Читаем Глиняный истукан онлайн бесплатно

Дорогой читатель, благодарю вас за то, что приобрели экземпляр моей книги «Глиняный истукан» с автографом.

Желаю вам приятного время препровождения с моей книгой.

С уважением

Ада Круг

В начале было Слово и Слово было у Ады и Слово было (Эмет). А точнее Шадай Хай Эмэт…

Я сел и приготовился выслушать первый приказ своей создательницы.

– Встань! – услыхал я её звонкий голос после долгой паузы.

Моё, только что слепленное тело, само по себе, приняло вертикальное положение.

Рядом с госпожой находился какой-то крупный рыжий мужчина. Оба были полностью обнажены.

Они о чём-то говорили, но я не знал о чём и совсем не понимал их. Да мне было и не интересно. Я вообще не испытывал никаких чувств или эмоций…

Единственным моим предназначением было служение создательнице Аде Круг.

Они продолжали беседовать, а потом Ада посмотрела на меня как-то по-новому и приказала: – Голем, стань Вигором.

Я подчинился. Хотя не знал, что это такое «Вигором». Но мне и не надо было знать. Сила Созидания вложенная в меня Словом, сделала всё за меня.

Я мгновенно превратился в высокого рыжего мужчину, стоящего рядом с госпожой и теперь начал понимать его речь.

Кроме того, я не просто стал выглядеть как он. Я именно стал им.

Теперь я был Вигором, со всем его многовековым опытом, знаниями и умениями.

Он был не просто высоким рыжебородым человеком. Он был древним тысячелетним воином-викингом. И демоном к тому же. Но не в том смысле, который вкладывают в это слово сейчас, а скорее в том, который вкладывали в него древние греки. Низший дух на службе у богов.

Демон=помощник высших существ, называющих себя, Садовники. Они испокон веков «пропалывают Вселенский Сад» следя за тем, чтобы не нарушилось мировое равновесие, и история текла по нужному руслу. А демоны, такие как Вигор, а теперь и Ада, своего рода их спецназ. Люди с особыми талантами, способные передвигаться сквозь время и пространство без каких-либо приспособлений и аппаратов.

Несколько десятков семей с необычным генетическим кодом, который проявляет себя раз в пять-шесть поколений.

– А я красив… – отошёл на шаг назад викинг с гордостью бросив на меня взгляд. – Загляденье!

– Я смотрю ты сам особой скромностью не страдаешь, – засмеялась госпожа Ада и приказала: – Голем, а теперь стань мной.

Да. Голем. Это я.

Осознание того, кто я есть, мгновенно осенило меня при этом нисколечко не тронув. На тот момент, у меня просто отсутствовали чувства. Я обладал невообразимой силой и мог выполнить любой, даже самый невероятный приказ своей создательницы. Например, взлететь в воздух. Или в мгновение ока построить целый дом или даже дворец…

Я если бы кто-нибудь спросил моё мнение, то я бы, пожалуй, сравнил себя со сказочным джином из лампы. Только вот лампа мне была совершенно ни к чему…

Ада, сама того не зная, происходила из древнего демонического рода, названного в честь одного из его выдающихся представителей, раввина Геллера-Валерштейна, ученика знаменитого Махараля из Праги.

Все демоны этого клана, лепили себе големов из волшебной белой глины Межлесья. Своего рода коридора между мирами, находящегося вне времени и пространства.

Именно в Межлесье мы сейчас и находились…

Я был одним из многих големов слепленных и оживлённых ради того, чтобы служить демону из клана Геллеров-Валерштейнов. А точнее демонессе по имени Ада Круг.

Всё это я осознал за долю секунды, за мгновение до того, как Сила, стремительно превратила меня в госпожу, и я полностью стал ею.

Она критично оглядела меня, явно недовольная собственной внешностью.

– Голем, стань Беллой Мор, – распорядилась она.

Я превратился в легкомысленную подругу моей госпожи, одетую лишь в мыльную пену.

– Слушай, а почему он перевоплотился в тебя и в меня голышом, а в Беллу в пене? – спросила создательница своего куратора Вигора.

– Да потому, что мы с тобой раздеты, а последний раз, когда ты видела свою подругу, та сидела в джакузи, не так ли? – ответил тот.

– Так… О! – загорелись её глаза. – В таком случае у меня идея… Голем, превратись в меня полностью одетую.

Я подчинился.

Ада велела мне раздеться, и сама облачилась в спортивный костюм, в который до этого был одет я.

– Снова стань големом, – скомандовала она.

Я обрёл первоначальную форму, с безразличием отметив то, что моя внешность явно неприятна хозяйке.

– А если я прикажу ему, приготовить мне какое-нибудь вкусное блюдо, он сможет это сделать? – задала очередной вопрос она.

– Конечно, – пожал покатыми плечами Вигор. – Ты же сама видела. Голем может всё.

– И даже на скрипке играть?

– Всё, значит всё.

– В таком случае, почему он не может говорить?

– Хм-м, – вдруг призадумался бородач. – Не знаю. Наверное, никто до тебя не думал о том, чтобы наделить глиняного истукана такой способностью. Ну кому захочется общаться с глиной?

– Наверное мне, – вдруг хихикнула госпожа. – Например попросить рецепт вкусного блюда или ещё чего-нибудь…

– Ну хорошо. Вели ему чтобы обрёл дар речи и посмотрим, что из этого получится.

– Голем, – посмотрела на меня она. – Скажи нам что-нибудь.

– Слушаюсь госпожа, – ответил я тяжёлым скрипучим голосом, увидев, как при его звуках Ада вздрогнула и скривилась.

– Ой нет, – поёжилась хозяйка. – Приказываю тебе говорить голосом Тео Хачкрафта.

– А это еще кто такой? – поднял брови Вигор.

Я тоже не знал кто это, но мне было всё равно.

– А ты погугли, – рассмеялась она. – Голем, будь добр, исполни мне песню Wonderful Life.

Я запел и мой голос был в точности как у вышеназванного певца.

Она, подняв руку, велела мне остановиться.

– Вот тебе предупреждение напоследок, подопечная, – сказал викинг, когда я замолк. – Големы развиваются и становятся сильнее с каждым днём. Со временем они вырабатывают характер и с ними становиться сложнее справиться. Если захочешь, чтобы он снова превратился в груду мёртвой глины, просто сотри с его лба букву алеф. Поняла?

Я мгновенно уяснил, что они говорят о том, как меня убить, но быть живым или мёртвым мне было без разницы…

– Ага, – понимающе кивнула Ада. – Это что-то типа стоп-крана в поезде. Стираем букву алеф из ивритского слова эмэт и получается мэт. Мёртвый. Оригинально…

– Всё верно. А теперь тебе пора. Скоро мы снова встретимся…

– Подожди. У меня еще куча вопросов. Я…

Не дав ей договорить, Вигор взмахнул рукой, и мы перенеслись в спальню хозяйки в городе Рамат-Ган в Израиле.

Она телепортировалась прямиком в свою кровать, а я в угол комнаты.

Видимо из-за множества пережитых впечатлений Ада мгновенна заснула. Я же остался стоять там, где был, равнодушно ожидая дальнейших приказаний.

Прошло какое-то время. Я не знаю сколько.

Час, минута или секунда были для меня тем же самым…

Уже давно рассвело, когда хозяйка заворочалась в постели и потянувшись всем телом, откинула одеяло. Явно удивившись тому, что полностью одета и обута, она после небольшой паузы пружинисто вскочила с кровати и ринувшись к выключателю у двери, включила свет.

Девушка подошла к большому встроенному в шкаф зеркалу и уставилась на собственное отражение.

А потом она заорала.

Заорала, потому что за своей спиной, в зеркале, увидела меня, стоящего у дальней стены.

Я уже становился госпожой два раза и мне была абсолютно понятна её реакция.

Мощное глиняное тело, незрячие глаза, ивритские буквы, нацарапанные на лбу, её же рукой…

Я казался ей воплощением ночных кошмаров, но это было мне совершенно неважно.

В дверь громко постучали.

Я медленно повернул голову в сторону Ады, ожидая указаний, и это моё безобидное движение бросило её в дрожь.

– Ада, у тебя там всё в порядке? – раздался из-за двери встревоженный женский голос.

Я знал, что это была её соседка Настя Иванова. Врач на стажировке.

– Да, – слабым голосом ответила хозяйка, поёжившись. – Просто забыла, что у меня тут гость.

– Какой, ещё гость? – удивилась невидимая доктор Иванова. – Ада. К нам никто вчера не заходил. Открой!

– Э-э-э, – замялась Ада и начала выдумывать на ходу. – Он вчера ночью заскочил. Когда вы уже спали. А сейчас он просто неодет… Вот оденется и я открою.

– Так у тебя там парень? – громко сглотнула Настя. – Подожди, не выпускай его. Мне надо переодеться во что-то более приличное.

– Хорошо, – с облегчением согласилась создательница. – Не выпущу пока не разрешишь.

После того как послышались удаляющиеся шаги соседки, Ада на минуту задумалась, окинув меня критическим взглядом, а потом выдала: – Голем. Теперь тебя зовут Клейтон.

– Хорошо, госпожа, – ответил я голосом Тео Хачкрафта. – Меня зовут Клейтон.

– А теперь превратись в Гарретта Клейтона.

Я выполнил её приказ, превратившись в совершенно голого актёра Гарретта Клейтона.

Ада залилась краской. Я знал, что она не привыкла видеть обнажённых парней и именно поэтому так среагировала на наготу.

– Голем. Э-э-э, точнее Клейтон. Какой у тебя рост?

– Вот такой, госпожа, – поднял я руку на уровень своей макушки.

– Да нет, – от неожиданности рассмеялась Ада. – В метрах и сантиметрах.

– Один метр, семьдесят три с половиной сантиметра.

– Ясно, – кивнула хозяйка. – Для меня метр с кепкой…

– Слушаюсь госпожа.

Я изменил рост по её требованию и добавил кепку на голове.

Она несколько раз моргнула и открыла рот.

В дверь снова постучали.

– Если хотите, можете выходить, – снова послышался голос её подруги. – Я сижу в гостиной.

– Клейтон, – тихо, чтобы не услышала соседка, сказала она. – Пусть твой рост будет 1,93 и мускулы такие, будто ты уже несколько лет занимаешься в спортзале.

В мгновение ока я вырос в высокого мускулистого красавца все ещё оставаясь голым в кепке.

– Кепка лишняя, – хмыкнула Ада. – И хоть в полотенце замотайся, что ли… Не как римский сенатор, а вокруг бёдер. О! Отлично. Теперь можно выходить.

Мы вышли. Она впереди, а я следовал за ней следом, как тень.

– Не прижимайся так, – шёпотом распорядилась она. – Держись на большем расстоянии. И будь дружелюбным и приветливым.

– Слушаюсь, госпожа, – наклонил я голову делая шаг назад.

Я сказал это вслух и поэтому доктор Иванова, сидевшая на диване в гостиной, меня услышала, а затем и увидела…

И моя новая внешность послужила причиной её приступа.

Глаза Насти расширились, кожа на лице побелела. Она, судорожно пытаясь хватать ртом воздух, стала напоминать выброшенную на берег рыбу.

– Насть, ты как? – подбежала к ней удивлённая Ада и взяла за руку. – Что с тобой? Тебе принести воды?

– Я, я, – задыхаясь пролепетала её соседка не в состоянии продолжить.

Госпожа обернулась ко мне, и увидела, что я продолжаю широко улыбаться и махать рукой, исполняя её приказ быть дружелюбным и приветливым.

– Клейтон, помоги, – попросила она. – Надо её как-то успокоить.

Я кивнул и подойдя к соседке присел на корточки. Полотенце немного распахнулось.

Настя стала задыхаться ещё больше…

Я взял её лицо в свои большие мускулистые руки и принялся исполнять поручение хозяйки.

– У тебя шо-о-ок, – тихим голосом пропел я. – Смотри мне в глаза. Только в глаза, а не вниз. Дыши, дыши. Вот так, медленно, медленно. Прекрасно. Молодец. Продолжай смотреть и дышать. Вот так. Молодчина…

Постепенно Настя пришла в себя и успокоившись задышала спокойно. Я отпустил её лицо и сел рядом на диван, обняв за плечи.

– Ей нужно выпить воды, – сообщил я Аде. – У неё был шок. Причина, моя внешность.

– Ничего подобного… – просипела Настя и её дыхание снова сделалось прерывистым.

Я обнял её покрепче одной рукой, а второй начал гладить по голове, снова успокаивая.

Ада сбегала на кухню и принесла ей воды.

– Твой друг ошибся! – покосилась на меня соседка, залпом выпив воду. – И вообще, что вы меня держите? Отпустите меня! Я с вами даже не знакома!

Я посмотрел на госпожу и дождавшись кивка отпустил её подругу.

– Привет, я Клейтон, – вновь широко улыбнулся я и приветливо помахал рукой.

– Привет, – почему-то залившись краской, смущённо ответила доктор Иванова. – Я Настя.

– Вот и познакомились, – подытожила Ада. – Клейтон, милый, не мог бы ты сходить на кухню и приготовить завтрак на троих? Нет… Белка дома. Просто, наверное, ещё спит. Завтрак на четверых.

– Как прикажешь, госпожа. Что приготовить?

– Тебе чего-нибудь хочется? – поинтересовалась Ада у Насти.

– Даже не знаю… – хмыкнула та с ещё большим интересом уставившись на меня. – А что ты умеешь готовить, Клейтон?

– Он умеет готовить всё, – ответила за меня хозяйка. – Вот чего тебе больше всего хочется?

– Как ни странно, по утрам мне давно хочется манную кашу моей бабушки. Как в детстве… Как же было вкусно… Пальчики оближешь.

Моя подруга мечтательно закатила глаза и продолжила: – У неё был какой-то секретный рецепт. Так как она, её никто не готовил и не готовит…

– Понял, – кивнул я и опять улыбнулся. – Для неё манная каша бабушки… Что ещё?

– А мне хочется суши, – мечтательно закатила глаза Ада. – М-мм… Как в ресторане «Ривер». Сделай побольше. Белка, наша соседка, тоже его обожает.

– Слушаюсь, госпожа, – склонил голову я, и развернувшись, направился на кухню.

– Он… Он… Он идеален, – услышал я слова Насти, когда она подумала, что я удалился на достаточное расстояние. – И нереален… Ты где его откопала? И почему он называет тебя госпожой?

Меня совершенно не интересовал их разговор. Меня совсем ничего не интересовало…

Я встал у плиты и с широкой улыбкой на лице принялся выполнять указания хозяйки.

Дружелюбно и приветливо готовить вышеупомянутую пищу.

Прошло какое-то время, когда на пороге кухни появилась другая соседка госпожи, в которую я уже превращался. Её звали Белла Мор. Она также откликалась на имя «Белка».

Она, широко открыв рот посмотрела на меня, и вылупив глаза громко заверещала.

Я на мгновение остановился, но так как от хозяйки не последовало новых инструкций, снова занялся готовкой.

Затем визг прекратился, и я услышал из гостиной громкий шёпот Беллы: – А что за качок-стриптизёр крутит суши на нашей кухне?

– Это старый друг и любовник Ады, – с явным сожалением в голосе вздохнула Настя. – Красавец, правда?

– Горячий… – закусила губу Белка. – Таких обычно только в кино показывают…

Это слово имело несколько смыслов, и я на всякий случай дотронулся до своей руки чтобы убедиться, что моя температура не изменилась.

Значит говоря о том, что я «горячий», соседка скорее всего имела в виду мою сексуальность…

Я подождал несколько секунд, но голоса госпожи не было слышно, и я перестал слушать разговор в гостиной…

Когда еда была готова мы все вмести сели за стол.

Ада и Белла накинулись на суши, а Настя, сперва с подозрением уставившись на манную кашу у себя в тарелке, всё же решилась её попробовать…

Остановилась она только после второй порции.

– Бабушкин рецепт… – пробормотала она. – Как ты узнал, Клейтон?

– Просто знал, – широко улыбнулся я и продекламировал: – Семь с половиной столовых ложек манной крупы, четыреста грамм молока, две чайные ложки сахара, щепотка соли и пятьдесят грамм сливочного масла. Готовить на медленном огне постепенно помешивая. Вот и всё.

– А суши у тебя какие! – погладила меня по руке Белка. – Прям как в ресторане «Ривер» … И мускулы… Ты шеф-повар да?

– Нет, – равнодушно ответил я, не забыв приветливо улыбнуться. – Я Клейтон.

– А фамилия у тебя есть? – подняла брови доктор Иванова.