Читаем Гори все синим пламенем (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Ребята и девчата, писал и сразу выкладывал практически без проверки, так что не удивляйтесь большому количеству ошибок. В ДАННЫЙ МОМЕНТ ЗАНИМАЮСЬ ПРАВКОЙ. ТЕКСТ НЕ ПРОСТО РАЗРАСТЕТСЯ - БУДУТ ДОБАВЛЕНЫ НОВЫЕ ЭПИЗОДЫ Герою следующего ниже повествования повезло родиться на белый свет сатиром с магическими способностями, в результате чего и он попал из родного Леса к людям и другим представителям разумной жизни. Вернется ли он домой? И что будет когда он вернется? Правка от 05.12.

Свистунов Н Н

Свистунов Н Н

Гори все синим пламенем.

Внимание!

Данное "произведение" будет содержать нецензурную брань, плоские шутки, сцены насилия, постельные сцены и другое не рекомендуемое к прочтению детям и лицам с тонкой душевной организацией.

Аннотация:

Герою следующего ниже повествования повезло родиться на белый свет сатиром с магическими способностями, в результате чего и он попал из родного Леса к людям и другим представителям разумной жизни. Что он там переживет? Вернется ли он домой? И что будет, если он вернется?

ВНИМАНИЕ!!! Это не произведение про магическую академию, хотя она и будет присутствовать в тексте.

Гори все синим пламенем.

***

Погодка в тот день поздней весны радовала. Солнышко уже поднявшееся поближе к зениту палило вовсю. Слышались голоса птах спешивших поделиться своими песнями со всем миром. Из села и с полей доносились привычные звуки хозяйственных работ: тут плотники топорами тюкали, там бабы у колодца бранились, а вон там какие-то затруднения в работе решали при помощи забористых матюгов. Родной Лес шевелил ветками, "дышал" ветром, шумящим в кронах.

Все эти звуки были столь привычны, что становились почти незаметны, но мы иногда прислушивались к ним. Вдруг бы да скользнуло что-то предупреждающее об опасности. Вдруг лежка уже засвечена и ее давно пора менять. Попадись на глаза взрослым, или даже ровесникам, в очередной раз. Тут же дошло бы до родителей, что в то время, когда день труда зимнюю неделю кормит, мы занимались столь благородным делом как отлынивание от работы. И тогда все. Точнее все только началось бы: крики, хворостины и труд на благо семьи и общины.

Боялись, прислушивались, но сидели совсем не тихо. На это нас никогда не хватало, да и пропал бы тогда смысл в нашем любимом занятии. Зачем отлынивать от работы, если процесс отлынивания вдруг станет еще скучнее, чем работа? Вот и скрашивали времяпрепровождение незлобивой, а то и злой шуткой, разговором каким или еще чем не связанным с созидательным трудом. Иногда могли и подраться меж собой...

- У Мирки такая жопа! - восхищенно сказал Сур потирая лоб меж уже хорошо заметных козлиных рогов и прикрывая глаза, что бы увидеть воображаемую картину удаляющихся покачивающихся крутых бедер. И далеко не факт, что в этих фантазиях девичьи прелести были прикрыты одеждой. Мечтательный Сатир был почти на полгода старше меня и почти на год старше Милта, при этом не имел ни постоянной, ни временной подруги. Так что в нем наверняка сильнее бурлила кровь, и большую часть времени он думал только о противоположном поле. Даже юному сатиру без возможности сбросить сексуальное напряжение тяжело, по крайней мере, гораздо тяжелее, чем человеку, эльфу, гному или кому иному. Наша натура такова, что из разумных сравниться с сатирами в сексуальной активности могут, пожалуй, только гоблины, которым необходима просто огромная плодовитость для сохранения популяции.

- Кто о чем, а этот о жопах, - махнул рукой наш младший товарищ, у которого рога тогда еще вовсе не наклюнулись, отчего он довольно сильно комплексовал.

- Я-то хоть про жопы, а не про рога, которых нет! - лучшей подначки, чем про рога, для мелкого не придумать и Сур беззастенчиво этим пользуется.

На лице Милта тут же заходили желваки, а кулаки его сжались. Это уже далеко не первое напоминание о наболевшем за сегодняшний день, так что если не вмешаюсь драки не миновать.

- Милт не кипятись, он же специально тебя доводит! Сур на хрена ты это делаешь?! Он же на тебя кинется сейчас!

- Я знаю! - старший из нас расхохотался.

Этот здоровяк больше нашего младшего практически в полтора раза ему сойтись на кулачках только кости размять, а у Милта опять синяки будут в половину лица. Ему мамка в очередной раз запретит с нами общаться и по замок посадит, ну а вдвоем что-либо делать куда меньше интереса, чем втроем. Мелкий же уже только что не трясется от злости.

Ну, вот кинулся. Хохотавший Сур не успел среагировать вовремя и получил смачную зуботычину, от чего впечатался затылком в стену сарая возле которой сидел. В следующую минуту сатиры покатились, молотя друг друга, что было силы. Друзья прямо не разлей вода.

- Хватит! - я сам уже бесился, но парням было наплевать.

Здоровяк предсказуемо подмял Милта под себя и приготовился хорошенько отлупцевать его, но я схватил задиру сзади и сволок с трепыхающегося мелкого.

- Даш не лезь! - беспардонный драчун махнул в отмашку рукой и зарядил мне в глаз.

Я отшатнулся, хватаясь за глаз, словно пытаясь поймать разлетающиеся из него искры, и почувствовал, как горячий комок ярости разгорается где-то в глубине моего брюха. Это он зря сделал.

- У-у-у, - замычал нечленораздельно и двинулся на обидчика с намереньем задать ему такую трепку, что бы надолго запомнил.

- Ой! - Сур отскочил и приготовился отмахиваться от двоих.

Я тоже скрежетнул зубами и окончательно приготовился пустить в ход кулаки. Милт, однако, драку не продолжил, а уставился на меня глазами размером с полновесную серебряную десятку.

- Даш, ты горишь, - восхищенно-растерянно выдохнул он, утирая тыльной стороной ладони кровь, сочащуюся из разбитого носа.

После этих слов драчуны оба уставились на меня, выпучив глаза. Особенно меня поразил Сур уже забывший об опасности схлопотать по наглой роже. Нахмурился, не понимая, что происходит и, глядя на них как на идиотов.

- Чего? - наконец спросил я.

- Ты горишь, - повторил, будто недослушивающему младший.

- Ты курнул чего или тебе Сур окончательно маковку стряхнул? - не поверил я в его утверждение.

- Правда, горишь, и дым из носа валит, - подтвердил, опуская руки, и разжимая кулаки, наш любитель подраться.

Я свел глаза к переносице и обнаружил две струйки черного дыма тянущегося из ноздрей вверх. Потянулся потрогать это чудо руками и замер на середине движения. Мои руки пылали не в переносном, а в самом что ни наесть прямом смысле. Ало рыжие всполохи пламени украшали мои ладони. Два маленьких костра горели у меня на руках не причиняя боли, но от этого не становилось менее страшно.

- Бля! - выкрикнул, замахав руками в попытке сбросить с себя огонь.

У меня это получилось, вот только легче не стало. Один из ошметков пламени улетел в сторону опушки леса и потерялся где-то в высокой зеленой траве. А вот второй угодил в аккурат в крышу сарая, покрытую по прошлой осени соломой. На беду кормов хватало и эту солому за зиму скотине так и не скормили. Полыхнуло прямо загляденье. Следом за соломой живенько занялся сухой тес, что был под ней, затем стропила и все остальное, но мы, по определенным причинам не стали досматривать.

- Ептыть! - воскликнул Сур, увидев разгорающийся пожар.

- Бежим! - подал более рациональную идею Милт и первым понесся прочь от места происшествия.

Все правильно. У нас такое происшествие не первое. В прошлый раз нечто похожее случилось, когда каким-то чудом в наше захолустье забрел фокусник с целой повозкой различного псевдомагического барахла. Наши на радостях все дела отложили, и целый праздник устроили, а мы под шумок уперли фейерверки, да вот беда не знали, как их использовать. Запалили мы их прямо в сарае, и полыхнуло так, что еле успели скотину вывести. Несмотря на то, что скотину вывели именно мы, я после понесенного наказания сесть не мог пять дней. И все эти пять дней вместе с сотоварищами, активно участвовал в восстановлении пострадавшего имущества. Таскал бревна, пилил, строгал и делал многое другое, от чего не удалось отмазаться, и что доверили наши плотники. Самостоятельную работу нам в виду озорных характеров тогда не доверяли, да и теперь обязательно обеспечивали строгим надзором.

Хотя беги, не беги родители наверняка, и так узнали бы абсолютно все. Да даже если бы сарай спалили не мы, списали бы все на нас. В любом случае нашлись бы те, кто видел или слышал, что напроказила именно наша троица. А кто еще? Сур, Дашь и Милт самые первые оторвы на селе. Где беда там эти трое - это аксиома доказанная жизнью и более не требующая никаких доказательств. Мне до сих пор порой кажется, что случись в то время нашествие пустынников или гоблинов, то обвинили бы нас.

Сурта вон вообще родители готовы в армию записать. Его папаша так и сказал, что дебила (ага прямо так) только армия исправит. И желательно попасть хулиганистому сыну именно туда где служит сержант, воспитавший столь достославного отца. А мы с Милтом, разумеется, без Сурта, посмеивались над подкаблучником, плотно засевшим под туфлей жены. Супруга только шикнет на него, а он уже побитой собакой смотрит и ищет как вину, которой нет, искупить. Достославный просто слов нет.

Про то, что нас вычислят, как-то тогда никто не вспомнил. Так и побежали к лесу: впереди парни, а позади я с дымящимся как у дракона носом. Бегу и машу руками, стараясь стряхнуть ничуть не обжигающее пламя и то и дело роняя в траву огненные капли в траву. Сердце в пятках, а сфинктер сжался, так что игла не пролезет. Деревья мелькали перед лицом так, что так и не понял, как ни в одно не врезался.

- Стой! Стой! - завопил Милт.

Сур видя что, не реагирую, набрался смелости сбить с меня с ног на груду намытого ручьем речного песка. Я смотрел на то на них выпученными глазами, а парни спасали жертву огня, бодро засыпая полыхающие конечности речным песком.

- Что это было? - всплеснул руками здоровяк, когда полыхающие руки скрылись в толще песка.

- А я знаю? - решив, что все уже затухло, сбросил с себя песок: - Ебаный в рот! - изумленью моему не было предела.

Милт стянул с себя через голову рубаху и принялся сбивать пламя. Огонь вместо того что бы послушно потухнуть перекинулся на одежду и уже через мгновение парень втаптывал рубаху в песок своими очень похожими на козлиные копытами.

- Вот это ж... - эмоции у паренька плескали через край, так что продолжить предложение он не сумел.

- Ручей! Попробуй водой! - подал идей наш драчун, сопровождая свои слова притопыванием и тыча пальцем в неспешно бегущий за нашими спинами источник воды.

Я бросился к ручью и сунул руки по самый локоть. Раздалось шипение, пошел пар и конечности вроде потухли, но как только я их достал на воздух вспыхнули вновь.

- Да что же это такое! - с воплем сунул руки обратно в ручей и так и оставил.

Просидели какое-то время в нервном молчании.

- Ну, что? - пристроился рядом на корточки Милт и сунул в воду грязную рубаху.

- Не знаю. Боюсь доставать, - признался я.

- Потухло, наверное, уже, - по другую сторону плюхнулся на песок Сур.

- Наверное, уже, - скривив лицо, зло передразнил товарища: - А если ни хрена не потухло и не потухнет? Что делать? Русалкой становиться?

- У русалок титьки говорят большие, - наш старшенький тут же мечтательно закатил глаза, напрочь забыв о постигшей меня беде.

- Иди вздрочни уже и успокойся. Тебе ялда совсем думать не дает, - ворча с опаской, достал одну руку и тут же сунул ее обратно: - Горит, блядь.

- Зато у русалок манды нет, - решил огорчить товарища неумело полощущий в воде рубаху Милт.

- Как нет?! Обязательно есть! У любой бабы должна быть манда иначе это и не баба вовсе! Бабы без титек бывают, а без манды нет! - встрепенулся наш чрезмерно озабоченный друг.

- Дебилы, - констатировал факт, чувствуя, как понемногу успокаиваюсь.

Вместе с успокоением потихоньку и жар в брюхе стал уменьшаться, но это я понял не сразу.

- У тебя вроде нос дымиться перестал, - обратил внимание мелкий.

Я достал руки из ручья и увидел как пламя, объявшее ладони уменьшается и постепенно затухает.

- Слава Творцу, - воздел мелкий руки к небу.

- Ага, - вяло прошептал я и, пошатываясь, встал в полный рост.

- Э! Э! Э! - Сур, наконец, бросил размышлять о том, где и как русалки прячут самое сокровенное, и подхватил меня под руку.

Усталость накатывала волнами пытаясь удержаться на подкашивающихся ногах, повис на плече одного друга, а второго ухватил за торчащее в сторону вытянутое ухо, что своим видом также как ноги и рога роднило нас с козами. Если бы шерсть на них была, то и вовсе уши от козлиных не отличались бы.

Пойманный за ухо Милт что-то сдавленно пискнул, но сути я уже не уловил. Усталость накатила с еще большей силой, и необоримо потянуло в сон. Веки отяжелели, словно каменные, а ноги отказались слушаться вовсе. Меня уложили под раскидистую березу и там и оставили под присмотром Сура. Милт же помчался в село. Парни сообразили, что дело худо и взрослых надо звать, несмотря на перспективу наказания любой суровости.

***

- Давай вставай! - обладатель до боли знакомого голоса таскал меня за ухо, грозя его сделать еще длиннее или вовсе оторвать.

- Батя, дай поспать, - я попытался отмахнуться от отца, но рука была перехвачена за запястье и больно сжата.

- Зачем сарай спалил?!

После этого вопроса припомнилось как-то все и сразу, но отвечать на четко поставленный вопрос я не стал.

- Молчишь! Да я тебя! - родитель подхватил лежавший неподалеку метровый дрын и замахнулся для удара.

- Батя, зашибешь! - стряхнув остатки, сна ужом скользнул в сторону и стартовал в сторону деревни, начав забег еще на четвереньках.

- Стой! - отец припустил за мной, но изрядно поотстал.

Бежать с тяжелой дубиной было тяжело, так что он быстро ее бросил, но даже тогда я не рискнул к нему подойти. Ведь есть еже ремень с тяжелой пряжкой на поясе, да и пустые руки у моего родителя были не легки.

В общем, так мы и проделали весь путь до дома на радость всем соседям. Дома я сам нырнул в кладовку и заперся там, так сказать во избежание воспитательного процесса. Тут же за дверью послышалась возня отца. Он подергал за ручку двери, а потом подпер ее снаружи, что бы я ни выбрался самовольно.

- Мать, Даша не выпускай! - предупредил батя свою супругу и мою матушку по совместительству, а после покинул дом.