<p>Вячеслав Ефимович Малежик</p><p>Герой того еще времени</p>![]()
Читать Малежика так же захватывающе непредсказуемо, как слушать его песни, – никогда не знаешь, какой сюрприз он преподнесет. Мозаика его вокального репертуара всегда неожиданна, музыкальная палитра настолько своеобразна, что ее не спутаешь ни с чьей другой, стиль исполнения резко отмежевывается от валового продукта неистребимо пошлой отечественной попсы. Такая обособленность называется оригинальностью. А может быть, интеллигентностью и интеллектуальностью?
Аналогично неожиданна и его проза. Того, о чем пишет Вячеслав, не встретишь ни в одной книге, ни у какого другого автора. Мир шоу-бизнеса? Нет, не только! Легко и естественно, как полюбившаяся мелодия, льется поток повествования, а за внешней безыскусностью – глубокое переживание о людях и знание этих людей, это плач о несложившихся судьбах, а порой и трагедиях, произрастающих из, казалось бы, не могущих иметь плохих последствий единичных поступков.
Подобный калейдоскоп отношений можно долго рассматривать, над ним можно бесконечно размышлять и колдовать – тасуя, складывая и получая новые сочетания. Но, может быть, самое главное: в разнокалиберной этой пестроте отчетливо прорисовывается характер самого рассказчика – тонкого, наблюдательного, ироничного, чуткого к мельчайшим деталям бытия и неявным порывам чувств – того Вячеслава Малежика, которого не разглядишь в свете прожекторов на сцене, а увидишь в повседневных отношениях с друзьями и окружающим миром, иного Малежика, до недавнего времени неизвестного почитателям, а теперь открывшегося в литературной ипостаси.
Андрей ЯХОНТОВ
<p>Вступление</p>Проблуждав долгое время по бескрайним просторам российской музыки и изрядно там наследив, я неожиданно оказался в незнакомой стране под названием Литература. Высокая поэзия и филигранная проза буйным цветом росли в этом благодатном краю. Седые, бородатые классики чинно проживали в добротно построенном здании всемирной литературы; молодые начинающие поэты и прозаики снимали себе дешевое жилье с надеждой написать какую-либо нетленку, чтобы она прославила их, дабы потом учебники литературы на своих страницах анализировали произведения новых властителей дум.
Но никто не встречал меня хлебом-солью, и лишь маститые авторы с любопытством разглядывали волосатого мужика с гитарой за спиной. На теплое местечко рассчитывать не приходилось. И я без оплачиваемой работы, без определенного места жительства скитался по незнакомой стране, пытаясь заявить о себе, забывая, что названия мне «бомж» и «гастарбайтер».
И тогда я решил искать положительные стороны в моем нелегком положении. Не имея постоянного жилья, стал много путешествовать, не заботясь, где застанет меня ночь. Не получая серьезной зарплаты, я мог рассчитывать, что меня будут любить (если только это случится) женщины, и любить они будут именно меня, а не мой статус и мои деньги. Не имея в своем багаже популярных произведений, я смогу экспериментировать и буду иметь право на ошибку. Я буду жить не суетясь и не спеша разложу свои воспоминания и мысли по полочкам.
Но дома, своего дома в Литературе, у меня пока нет, и куда повесить пресловутые полки, пока неясно. Поэтому, автор, собери в котомку свои идеи и чувства и отправляйся в СВОЙ ПУТЬ, продолжая блуждать среди людей, описывая события и приключения, поступки и чаяния.
<p>Герой того еще времени</p>![]()
Какие сказки нам дарилМосковский бит, московский рок.И я порой мед-пиво пилИ мысль укладывал меж строк.И в дальни дали уплывалМой недостроенный корабль.И я успех там собирал,И вдохновенно девкам врал.И щас, наверное, совру,А что-то вспомнится не так,Но есть возможность поутруСтишки исправить натощак.И, возвратясь из Интернета,Я сел писать роман в стихах.Тогда, я помню, было лето,Волшебно лето на морях.И вместе с группой в Коктебелях,Герой наш рок-н-ролл играл.И радостно девчонки пели,Свой демонстрируя вокал.А Горик, так зовут героя,Через защитные очкиИскал, кого сегодня к морюОн кликнет ножки помочить.– Ах, милый Горик (он же Игорь),Ну что за джинсы, что за стать…С тобой одним, скажи, и мигомВсю жизнь готова танцевать.– Тур вальса, милая богиня,Готов вам нынче подарить.А завтра… Завтра будет видно.Нельзя же, право, так спешить.И спев на бис ударну песнюИ морем смыв следы греха,Они, довольные друг другом,Прощались мило на-всег-да.Уплыл июль, и жаркий августНа небе звезды запалил,А Коктебель любовны флагиТрепал с утра что было сил.И вкус греха перчено-сладкийВитал над лагерем, и вотЗакончен пересменок. Ладно,Девчонок новый хороводЖилье на море обживает,И, честно говоря, не знает,Что ночью их грядущей ждет.Открыты девичьи сердца,Не потерять бы лишь лица.В вечóр сегодня Горик с группойГотовы танцы вновь играть.Guitar – наживка, голос, струны,В порядке молодецка стать.И по привычке в ре-мажоре,Затянет группа «Drive my car»[1].Ты – Бог, Ты – Леннон… Кто же спорит…И вьется вдаль моя строка.Не знал герой наш поражений,И меч разил всех наповал,И не терпел он чуждых мнений,И даже как-то заскучал.* * *А героиня – бог-девица,Принцесса голубых кровей,Приехала в Москву учитьсяИз-за взаправдошных морей.Учиться танцам, ведь в СоюзеПо танцам мы ого-го-гей;Кто сразу стих не понимает,То впереди планеты всей.Страна, где выросла девчонка,Не знала войн, не знала бурь.Отец-король на личном тронеПодписывал такую дурь,Что подчиненные в отчаяньиНе знали, как им дальше жить.– Ты – лучший! – все ему кричали, —Нельзя же по течению плыть.А он, от доброты смиренный,В глаза с любовью всем смотрел.И заговор друзей неверныхПод носом как-то проглядел.* * *А доченька в Москве училась —И па-де-де, и фуэте…А в школе танцев все так мило:Бордо, шампань и канапе.Принцесса, взрослою девицей,Семнадцати уже годков,Такой, что нету просто слов,Чтоб описать свеченье кожи,Фарфоровый отметить стан.Ну, в общем, я не вышел рожей…Для вдохновения – стаканЗалить в себя, тогда, быть может,Найду я нужные слова,Но красоту таку негожеНам обсуждать… И так молваО ней сложила в КоктебеляхЛегенды, ах, читатель мой.Пока группешник песни пели,Все любовались только той,Что танцевала, как богиня.То был не танец, а полет.И на кого свой взгляд поднимет,Тому предъявит этот счет.И каждый оплатить готов был,Как на смотринах во дворце,А Горик в такт тихонько топал,Забыв улыбку на лице.И спев последнее «е-е»,Ансамбль замолк, готовясь сноваЗапеть, как двое на травеУкрылись небом, словно кровом.И выстрел-взгляд, как солнца блики,Направлен в Горика, а онЗачем-то кем-то был окликнут:– Давай сыграем роллингстон!И «Satisfaction»[2] от душиЗапел по-джаггеровски Горик,А для принцессы свет туши.Ах, Горик, горе, горе, горе.И не заладился романВ зеленых кущах Коктебеля.И словно сладкий яд-обман,Ее чудесный тонкий станНе стал для Горика тем зельем.И он играл, и с кем-то ногиПривычно в море обмывал.Не будь, читатель, очень строгим,Таких историй ты не знал.А было то в далеко время —Мы строили социализм,Любили рок и ногу в стремя.Ну, потерпи чуточек, плиз.В столицу в сентябре вернувшисьИ к будням в плен, мы, как всегда —Работа, дождь, метро и лужи,И прочая е-ерунда.Принцесса? Да, наверное, ГорикО ней не думал, и всерьез,Не вспоминал он и о море.Ответ, я думаю, так прост,Что долго объяснять не буду,Как строем девушки прошли,Которых было так нетрудноГитарой, песней соблазнить.И вот однажды через месяцРаздался поутру звонок:– Привет, мы отдыхали вместеПринцесса – я…– Мой Бог…– Я не могу тебе звонить,В моей стране так неприличноСмотреть и просто говоритьДля девушки… Так нетактично.– Принцесса, что вы? Я так рад.Чем я обязан, и не знаю,Хотите песню «Летний сад»Я сочиню… и вам сыграю.Понятно дело, каждый деньС принцессами он не гусарилИ чувствовал себя, как пень,А был неглупый в целом парень.Прощебетав еще о чем-то,Она сказала наконец:– У нас урок и там-то, там-тоЯ буду ждать вас…«Все, конец», —Подумал Горик, что на хвостМгновенно сядет КГБ.Да наплевать, ведь помню море,Нам по колено, и не бэ[3].Ты сам хотел погорячей,Ты пел, скажи мне, «Light me fi re»[4]?Шагай по жизни, guy[5], смелей.Держи удачу крепче, парень.И может, сдохнет КГБ,Пока с принцессою гуляешь.Но А и Б сидели на трубе,И ты на каторгу шагаешь.Пойдет ли милая тогдаВ Сибирь, как жены декабристов?И приговор тра-та-та-та…И все-таки побриться.Вам, Горик, надо… На свиданье.Не каждый день вас приглашаютПринцессы… Что ж, пора.Престиж страны на карте,И ты – король азарта. 
