Читаем Глупый Купидон онлайн бесплатно

Оригинальное название:  Sydney Logan — Stupid Cupid (2014)

Перевод и сверка:Solitary-angel

Редакция: Hope

Русификация обложки: Solitary-angel

Книга переведена специально для сайта: WorldSelena

Джада Морган искренне ненавидит День святого Валентина. Что особенно обидно иронично, ведь она работает в компании, которая зарабатывает на сердечках, розовых открытках и признаниях в любви. Купидон для неё — скорее вредитель, чем романтический герой.

Когда в офисе появляется Нейтан Рейнольдс — новый графический дизайнер с обезоруживающей улыбкой и таким же скептическим отношением ко всем «валентинкам», — Джада неожиданно находит союзника. Совместная работа над главной маркетинговой кампанией года превращается в остроумный обмен колкостями, поздние вечера и чувство, которое совсем не входило в планы ни одного из них.

Постепенно Джада узнаёт, что за иронией Нейтана скрывается заботливый отец-одиночка, а его маленькая дочь умудряется растопить даже самое циничное сердце. И всё идёт слишком хорошо… до тех пор, пока Джада не узнаёт, что на корпоративную вечеринку Нейтан собирается прийти вовсе не с ней.

Неужели глупый Купидон снова всё испортил? Или иногда вторые шансы приходят именно тогда, когда в любовь уже не веришь?

Трогательная, тёплая и забавная история о чувствах, семье и о том, что настоящая любовь не нуждается в открытках — она просто случается.

— Ненавижу День святого Валентина.

Аннализ, моя коллега и лучшая подруга, подняла глаза от ноутбука и ухмыльнулась мне:

— Это досадно, Джада, потому что ты работаешь в компании по производству поздравительных открыток.

Да, это очень досадно. В конце концов, я не для того потратила четыре года на получение степени по английскому языку, чтобы проводить дни, сочиняя глупые сентиментальные тексты для открыток. Однако счета по студенческим кредитам не могли ждать, пока я напишу великий американский роман, поэтому я приняла предложение о работе в «Дизайны, идущие от сердца к сердцу», где писала поздравления для рождественских открыток.

Я никогда не планировала делать здесь карьеру, но всё изменилось полгода назад, когда меня назначили ассистентом автора открыток ко Дню святого Валентина.

Или, как я люблю это называть, восьмым кругом ада.

— Я не понимаю, Джада. Оглянись вокруг, — Аннализ обвела рукой комнату. — Как можно не проникнуться духом Дня святого Валентина со всеми этими украшениями?

В этом году маркетинговая кампания называлась «Стрела Купидона», и весь офис выглядел так, будто на стенах взорвалась бутылка «Пепто-Бисмола[1]». Брызги красного и розового были повсюду, а сотни маленьких Купидонов с луками и стрелами свисали с потолка. От всего этого у любого здравомыслящего человека поехала бы крыша.

Однако Аннализ не была здравомыслящей. Она жила ради этого праздника. Конечно, у неё был замечательный муж, который всё время щедро одаривал её любовью. Свежие букеты цветов на её столе и бесконечное пиликанье электронной почты были постоянными доказательствами его любви, преданности и внимания.

«Счастливица!»

— День святого Валентина — для влюблённых или для тех, кто притворяется влюблённым, — пробормотала я, слегка застонав, когда на моём мониторе появился образ тошнотворно-сладкой парочки, нежащейся на яхте. — Как будто это реально при нынешнем экономическом кризисе. На этот один-единственный день ежегодно тратятся миллиарды долларов. Разве не следует проявлять любовь круглый год?

— Ты права, но не у всех пар так. Некоторым нужны напоминания.

Остин, мой бывший муж, всегда нуждался в напоминаниях о важных датах — днях рождения и праздниках. Было бы легко обвинить его в моём цинизме, но, по правде говоря, я всегда испытывала лёгкое отвращение ко всей этой шумихе вокруг Дня святого Валентина.

Я определённо выбрала не ту профессию.

— Знаешь, что тебе нужно, Джада? — продолжила Аннализ. — Тебе нужно, чтобы Купидон выстрелил тебе в задницу одной из своих стрел. Как давно ты с кем-то встречалась? Ходила в кафе не со мной?

— Эмм…

— Я так и думала! Сегодня пятница, Джада. Тебе нужно чем-то заняться, а не торчать дома.

— У меня есть планы.

В её глазах вспыхнул лихорадочный блеск.

— Да?

— Да. Сегодня по кабельному — марафон фильмов с Брэдом Питтом: от «Тельмы и Луизы» до «Мистера и миссис Смит».

Аннализ застонала. К счастью, её телефон зазвонил, спасая меня и позволяя снова сосредоточиться на ноутбуке.

Я наконец нашла фотографию мальчика, целующего свою маленькую подружку в щёку. Это было не очень оригинально, но достаточно мило, чтобы остановиться и записать несколько заметок:

«Первая любовь вечна!»

«День святого Валентина — как первый поцелуй…»

«Любовь вечна, независимо от возраста!»

«Помнишь, как я встретила тебя у двери в одном лишь фартуке, и ты поднял меня на столешницу…»

— Последнее стоит вычеркнуть, — сказала Аннализ, заглянув мне через плечо.

Я сморщила нос.

— Ох, не знаю. Может, нам стоит сделать серию эротических электронных открыток. Думаешь, Марио согласится?

Марио был руководителем нашего подразделения и всегда с энтузиазмом придумывал забавные креативные дизайны, которые клиенты не могли найти у крупных производителей открыток. Ему, например, очень понравились наши электронные открытки с изображением мужчин в военной форме, которые мы разработали ко Дню отца.

— Он, вероятно, согласится на любое твоё предложение.

— Я не встречаюсь с шефом, Аннализ.

Аннализ многозначительно приподняла бровь.

— А кто говорит о свиданиях?

— Я тоже не буду.

Она захихикала и вернулась к своему столу, когда Хизер, одна из наших стажёрок, вошла в комнату. Та оглядела украшения и начала бурно хлопать в ладоши.

«Пристрелите меня, пожалуйста».

Остаток дня прошёл в том же духе. Настроение в офисе было приподнятым: все с нетерпением ждали четырнадцатого февраля и праздничной вечеринки с презентацией нашей линии открыток и подарков «Стрела Купидона».

Я чувствовала себя Скруджем — и это был ещё даже не декабрь.

С тяжёлым вздохом я закрыла ноутбук.

— Если кому-то понадоблюсь, я буду в «подземелье».

Так мы ласково называли подвал нашего графического отдела. Некоторые особо преданные художники могли проводить там по нескольку дней подряд, работая над проектами. Отсутствие окон означало полное отсутствие естественного света, и там всегда было холодно.

— Ненавижу спускаться туда, — пробормотала Аннализ.

Я пожала плечами:

— Там не так уж плохо. У меня встреча с новым иллюстратором.

— Нейтан Рейнольдс, — мечтательно вздохнула она. — Высокий, тёмноволосый, красивый и холостой. Двадцать семь лет. Родом из Оклахомы. Живёт в Вест-Виллидж.

— Может, ты ещё знаешь номер его социального страхования?

— Нет, но могу узнать.

Я закатила глаза. Аннализ была слишком любопытной себе во вред.

— Интересно, что привело парня из Оклахомы в Нью-Йорк?

Похоже, я тоже была любопытной себе на беду.

Аннализ пожала плечами:

— Никто не знает. Ходят слухи, что он очень замкнутый и почти ни с кем не общается за пределами офиса. Зато говорят, что он невероятно талантлив.

— Может быть, он сможет взять тему Валентина и придумать что-то креативное. Что-то, что уменьшит моё желание ударить ближайшего Купидона его же собственной стрелой.

— Я всё ещё считаю, что тебе просто нужен собственный Купидон.

— На самом деле это последнее, что мне нужно.

Подруга ухмыльнулась:

— Высокий, красивый и одинокий. Я просто говорю…

Меня всегда удивляла спокойная атмосфера графического отдела. Конечно, пространство было заполнено иллюстраторами и дизайнерами, неустанно работающими над своими проектами, но здесь редко болтали попусту или сплетничали у кулера. Эти художники были настоящими профессионалами, увлечёнными своей работой. Когда я чувствовала себя особенно напряжённо, иногда пряталась здесь, просто чтобы немного успокоиться.

Никто не заметил, как я вошла в комнату. Все сидели в своих кабинках, низко опустив головы, и были полностью поглощены дизайнерскими проектами на своих столах.

Оглядевшись, я искала незнакомое лицо, но, так и не найдя никого нового, видимо, слишком громко вздохнула — потому что один из ближайших художников поднял голову от своей работы.

— Привет, Джада.

— Привет, Трэвис. Как дела?

Он потёр глаза.

— Сроки — ад, но ты и сама знаешь, о чём я.

— Да, знаю, — сочувственно сказала я. — Я не хотела вам мешать. Просто искала нового парня. Наверное, я немного рановато пришла.

— Нейтана? Он, скорее всего, обедает.

Я засмеялась:

— Не думала, что вы, ребята, выходите из темноты ради чего-то столь тривиального, как обед.

— Большинство из нас этого не делает. Если еду нельзя доставить нам в коробке на вынос, мы просто не едим, — усмехнулся Трэвис. — Хотя Нейтан всегда куда-то выходит. Можешь подождать за его столом, если хочешь. Он должен скоро вернуться.

Трэвис показал направление, и, поблагодарив его, я направилась к кабинке Нейтана. Я чувствовала себя немного неловко, когда села за его стол, но быстро поняла, насколько впечатлёна.

Его рабочее место было аккуратным и упорядоченным — определённая редкость для нашего графического отдела. Я не трогала его вещи, но не могла не заметить небольшие личные детали, которыми он наполнил свою кабинку.

Слева на стене висел диплом о получении художественной степени в Университете штата Оклахома. На столе стоял в рамке комикс «Гарфилд», подписанный автором Джеймсом Робертом Дэвисом. Рядом — фотографии красивой маленькой девочки с яркими голубыми глазами и длинными светлыми волосами. На одном снимке она была в клетчатой школьной форме и держала ланчбокс с изображением «Красавицы и Чудовища». На другом — на пляже, сидя на плечах красивого мускулистого мужчины без рубашки с такими же поразительными голубыми глазами.

«Это Нейтан?»

«О да, описание Аннализ было весьма точным».

Высокий, тёмноволосый…

Но как он мог быть холостяком?

Покашливание вернуло меня к реальности, и я подняла глаза, встречаясь взглядом с теми самыми пронзительными голубыми глазами. Он улыбнулся, и я почувствовала, как моё сердце пропустило удар.

— Ты, должно быть, Джада.

Я смотрела на этого прекрасного мужчину, удивляясь тому, как звук моего имени, слетающего с его губ, способен заставить мои внутренности расплавиться.

— Я Нейтан. Извини, я немного опоздал.

Он мог опоздать на десять лет — мне было бы наплевать.

— Джада?

«Открой рот, девочка!»

Поднявшись на ноги, я протянула руку:

— Да, я Джада Морган. Приятно познакомиться.

Нейтан коснулся моей ладони, и я резко вдохнула от соприкосновения с его тёплой кожей.

— Надеюсь, ты недолго ждала. Я всегда забываю, сколько времени нужно, чтобы добраться с другого конца города. Всё ещё пытаюсь привыкнуть к мегаполису.

— В этом нет ничего страшного.

Нейтан взял свободный стул из соседней кабинки.

— Должен признаться: если бы я знал, что такая красивая девушка ждёт за моим столом, я бы, наверное, дал таксисту чаевые, чтобы он ехал быстрее.

У меня вырвался нервный смешок.

«Он флиртует?»

Нейтан потянулся к ноутбуку, и я наблюдала, как экран ожил. На заставке была та же маленькая девочка, что и на фотографиях.

— Она прекрасная, — сказала я.

— Спасибо. Это моя дочь.

Я покосилась на его левую руку и слегка улыбнулась, заметив, что на пальце ничего нет. Даже следов от кольца.

— Как её зовут?

— Арвен, — ответил он, и я заметила, с каким трепетом это было сказано.

— Хм. Кто-то был поклонником «Властелина колец».

— Кто-то и сейчас поклонник, — засмеялся Нейтан, немного смутившись. — Сейчас, учась в школе, она ненавидит своё имя. Явно бунтует, заставляя меня украшать её спальню диснеевскими принцессами. Сегодня утром она заявила, что меняет имя на Белль.

— У меня тоже Белль — любимая принцесса.

Нейтан ухмыльнулся:

— Знаешь, ты чем-то похожа на Белль — с твоими тёмными волосами и большими карими глазами.

Мы улыбнулись друг другу, прежде чем он кивнул в сторону ноутбука:

— Так что, нам стоит начать?..

— Да, нам, вероятно, стоит приступить к работе.

Он показал мне некоторые из своих работ, и слухи о его таланте оказались абсолютной правдой. Нейтан описывал свой художественный процесс и программное обеспечение, которым пользовался, но я мало что из этого понимала.

— Я не слишком разбираюсь в искусстве, — призналась я. — Обычно использую изображения для вдохновения. Мне нужно что-то визуальное, чтобы рождались идеи.

— Понимаю. У меня всё наоборот. Я нахожу значимые цитаты, а потом стараюсь создать изображение, которое передаёт нужную эмоцию.

Мы продолжали просматривать его работы, и я с восторгом замечала, как многие из моих поздравлений идеально сочетаются с его иллюстрациями. То, что планировалось как часовая встреча, неожиданно растянулось на три, и к концу мы подобрали двадцать моих текстов к его изображениям.

— Из нас получается отличная команда, — сказал Нейтан, одобрительно улыбаясь.

— Я тоже так думаю.

— Знаю, что наша тема — «Стрела Купидона», — прошептал он, — но клянусь, если увижу ещё один лук и стрелу, выколю себе глаза карандашом.

Эта шутка была музыкой для моих ушей.

— Поужинай со мной, — выпалила я и тут же почувствовала себя глупо.

Нейтан улыбнулся:

— Ты украла мою идею.

— Правда?

— Джада, я пытался набраться смелости, чтобы пригласить тебя на свидание с того самого момента, как увидел тебя сидящей в моём кресле.

Я с облегчением улыбнулась.

— Есть великолепный мексиканский ресторан в соседнем квартале. По понедельникам там подают «Маргариту».

— Я не пью, — сказал он с каменным лицом.

— О… Ну, там отличная кухня. У них лучшие куриные тако.

— Я бы с радостью, но няня уходит в шесть, — с явным разочарованием сказал Нейтан. — Мы могли бы выпить кофе или что-нибудь ещё после работы?

Я кивнула:

— Кофе — идеально.

Мы обменялись номерами телефонов и договорились встретиться в пять часов в кафе через дорогу. Когда пришло время возвращаться наверх, Нейтан предложил проводить меня.

К счастью, мне не пришлось переживать из-за любопытных или вопросительных взглядов, пока мы проходили мимо кабинок. Ни один человек не повернул голову в нашу сторону.

То, что происходит в «подземелье», там и остаётся.

— Я уже была близка к тому, чтобы вызывать поисковую группу, — заявила Аннализ, когда я вернулась к своему столу.

— Я рада, что ты этого не сделала.

Она приподняла бровь:

— Да?

— Ты была права насчёт Нейтана.

— Высокий, тёмноволосый и холостой, верно?