный ландшафт и совершенно точно находилась на другой планете.

Застывший в янтаре осколок неизвестности, чьего названия я не знала.

И вокруг ни души.

Где же Флоренс? И Буря…

Пояс с клинком были на месте. Лучше, чем ничего, — не придется искать подручные средства, чтобы прирезать ублюдка.

Впрочем, я готова была сделать это голыми руками.

Картина искалеченного Бури, вставшая перед глазами, была настолько реальной, что я на секунду ощутила привкус крови во рту и красные пятна незамутненного, испепеляющего гнева расплылись перед глазами.

Пусть эта сука только подождет, пока я спущусь!

Под ногами — каменный треугольный уступ десять на десять ярдов, а за ним — пропасть в сотню ярдов глубиной.

«Острие» указывало куда-то вглубь бесконечной пустыни, а поверхность под ногами мягко пружинила и была испещрена мелкими «оспинами», как губка. От любого, даже самого осторожного, шага в воздух поднималось облачко золотистой пыли.