Читаем Гималайские маки (СИ) онлайн бесплатно

========== Пролог ==========

Don’t say that it’s the end,

I think I’m lost again.

I’m standing on the edge.

Don’t leave me,

I’m begging you my friend

Save me once again.

Would you save me once again?

(Save me once again — The Rasmus)

I’ve tried so hard to tell myself that you’re gone.

(My immortal — Evanescence)

Город Смерти, воскресенье, 10:35 p.m.

Бейсбольный матч по кабельному подходил к концу, и Нью-Йоркские янки безбожно рвали Детройтских тигров. Спирит Албарн тем временем так же безбожно разделывался с пивом на журнальном столике, опустошая алюминиевые банки одну за другой. В просторной гостиной пахло солодом, сигаретным дымом и холостяцкой берлогой. Может, стоило немного прибраться? Хотя кому этот порядок нужен? Франкену, что ли, хвастать чистыми полками без пыли?

— Может, не стоит так налегать на пиво? Тебе все-таки завтра в командировку, — Штейн открыл очередную банку Гиннесса и передал другу.

Спирит тут же сделал глоток, почесал пузо под вылезшей из брюк рубашкой и только потом ответил:

— Да брось! До Тибета почти сутки в самолетах лететь, успею выспаться.

— Киду твоя помятая физиономия с перегаром вряд ли понравится.

— Я постараюсь помять физиономию симметрично, обещаю.

Штейн только хмыкнул и затянулся сигаретой. Коса Смерти снова сделал глоток и украдкой посмотрел на друга. Что-то здесь было не так. Черт, ведь они знакомы большую половину жизни, и Спирит сейчас готов был дать руку на отсечение, что винтоголовый заглянул в гости неспроста.

Нет, посиделки с пивом и сигаретами в холостяцком доме Албарна не были такой уж большой редкостью. Все сейчас на первый взгляд казалось привычным: и Спирит с пивом, и Штейн с сигаретой в зубах… Приятель всегда предпочитал травить легкие, а не печень. Только вот… выглядел он так, будто что-то подтачивало его изнутри. Не сильно, но настойчиво.

Коса Смерти решительным жестом поставил полупустую банку на подлокотник дивана и хмуро взглянул на приятеля:

— Выкладывай уже. Что случилось?

Штейн поправил очки, хотел, чтобы получилось непринужденно, но вышло скованно и нелепо:

— Ты о чем?

— Что-то с Макой?

Мысль о том, что с его ненаглядной дочуркой могло произойти несчастье, почти отрезвило плывущую солодом голову Спирита. Хотя вроде бы у них с Джоан последнее время не было серьезных заданий. Опять же стараниями папы, который чуть ли не на коленях умолял Шинигами не поручать Маке слишком опасные операции. Не то чтобы он не доверял этой Джоан, но Спирит уже давно осознал, что Итеру он в свое время верил больше.

— Все с ней в порядке, успокойся, — Штейн откинулся на спинку дивана и уставился в потолок. — Хотя ее дико бесит отсутствие нормальных миссий. Может, тебе стоит больше полагаться на новое оружие Маки? Они ведь неплохо сработались.

— Знаешь, что меня больше всего радует в новом оружии Маки? Что это — девушка. — По недоуменному взгляду профессора было видно, что тот понял его слова превратно, поэтому Спирит тут же добавил: — Да здравствует стабильный резонанс душ…

…И никаких взаимных влюбленностей и разбитых сердец. Что, собственно, и случилось больше двух лет назад с его Макой и ее напарником Соулом Итером. То, что Итер был влюблен в его дочурку, Спирита не сильно-то волновало, ведь Мака знала главное — оружие и повелитель не могут встречаться, потому что взаимная влюбленность в подростковом возрасте делает резонанс душ неуправляемо мощным и неконтролируемым. Папа был уверен, что доченька никогда не поступится желанием сделать из Соула Итера Косу Смерти ради обоюдных симпатий и будет делать все возможное, чтобы держать его на расстоянии. Но, как оказалось, народная мудрость на то и народная, что верна в ста процентах случаев. А мудрость эта гласила: сердцу не прикажешь. И Мака, его ненаглядная Мака, влюбилась. В своего напарника. А главное, по уши и безрассудно; наплевав на все предостережения и риски.

Все это так по-дурацки напоминало историю самого Спирита и его бывшей жены с той лишь разницей, что у Косы Смерти тогда хотя бы хватило сил научиться жить с мыслью, что они в какой-то момент времени стали просто обычной парой, без крепкой связи оружие-повелитель. А вот Соул Итер смириться не смог и просто сбежал, трусливо поджав хвост, три месяца спустя бесплодных попыток хоть как-то восстановить утраченный резонанс. Три месяца адских изматывающих тренировок, за которыми Спирит наблюдал с тревожным сердцем и искусанными в кровь губами, потому что иначе было невозможно. Он даже смирился с выбором дочери и, кажется, мечтал тогда об одном — только бы у Маки с Соулом получилось наладить резонанс, только бы не замечать, какими отчаянием, злобой на саму себя и безысходностью день ото дня наполняются ее глаза.

А потом все закончилось.

Внезапно. Бесповоротно. Будто что-то оборвалось.

Итер уехал. Просто в один прекрасный день его не стало.

Спирит думал, что неудачные тренировки — предел отчаяния в глазах Маки, но исчезновение напарника подкосило ее окончательно. Отчаяние, растерянность, обида — кажется, эту смесь чувств она никому не хотела показывать, но скрывать все равно не получалось. Потом зелень ее глаз наполнилась безразличной отрешенностью, а начавшиеся налаживаться отношения с папой снова полетели к чертям собачьим. И опять по вине Соула Итера. Потому что дочь решила, что Шинигами обязан был знать, куда отправился Соул, значит этим тайным знанием должен был обладать и Коса Смерти.

Да если бы только Спирит знал, он первым бы добрался до Итера, чтобы сделать то, что должен был сделать уже давно — врезать этому трусливому ублюдку по самое не хочу. Но, увы, Косе Смерти местонахождение теперь уже бывшего напарника дочери было неизвестно. Только вот Мака уже больше двух лет упрямо продолжала не верить в такое положение вещей.

— О чем задумался? — прервал невеселые думы Штейн, с любопытством глядя на друга; голову от спинки дивана он так и не оторвал.

— Да так, — поморщился Спирит и пару раз сжал и разжал кулак, будто разминал его. — Снова вспомнил, что задолжал Соулу Итеру пару ударов.

Штейн вздохнул и устало потер переносицу:

— Вот этого я и боюсь, — еле слышно пробормотал он.

— Что? Что ты имеешь в виду? — насторожился Коса Смерти.

— Волнуюсь за твою завтрашнюю командировку. Ты же знаешь, что эти азиатские драконы помешаны на дзене и прочей их буддийской замороченности насчет внутренней гармонии и бла-бла-бла. Не облажайся там.

Спирит хмыкнул:

— Не смеши. Ты думаешь я буду стоять перед великим наследником Лун-Вана* и думать о бывшем оружии Маки с желанием набить тому морду?

Штейн выпустил облако дыма изо рта и только потом ответил:

— Надеюсь, что нет…

— Тем более, что переговоры будет вести Кид как наследник Шинигами. — Спирит сделал очередной глоток. Про Соула Итера он уже забыл, теперь его больше заинтересовал другой вопрос. — Слушай, Франкен… А этот Чилун, он выглядит как дракон или человек?

— Дракон.

— Ясно. Значит, я лечу на переговоры с доисторическим тираннозавром. Парк Юрского периода китайского разлива.

Штейн расслабился и даже хохотнул:

— Если вы договоритесь с этим «тираннозавром», то мы получим поддержку всех азиатских драконов в противостоянии с ведьмами. А учитывая количество китайцев… Получается, что каждая седьмая ведьма по статистике — китаянка. Драконы смогли бы сильно облегчить нам задачу, знаешь ли.

— Ага… И сжигать еще в довесок по тысяче китайцев при каждой попытке уничтожить очередную ведьму.

— Они не дышат огнем. Это все сказки. Но ты все равно их недооцениваешь, Спирит. Кстати, человеческий облик драконы тоже могут принимать, но делают это редко. В основном когда дело касается продолжения рода с невинными девицами-красавицами из деревень.

— Надеюсь, с невинными молодцами-красавцами они род продолжать не пытаются? — мрачно пошутил Коса Смерти.

— Если что — бегите, — вдруг расхохотался Штейн. Наверное, напредставлял там себе черт знает что. — Ты же для этого и летишь: прикрывать задницу Шинигами-младшего. В прямом и переносном смысле.

Комментарий к Пролог

* Лун-Ван - в китайской мифологии глава драконов, повелитель вод.

========== Глава 1. Белая ворона ==========

Город Лхаса*, вторник, 1:08 p.m.

Незаметно прошмыгнуть в комнату у Соула не получилось. Линг подкараулила его около двери.

— Ну и где тебя носит? — недовольно хмурила брови повелительница. — Вся Академия уже в сборе, и я была уверена, что ты будешь там торчать в первых рядах.

— С чего бы? — буркнул молодой человек и сделал попытку дотянуться до ручки двери, но тут же был схвачен за протянутую руку, и Линг чуть ли не силой потащила его по коридору в сторону зала, где должна была вот-вот начаться встреча делегации из Шибусена.

— Ты же раньше учился там и наверняка знаком с теми, кто приехал! Разве тебе не хочется повидать старых знакомых?

— Нет.

Краткий ответ, за которым крылись слишком много ненужных мыслей и назойливо лезущих в голову воспоминаний. Что за гости прибыли в азиатское отделение академии Шибусена на Тибете, Соул был осведомлен прекрасно и чуть ли не первым узнал об этом событии. Директор Лян Шумин предложил ему встретить Кида Шинигами-младшего и Косу Смерти Спирита Албарна лично на правах бывшего ученика академии Шибусена, на что Соул Итер ответил вежливым категорическим отказом. Более того, попросил вообще не упоминать при гостях его имя, а сам твердо решил отсидеться в комнате во время приветственной церемонии, чтобы не попасться Спириту и Киду на глаза.

Не вышло. Весь план пошел коту под хвост «благодаря» Линг, а объяснять своей повелительнице причину нежелания встречаться с соотечественниками, Соул не имел ни малейшего желания. Он сразу решил, что она ничего не будет знать о его жизни до Тибета, и был втайне благодарен этой девчонке, что та никогда не лезла с расспросами про его детство, родителей, Академию в США и, главное, бывшую повелительницу.

Молодой человек мягко достал руку из смуглой маленькой ладошки, натянул капюшон почти до глаз и зашагал рядом с девушкой, по старой привычке засунув руки в карманы толстовки.

— Девчонки сказали, что Кид Шинигами — симпатичный, — черные глаза с любопытством стрельнули вверх и сторону, чтобы оценить реакцию на такое заявление.

— Я не разбираюсь в мужской красоте, — хмыкнул Соул в ответ и чуть ускорил шаг.

Если уж он волей случая попадает на эту херову церемонию, то опаздывать точно не стоит, чтобы не привлекать внимание. А в том, что его легко выделить из толпы, молодой человек прекрасно понимал. Белая ворона среди азиатских черт лица, черных за редким исключением волос и темных глаз на смуглых лицах, ведь почти все ученики Академии были китайцами или этническими тибетцами. И его Линг Янг была такой же: миниатюрной смуглолицей и черноглазой повелительницей демонического оружия. Но больше всего Соула Итера устраивало, что она была Другой. Другой во всем. Внешность, характер, увлечения, образ жизни и взгляд на мир — ничего в этой теперь уже пятнадцатилетней девушке не могло напомнить Соулу Итеру ту, которая теперь осталась в прошлом, в маленькой уютной квартирке в городе посреди пустыни.

На встречу почетных гостей согнали всех учеников от мала до велика за исключением тех, кто был в данный момент на заданиях. Ну как согнали. Наверняка все приперлись сами поглазеть на самого Косу Смерти и наследника Шинигами. На Тибете иностранные гости были редкостью, ну, а уж такие — событие исключительного масштаба. Соул из последних рядов смотрел на до боли знакомых Спирита и Кида. И если папаша нисколько не изменился, то Кид теперь выглядел более серьезным и собранным. А возможно, только казался таким. Молодой человек поймал себя на том, что улыбается, когда заметил скривившуюся физиономию друга, потому что в дар ему преподнесли веер… Никак не желавший раскрываться в его руках симметрично-правильно. Спирит в какой-то момент просто незаметно отобрал у уже начавшего покрываться пунцовыми пятнами и пóтом Кида чертов подарок и спрятал его за спиной.

Возникшее в голове мимолетное желание все-таки встретиться со старым другом после церемонии, Соул тут же прогнал прочь. Разговоров о прошлом, а тем более расспросов ему не хотелось.

— У-у-у, — протянула Линг и дернула Соула за рукав, чтобы привлечь его внимание. Официальная часть только что закончилась, и народ потянулся к выходу. — Коса Смерти жуткий.

Молодой человек хмыкнул:

— С чего ты взяла?

— Он сейчас посмотрел в мою сторону таким грозным взглядом. Аж мурашки по коже. Бр-р-р…

Может, грозный взгляд предназначался вовсе не Линг? Соул украдкой оглянулся, но Спирит уже отвернулся.

— Забей на него. Ты говорила с утра, что планируешь сегодня выйти в город?

Линг оживилась:

— Да, по магазинам хотела прогуляться. Пойдешь со мной?

— Только не по шмоточным.

— Договорились!

Бродить по городу молодому человеку нравилось. Особенно по той его части, где располагались кварталы коренных тибетцев. Там почти не было привычных стекла и бетона — современного убранства почти всех развитых городов мира. В узких улочках «тибетского квартала» время будто остановилось тысячелетие назад. Это был почти настоящий Тибет — без китайцев — с каменными крашеными домами, людьми в национальных одеждах, пятнами ярких красок зеленого, красного и золотого в маленьких буддийских храмах на фоне величественно вздымающихся до неба гор. Среди всей этой аутентичности даже обычный старенький смартфон в руках смотрелся как-то нелепо и не к месту. Будто ляп в историческом фильме.

Неугомонная Линг, кажется, успела обойти все магазины со всяким ненужным хламом и в итоге все-таки затащила Соула в кинотеатр на китайской части города. Ужастик был очень даже ничего, а возвращаться по темным переулкам в Академию после фильма с шарахающейся от любой тени Линг — оказалось весело. Правда, когда у общежития различили какое-то неясное движение впереди, вздрогнули уже оба.

— Какая встреча, Соул Итер, — послышался вкрадчиво тихий, но знакомый голос со стороны, и тут же от стены отделилась тень, материализовавшаяся в тусклом свете далекого фонаря и ярких звезд в силуэт Спирита Албарна.

Соул остановился и, кажется, на мгновение забыл где находится — настолько неожиданным было появление Спирита в таком месте, в такое время. Коса Смерти не мог оказаться у студенческих общежитий случайно, здесь не было ни достопримечательностей, ни даже нормального освещения — на электричестве в городе экономили. Значит все-таки увидел днем Соула и теперь ждал его.

— Линг, без меня иди, — молодой человек легонько подтолкнул повелительницу вперед к двери, пока исподлобья смотрел на прямую, будто статуя, фигуру Спирита. — Нам надо поговорить наедине.