Читаем Геракл онлайн бесплатно

НИКОЛАЙ ВАШУТКИН.

Г Е Р А К Л

ОТ АВТОРА.

Предлагаемые стихи о жизни и подвигах Геракла написаны по книге

Н. А. Куна "Легенды и мифы древней Греции", государственного учебно-педагогического издательства министерства просвещения РСФСР, Москва, 1954 год.

Произведение можно считать сказочным, историческим, детективным романом в котором

герой за подвиги поощряется, а за необоснованные убийства, хотя и спровоцированные

внешними обстоятельствами, несет неотвратимые наказания.

Автор старался сохранить мифологический сюжет, изложенный Куном, но некоторые события, для устранения хронологических противоречий пришлось поменять местами Вымышленные мелкие эпизоды и диалоги, введенные автором для оживления изложения

отдельных мест, не нарушают общего мифологического сюжета.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

1.РОЖДЕНИЕ ГЕРОЯ.

Громовержец Зевс могучий

На Олимпе был царем богов.

Он любил красавиц жгучих,

Их мужьям понаставлял рогов.

На Земле рождались дети,

И для многих Зевс - родной отец,

И свои заслуги эти

Не скрывал божественный гордец.

Но однажды пред богами,

Там в чертогах верхних, золотых,

Поманив их всех руками,

Сообщил им весть не из простых.

В этот день в роду Персея

Новый сын увидеть должен свет.

Бог надежду смело сеял,

Что дитя минует горечь Бед.

Станет он царем в Микенах,

Проживет счастливо жизнь свою,

И не сиднем в крепких стенах,

А в жестоком праведном бою.

Что великими делами

Сын прославится во всех веках,

Будет взят наверх богами,

Поселится с ними в облаках.

Возмутилась этим Гера,

До сих пор покорная жена,

Ведь жила в богине вера,

Что царица все-таки она.

И ребенка невзлюбила,

Хоть и был тот даже не рожден,

И в утробе бы убила,

Вылила б из матери дождем.

Но опасен гнев супруга,

И решилась Гера на обман.

Помогла ей тут подруга

В разум Зевса напустить туман.

Он поклялся перед Небом,

Что Аргоса и Микен вождем

Будет первый, кто бы ни был,

Лишь бы персеидом был рожден.

Только клятва отзвенела,

Гера сразу понеслась в Аргос.

Там у женщины Сфенела

Тоже персеид во чреве рос.

И ускорила богиня

Выход Эврисфея в светлый Мир,

И царем смог стать отныне

Недоносок слабый, как Зефир.

Сын же Зевса у Алкмены

Появился в Фивах точно в срок.

Родина её Микены

В Фивы с мужем их забросил Рок.

Нарекли дитя Алкидом

Лишь потом Гераклом стал герой.

Знатным был он персеидом,

Но родился в этот день - второй.

Гера к Зевсу возвратилась,

Вести свежие снесла ему,

И притворно огорчилась

Нет, мол, царства сыну твоему.

Громовержцу стало ясно,

Что обманут собственной женой,

Что поклялся он напрасно,

Так как хитрость тут всему виной.

Он схватил богиню Ату

Ту, что Гере помогла,

Выдал ей сполна расплату

Вниз она летела, как метла.

И заставил в гневе Геру

Пред богами всеми клятву дать

Сын царю отслужит меру,

Лишь двенадцать лет ему страдать.

Дочери своей Афине

Повелел Гераклу помогать.

Как при прорванной плотине,

Гнев его водой стал убегать.

А обманщица богиня

С той поры живет среди людей,

И сильнее стала ныне

С ней знаком теперь любой злодей.

2. БИТВА МЛАДЕНЦА СО ЗМЕЯМИ.

А небесная царица

Затаила ненависть свою,

Разъярилась, как тигрица,

Пред соперницей в большом бою.

Не решилася при свете

Сына Зевса сразу погубить.

Чтоб не быть самой в ответе,

Змей ночных сумела раздобыть.

И лишь только опустилось

Солнце за Атласом в океан,

И над Геей тьма сгустилась

Гера в ход пустила страшный план.

Под покровом темной ночи,

Спит когда уставший мир дневной,

Задушить младенца хочет

Силою змеиною двойной.

И послала змей к постели,

Где ребенок в колыбели спал.

Те едва его задели,

У младенца сразу сон пропал.

Словно угольки из Ада,

В темноте светились их глаза.

Змеям ночь сама не рада

Слабому они и днем гроза.

Но не знал младенец страха.

Он на Свете этом ведь не жил,

Не боялся смерти праха,

И привычки к жизни не нажил.

Ручки вытянул ребенок,

Тварей Геры пальцами схватил,

Хоть не вышел из пеленок.

Змей сдавить ему хватило сил.

Те хвостами закрутили,

Застучали ими о постель,

Женщин шумом разбудили,

Поднялася в спальне канитель.

Факел разожгла Алкмена,

Осветила в колыбели бой,

И в жилища крепких стенах

Вдруг раздался жуткий женский вой.

Показалось всем сначала.

Что младенец неживой лежит.

Мать от ужаса кричала.

Муж на крик с мечом в руках бежит.

Только твари уж сдыхали

В сильных ручках чудного дитя.

О подобном не слыхали,

Поразились все, тут не шутя.

Муж Алкмены грозный воин,

Поражен был даже больше всех.

Новорожденный достоин

Стать героем и иметь успех.

Догадался муж, конечно,

Чей ребенок у жены рожден.

Зевса чтил он бесконечно

Воспитать дитя решил вождем.

3. ДЕТСТВО ГЕРОЯ.

Чудный рос в семье ребенок,

Никогда не плакал, не кричал,

Не мочил своих пеленок,

Писать надо - в колыбель стучал.

Он совсем не знал болезней,

Через месяц уж на ножки встал,

Знал, что ночью спать полезней,

Бегать днем дитя не уставал.

Укреплялась в беге сила.

Выделялся он в гурьбе детей.

Мать его не раз просила

Осторожней быть среди людей.

Чтобы выучить героя,

Отчим стал учить его всему,

Если сам не мог порою,

Приглашал учителей к нему.

Он учил мальца искусству

Побеждать врага в любом бою,

Меру знать большому чувству,

Честь беречь всегда, везде свою.

Тут юнца не знала скука ,

Бегал так, что не догонит лань.

Метко он стрелял из лука

Собирал оваций шумных дань.

Овладел мечом мальчишка,

И копье метал он дальше всех,

А силен был даже слишком,

Заводилой был любых потех.

Малого учили миром

Счет вести, читать, писать и петь,

Музыку рождать из лиры

И к богам претензий не иметь.

Но сидячие науки

Не влекли внимание юнца.

Он зевал на них от скуки,

Ждал с тоской учениям конца.

Брат Орфея, Лин, напрасно

Музыкой хотел увлечь мальца.

Он старался слишком страстно

И однажды стукнул удальца.

Не желала Гера мира

И счастливой жизни для юнца,

И в ответ сверкнула лира

И сразила музыки борца.

Вскрикнули в разрыве струны.

Молча пал на землю мертвый Лин,

И его воспели руны

Так хотел небесный Властелин.

А парнишку молодого

Стражи за убийство в Суд ведут.

Там допросят и сурово,

И накажут, коль вину найдут.

Но вина его не гложет.

Судьям малый показал свой дар.

Он сказал им: "Каждый может

Отвечать ударом на удар".

И оправдан наш мальчишка,

Потому что был такой закон.

Хоть убийство - это слишком,

Но признали: "Виноват не он".

Муж Алкмены опасался,

Что такое повторится с ним.

Отчим срочно постарался,

Чтобы малый жил, где много нимф.

Наш мальчишка был отправлен

В горный Киферон пасти стада,

Там свободе предоставлен,

Юности его там шли года.

4. ЮНОСТЬ ГЕРОЯ.

Он не стал царем на троне.

С пастухами жил теперь герой,

И в лесистом Кифероне

Детство в Фивах вспоминал порой.

Быстро там привык к природе,

Изучил повадки птиц, зверей,

Был готов к любой погоде,

В шалашах простых не знал дверей.

Юноши глаза светились

Зевсовым божественным огнем.

Нимфы гор вокруг крутились,

Шелестели листьями о нем.

Рос он, словно бог могучий,

И намного был ловчее всех.

Это доказал и случай

В битве с львом герой имел успех.

Лев в добычу скот наметил,

И Геракл давно его искал

Зверя грозного он встретил

Высоко в горах средь голых скал.

Лев лишился в схватке шкуры.

Наш герой носил её с тех пор.

Слишком много тут натуры,

Но ведь мода - это вечный спор.

.

Палицу себе он сделал,

Вырвав мощный ясень из земли.

Многих ей потом уделал.

Мы такой махать бы не смогли.

В цель всегда летели точно

Стрелы и тяжелое копье.

На ногах стоял он прочно

С них никто героя не собьет,

Мог бежать быстрее ветра.

Устали Геракл не знал ни в чем.

Изумлялась и Деметра,

Когда скалы двигал он плечом.

Даже Гера отступилась,

Отложила мести черной план,

Перед Зевсом не скупилась

Восхищалась пасынка делам.

Юности промчались годы

К жизни взрослой стал готов герой.

Он был Зевсовой породы

За него Олимп стоял горой.

И оружием снабдили

Меч Гераклу подарил Гермес.

Друг за другом подходили

Панцирь золотой принес Гефест.

Новую ему одежду

Зевса дочь соткала на года,

Чтобы не терял надежду,

Если грянет на него Беда.

5. ИСПЫТАНИЕ НА ЗРЕЛОСТЬ.

Испытание на зрелость

Должен юноша теперь пройти,

Проявить свой ум и смелость

И искусство воина в пути.

Улыбнулась тут удача

Спутников себе искал Ясон.

Перед ним была задача,

От которой он забыл про сон.

Надо было из Колхиды

Золотое привезти Руно.

Новость с крыльями Ириды

Постучалась в каждое окно.

Взволновалась вся Эллада,

И героев посылал народ,

Посылал не для парада

Им опасный предстоял поход.

Был Ясон любимцем Геры,

И Афине нравился герой,

И они без всякой меры

Помогали смертному порой.

Чтоб участвовать в походе

Молодой Геракл в Иолк спешил.

Время было на исходе

Там Ясон уже отплыть решил.

Миновав родные Фивы,

На "Арго" герой как раз успел.

Зори на море красивы,

И корабль к ним птицей полетел.

На борту его команда,

Каждый подвиг совершить готов,

От бойца Амфидаманта

До могучих сыновей богов.

Иолей и воин Клитий,

Полидевк, Кастор, Идас, Линкей,

Самый лучший кормчий Тифий,

Самый зоркий на носу Анкей.

Мелеагр из Калидона,

Из Афин известный всем Тесей.

Знал Геракл здесь Теламона

И других прославленных друзей.

Видит здесь певца Орфея,

Здесь Геракла верный друг Адмет,

Здесь крылатых два Борея

Старший Килаид и младший Зет.

Плещут волны за кормою.

Ветер парус белый натянул.

Солнце встало над водою

Луч его приветливо сверкнул.

Струны золотой кифары

Пальцами слегка щипнул Орфей

Звук, как свет от чудной фары,

Тут проник в сердца богатырей.

Он заполнил все пространство,

Вместе с морем песней зазвучал.

Позабыв свое тиранство,

Посейдон лишь слушал и молчал.

Рыбы из глубин всплывали,

Косяками плыли за "Арго",

И дельфины тут играли,

Стаями взлетали высоко.

С песней время пролетало,

Волны резал корабельный нос.

Впереди земля вдруг встала

То цветущий остров был Лемнос.

НА ЛЕМНОСЕ.

А на острове том жили

И скучали женщины одни.

Всех мужей они убили

За измены в праздничные дни.

Царь Фоан живым остался

Гипсипила жизнь отцу спасла.

Юной деве трон достался.

На Лемносе власть её росла.

Аргонавты здесь пристали,

Чтоб от волн и моря отдохнуть.

Хоть они и не устали,

Захотелось им в траве вздремнуть.

Весть о воинах прибывших

В городе до женщин донеслась,

О делах своих забывших,

Там толпа их сразу собралась.

И царица к ним спустилась,

И они решали у дворца

Сдаться воинам на милость,

Или драться с ним до конца.

Опасалась Гипсипила,

Что мужчины вдовам отомстят,

Что расплата наступила,

Что они злодейство не простят.

Только лишь одна старуха

Не боялась никаких причин,

Хоть глуха на оба уха,

Предлагала пригласить мужчин:

"Мы нуждаемся в защите,

Если нападут на нас враги,

Лучше этих не ищите,

Пригласите их на пироги.

Пусть они любить вас будут

Будьте, девы, с ними подобрей,

И мужчины позабудут

Про опасный вечный зов морей.

В тягость будет нам работа,

Если старость хворая найдет,

Будет нам нужна забота

Помощь от детей тогда придет".

И царицу убедили

Мудрые старухины слова,

Сразу деву отрядили

Сообщить мужчинам их права.

Что ворота им открыты,

Что с почетом город ждет гостей,

Что мечи войны зарыты,

Что от них таких ждут вестей.

В самом лучшем одеянье,

Сделанном Афиной для него,

Шел с царицей на свиданье

Сын Эсона - капитан "Арго".

Каждый с ним попасть старался

В город, где костров вздымался дым.

На "Арго" Геракл остался

С воином таким же молодым.

Всех героев разобрали

Лемниянки по своим домам,

Стол богатый им собрали,

Окружили лаской лучших дам.

А Ясона Гипсипила

Пригласила во дворец пожить,

На пирах вино с ним пила...

Он готов был ей всю жизнь служить.

На Лемносе воцарились

Радость и веселье тут и там,

И дымы везде струились,

То сжигались жертвы всем богам.

Праздник праздником сменялся.

Пир за пиром лил вино рекой.

День один лишь начинался,

А за ним во след спешил другой.

Позабыли аргонавты

Про поход за золотым Руно.

"Сын Эсона, ведь не прав ты"

Говорил Геракл ему одно.

И однажды юный воин

Всех на берег вызвал на совет.

Похвалы он был достоин

И за гнев к ним и за речь в ответ.

Укорял Геракл команду,

Что совсем забыли долг они,

Превратятся скоро в банду,

Жизни ценной зря здесь тратят дни.

Устыдились аргонавты

Справедливым был такой упрек.

"Да, Геракл, конечно, прав ты"

Так Ясон за всех бойцов изрек.

В путь недолго собирались,

И "Арго" уже готов отбыть.

Лемниянки тут сбежались,

Умоляли - про поход забыть.

Но герои непреклонны

Белый парус взвился над водой.

Даль зовет их неуклонно.

Небосвод над ними голубой.

К Гелеспонту кормчий правил.

Грусть от воинов Ясон скрывал.

Гипсипилу, что оставил,

Он потом всю жизнь не забывал.

У ДОЛИОНОВ.

Понт Эгейский миновали,

Гелеспонт тот тоже позади.

Аргонавтов волны ждали

Пропонтиды бурной впереди.

Ждал вдали всех полуостров.

Племя Долионов жило там.

Их оружье было остро,

Смерть они несли своим врагам.

Все потомки Посейдона,

Очень любят юного царя.

Царь их Кизик - друг Ясона,

И герои к ним спешат не зря.

За заливом возвышалась

Рядом с морем дикая гора,

Что медвежьей называлась,

От неё нет пользы и добра.

На горе той великаны

Поселились с очень давних пор.

Все они с шестью руками

Звери не смогли им дать отпор.

Но людей они боялись

Долионов царь морской хранил,

И соседи уживались,

И никто друг друга не бранил.

Гости встречены с почетом.

Кизик сам их пригласил на пир,

Каждый дал зарок при этом,

Что меж ними будет вечный мир.

Целый день они гуляли,

Пили дружно царское вино,

Дружбу клятвами скрепляли.

Песни пел Орфей им заодно.

Утром рано пред восходом

Аргонавты собрались отбыть.

Пир вчерашний удалые

Не могли никак забыть.

Вдруг возникли великаны

У залива впереди везде

И со злобой, как вулканы,

Громоздили скалы на воде.

Закрывали выход в море,

Чтоб "Арго" проплыть туда не смог,

Но себе они на горе

Каменный придумали замок.

Аргонавты ждать не стали,

Чтобы водный путь закрыли им,

Враз оружие достали

И в атаку бросилися с ним.

Впереди Геракл стреляет.

Стрелы острые врага разят.

Он героев вдохновляет.

Копья их чудовищам грозят.

Битва длилася недолго.

Великаны были не страшны.

Руки их вились без толка.

Все они оружьем сражены.

Путь свободен Аргонавтам.

Ветер снова парус натянул.

Он влечет их к новым битвам.

Солнца луч им брызгами сверкнул.

И "Арго" по бурным волнам

Целый день плыл к новым берегам,

И героев смелых полный,

Мир друзьям он нес и бой врагам.

Дело к вечеру клонилось.

Люди ждали солнечный закат,

Но погода вдруг сменилась

Встречным стал морской волны накат.

Небо тучами покрылось,

И жестокий налетел Борей.

Солнце сразу в мраке скрылось.

Ветер взвыл, как сто ночных зверей.

Он несет "Арго" обратно,

Быстро к полуострову друзей,

Где встречали их прекрасно,

Пировали где командой всей.

Этого они не знают,

А во тьме уже шумит прибой.

Волны их корабль пинают.

Людям берег нужен не любой.

В бухту вход Анкей увидел,

И он громко кормчему кричал.

Кормчий мели все предвидел

Для "Арго" нашел без волн причал.

Но дозор у Долионов

Разбудил всех воинов своих.

В темноте он мореходов

Принял за разбойников морских

И уставшим аргонавтам

В бой жестокий вдруг пришлось вступить.

Каждый друга, не узнав там,

Начал яростно мечом рубить.

Копья острые вонзались

В темноте в живую с кровью плоть.

Кличи громко раздавались,

Призывая яростней колоть.

Впереди у Долионов

Сам царь Кизик выступал.

В битвах нет иных законов

Слабый сильным вечно уступал.

Кизик встретился с Ясоном,

Гневом праведным к врагу горя,

И упал он тут со стоном

Грудь копьем пронзило у царя.

Стрелы быстрые Геракла

Многих поразили в эту ночь.

Жуток пир второго акта.

Звери от него бежали прочь.

Раннего утра подруга

Эос осветила страшный пир,

И друзья, узнав друг друга,

Срочно заключили новый мир.

Боги с ними пошутили,

Боль объяла гордые сердца,

Трое суток с горя пили,

Поминали каждого бойца.

Тризну Кизику справляли,

Провожали смелого царя,

Слезы скорби не скрывали,

Говорили, что погиб он зря.

Но особенно страдала

Там его красавица жена.

Клейто жить уж не желала,

И пронзила грудь себе сама.

Полуостров Долионов

Имя Кизика несет с тех пор.