Читаем Гипнотизер онлайн бесплатно
Невысокий человек в соломенной шляпе стоял к нему спиной и поливал цветы.
— Привет, Курт.
Человек обернулся с радостно-удивленным видом:
— Эрик Барк, давненько не виделись. Как дела?
Эрик не знал, что ответить.
— Не знаю, — честно сказал он. — В семье сейчас такие сложности…
— Вот как, да…
— Прекрасные цветы, — сказал Эрик, чтобы избежать дальнейших вопросов.
— Трехцветные фиалки. Я на них просто чокнулся. Конни нудел, что здесь ничего не зацветет. Я спрашиваю: не зацветет? Посмотри!
— Здорово.
— Я поставил везде кварцевые лампы.
— Вот это да.
— Солярий так себе, — пошутил Курт и вытащил тюбик с солнцезащитным кремом.
— К сожалению, я ненадолго.
— Все же намажьте нос, — посоветовал Курт, выдавил каплю крема и мазнул Эрику нос.
— Спасибо, но…
Курт понизил голос и зашептал, блестя глазами:
— Иногда я хожу тут в одних подштанниках. Но смотрите не говорите никому.
Эрик улыбнулся ему и почувствовал, как натянулась кожа на лице. Оба замолчали, Курт посмотрел на него.
— Когда-то давно, — начал Эрик, — я записывал свои сеансы гипноза на видео.
— Когда?
— Лет десять назад. Несколько видеокассет, которые…
— Видеокассет?
— Да, они теперь совершенно устарели, — пояснил Эрик.
— Все видеопленки оцифровали.
— Хорошо.
— Они в компьютерном архиве.
— Как мне его посмотреть?
Курт улыбнулся, и Эрик увидел, какие у него белые зубы на фоне загорелого лица.
— Ну вроде как я вам помогу.
Они подошли к четырем компьютерам, стоявшим в нише возле стеллажа.
Курт быстро ввел пароль и стал просматривать папки с перенесенными записями.
— На пленке написали вашу фамилию? — спросил он.
— Да, должны были.
— Не написали, — протянул Курт. — Проверю с «гипнозом».
Он набрал слово и начал новый поиск.
— Мало что есть. Посмотрите сами.
Ни один из найденных файлов не касался записей Эрика о терапевтических сеансах. Единственным, что имело отношение к его тогдашней работе, оказались заявки и сведения о разрешенных лекарствах. Он вписал слова «вороний замок» и снова запустил процедуру поиска; попробовал имя «Эва Блау», хотя члены его группы не были пациентами больницы.
— Ничего, — устало сказал он.
— Ну, с перенесенными записями свои трудности, — посочувствовал Курт. — Огромная часть материала оказалась испорчена, все «бетамаксы» и…
— Кто оцифровывал записи?
Курт повернулся к нему и сочувственно пожал плечами:
— Мы с Конни.
— Но ведь исходные пленки где-то остались, — настаивал Эрик.
— К сожалению, даже не представляю себе, где они могут быть.
— Как вы думаете, Конни знает что-нибудь?
— Нет.
— Позвоните ему, спросите.
— Он в Симрисхамне.
Эрик отвернулся, пытаясь успокоиться.
— Я знаю, что многое забраковали по ошибке, — сказал Курт.
Эрик уставился на него.
— Это же уникальное исследование, — уныло произнес он.
— Я же сказал, что сожалею.
— Знаю. Я не хотел…
Курт оторвал от цветка коричневый лист и спросил:
— Вы же покончили с гипнозом, верно?
— Да, но теперь мне надо посмотреть…
Эрик замолчал. У него ни на что не осталось сил; хотелось только вернуться к себе в кабинет, принять таблетку и заснуть.
— У нас всегда были проблемы с техникой, — продолжал Курт. — Но каждый раз, когда мы об этом заговариваем, нам отвечают: вы уж постарайтесь. «Спокойно», — сказали нам, когда мы случайно стерли все исследования по лоботомии за десять лет. Старые записи, на шестнадцатимиллиметровой пленке. В восьмидесятые годы их перевели на видеопленку, а в век компьютеров им пришел конец.
Ранним утром тень от ратуши лежала на фасаде полицейского управления. Солнечный свет падал только на высокую центральную башенку. Через пару часов после рассвета тень сходила, и здание сияло желтым. Блестела медная крыша, кованые украшения желоба и медные заслоны, сквозь которые дождь и растаявший снег стекают в водосточные трубы, покрывались сверкающими каплями конденсата. Днем свет лежал на здании; тени деревьев поворачивались, словно стрелки на циферблате, и за несколько часов до сумерек фасад снова серел.
Карлос Элиассон стоял возле своего аквариума и смотрел в окно, когда Йона постучал в дверь, одновременно открыв ее.
Карлос вздрогнул и обернулся. Как всегда, при виде комиссара душа Карлоса переполнилась противоречивыми чувствами. На лице отразилась смесь стыда, радости и легкого раздражения; он поздоровался, подтолкнул комиссару стул и обнаружил, что все еще держит в руках баночку с кормом для рыб.
— А я вот смотрел на снег, — сказал он и поставил банку рядом с аквариумом.
Йона сел и глянул в окно. Тонкий слой сухого снега покрывал Крунубергспаркен.
— Кажется, Рождество будет белое, как знать, — осторожно улыбнулся Карлос и занял место по другую сторону стола. — В Сконе, где я вырос, на Рождество погода вообще была никакая. Все время одинаковая. Серые дни над полями…
Карлос резко замолчал.
— Но ты пришел не погоду обсуждать, — хрипло сказал он.
— Не совсем.
Йона какое-то время смотрел на него, потом откинулся на спинку:
— Я хочу забрать дело пропавшего сына Эрика Барка.
— Нет, — категорически отрезал Карлос.
— Именно я начал…
