Читаем Глас Плеяды – VII Том онлайн бесплатно

Территория Имперской Магической академии, лазарет

Рядовой имперской армии, Валентин Бобров, очнулся и открыл глаза. Мягкий белый свет, источаемый каким-то странным светильником, попал ему прямо в зрачок, но против всяких ожиданий, дискомфорта солдат не почувствовал. Свет солнца или даже простой электрической лампы заставил бы его зажмуриться, отвести взгляд, а здесь он сделал это исключительно по привычке, а не по нужде. Пару мгновений рядовой морщился, а затем осознал, никакого дискомфорта он от этого света не ощущает. Пусть мягкий, но всё-таки яркий белый свет попадал в глаза и… всё. Он просто попадал в глаза и ничего больше. Дальше он словно растворялся в пустоте, не доставляя никаких помех человеку и его оку.

— Эй, новенький, хватит уже морщиться и пялиться на светильник, — неожиданно раздался чей-то незнакомый голос справа от Валентина. — Чего ты, никогда магического артефакта не видел?

— Нет, не видел, — на автомате ответил рядовой Бобров, поворачивая голову в ту сторону, откуда раздавался голос незнакомца.

На соседней койке, буквально в полутора метрах от парня, лежал мужчина постарше самого Валентина, причём постарше лет эдак на пятнадцать-двадцать. Одетый в белую больничную рубашку, он полулежал-полусидел, привалившись к спинке своей кровати. И судя по газете, лежащей на его постели, ещё совсем недавно он читал.

— Газета? — невольно вырвалось у рядового. — Прямо-таки предметный архаизм.

И, правда, архаизм. Кто в нынешнее время газеты читает? Старики разве что, когда на дачу едут в электричке. Это раньше любой уважающий себя гражданин обязательно выписывал себе имперский вестник. А сейчас некогда знаменитая газета прочно освоила интернет и подаёт новости своим читателям в удобном для них формате. Почему-то, вопрос того, зачем этот мужичок читает газеты, когда на свете существуют телефоны и интернет, занял разум Валентина куда как сильнее, чем вопрос, а где он собственно находится.

— Сейчас вот как скручу эту самую газетку, да как дам тебе этим самым архаизмом по щщам, — беззлобно бросил мужичок в ответ на слова молодого парня, при этом даже и не подумав встать с постели. — Архаизм не архаизм, а время скоротать помогает. К тому же, здесь никаких других источников информации-то и нет. А без них, знаешь ли, скука одолевает.

— Как это нет? А телефон, интернет? — невольно произнёс Бобров, и только в этот самый момент понял, а телефон-то его где? Он ведь раньше с ним не расставался, после сна первым делом брал его в руки. Даже выговор получал от начальства на службе. И уже только после этой мысли его заинтересовал вопрос, а где он сам. На нём нет привычной одежды, рядом какой-то непонятный мужик, телефон вот пропал. Запоздало пришло осознание, что с ним явно что-то случилось.

— Ты откуда к нам такой зелёный, да глупый прибыл? — заинтересовано хмыкнул мужичок, поворачиваясь на бок, чтобы удобнее было беседу вести. — Тебя разве не предупреждали о том, что здесь никакая техника не работает, связи нет и вообще…

— Вообще? — удивился рядовой, но брови нахмурил и попытался вспомнить хотя бы что-то из того, о чём толкует ему этот мужичок.

Однако сколько бы Валентин не хмурился, не тужился, память не напрягал, вспомнить хоть что-то ему не удавалось. Так, обрывки каких-то воспоминаний мелькали, но не более. Никакой чёткой и связной картины из этих осколков памяти собрать не удавалось. Хотя кое-что парнишка понял. Его память подверглась очень неплохой такой чистке. Случайной ли или нет, он сам не знал. Но последнее воспоминание, которое он очень хорошо помнил, он для себя датировал примерно полугодовой давностью. Полгода жизни как не бывало. Вот в этот момент-то и пришёл испуг, связанный с утраченной памятью. Валентин начал резво вспоминать всё подряд: маму, папу, бывшую девушку, их имена и много чего ещё. Силясь понять, что же с ним произошло и к чему это привело, он невольно начал вгонять себя в панику, его лицо начало бледнеть, а на лбу выступили капельки пота.

— Что, память отказала и не помнишь ничего? — понимающе спросил мужик, на что получил от Боброва едва заметный и слегка заторможенный кивок. Впрочем, своим вопросом сосед парня по палате невольно помог тому прервать череду неприятный мыслей и едва заметно перевести дух. — Эк тебя сильно шибануло. Я думал, ты там день-другой забудешь, но судя по твоему виду, забыл ты не пару дней. И не зыркай на меня любопытным взглядом. Я мало что знаю. Просто услышал краем уха разговор местных медработников. Они говорили, что тебе не повезло. Ты вроде как словил очень редкое побочное воздействие от ритуала.

— Ритуала? — округлились глаза у парня, сердце которого пропустило удар.

По лицу Валентина в этот момент можно легко было прочитать, всё о чём он подумал. Стоит ли говорить, что главной его эмоцией был испуг? К слову, сам он в армии служил аналитиком и не был особо храбр, скорее даже наоборот. И тем занятнее тот факт, что он оказался здесь. Не в лазарете, а в Академии.

— Да спокойнее ты. Дыши ровно, малец. А то у тебя такое лицо, словно тебя им в побелку макнули. Ты ведь маг, да? Тут ведь только маги и оказываются. И раз ты здесь, то значит маг.

— Ну да, — качнул головой Валентин, всё ещё обеспокоенный словом «ритуал», которое у него связывается исключительно лишь с плохими деяниями и событиями.

— И маг ты, мягко говоря, не ахти? — продолжил мужичок, который почему-то до сих пор так и не представился, да и имя собеседника не спросил. — Чего молчишь? Тут стыдиться-то нечего. Я вот тоже маг, и тоже дерьмовый. Вернее был дерьмовый, а теперь вот пока не знаю. Но по ощущениям, силёнок у меня ого-го как прибавилось. А всё почему? Потому что прошёл через ритуал, как и ты. Да не косись ты так. Ритуалом это кличут так, на самом деле это какой-то очень сложный процесс. Сам ректор имперской магической академии нами занимался, какие-то порошки нам давал, мази втирал, да отвары в нас вливал, а ещё магичил, чтобы потенциал наш весь побыстрее раскрыть и пробудить. Ты бы и сам всё это помнил, коль память бы не отшибло. Хотя в этом я тебе даже немного завидую. Процесс был не из приятных. Но это дело нужное, так что я перетерпел. И все перетерпели. К слову, не подумай ничего, нас ведь всех сюда не принудительно привезли. Клич кинули, кто хочет стране в тяжёлые времена опорой и щитом послужить.

— Тяжёлые времена? — аккуратно спросил рядовой Бобров, пытаясь вспомнить, о каких таких тяжёлых временах толкует его собеседник. Естественно, у него и на этот раз ничего не вышло.

— Да, знатно тебе в голову шибануло, — хмыкнул говорливый мужичок. — Забыл, что на родную страну шакалы со всех сторон набросились. Но я тебя не осуждаю, раз ты здесь, то вызвался помочь. За это уважаю. А если про ситуацию говорить, всё просто тут, враги наши все сговорились и вместе надумали нас взять, да кишки пощупать. Из всех стран с нами только Германия выступила единым фронтом. К слову говоря, их маги тоже здесь есть. Я с одним из них даже покурить, да парой слов перекинуть успел. Ох и дрянное же у них курево…

Следующие полчаса Валентин слушал своего собеседника разве что не с открытым ртом. Со слов Ивана Андреевича, а именно так и звали прапорщика, решившего, что хватит ему просиживать штаны на складе, выходило, что все кто оказался в магической академии, вскоре послужат их стране мечом и щитом. Или вернее будет сказать, огненным шаром и барьером. Иван Андреевич, к слову, даже продемонстрировал собственные новые возможности. В стену их палаты врезался крупный шар огня, едва не подпалив кровать Валентина десятками огненных капель, расплескавшихся по округе после взрыва.

— Вот ведь, — выругался в тот момент прапорщик, когда ушли работники лазарета, обматерившие экспериментатора. — Опять не удержал. Меня за это в лазарет и засунули. Ритуал дал мне много сил. Едва ли не пиковый мастер заклинатель я теперь! Только проблема возникла, не могу контролировать напитку плетений. И это не моя вина, а тело шалит. Ректор сказал, что за денек другой, выпивая нужные отвары, я приду в себя. Толковый он парень, ректор этот, даром что аристократ. Складывается ощущение, что он в магии вообще всё знает. Он почитай нашу программу один создал, знал об этом? Хотя кого я спрашиваю.

— А что ещё этот ректор говорил? — пропустил мимо ушей последний слова прапора Валентин, который уже начал в себе ощущать нечто необычное, ранее недоступное и неведомое.

Молодой солдат понял, почему он мог оказаться здесь. Да, он боялся войны. Да, он не был храбр. Но в своей жизни он мог быть решительным. А ещё, он очень хотел развить в себе свой дар. Он с детства верил, что маги могут стоять наравне с бойцами. И вот ради шанса сдвинуться с мёртвой точки, он вполне мог выступить добровольцем.

— О, много чего говорил. Первые прибывшие, в числе которых я был, даже речь его послушали. А вот остальных уже простые преподаватели встречали. Нас ведь не всех скопом сюда свезли, а партиями, да и везут до сих пор. Так что кто-то застал его речь, а кто-то…

— Иван Андреевич, — мягко направил Валентин прапорщика в нужное русло. — Ректор, что ректор сказал?

— А, ну так это, много чего. Теория, практика, какие-то там формации, охота на чудовищ и подготовка к военным действиям. Вроде как мы пройдём курс боевого мага какой-то там империи. Я так и не понял что это за империя, да и никто о ней, кажется, даже не слышал, но говорил ректор уверено. Он хоть и молодой, но силищи в нём тьма. При нас он какого-то здоровенного, уродского монстра завалил, который к стенам пришёл пока мы выгружались. Бац-бац и нет здоровяка. Так что я рад, что сюда прибыл. Хоть нам в будущем и придётся распрощаться с магическими силами, но до того момента я планирую такого шороху навести. Всех врагов империи мы под орех разделаем. Слово моё, слово прапорщика Ивана Андреевича! Кстати, а ты не хочешь в пятёрку мою пойти? Вместе за стены Академии на практику будем ходить, монстров лупить, да и потом повоюем на пару. Как тебе идея?

В это же время, на вершине башни, личный кабинет ректора академии

Вы когда-нибудь слышали о джинах? Наверняка. Вероятно, что вы слышали о них в контексте какой-нибудь доброй сказочки про три желания, в которой самый распоследний бедняк становится богачом и уважаемым человеком. Что забавно, эти самые сказочки придумали сами джины, ведь они разумны и хитры. Есть ещё вероятность, что вы слышали более правдивую историю про джинов, в которых те самые три желания становятся бичом человека. Что бы тот не загадал, джин извратит его желание, а затем будет питаться страданиями и болью несчастного. Вот это и есть правда, хотя и несколько урезанная. Подробности опустим, дабы не портить вам аппетит и настроение. Скажу лишь, что джины редкие твари прямиком из одного поганого пустынного мирка. В нём они всех людей извели под корень. Никого не оставили. А поскольку живут они многие сотни, а то и тысячи лет и от истощения умереть не могут, то голод терзает их нещадно. И когда эти мерзкие существа выбираются из своего мира, то начинают творить бесчинства. В своём, особом стиле.

К чему было это отступление касательно джинов? Да к тому, что я мечтал о собственной академии магии. Мечтал о том, как буду учить студентов, создам собственную программу обучения, ёмкую и понятную, с теорией и практикой, со многими направлениями магии. Были в мыслях моих и задумки касательно собственного учебника, универсального и понятного! Я мечтал об этом. А когда дело дошло до реализации мечты, в неё словно бы запустил свои мерзкие пальчики какой-то извращённый джин! Я понимаю, что стране нужны боевые маги, а я сам предложил императору их ему обучить в кротчайшие сроки. Но как же меня гнетёт сам факт подобного. И ладно бы только это.

Император, будь он не ладен, оказался тем ещё фруктом, если не сказать грубее. Его перевезли ко мне в Академию, дабы я мог совмещать проведение ритуалов, обучение боевых магов и лечение главного пациента всея империи, а он нарушает мои рекомендации по выздоровлению едва ли не ежедневно! А Альбедо из числа его охраны? Сильны, могучи, но каковы идиоты! Да если бы не прямой приказ Годунова, их большая часть давно померла бы в кратере. Так хоть они видимость послушания соблюдают, ввиду чего потери среди их числа удаётся снизить. Казалось бы, ну умерла у вас парочка ребят, возьмитесь за ум! Они ведь ваши товарищи и такие же Альбедо, а значит, есть что-то в этом треклятом лесу, в этой треклятой дыре такое, что способно убить вас. Но нет, мнить себя пупом земли у бойцов в крови. И даже Фёдор Иоаннович руками лишь разводит, мол, я сам такой, ничего поделать с ними не могу. Отвратительная дисциплина у Годунова среди охраны, чрезвычайно отвратительная. Насколько верны эти бойцы императору, насколько готовы жертвовать жизнью ради него, настолько же эгоистичны сами по себе. И вот посадил бы их в академии, подле того, кого они должны охранять, да не могу. Недомагов ко мне пачками свозят, а ресурсов нужных не хватает. Служба искателей с ног сбилась, пытаясь закрыть потребности академии, но всё чего они добились, треть от необходимого числа ресурсов. И всё это на фоне ежедневно увеличивающейся активности монстров в кратере. Шутка ли, к стенам Академии пришёл Голем Плоти. По сути, такой себе гигант из гниющего мяса на ножках. Вся его сила лишь в массе и возможности восстанавливать и наращивать её, посредством убийства прочих монстров и людей. Однако к стенам он пришёл уже не маленьких размеров. Пришлось решить вопрос радикально. Вмазал ему гравитационным прессом, истратив сразу треть всего запаса своих сил. Как результат, его расплющило без шансов на восстановление, а моё авторитет как мага многократно вырос среди вновь прибывших.

— Эх, как жаль, что в моей академии нет такого же набора артефактов, как в бывшей резиденции Медведевых, — посетовал я, едва шевеля губами, пролистывая очередную книгу, отобранную мной как приемлемый материал для студентов.