Читаем Глория (СИ) онлайн бесплатно

ПРОЛОГ.

— Капитан, смотрите, это она! Она! — воскликнул инженер-изобретатель Николай Седых.

Владимир Басаргин вскочил с места и подбежал к иллюминатору. Его примеру последовал и старпом — капитана — майор Лебедь. Они оба прильнули к окну космического корабля «Арго», чтобы увидеть то, ради чего они два месяца назад покинули родную Землю и вышли в открытый космос.

Да. Без малейших сомнений, это была она, Глория! Белёсая, молочного цвета дымка постепенно таяла и взору путников открывалась новая, до сего дня неизвестная никому планета. Незнакомая красавица была меньше Земли. Оба полюса планеты были заботливо укутаны в белоснежные одеяла. Суша планеты состояла всего из двух материков, утопающих в бесконечных водах сине-голубого океана. Материки эти были покрыты зелёными массивами и кое-где, местами, коричнево-жёлтыми конусами и заплатами виднелись горы и равнины.

— Они и правда похожи, — прохрипел капитан, замирая в восхищении от представленной его взору красоты, — Как сёстры-двойняшки.

— Смотри, Володя, — указал в сторону майор Лебедь, — Её спутник гораздо больше Луны. Раз в пять, а то и в семь!

Спутник незнакомой планеты был и впрямь больше нашего. Сама же Глория, так называли планету капитан Басаргин и его товарищи, была лишь в два раза больше своего спутника и в три раза меньше Земли. Она зачаровывала, манила и звала к себе, словно Серены уставшего путника, потерявшего всякую надежду на спасение. И космический корабль «Арго» завороженно плыл на встречу своему величайшему открытию. Но вдруг что-то произошло. Корабль тряхнуло. Потом толчок, ещё один. И «Арго» с огромной скоростью устремился к поверхности планеты.

— Что случилось? — испуганно закричала доктор Картелёва Нина Михайловна, вбегая в зал управления, — Вы меня слышите? Что происходит?

Но ей никто не отвечал. Капитан вцепился миртовой хваткой в штурвал и пытался выровнять корабль. Майор Лебедь следил за показателями приборов и, в спешном порядке, докладывал капитану о всех изменениях. Доктор Картелёва не стала мешкать, и решила лично попытаться понять, в чём же всё-таки дело. Она прильнула к иллюминатору и не верила своим глазам. Глория! Она существует! Капитан Басаргин и его команда отыскали её. Глория — не миф.

— Похоже мы падаем, — спешно ответил капитан и продолжал перещёлкивать тумблеры и кнопочки на панели управления. Он старался остановить падение корабля, но все попытки его были тщетны.

— Ничего не выходит, капитан, — быстро отчеканил Николай Седых, — Гравитация этой планеты очень велика. Мы не можем справиться с управлением.

А между тем корабль с бешенной скоростью летел к поверхности Глории. Бортовые приборы и датчики зашкаливали. Капитан и его команда потеряли управление над кораблём, который бросало, кидало в разные стороны.

— Похоже, капитан, дело не в гравитации, — крикнул Николай. Он подошёл к Басаргину шатаясь.

— Тогда, в чём же дело, — Владимир угрюмо посмотрел на товарища.

Догадка инженера Седых коснулась и майора Лебедя. Он подошёл к иллюминатору, у которого, словно онемевшая от невиданной красоты, стояла Нина Картелёва. Александр Лебедь обнял её за плечи и громко сказал:

— Кажется, нас кто-то ждёт в гости. Хочет познакомиться.

Капитан бросил тяжёлый, печальный взгляд в сторону своих друзей.

— Выжить бы, — вздохнул он и закрыл глаза.

**************************************************************************************

Часть 1. Земля.

— А-а-а, — вскрикнул Макс. Испуганным взглядом он провёл по комнате, чтобы понять, где находится.

— В чём дело? Что за тревога? — сонно, потирая глаза руками, пробормотала Лиза.

Новая пассия Максима Басаргина, с которой он встречался не больше двух месяцев, ещё не привыкла к ночным кошмарам своего бойфренда.

— Ничего, — Макс провёл влажной ладонью по её смуглому округлому плечику и успокоил, — Спи, всё в порядке.

Лиза ещё что-то буркнула себе под нос и уснула. Только Максу больше было не до сна. Вот уже на протяжении нескольких лет по ночам его мучал один и тот же сон. Он видел гибель своего отца. Катастрофа корабля «Арго», капитаном которого был Владимир Басаргин не давала ему покоя. Три года назад отец Макса вместе со своей командой отправился на поиски мифической планеты Глория. «Аргонавты» так её называли. Но спустя два месяца после старта, корабль и его команда бесследно исчезли во мраке вселенной. Словно кадры из фильма-катастрофы видел Макс чуть ли не каждую ночь. И в главной роли его отец.

Макс тихонько встал с постели. Комната в тёмно-синих оттенках ярко освещалась Луной. Полнолуние разливало вязкий, липкий свет повсюду: на постели, по полу и казалось, что медленно, почти незаметно стекает по стенам. Окно комнаты было распахнуто настежь. Пластиковые заслонки-жалюзи покоились по обе стороны подоконника, сохраняя надежду хотя бы на какое-то дуновение ветерка.

Макс налил себе холодного лимонада и вышел на балкон. Удобно умостившись в кресле-шезлонге, которое доживало свою жизнь здесь, он запрокинул руки за голову и стал вглядываться в ночное небо. Ночь сегодня ознаменовалась не только полнолунием, но и на удивление была звёздной.

«Отец, — размышлял между тем Макс. Вновь пережитый сон разбудил в нём воспоминания, растревожил душу, — Что с тобой случилось? Жив ли ты? Увидимся ли когда-нибудь с тобой? Много, много вопросов, на которые ответов пока нет. Да и найдутся ли они когда-нибудь?».

Он сделал глоток лимонада и вновь стал рассматривать звёздно-синюю гладь в вышине.

«Да. И всё-таки, как же они прекрасны. Они очаровывают и манят, зовут к себе. Поэтому ты улетел? Нашёл ли ты то, что искал? Наверное, одному Богу известно. Но я клянусь тебе, отец. Если когда-нибудь мне выпадет шанс узнать, что с тобой и где ты теперь, то я не упущу его, обещаю. Главное — будь жив! А эти кошмары пусть будут плодом моего воображения, моими страхами».

— Макс, Ма-а-акс! Ну Макс, проснись же! Ты что? Ты всю ночь проспал здесь?

Он открыл глаза. Перед ним, улыбаясь и качая головой, стояла Лиза. Пытаясь вдеть серьгу в ушко, она склонилась над Максом и умилялась.

— Ты как маленький! Сжался, скрутился клубочком на этом старом шезлонге. Или ты от меня решил удрать? — Лиза слегка нахмурила бровки, делая сердитый вид. Но в ту же секунду расплылась в добродушной наивной улыбке.

— От тебя не удерёшь! Я хотел, было, с балкона сигануть, да только двадцать пятый этаж! Высоковато.

— Вот тебе раз! — развела руками Лиза, — Лётчик-испытатель, а высоты боится, — подколола она.

— Так в кабине самолёта мы все герои! А вот так, без парашюта — это без меня.

Лиза звонко засмеялась и обняла Макса.

— А чего это ты уже оделась? — он демонстративно оглядел свою девушку и скривил бровь.

— А что? — Лиза сделала вид, что не поняла намёк Макса и лукаво улыбнулась.

— Как это что? Я хочу завтрак в постель, — он обнял возлюбленную за талию и повалил к себе на колени. Затем, принялся её целовать. Но Лиза ловко вырвалась из его рук.

— Я жутко опаздываю, соня, — кокетливо промурлыкала она, — Завтрак на столе. А вот насчёт постели… Так вот это только вечером. А сейчас мне пора. Если я не приеду на работу вовремя — шеф-редактор меня убьёт и уволит! Хотя, наверное, сначала уволит, а потом убьёт.

— Как вечером!? — с наигранной обидой в голосе произнёс он, — Вечером я еду к бабушке и могу задержаться. Так может не будем откладывать на ветер то, что можем «отложить» сейчас, — крикнул ей вдогонку Макс. Но Лиза уже застегнула босоножки и выходила из коридора.

— Чао! — ответила она и захлопнула за собой дверь.

— Женщины, — сказал вслух Макс и, покачав головой, побрёл в ванную комнату.

Лиза была очень милой, очаровательной девушкой. Но мало чем отличалась от предыдущих возлюбленных Максима Басаргина. Хотя она и обладала безграничной харизмой и обаянием. С Лизой Макс встречался уже третий месяц. И надо сказать, что отношения с этой девушкой за последние пять лет были самыми продолжительными. Нельзя сказать, что он был безнравственным и аморальным типом. Нет. Просто, пока он не был готов к серьёзным отношениям. А ещё он был в поисках той «одной единственной и неповторимой». Хотя, справедливости ради надо сказать, что это именно те отговорки и оправдания, которые придумывают для себя безнравственные и аморальные типы. Но, не будем осуждать Макса раньше времени. Молодо-зелено. И пока он вправе пользоваться теми дарами, которыми наградила его мать-природа.

Двадцати семилетний Максим Басаргин был ростом выше среднего, примерно метр восемьдесят — метр восемьдесят пять. Тёмно-каштановые волосы его были аккуратно уложенные в короткую причёску с пробором на правой стороне. Его карие глаза были немного прищурены, но при этом казались большими и выразительными. Правильные, тонкие черты лица делали Макса весьма привлекательны для противоположного пола молодым человеком, с хорошо сложенной крепкой, атлетической фигурой. Благодаря этому и не только, Макс постоянно находился в зоне внимания женщин и девушек. И это обстоятельство ему ой как льстило.

Солнце клонилось к закату, готовилось ко сну. Прозрачная дымка, что поднималась от нагретой за день земли, плавила и искривляла предметы, которыми был чётко очерчен горизонт. И вечернее зарево оранжевой полоской ещё лежало на земле, а выше него сине-голубое небо уже готовилось зажечь серебряные звёзды.

Макс был в гостях у своей бабушки — Тамары Львовны Басаргиной. Эта пожилая женщина много значила для него. Максу не было и трёх лет, когда от тяжёлой болезни умерла его мать. И Тамара Львовна забрала мальчика к себе. Пока отец Макса залечивал душевные раны после тяжёлой утраты, всё время пропадая в космических экспедициях, его мать вплотную занималась воспитанием внука. Она стала самым родным, самым близким человеком для маленького Макса. А он, в свою очередь, маленькой вселенной, вокруг которой вращалось всё, включая саму Тамару Львовну.

Сегодняшний вечер был особенным для их семьи: 15 июня 2047 года — третья годовщина со дня старта космического корабля «Арго». На нём капитан Владимир Басаргин и его команда отправилась на поиски новой, самой загадочной планеты нашей Солнечной системы — Глории.

— Ты надолго взял отпуск, Максимилиан?

Тамара Львовна когда-то преподавала французский язык в университете. Да и вообще, была большой поклонницей всего французского: культуры, одежды и даже кухни. Это было заметно в интерьере и обстановке, что царила в крохотной и, в то же время, необычайно уютной квартирке на окраине большого мегаполиса. Внука она тоже называла на французский манер.

— До конца месяца я ещё в городе, а в начале июля улетаю в Аргентину, — Макс уплетал свежеприготовленную яблочную шарлотку, запивая клюквенным морсом. Тамара Львовна всегда готовила эти угощения для своего любимого Максимилиана.

— Наши начинают испытания новых истребителей в пригороде Буэнос-Айреса.

— И долго ты пробудешь там, в командировке? — спросила она, наливая себе в чашку крепкого душистого чаю.

— Руководство говорит, что месяца три-четыре. А там и домой, если никуда больше не командируют.

Увлечённый бабушкиными угощениями, Макс не сразу заметил, как Тамара Львовна достала из антикварного шкафчика, что стоял недалеко от стола, маленький портативный 3D плеер. Он был размером с ладонь, с металлическим корпусом серебристо-серого цвета. Тамара Львовна положила его на край стола, не предавая никакого значения этой старомодной вещице, и села рядом с внуком.

— Ещё кусочек? — заботливо спросила она.

— Нет, бабуль, спасибо, — он довольно положил руки на живот, предварительно вытерев их салфеткой. Макс знал, как трепетно она относится к чистоте и поэтому всегда соблюдал эти правила в присутствии бабушки. — Я сыт вдоволь. Если бы я жил у тебя, то истребитель вряд ли поднял бы меня в воздух.

— Не говори ерунды, Максимилиан, — усмехнулась старушка. — В твоём возрасте можно есть всё, что захочешь. У тебя оно всё в силу идёт да в пользу. Это вот мне, в мои семьдесят два года, то это нельзя, то другое вредно. Помню, мой дед говорил когда-то: «Знай, Тамрико, — он почему-то называл меня на грузинский манер. Так вот, он говорил так, — Ешь, пока рот свеж».

— И что это значит, — хихикнул себе под нос Макс.

— А то и значит, — многозначительно сказала Тамара Львовна, — Что пока молод и здоров, можно есть всё, что душа пожелает. Ну, разумеется, в разумных пределах. А вот когда состаришься, доживёшь до моих лет, вот тогда и ограничивай себя. Тогда и думай, от чего давление скачет и чего такого съесть, чтобы язва о себе не напомнила.

Тамара Львовна была не высокого роста, сухенькой худой старушкой. И здоровье её действительно стало подводить в последнее время. Но об этом чуть позже.

— Понятно. Время идёт, а ты как была самой заботливой в мире бабушкой, так ею и осталась, — Макс подошёл к ней и из-за спины крепко-крепко обнял, уткнувшись носом в её щуплое, маленькое плечико.

В комнате на минуту повисла тишина. Старинные часы, которым уже более двести лет отмеряли двадцать один час. Обратив на них внимание, Макс засобирался.

— Постой, Максимилиан, — Тамара Львовна попросила внука задержаться ещё немного, — У меня к тебе есть один очень важный разговор.

На слове «важный» её голос дрогнул. Она взяла внука за руку и вместе с ним села на старый плюшевый диванчик, оббитый морковно-розовым велюром.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Макс заметил у неё в руках тот самый плеер, что лежал на краю стола.

— Сегодня годовщина, — начала она, — Ровно три года назад Володя, в ночь перед стартом корабля, дал мне этот дневник и просил передать его тебе, если через год он не вернётся обратно, на Землю.

Она протянула дневник своего сына Максу. И он растерянно принял плеер из рук бабушки.

— Это дневник отца? — Макс вертел его в руках и не верил самому себе. Глаза его в один миг стали влажными от, переполнявших Макса, эмоций.

Тамара Львовна молча кивнула головой и встала с дивана. Она пыталась сдерживать слёзы. Но когда поняла, что не в силах совладать со своими чувствами, подошла к окну, повернувшись спиной к внуку.

— Но почему ты не отдала мне его раньше? Почему только теперь? Хотя… — Макс тяжело вздохнул и добавил, — Какая разница.

Тамара Львовна промокнула уголки глаз бумажной салфеткой. Колючий ком застрял в горле и не давал сказать ей ни слова. А через несколько минут, собравшись с силами, она сказала: